Путь к истинному Господству

Эпилог

Предзакатное, палящее солнце слепило жителей столицы. Горожане, ремесленники, владельцы магазинов — все стремились как можно быстрее закончить свои дела, чтобы укрыться в пабе или таверне и выпить в хорошей компании. Одинокие, почти прозрачные облака, гонимые сильными ветрами, не могли спасти столицу от жары и лишь разбавляли собой цветовую палитру неба. Особенно сильно страдали придворные Его Величества из-за отсутствия высоких стен, которые бы заслоняли собой дворцовые площади, сады, окна, и не давали бы пройти солнечному свету. Окна и занавески дворца были плотно закрыты, а снаружи бродила всего пара отрядов стражи и редкие слуги. Благородные особы внутри дворца старались даже не выглядывать в редкие, не перекрытые шторами окна. — Что за напасть? — смахнув пот со лба, буркнул под нос Воин-Капитан. — Похоже, Бог Света работает сверхурочно, мы можем отдохнуть под тем навесом. — Ланпосса указал скрюченной ладонью в даль. Его тяжëлые, королевские одежды в некоторых местах успели пропитаться потом, поэтому сильно выделялись и портили внешний вид, как и тяжëлые движения, сбивчивое, хрипящее дыхание, чуть скрюченная фигура. Газеф же хоть и был одет в относительно лëгкую броню, но он мог жаловаться только на щиплящий глаза пот и время, так нещадно забирающее у его Короля итак не бьющую фонтаном жизненную силу. — Если вам будет угодно, ваше Величество. — поклонился Строноф. Король кивнул и чуть ускорил шаг, чтобы побыстрее добраться до спасительного, мягкого кресла и графина с водой, но со стороны едва ли можно было бы сказать, что он стал быстрее. Газеф протяжно вздохнул и жалостливым, с толикой радости, взглядом оглянул спину короля, но ничего не предпринял и просто медленно зашагал вслед за ним, изредка любуясь пëстрыми видами дворцового сада. — О-ох, добрался, — прошептал король и потянулся к графину с водой. Налив себе полный стакан, он медленно опустошил его, будто растягивая удовольствие. — Выпей тоже, ты ведь устал. — Благодарю. — чуть поклонился Воин-Капитан и тоже выпил стакан воды. — С каждым днëм ваши прогулки становятся всë дольше и дольше, это превосходные результаты! — Да, магия поистине поразительна, как и доброта госпожи Нигредо. — чуть улыбнулся Вайсельф, вспоминая успокаивающую, материнскую улыбку девушки. Только благодаря ней, он сейчас ходит без трости и сильной боли в колене. — Нам редко выдаëтся свободный час для беседы… Что ты думаешь обо всëм прошедшем? — Мои ожидания были преуменьшены, ведь эти делегаты всего за месяц сделали для чужой страны больше, чем «великие сыны Ре-Эстиза» за последние пару лет. Пусть, мы и фактически потеряли Великий Лес Тоб, но получили почти равноценные ресурсы. Ваша власть точно укрепится от их поддержки, а столкновение на равнинах Катц отпугнëт дворян от действий в вашу сторону! — Хах, этот змеиный клубок уже начал шипеть и расползаться, так что мы должны подготовиться ко всему самому страшному. Лишь бы эта цена не оказалось слишком большой, но надеюсь, что мои земли обогатятся благодаря изолированию монстров и ужасов Великого Леса, а гильдия авантюристов так и будет свободно выполнять там заказы, пусть, и смысла в этом будет немного. — король снова налил себе воды в кубок и чуть отпил из него. — Ты всë же преуменьшаешь значение дворян. Какой бы ужасной хворью они ни были для королевства, но всë таки без них, я бы не смог продержаться на троне так долго. Хах, а что это ты так на меня смотришь? Всë таки их умы будут пояснее моего во многих аспектах политики, так, они пресекли на корню многие мои ошибки, которые бы очень плохо сказались на королевстве. — Ланпосса вздохнул и облоктил руки о подлокотники кресла, отрешëнно вглядываясь в горизонт. — Но также они и задушили многие реформы, которые бы усилили королевство, однако, не смотря на это, вы всë равно достойны уважения. Вы очень умело регулировали