Мой парень - оффник, и что вы мне сделаете?

Привет, меня зовут Микаэлес. Мика. Блять, просто Миша, приятно познакомиться. Мне 17 и я гей. Да-да. Как давно я об этом узнал? Лет в 12-13, когда пацаны на физ-ре смотрели порнушку, а у меня не встал. А дома я по приколу решил посмотреть на парней и… встал. Посмотрев пару-тройку порно, я уже определился с ролью. Я пассив. На этом мой детский ум не остановился, и я загуглил (ебучий Гугл…) как это делается! Хах, как вспомню: миловидный блондинчик виляет своей задницей на камеру и даёт советы: прочистить анальное отверстие мощной струёй воды, использовать смазку, мыло, ну или слюни, в крайнем случае, и вводить в себя пальцы. Это было пиздецки больно. Прошу прощения за сравнение, но у тебя как будто гов… какашки лезут назад^^. Но, должен признаться, когда я задел простату, это было… феерически… Кгхм… Что-то я отошёл от темы, а то подумаете, что я извращенец какой-то. По внешности я светленький. Мне очень нравятся мои волосы, закрывающие уши. У меня не очень хорошее зрение, есть небольшой минус, поэтому я ношу очки с металлической оправой и круглыми линзами. Личико у меня кругленькое, черты лица очень мягкие, как у девчонки! Глаза большие и голубые, прям как я сам. Ха-ха, простите. Губы пухлые и красивые, как говорит мама, но для меня они как вареники… К тому же, они очень чувствительны. У меня проколоты уши, но я не ношу серёжек, в какой-то степени, из-за школы. Я не очень высокий, всего 178 см, а хорошо это или плохо — решайте сами. Не скажу, что тощий. Пресс, конечно, имеется, но до качка мне ещё далеко. А вот задница… У меня жуткие комплексы на ее счёт. Круглая и упругая, как орех. У нескольких моих одноклассниц она меньше. Поэтому я стараюсь ее утягивать эластичными бинтами и не могу выйти без перевязки в школу или на улицу… Закончим с комплексами. Гардероб! «Вот тут мы покреативим». В основном тут белые рубашки и брюки. Есть пара пиджаков. Время? Черт! Я уже опаздываю в школу! Я учусь в обычной школе без каких-либо поблажек. Я очень люблю литературу и английский и собираюсь поступать на ин.яз. Школа у нас не то что бы большая, она маленькая, но компактная. Тут есть спортзал, бассейн, две душевые с раздевалками, ну и, конечно, пара десятков кабинетов. Первым у меня по расписанию урок геометрии. Ненавижу ее! Алгебру люблю, но черчение… — Здравствуйте, Елена Борисовна, извините за опоздание, — захожу в класс и строю виноватую мордашку, хотя знаю — не прокатит. — Ну что, приветствуем тебя, Микаэлес Залесский. Спасибо, что соизволил вообще прийти на мой урок. Бегом на свое место. Без комментариев. Пулей к своей парте и, стараясь не шуметь, раскладываю учебники и тетради. — Ты чё как поздно сёдня? — рядом сидящий парень с любопытством пялится на меня. — Проспал немного… «Не смотри на меня, идиот! Я точно хорошо сделал перевязку? Бедра не слишком большие?» — Ну, малыш, ты чего так покраснел? Пальцами он дошел до моего запястья и придавил его к парте. — Я Микаэ… Миша. — У тебя ведь сегодня нет репетиторов, я правильно помню? Пошли погуляем? — Сергей и Микаэлес! Прекратите болтать! — Извините, Елена Борисовна! Больше не повторится! — Надеюсь, Михалков, надеюсь, — училка отвернулась, а я злобно зыркнул на парня. Он откуда-то достал листок и написал на нём: «Ну так как насчёт прогулки?» Почерк был слишком идеальным для оффника, какой же он классный… Беру карандаш и быстро корябую на листке: «Я занят» Недовольный взгляд перемещается с листка на меня. «Чем?» Потом недолго думая, добавляется: «У тебя же сегодня нет репетиторов и подработки». Откуда он знает мое расписание? Черт, я начинаю краснеть… «У мен…» Карандаш ломается, и я с недовольством заменяю его на ручку. «Я решил записаться на борьбу». По классу разносится громкий смешок. Я в спешке отворачиваюсь и пишу в тетради формулу. — Михалков! — Извините, Елена Борисовна, закашлялся, — Серёжа с трудом сдерживал смех. Фыркнув, учительница отвернулась к доске. «Почему именно на борьбу?» Делаю вид, что не замечаю записку, но большая ладонь спускается под парту и дотрагивается моего бедра. Я в спешке хватаю ручку. «Хочу уметь постоять за себя» Надпись получилась немножко корявой. Взгляд оффника