Небесные светила
19 сентября 2025 г., 21:04
Войдя в трапезную, Нолофинвэ увидел за столом весь Второй дом. Эол поднялся со своего места, приветствуя короля, вслед за ним — Ломион с женой. Счастливая Ириссэ подлетела к отцу с дочкой на руках и поцеловала Мудрого в щёку. Её примеру последовала малышка, на которой было надето белоснежное платьице, отчего внучка сразу напомнила Нолофинвэ маленькую Арэдель.
Вскоре после Мудрого короля на пороге трапезной появился улыбавшийся Нолдоран, вслед за Нолофинвэ приветствовав семью: похоже, это была именно его идея собрать всех вместе сегодня утром.
Финдекано довольно улыбался, вглядываясь в родные лица. Все страстно желали услышать рассказ о приключениях отца в Эндорэ и тот, отпив глоток мируворэ из кубка, начал свое повествование:
— К сожалению или к счастью, в Эрегион мы так и не попали. Наверно, вы уже знаете, что мы пытались найти дом Телперинквара, — услышав имя представителя Первого дома Финдекано улыбнулся ещё шире. — Но результат оказался интереснее, чем мы думали.
Нолофинвэ поднял ладонь и, разжав пальцы, создал шарик света, который поднялся к потолку и осветил весь зал. Ответом послужили удивлённые вздохи.
— Дорогой, как у тебя это получается? — воскликнула Анайрэ, провожая взглядом светящийся шарик до тех пор, пока он не вылетел в раскрытое окно.
— Атто, а мы тоже так сможем? — Финдекано восхитило это зрелище — он сразу вспомнил, что ему совсем недавно показывали кузены из Первого дома.
— Кажется, в исцелённом мире в каждом из возродившихся эльдар сокрыто что-то необычное. Во время нашего путешествия мне пришло видение, что со светилами Арды не всё в порядке.
— А мне кажется, это с тобой что-то не так, — буркнул, нахмурив брови, Турукано. — Как только ты, атаринья, пообщался с Первым домом, так вдруг ни с того, ни с сего начал шары в небо кидать. Древа исцелили, Моргота выкинули подальше отсюда, что может быть сейчас не так.
— Помимо Древ в Арде остался ещё свет, — парировал Нолофинвэ. — И мне показали, что светилам нужна помощь.
— Какая ещё помощь! Уж точно не нам нужно думать об этом. Пусть этим занимаются вновь ставшие юными Стихии… — проворчал Турукано, ковыряясь вилкой в салате.
— Стихии? Неужели ты ничего не помнишь? — возмутился Нолофинвэ. — Когда Моринготто вернулся в Арду, они… его… даже не заметили. Его. Целого его. А тут всего лишь маленькая пакость врага мира. Но она уже много веков отравляет жизнь нашим младшим братьям, которых по замыслу Единого именно мы должны наставлять и поддерживать.
— Не было печали… — Турукано поймал пристальный взгляд Финвэ и смолк. А Мудрый король продолжил:
— Допускаю, что Стихии способны решить этот вопрос, но именно нам предстоит найти, что не так со светилами.
— Вы оба правы, — примиряюще поднял ладони Финвэ. — Мы можем отправить Турукано к Манвэ. И мой внук поведает в круге Судеб о твоих находках.
— Делать мне больше нечего, — пробурчал себе под нос Турукано, но потом кивнул в знак согласия. — Хорошо, дедушка. Так и поступим.
— Идея хорошая, но нам нужно собрать весь узор воедино прежде, чем мы начнём общаться с валар. Как вижу, Арьо нет в Тирионе.
— Да, атто, он с семьёй гостит у аммэ, — кивнул Финдекано.
— Что ж, тогда поговорю с младшим в Валмаре. Может, это и к лучшему.
— Аииийя! Как хорошо, что вы здесь все вместе! — в зал вбежал Телперинквар, который примчался из Форменоса, воспользовавшись кольцом перемещений. Выглядел он уже не смертельно уставшим, а вполне бодрым и энергичным. Финвэ заставил его позавтракать вместе с Вторым домом, а потом они, прихватив Нолофинвэ, направились к палантиру.
Вызвав Фэанаро, Финвэ дал слово сыну, и тот стал взволнованно рассказывать брату о поездке.
— Торон, атани сотворили систему колец, которая творит ужасные вещи. Во время поисков Эрегиона мы наткнулись на одно из порождений Зла. Эти кольца служат Саурону и создают каким-то образом копии Арды, которые обделены светом Эру. Там происходит невообразимое. Мы еле ноги унесли.