и регулируете силы фракций, без вашей могучей руки, наша страна бы давно погрязла в гражданской войне! — уверенно пробасил Строноф. — Есть в этом твоя правда, Газеф, но ведь эта рука уже почти рассыпается в прах и не может достойно вести вперëд нашу державу. Уже через пару лет, я встречусь со своими предками на небесах, и моим главным страхом станет — разрушение королевства, и неважно откуда оно пойдëт, извне или изнутри. — крепко-накрепко сжал руки у груди Ланпосса. — Газеф, поклянись мне, что будешь верно служить моим детям и их подданым, ради нашей Великой страны. — встал с кресла король и скрестив руки за спиной, устремил взгляд сначала за стены замка, на жилые районы столицы, а после, Газефу в глаза. — Клянусь, иначе не найдëт моя душа покоя! — прикрикнул Газеф и преклонил колено, положив руку на грудь. Король мягко улыбнулся, и попросив встать своего вернейшего и ценнейшего союзника, продолжил вглядываться в жизнь города. Пожалуй, он находил в этом отраду. Маленькие улочки и большие проспекты всë ещë полнились людьми, и Ланпоссе было неважно, были ли это молодые, совсем ещë не познавшие этот мир возлюбленные, распущенная пьянь, запоздалые ремесленники, торговцы, ведущие телеги с нагромождениями разного товара, или же играющие близь родителей дети. Все они были его верноподдаными, и пусть многие из них хотели его отречения или даже смерти, но таковы последствия его собственных ошибок, он не мог себе позволить разочаровать их ещë больше. Теперь, у него появился лучик надежды, за который он обязательно зацепится, и вытянет королевство из затяжной тьмы. — Мой король, простите мою дерзость, однако кому я буду обязан посвятить свою службу? — подал голос Газеф. — Ох… — неожиданно тяжело выдохнул Ланпосса и прикрыл глаза руками, потирая их. — Зачем же судьба поставила меня перед таким выбором?.. Два правильных варианта едва ли осуществимы с нынешними традициями. Эта страна должна понести тяжëлое потрясение, чтобы все наконец признали необходимость реформ… В том числе и реформу престолонаследия. Я бы с радостью передал трон Занаку или Реннер, обучив кого-то из них всему, что знаю сам, и прожил бы до самой смерти в семейном поместье, в тишине, наедине с парой слуг и природой, но на вряд ли дворяне позволят женщине сесть на престол, да и я не могу просто так обделить Барбро, моего первенца... — король сложил руки домиком, понурив голову. Газеф понимающе смотрел на ушедшего в себя короля. Главными радостями его жизни в последние годы были только наблюдения за потихоньку учащимся государственным тонкостям Занаком, редкие встречи и беседы с Барбро, мягкая и заботливая улыбка Реннер. А ведь казалось, что совсем недавно они все вместе играли на зелëных лужайках дворцового сада, ни на секунду не позволяя ему забыть о них и их звонком смехе, и позволяя ему хоть на час забыть об интригах и лжи дворца. А ведь когда Барбро едва ли мог держать в руках меч, Кровавый Император вовсю брал власть в свои руки, запускал масштабные кровавые чистки, реформировал страну в конце концов. — Последний путь, по которому пойдëт Ре-Эстиз под моей короной, будет сближение с Назариком, пусть это и станет довольно болезненным ураганом перемен. — наконец подал голос король. — О?.. Не сомневайтесь, мой король. Я последую за вами, вне зависимости от пути, который вы выберете. — впервые за эту прогулку, Газефа пробрала дрожь счастья. — Наша страна ведь нуждается в этом урагане. — Ты прав, но слишком сильны будут волнения и потрясения, поэтому я должен подготовить к ним нашу страну. — закручивая пальцем краешек усов, пробормотал король. Газеф в замешательстве поднял взгляд и посмотрел на задумавшегося короля. — Вас что-то тревожит? — Конечно, хоть господин Момонга и показал себя достойно. Даже очень, как для нежити, но через стены замка уже начали просачиваться некоторые слухи. — Раз господин Момонга смог договориться