сразу изменился на привычный — раздражённый. «Имя.» Точка была поставлена с особым усилием, парта дернулась, и я невольно вздрогнул. «Просто буду учиться самообороне» Прозвенел звонок, и я поспешно смял лист дабы скрыть надписи от глаз одноклассников. О моей ориентации знает только Даша — моя лучшая подруга, другим знать ни к чему. — Мика, пойдем поговорим, — любимая Дашка спасает ситуацию. Она одна из немногих, кто называет меня настоящим именем. — Да, пойдём, — я укоризненно посмотрел на Серёжу, и он нехотя убрал руку. Мы вышли из класса и отошли от одноклассников на расстояние. — Мика, ну что ты в нем нашел? Столько хороших парней, почему именно с этим оффником?! — она говорила приглушённым шепотом, чтобы точно никто не услышал. — Даш, он добрый, защищает меня и очень любит… Сам почувствовал как начинаю краснеть. — Горе ты мое луковое… — Дашка устало вздохнула и прижала мою голову к своей груди. Ни меня, ни ее это не смущало, мы лучшие друзья, и к тому же, я гей. — Даха, иди сюды, твоя помощь в актовом зале нужна. — Блять, ну почему именно я староста?.. — девчонка поцеловала меня в щёку и поспешно убежала, помахав на прощание. Следующим уроком у нас русский, нужно скорее дойти до другого кабинета. Класс был уже пустой — все разбрелись по коридорам. Только Сережа сидел за партой и что-то черкал в тетради. — Ты чего не идёшь на урок? — Тебя жду. Я начал в спешке собирать школьные принадлежности в рюкзак. — Эй, ну давай быстрее, опоздаем! Тот развернулся и уставился на меня. Я смущённо заправил волосы за ухо. — Пойдем, уже… Оффник поднялся со стула и подошёл ко мне. Немного помолчав, он наклонился к моим губам. Его немного обветренные, колючие губы с усилием ласкали, кусали и играли моими. Сильные руки подхватили меня под бедра, заставляя стонать. — Мика, у нас есть ещё 5 минут. — А… А если кто-то войдёт?.. — дыхание было сбитым, а очки уже сползли на нос. — Парни стоят у дверей и никого не пустят, а если будет училка — постучат. — Ладно… Сереж, у меня утяжка на бедрах, долго снимать… — я виновато уставился на его стояк. — Блять. Он опустил меня на пол и направился к парте. — Серёж… Он недовольно посмотрел на меня. Оффник знал о перевязках и был против них. — Все норм… Иди ко мне. Я осторожно сел ему на колени — даже так он был выше меня. — На борьбу ты не пойдешь, — Серёжа смотрел на меня сверху вниз. Внутри я весь сжался от такого пристального взгляда. Какое же приятное чувство подчинения… — Пойду… Я хочу уметь постоять за себя. — Для этого у тебя есть я и мои парни. Я не хочу чтобы тебя избивали какие-то мудаки. — Серёж… — Я сказал «нет»! — я вздрагиваю от громкого голоса, и на глазах появляются слезы. Я ужасно боюсь громких звуков… Фобия с детства. — Прости, малыш, прости, — он осторожно целует меня в лоб. — Ничего… — я быстро вытираю слезы. — Ты сделал русский? — аккуратно слезаю с его колен. — Нах надо? Хмурюсь, а тот опускает голову и легко улыбается. — Что смешного? — Ты очень милый, когда злишься… Хмыкаю и, закинув портфель на плечо, вылетаю из класса. Обернувшись, замечаю бегущего за мной Серёжу. Вместе наперегонки несёмся к кабинету, успеваем за минуту до звонка. Быстро садимся и достаем учебник. Вообще, достаю я, так как ему лень таскать «эти глупые книжки». Дурак… — Записываем тему сочинения «Летний день». Скоро лето, и я хочу знать из-за чего вы его любите или не любите, и как вы будете проводить свои летние деньки. Приступайте. Минимум 200 слов. — Наталья Анатольевна, извините, можно взять листок для черновика? — Миша? Да, бери, конечно, — учительница улыбается, и я быстро беру белый чистый лист. *** — Осталось 10 минут! Ребята, поторопитесь. Наконец-то дописав заключение, откидываюсь назад, на спинку стула. Сосед терпеливо ждёт, пока я обращу на него внимание. — Что случилось? — возвращаюсь в нормальное положение. — Можешь проверить на ошибки? — Ты до сих пор не переписал?! — на нас обращаются десятки недовольных глаз. — Извините, — понижаю голос. — Почему раньше не попросил проверить? — быстро беру листок и старательно проверяю пунктуацию. У Серёжи хорошие сочинения — их интересно читать, но иногда страдает пунктуация. — Ждал, пока ты закончишь. Не хотел