— Да, мы уже заметили, — кивнул Фэанаро. — Система колец видна не только в незримом, но и в современном мире людей. Постараемся подобраться поближе и найти создателей. До связи, — Пламенный прерывал общение, а Телперинквар задумчиво пробормотал.
— Дедушка, не нравится мне всё это. Может быть, немного подождать и постараться вызвать атто?
— Думаю, с ним всё хорошо. Он же не один там, — постарался успокоить его Нолофинвэ. — Нам нужно срочно отправляться в Валмар. Никто не знает, сколько у них, — Мудрый король указал в небо, по которому плыла ладья Ариэн, — осталось времени. Светила отравляет нечто и это нечто как-то связано с врагом мира. В пророчестве Намо было сказано, что Моргот уничтожит солнце и луну, но не было сказано, каким именно образом.
— Если желаешь, можешь остаться, — продолжил Мудрый, — а мы сейчас едем в Валмар.
Лорд Эрегиона тяжело вздохнул.
— Я должен отправиться с вами.
— Уверен, твой дед справится, — попытался подбодрить его Нолофинвэ. — Фэанаро несомненно сильнейший из нас, тем более, что с ним твой отец с братьями.
— Я возьму видящий шар с собой, а сейчас мне нужно увидеть мать, — всё ещё опечаленный тем, что не удалось поговорить с отцом, Телперинквар направился к родительскому дому.
— Похоже, Феанаро нашёл место Искажения, — Нолофинвэ обернулся к отцу. — Едем?
— В добрый путь, — Финвэ хотел бы отправиться в Валмар способом, который придумал Фэанаро, но родные из Второго дома предпочли традиционный вид передвижения.
Эол не пожелал отправиться в круг Судеб и Нолофинвэ не стал настаивать на том, чтобы зять присоединился к королевскому кортежу: «Странно, мне казалось, ему точно есть, что добавить к нашим словам. Когда мы говорили о мёртвом свете, его лицо стало мрачнее обычного, как будто он видел больше нас.»
***
Финдекано оседлал коня, накинул дорожный плащ и помчался догонять отца. Долгие годы он почти не появлялся дома, предпочитая исследовать самые дальние уголки благого края: главой Дома и тем, кто принимал большинство решений, оставался Нолофинвэ, и присутствие его сына редко становилось необходимостью, а своих последователей у Астальдо, в отличие от брата, практически не было. В Белерианде его власть долгое время оставалась продолжением мыслей и дел отца, и, возможно, именно это повлияло на то, что в Валиноре Финдекано вернулся к относительно простой жизни. Сегодня утром, слушая отцовский рассказ, Астальдо не мог отделаться от ощущения важности происходящего. В своих странствиях он замечал, хоть и не придавал этому особого значения, что небо… Нет, не сереет, но даже в полдень кажется каким-то тусклым, словно… свет Ариэн искажен? Как будто кто-то забыл протереть светильник и тот запылился?.. Если видение отца было правдой, с происходящим стоило разобраться как можно скорее. Финдекано невольно поймал себя на мысли, что соскучился по семье. И было бы славно встретиться с Нельяфинвэ. — Что ж, пусть Свет озаряет наш путь, — сев в седло, Нолофинвэ создал на ладони шарик и тот уверенно полетел в сторону Валмара.***
После встречи с матерью и маленьким братцем Телперинквар вернулся во дворец, где его уже поджидал Эол. Лорд Нан-Эльмота поманил друга к себе и, когда тот поравнялся с отшельником, протянул на раскрытой ладони камень. — Кели, посмотри, что я нашёл в тоннеле. — Когда? — Когда остался с лошадьми. — Интересная находка. Науро, но как ты смог избежать встречи с гоблинами? — Они там были? — Да, гоблины напали на нас, едва мы поднялись обратно в тоннель. — Я услышал странный шепот, что вы не вернётесь. После чего в тоннеле ещё ярче вспыхнул тот мёртвый свет… — И ты решил бежать? — Мне нужно было остаться? — Нет, ты поступил правильно. А главное, смог спасти лошадей. Напавшие на нас были столь яростными, что я решил — они хотят нас сожрать. — Вы вернулись сюда картой? — Амулетом возвращения домой. — Амулетом? — Да, дед придумал такой способ, чтобы всегда можно было вернуться в Форменоссэ. Из любой точки мира, — Телперинквар осторожно взял камень в руки, попытался соединиться с ним разумом. Тот откликнулся, но в его ответе было нечто странное, настолько чуждое природе эльдар, что лорд Эрегиона сжал пальцы в кулак, прерывая