с нами, то провести переговоры с Империей ему не составит труда. В Драконье Королевство сейчас вторгаются племена зверолюдей, а от Союза Агранд уже сколько лет уходят только гневные письма, и те в Теократию. — Теократия Слейн скоро и станет нашим главным противником, на пару со Святым Королевством. Нашей армии до имперского рыцарского корпуса то очень далеко, что уж говорить про армии Теократии. — Станут ли они так рисковать, если увидят как наши объединëнные с Назариком войска разгромят Империю? — уверенно произнëс Газеф. Король сразу же обернулся и с некой усмешкой начал прожигать глаза Воина-Капитана. — Ты о той помощи, которую вскользь упомянула госпожа Нигредо? Ты так легко взял их на веру. Я бы очень хотел, чтобы они сбылись, иначе эта война обернëтся большой катастрофой... Как думаешь, скольких Рыцарей Смерти они отправят? — Незначительный резерв, но зато какой! Этих монстров с трудом берëт зачарованное оружие и заклинания третьего, и даже четвëртого ранга, так что даже пол десятка будут нам с избытком! — Хах, будем надеяться. Если мы победим в войне, то я наконец воспользуюсь привилегией победителя, и там, и тут. — вдумчиво произнëс король. — Это будет великое достижение для нашего народа. Уверен, это покажет всем, что вы выбрали хорошего союзника, а также поднимет вас в глазах народа! —… Пожалуй, да. — чуть улыбнулся король и продолжил любоваться вечерней жизнью столицы.

***

Столица Теократии Слейн: Ками Мияко

Именно здесь спустились с небес Шесть Великих Богов, и именно здесь возникла сильнейшая держава людей, что пережила бедствия мирового масштаба. И вот уже шесть столетий храбрые мужчины и женщины сражаются за судьбу рода людского. И шесть Кардиналов во главе с Великим Понтификом ведут эту страну вперëд, сквозь все трудности и опасности их мира. Сейчас в Первом Соборе, сердце всего государства и его главной святыне, что прошла сквозь века с тяжким сердцем, семь людей собрались обсудить то, что могло стать новой катастрофой мирового масштаба. И сейчас собрание должно было начаться. Взяв в руки инструменты для уборки, шесть людей в дорогих мантиях принялись за уборку помещения совета. Метёлки, тряпки для протирания пыли и прочее, все работали сообща, как и велели Боги. Как только мебель помещения заблестела и в нëм не осталось и пылинки, Великий Понтифик произнëс: — Сегодня мы благодарим Богов за то, что живы. — За это мы благодарим. — повторили за ним Кардиналы. После этого средства уборки были возвращены на место и только после этого все сели за круглый стол. Кардинал Огня — Беренайс Нагуа Сэндени. Она единственная женщина среди верховного духовенства Теократии. Ей уже за пятьдесят, она, возможно из-за возраста, несколько полновата. Упитанное лицо сияет умиротворяющей материнской улыбкой. Кардинал Воды — Гинедайн Дилэн Гверф. Дряхлый старик. Настолько древний, что никто уже не помнит его точный возраст, его кожа — пыльно-коричневого цвета. Слабый здоровьем, но обладатель непревзойдённого интеллекта. Кардинал Ветра — Доминик Айр Партоуч. Он выглядит как добродушный дедушка, но некогда был членом «Писания Солнечного Света», и в течении своей карьеры святого воина уничтожил множество существ гетероморфных рас. Его гнев подобен лесному пожару, а его ненависть — леденящему холоду. Кардинал Земли — Рэймонд Заг Лаурансан. Мужчина с добрыми глазами, самый молодой из присутствующих. Тем не менее, ему уже перевалило за сорок — впрочем, энергичен он не по годам. Ранее, в течении пятнадцати лет он был членом Чёрного Писания — герой и защитник государства. Кардинал Света — Ивон Джасна Дракрова. Его узкие глаза и худая фигура придавали ему злодейский вид. Но все собравшиеся знали, что это не так. Он — заклинатель божественной магии, сильнейший или один из сильнейших среди присутствующих. Кардинал Тьмы — Максимилиан Орейо Лагьер. Его со всех сторон окружают книги, поддерживаемые