отвлекать, — оффник опускает голову на руки и смотрит на меня из-под чёлки. Я краснею, но не перестаю проверять. За 3 минуты весь текст был подкорректирован и исправлен. Я вернул тетрадь парню, и тот принялся энергично переписывать все в чистовик. — Ты очень красивый… Он вздрагивает от такого неожиданного комплимента и продолжает писать. Урок заканчивается, звенит звонок. Все сдают свои работы, и Серёжа — не исключение. Следующим уроком у нас биология. Черт! Я забыл нарисовать таблицу. Настроение падает. Перемена короткая, всего 5 минут, сделать д/з сам никак не успею. Сажусь понурый за парту и безучастно пялюсь в пустую тетрадь. — Эй, что такое? Что с настроением? Чуть не плача поднимаю глаза на парня. Улыбка быстро сходит с его лица. — Биологию забыл сделать… — Пф… И что такого? Я вот вообще не делаю ее. — Ты не понимаешь! — срываюсь на крик так как кабинет абсолютно пустой. — Она… Она опять будет орать, и я опять не выдержу и заплачу… Закрывать ладонями уши — моя защитная реакция, выработанная за долгие годы. Потихоньку успокаиваюсь и уже настраиваюсь на крик. Замечаю, что Серёжи рядом со мной уже нет. Куда он ушел? Тут в класс влетает растрёпанный оффник. — Я нашел таблицу! Переписывай и срисовывай скорее! Подбегает к нашей парте и кидает на столешницу раскрытую на нужной странице тетрадь. Аккуратный, знакомый почерк. Даша! Это Дашина тетрадка. Слезы сами начинают стекать по щекам, быстро обнимаю темноволосого и, все ещё шмыгая носом, быстро перерисовываю все в тетрадь. — Мика, все в порядке? — ненадолго поднимаю глаза, смотрит шокировано и растерянно. — Спасибо, Серёженька, огромное спасибо! Краем глаза замечаю, как на его лице вырисовывается улыбка. — Обращайся… Как раз перед звонком успеваю дописать последний термин и захлопываю тетрадь. Класс уже полный, а сосед сидит рядом и смотрит на меня. Имитирую падение ручки и нагибаюсь за ней, под партой кладу голову на колено и начинаю ластиться о него. Мурча, ненадолго утыкаюсь между его ног и несильно надавливаю. Оффник пораженно смотрит под парту. Я быстро поднимаю ручку и вылазию из-под парты. — Класс, встать. Одноклассники поднимаются, а я тыркаю зависшего Серёжу. — Здравствуйте, дети, садитесь. И так, кто в классе дежурный? — Наталья Владимировна поднимает глаза и осматривает комнату, я поднимаю руку. — Микаэлес? Хорошо. Кто отсутствует? Быстро называю двоих болеющих человек и уточняю, что Дарья Яушкина по важным обстоятельствам в актовом зале и готовит выступления к выпуску. Учительница быстро отмечает людей и приступает к проверке домашнего задания. Тяну руку и выхожу к доске отвечать параграф. Немного запинаюсь на биосфере, но быстро беру себя в руки и дорассказываю отдел. Показываю тетрадь и получаю заслуженную пятерку. Биологичка у нас добрая, но за несделанное д/з сильно ругается. В середине урока отпрашиваюсь в туалет, намекая Серёже, что я его жду там. Намек распознан, и через пять-шесть минут в комнатку входит оффник. — Что это мать его было?! Без слов приспускаю штаны и показываю абсолютно голую задницу. Без утяжки. Господи, как стыдно. Из потайного кармана достаю презерватив. — Извинение за перевязки… Парню будто сорвало голову. Быстро рванувшись ко мне, он осторожно, насколько мог, снял с меня рубашку. Я остался в прямом смысле только с очками и галстуке. Скинув с себя пиджак и сев на него, Серёжа расстегнул ширинку. — Лижи. Не дав мне сесть на кафель, он развернул меня задницей к себе. Я ужасно устыдился такой позы, но начал лизать. Я знаю все его чувствительные места. «Обвести языком уретру, взять поглубже, пососать и пооблизывать как леденец головку». Строгий план, по которому я двигался, пока он не стал вылизывать мои ягодицы. — С-серёжа… Я обернулся и посмотрел на него и, видимо, зря, потому что его член увеличился в моих ладонях раза в два. Он стал вылизывать мой анус, проникая языком внутрь. Я уже не смог сдержать стонов, поэтому стал усердно сосать член. — Покажи. Сережа очень любит игры дом-саб. Я стал выполнять очередную команду. Сел на корточки и раздвинул ноги, оперся руками назад. — Имя. — Грязная шлюшка моего папочки… Обговоренное заранее имя, которое сильно возбуждало обоих. — Прыгай. Я чуть подвинулся