усовершенствованным заклятьем «Парящая Доска». Он носит круглые очки, и некогда служил жрецом-юристом. Поэтому многие из левитирующих вокруг него книг имеют отношение к юриспруденции. Великий Понтифик — Лайл Пайр Фикс. Он был одет в шестицветную мантию, что показывала его как главу церкви, сам он был мужчиной преклонного возраста, немного полноватым, лицо было покрыто морщинами, однако острый взгляд показывал, что ум его подобен легендарному «Бритвенному Клинку», как и во времена молодости. — Итак, начнем же. Наша главная проблема это, события, произошедшие в Королевстве, — при упоминании этого государства Кардиналы скривились, слишком много было вложено в эту страну, и слишком сокрушителен был провал, — потеря Солнечного, и Чёрного Писаний, а так же, тот кто несëт за всë вышеперечисленное ответственность так называемом Оверлорде Момонге… — Не слишком ли поспешно это заявление? Если его вина за гибель Солнечного Писания не подлежит сомнению, то имеем ли мы резоны думать о том, что и сильнейшее из всех Писаний, ведомое полубогом, могло проиграть какой-то нежити, пусть и сильной? — усомнилась в словах Верховного Понтифика Кардинал Огня. И это было не мудрено, ведь даже сама мысль о том, что отряд героев мог проиграть богомерзкой нежити была святотатством. Многие в комнате сомневались, однако факты говорили за себя. — Пусть я и понимаю ваш гнев и неверие, сестра, однако у нас есть доказательства этого, — спокойно сказал Лайл, однако те кто знал его многие годы могли заметить грусть и печаль в его голосе, — «Писание Бесшумных Ветров» с помощью наследия Богов исследовало Лес Тоб, и нашло место боя, и пусть по соображениям безопасности мы не могли отправить их на место, однако останки на земле, а так же остаточный след магии доказывает это. — ответил Доминик. — Неужели это случилось вновь? Ведь прошел столетний рубеж, и новые боги прибыли в этот мир. — медленно произнëс Максимиллиан, смиренно понурив голову, — Ведь когда в мир приходит божество, то этот мир меняется, в худшую, или лучшую сторону, и никто из живущих не способен их остановить, без катастрофических потерь само собой. Двести лет назад Теократия устояла, однако свиток призыва сильнейшего из ангелов — Серафима Внеземного, был потрачен, как и три кристалла Доминиона, тогда погибли несколько полубогов, а также уничтожены некоторые артефакты, а оставшееся после тех пришельцев, людям не дано использовать! — кардинал поморщился, — Сфера же не должна попасть в чьи-либо руки, этот предмет ценнее жизней всех собравшихся. — Да как ты… — Он прав Реймонд, как бы горько это ни было признавать, но наш брат прав, — сказал Кардинал Ветра, — тот кто прибыл в этом веке не просто достиг высочайшей планки, что превосходит всех магов в истории, о чëм говорит остаточный след его магии на поле боя с Нигуном, он — нежить, Повелитель, а вы знаете кто себя так называл, — некоторые кардиналы нахмурились и прикрыли ладонями рты, — и самое главное, с Чëрным Писанием расправились его слуги. — последнее заявление вызвало шок у тех кто не знал об этом раньше. — С-слуги?! Уж не хотите ли вы сказать… — Именно, в мир прибыл новый Эруэнтю, и заполнен он не людьми, не полулюдьми, а самыми настоящими демонами, которым не нужны ритуалы, они уже в этом мире, а во главе новой гильдии стоит ненавидящая всë нежить, теперь вам очевидна катастрофа, что нависла над нашим миром? — тяжело закончил Доминик. — Однако всë не так плохо, как вы описываете, как минимум сейчас, — возразил Кардинал Воды — делегация этого Момонги прибыла в Ре-Эстиз, и даже несмотря на ряд словесных провокаций от дворян не уничтожила ни саму столицу, ни виновников! — закончил Гинедайн. — И вы верите, что злое существо будет долго противиться своей природе? Я нет, поэтому, мы должны поднять уровень тревоги до максимального, распечатать арсенал, провести мобилизацию всех имеющихся у нас сил, и даже… — Максимиллан тяжело вздохнул, — пойти на союз с драконами. Иного пути в противостоянии с врагом уровня Королей Жадности у нас нет. — сказал Кардинал Тьмы, он понимал что это крайние меры, и сейчас на него обрушится критика и гнев его братьев и сестры, однако после бессонных ночей в архивах он был уверен, что другого пути нет, да и то всë, что они предпримут даст лишь шанс на победу, но никак не гарантирует еë, тем более когда Сокровище Богов в руках врага. — Вы хоть понимаете, что говорите! Это… — Боюсь в свете открывающейся информации у нас нет другого пути, требуется поднять все архивы, задействовать Зесши, а также использовать Второе Сокровище. Реймонд, Максимилиан, вы уверены, что ситуация настолько серьëзна как пятьсот лет назад? — с тяжелым сердцем спросил Великий Понтифик, пусть он и не обладал всей полнотой информации, ввиду своей занятости, а также помощи в направлении тех Кардиналов, что исследовали архив, однако того, что ему сказали эти двое было достаточно, чтобы понять грядущие беды, — И не будет ли так, что враг окажется слабее, чем вы предполагаете? Будут задействованы огромные связи и ресурсы. — Если это окажется так, то мы все выдохнем с облегчением и пустим задействованные силы куда-нибудь ещë, на войну с эльфами например, если же нет, то первая атака нежити на наши земли определëнно привлечëт внимание драконов, нам нужно будет только тянуть время. — твëрдо ответил Кардинал Земли. — Я услышал вас братья, в таком случае мы предпримем следующие меры…

***

Империя Бахарут: Арвинтар

Богатая комната. Покрывающий весь пол красный ковёр столь мягок, что нога словно тонет в нем. Два чёрных стула, созданные из высококачественного дерева и вырезанные в стиле французского рококо, блестят обработанной кожей, и позолотой. Встав, молодой мужчина потянулся и снова уселся на стул. Красивый. Если бы кто-то нарисовал его лицо на картине, такое описание подошло бы идеально, словно женская мечта из романов. Блеск его светлых волос под магическим освещением напоминал сияние золота. Алые, словно кровь ясные глаза искушали смотревших в них людей. Однако лично знакомые с ним люди не сочли бы его таким. Попав под его ауру, никто бы даже не вспомнил о его лице. Это был император — Зиркниф Рун Фарлорд эль Никс. Взошедший на престол в двадцать два года, внушающий страх знати и уважаемый простым людом, самый талантливый император своей династии. А также тот, кто очистил аристократию Империи, человек, которого в соседних странах знают как Кровавого Императора. Кроме правителя в комнате находилось ещё четыре человека в тяжëлых доспехах, но все стояли неподвижно, словно статуи. Вскоре Зиркниф выдохнул через нос, то ли усмехнулся, то ли чем-то заинтересовался. Полученная в Королевстве информация оказалась… Необычной, можно сказать волнительной. И в это мгновение… Дверь без стука открылась. Наглость пришельца заставила стражу насторожиться и, обхватив рукояти мечей, посмотреть туда, но подтвердив личность вошедшего, они расслабились. В дверях стоял низкий старик с длинной белой бородой. Снежно-белые волосы по-прежнему были густыми, и неряшливыми. Лицо в морщинах, по которым заметен его возраст, в глазах виднеется мудрость веков. На шее висит ожерелье, созданное из многочисленных хрустальных шариков. На иссохших пальцах находилось несколько волшебных колец. А свободная белая мантия была невероятно дорогим артефактом, сравнимым по стоимости с неплохим поместьем в элитном районе. Это был никто иной как Флудер Парадин, маг, чей возрат практически равен двухсот пятидесяти годам, сильнейший маг за всю современную историю, по крайней мере в людских странах. — Это невероятные сведения, Ваше Величество, — когда старик зашёл в комнату, он почти выкрикнул это с пылом и громкостью, совсем не подходящими его внешности. — Что такое, дедуля? — хозяин кабинета с интересом посмотрел на старого мага. — Проведя