ближе к члену и, неспеша, сел на него. Потихоньку поднимался и опускался, сопровождая движения стонами. Он затянул на моей шее галстук и притянул к себе, целуя. Вторая рука опустилась на мои бедра и ускорила темп. Вскоре мы одновременно кончили. Я не помню, когда он успел надеть презик и на меня, но я очень ему благодарен, иначе сейчас я был бы весь в сперме. — Папочка… — Ш… Хороший мальчик, — взглянув на время, мы оба матюкнулись, ведь прошло уже 17 минут. До конца урока осталось примерно 3. Лучше досидеть в туалете. — Я хочу, чтобы ты перестал носить утяжки, у тебя ахуенная задница, Мика. Повиляй ей для меня. — С-серёж… Оффник поудобнее устроился на пиджаке и стал за мной наблюдать. Первое движение далось с трудом. Бедра были очень скованы. Я сам чувствовал насколько убого у меня получалось «танцевать». Но неожиданно для меня раздались тихие аплодисменты — это Серёжа хлопал мне, а точнее моему нелепому танцу. Тем не менее, это помогло, и я стал более уверенно двигаться. По ходу танца я надевал на себя свою форму, ну и трусы, для начала… Под конец моего выступления мне осталось застегнуть только запонки на рубашке. — Это было… — последние слова заглушил звонок на перемену, но по губам я смог прочесть «великолепно». — Спасибо. Остальные уроки прошли без происшествий. Тихо, спокойно. После последнего урока я занёс Даше тетрадь и поблагодарил ее. — Серёж, ну может мне все-таки можно ходить на борьбу? Можно? — я состроил щенячьи глазки, он заколебался, и я уже видел, как он хотел ответить «Да». — Нет, малыш, нельзя. Ты же знаешь, я убью любого, кто к тебе прикоснется, а уж того, кто ударит… Пыток ему явно не избежать, — он осторожно кладет свою руку мне на бедра и чуть прижимает к себе. — Тебе это не нужно. — Ух… — обиженно надуваю губки и отворачиваюсь, но тут замечаю книжный магазин. Не говоря ни слова мчусь туда, лишь у дверей оглядываюсь назад и вижу идущего ко мне Серёжу. Быстро маню его к себе и залетаю в магазин. Это чудесно. Я не был в книжном неделю, а уже столько новых книг! Быстро бегаю от полки к полке и высматриваю самое интересное. Наконец-то привезли третью часть «Макабра». Я так долго её ждал! Мне безумно нравится главный герой. А здесь? Синтонимы и Межвремье! Медина Мирай, Вы лучшая! А? Неужели это новый томик манги в нашем-то захолустье? Сам не заметил, как набрал с десяток книг. На радостях совсем отключился мозг. Вспомнив, что потратил все карманные, выделенные мамой, ещё на прошлой неделе, улыбка поугасла. Медленно, явно нехотя, стал ходить и раскладывать книжки по местам. — Эй, ты чего, малыш? — М? Да, забыл, что деньги кончились… Набрал с дури, все, что не попадя, — пытаюсь улыбнуться, получается плохо. — Собирай книжки назад, я оплачу. — Правда? — чувствую, что радость возвращается. Если честно, я даже не надеялся, что он мне их купит, Серёжа очень не любит мое увлечение книгами. Считает, что я «прочитываю всю свою жизнь». — Правда, бери уже. Некоторые книги все-таки решил убрать: Синтонимы я читал в электронной версии, зачем ещё бумажная? Стивена Кинга «КлаТбище домашних жЫвотных» я смотрел. Ну и ещё несколько книжек. Ограничился семью. Подходя к кассе, я с трудом удерживал все книги, но принимать помощь парня отказывался. — С вас 4764 рубля. — Ч-что?.. — я растерянно посмотрел на Серёжу. — Давай я ещё несколько книг уберу. Вот эти два томика манги мне не нужны, да и Межвремье я потом прочитаю. А вот эта вот вообще ерунда какая-то, так ещё и тысячу стоит. — Картой, девушка, и ещё вот эту вот большую сласть, пожалуйста. — Тогда 5264. Пакетик нужно? — Да, давайте. Расплатившись и получив книги, Серёжа вышел из магазина, и я, помедлив секунду-другую, побежал за ним. — Серёжа, это очень дорого! Давай вернём несколько книг! — Тише, малыш, тише, — он легко поцеловал меня и ненадолго прикусил мою губу. — Все в порядке. Я рад, что тебе понравилось. — Но пять тысяч… — Забудь, ты мне уже заплатил. — Что? Когда? Парень пошло ухмыльнулся, и до меня дошло. — Бака! — краснючий, я ударил его по плечу. — Ой, люди, спасите! Меня избивают! — оффник громко засмеялся и отбежал от меня на несколько шагов. Как бы я не старался хмуриться, на лице появляется улыбка. Вот же идиот…