расследование, я понял, что такого просто не может быть! — Что ты имеешь в виду? — Зиркниф напрягся, когда в этих стенах звучали подобные слова, семьдесят лет назад, государство было на грани краха. — Ваше Императорское Величество, магии тоже нужно следовать законам мира. Исследовательские данные… — А-а, ладно-ладно, — правитель нетерпеливо помахал руками. — Дедуля, твои лекции слишком длинны. Можешь перейти к сути дела? — Заклинатель по имени Момонга превзошëл по своему могуществу не только меня, но и Тринадцать Героев, более того я имею основания утверждать, что это не всё на что он способен! За исключением старика, все в комнате были в шоке, даже сам эль Никс недоверчиво прищурился и покосился на наставника. Они не могли поверить своим ушам, что существует кто-то столь более могущественный чем Тринадцать Легендарных. — Всë ясно, ты ведь счастлив, старик? — Конечно! Двести лет прошло с тех пор, как я видел заклинателя тайной магии, который был равен мне или даже сильнее меня, теперь же появился тот, кто превосходит даже еë! — искривляемое в разные гримасы лицо Парадина говорила сама за себя. Император был почти уверен, что его наставник на грани предвкушающего хихиканья. Зиркниф молча взял один из листов, разбросанных на столе, и протянул его волшебнику. Сбитый с толку, Флудер взял листок и прошёлся по нему взглядом. — Ох, конечно, теперь ясно, чем он заинтересовал Ваше Величество, закономерный итог, даже одно из Писаний не способно выстоять против такой силы, — глаза старика опустились ниже, — вот как, — мудрец вновь задумался, — действительно... — дальше шло неразборчивое бормотание. На листе подробно описывалось, что Газеф Строноф сказал перед королём, включая замечания чиновников вплоть до каждого слова. — Ваше Императорское Величество, кого вы отправили в деревню? — Ещё никого. Посылать туда людей это слишком опасный шаг. — сказал Император, — что ты можешь сказать о его природе, возможно ли договориться с Высшим Личем? — Сложный вопрос, тот же Корпус Бездны весьма закрытая организация Высших Личей, однако они нейтральны к живым существам, а некоторые и вовсе готовы к диалогу. Нужен личный разговор, я желаю сам говорить с ним. — Ты уверен, дедуля? — Зиркниф сузил глаза и пристально вгляделся в очи наставника. — Если он окажется враждебен, я не могу позволить Империи потерять тебя. — начал издалека император, но его беспокойство было настоящим, ведь само существования «Трëхискусника» позволяет Бахаруту навязывать свою волю многим странам. Да и сам старик для него очень дорог, сколько эль Никс себя помнил, но добрый чудак из Министерства Магии всегда поддерживал его и наставлял. — Я уверен в своей возможности уйти из любой нежелательной ситуации. Чтобы мельком глянуть в бездну магии, необходимы самые разнообразные знания, которые к тому же смогут усилить Империю! Я очень хочу встретиться с первопроходцем! Можете быть уверены, я вернусь не с пустыми руками! — его голос источал желание и нетерпение. И Зиркниф прекрасно понимал, чего тот жаждет. Флудер хотел заглянуть в бездну магии, а для этого требовалось найти более знающего мастера, чем он. Те, кто стоят позади, могут выбирать себе путь, — в большинстве своем проложенный Флудером. Выбирая наиболее эффективную дорогу, человек может развивать свой талант без лишних потерь. Однако это не касалось Парадина, шедшего в одиночестве впереди всех. Блуждая во тьме, он тратил на исследования слишком много усилий. Если бы он мог развивать свой талант, не делая ничего лишнего, то стал бы ещё более могущественным заклинателем. По его собственным словам, он бы уже достиг теоретического восьмого, а возможно и более высокого уровня. Ради этого Мудрец жаждал заполучить того, кто его поведёт. Срок жизни у каждого ограничен, больше он не хотел тратить усилия и время впустую. Флудер взращивал своих учеников в надежде, что однажды кто-то из них его превзойдёт и потом потянет за собой. Увы, такого не случилось ни за десяток, ни за сотню лет. Это было единственным желанием заклинателя, которое Зиркниф не мог выполнить. — В таком случае тебя заинтересует тот факт, что он отправил послов в Королевство, вот договор, — молодой мужчина протянул еще один лист. — Наставник, как сильна ваша тяга к познанию бездны магии? Разве вы не думаете, что знания этого Лича могут изуродовать вашу личность? — поднял бровь и подпëр подбородок Зиркниф. — Убеди меня, что такие призрачные надежды и большие риски будут стоить всех усилий. Даже если брать самое меньшее — несогласованное пересечение границы, то война может начаться раньше срока. Наши планы будут сорваны. — Можете не беспокоиться, я ведь арканист и едва ли смогу проникнуться идеями некромантии и прочими глубинными искусствами, но на одних только упырях и скелетах далеко не уехать никому! Он должен знать ещë очень много магических традиций, разве что, кроме божественных. Но я уверен, что Момонга достиг как минимум восьмого ранга магии! Станет ли столь могущественный заклинатель обращать внимание на старика, достигшего всего шестого!? — будто остекленевшие глаза Парадина грозились выпрыгнуть из глазниц, а сам он начал изредка дëргаться и хрипеть. — Чего можно ожидать от Высшего Лича? Всего самого плохого. Может он заставит тебя на коленях вымаливать какое-нибудь знание, а после того как увидит твои потуги и удовлетворит свою злую натуру, то убьëт тебя. После его взор может упасть и на Империю в целом. По их договорам это будет даже оправдано. И тогда уже кто будет нас спасать? — размеренно нагнетал император, не прекращая зрительного контакта. — Разве ваш гений не может трезво анализировать ситуацию. Многими договорами можно мух бить, а тот пресловутый договор о дружбе и помощи ничем не обязывает обе стороны, он лишь прелюдия к договорам, которые утвердят, если увидят, что овчинка стоит выделки. Сам факт того, что переговоры закончились даже заключением тех бумажек, а не вторым пришествием Демонов Богов, многое говорит! Да и разместит ли он в деревне кого-то сильного и выдам ли я так просто свою личность и связи? Быстро телепортируюсь в случае неприятностей и будут ли они преследовать старого чудака, хах, я так не думаю. — развëл руками Флудер и криво усмехнулся. Он больше не может дать волю эмоциям. — А вот если вы меня отпустите, то я обязательно принесу Империи много пользы. Знания, образцы оружия, связи — всë будет преподнесено к вашим ногам. Зиркниф ещë минуту всматривался в глаза наставника, а после выдохнул и скрестил руки у груди. — Можешь отправляться. Тебя проведут через границу до деревни Карн к его подручным, а если получится попасть к самому Момонге, то попытайся перетянуть его на нашу сторону, чтобы он не искал, но Империя более богата чем Королевство, как ресурсами, так и знаниями. Можешь обещать всë, в разумных пределах, список минимум и максимум здесь, — ещё два листа оказались у мага, — тебе в помощь я выдам своего лучшего дипломата, он уже вернулся из Карнасуса. В безвыходной ситуации можешь телепортироваться сам, твоя жизнь в приоритете! Это всë, у тебя есть, что предложить? — спросил Император, как бы он не скрывал, эта ситуация его очень напрягала, один только десяток Рыцарей Смерти уже сказал достаточно, а теперь и сам Флудер подтвердил, что на границе появился Высший Лич по силе приближающийся к Злым Богам. — Нет, Ваше Величество, позвольте подготовиться, мне потребуется ряд артефактов, и ещë… Будет ли мне позволено использовать сокровищницу? — Ты можешь использовать всë, что пожелаешь. — В таком случае я пойду готовиться. — после этих слов Парадин наклонил голову и быстро ушëл из кабинета. — Высший Лич Момонга, что же ты несëшь в себе? Император еще долго размышлял над этим, он прекрасно понимал, что в какую бы сторону не повернули события, мир уже не будет прежним.