общение. — В это невозможно поверить, но камень не из мира Арды! — Что? — Он не из созданных Аулэ! — Телперинквар сквозь сомкнутые пальцы ощутил странный холод. — Скажи, кто предупредил тебя об опасности в том тоннеле. Он? Или кольцо? Оно разумно? Может наслать видение? Внук Фэанаро помрачнел: его родные, судя по всему, сейчас находились где-то рядом с тем странным местом. А он ничего не мог сделать — от этого Телперинквару стало ни по себе. — Мой отец там, и дяди, и дед… — Кели, ты уверен, что они именно там? В том самом мире? — Как думаешь, если ту установку обезвредить, то миры разрушатся? — Какую установку? Что вы с королём нашли в том подземелье? — Да ты ж не знаешь! Там внизу были странные эдайн. Они охраняли нечто, что напрямую связано с кольцом. И не думаю, что те люди служили Свету. — Это они сотворили тот мёртвый свет в тоннеле? — Думаю, да. Это их рук дело. Или их хозяев. — И этот камень принадлежит им? — Не уверен. Всё же он предупредил тебя об опасности… — Телперинквар повертел камешек в руках — тот притих, больше не откликаясь на зов внука Фэанаро. — Ты сможешь использовать его, чтобы вновь попасть туда? Ты умеешь говорить с творениями великого Аулэ. Вы с араном Фэанаро создали кольца перемещений. Этот камень поможет вернуться туда, чтобы разрушить кольцо? — Нет, нам пока нет нужды туда возвращаться. По-твоему, кто научил эдайн создавать такое? Саурон или сам враг мира? — Не знаю. Если он тебе не нужен, я его заберу, — Эол потянулся к руке Телперинквара, но тот не отдал камень обратно чародею, убрав в поясную сумку. — Я ещё не решил, что с ним делать. Но в любом случае, благодарю за находку. — Да будет так. — Ты едешь в Валмар? — Нет, я остаюсь. Нужно кое-что проверить. — Что ж, прощай. Поеду догонять прадеда и Второй дом.***
Когда королевский кортеж добрался до Валмара, Нолофинвэ спешился и, поручив своего коня заботе конюхов, стал подниматься по широкой беломраморной лестнице, ведущей ко дворцу Ингвэ. Увидев вышедшую навстречу родню, поймал себя на мысли: «Как всегда, светятся от счастья». Широко улыбнувшись, громко провозгласил: — Приветствую тебя, о великий король Ингвэ! Финвэ приложил ладонь к груди, едва завидев Ингвэрона. Кивнув жене и младшему сыну, быстрым шагом проследовал за ними во дворец — широкое крыльцо раскалилось от полуденного зноя. Двойной свет Лаурелин и Анар здесь ощущался намного сильнее, чем на вершине Туны. Оказавшись в прохладе просторного фойе, тирионцы с облегчением перевели дух и уже неторопливо проследовали в отведённые покои. Витражи на высоких стрельчатых окнах создавали мягкий полумрак, давая отдых глазам после нещадно яркого света. Мраморные полы были застелены златотканными коврами, которые успешно скрадывали звук шагов. Звон многочисленных колокольчиков доносился откуда-то из-под сводов потолка, заставив Нолдорана невольно поморщиться от нахлынувших воспоминаний о пребывании в садах Лориэна. Финдекано по привычке начал рассёдлывать своего уставшего коня, но конюхи остановили лорда и он быстро догнал ушедших вперёд родных. Когда Астальдо проморгался от плавающих в глазах пятен — сияние белого мрамора с непривычки могло ослепить кого угодно — его с радостью обнял Финдарато. — Аийа! Как ты? Пойдём, провожу тебя до твоих покоев. Пока они шли, Финдекано невольно вспомнил своё возрождение. Случилось оно, когда Аман ещё раз опустел — все, кто хотел, ушли на войну Гнева. Он так и не узнал, почему остался Финдарато. Но сидеть на побережье, вглядываясь в туманы на востоке, было чуть менее тоскливо, зная, что так проводишь дни не только ты один. Они впервые заговорили в тот день, когда пришла весть о наступающем на восточные земли — их земли — Белегаэр. Прибежав на побережье, Финдекано столкнулся с Инголдо лицом к лицу. Слово за слово, и вот они, перебивая друг друга, вспоминают Белерианд, те его уголки, в которых бывали оба, и те, о которых собеседник даже не подозревал, сосны Дортониона и зеркальную гладь Иврин, бурный Нарог и зелёные земли Оссирианда, первый восход солнца и ночи, ночи под звёздным небом, какого не увидишь над Аманом. Ничто не исчезнет, пока жив помнящий. Так и повелось тогда: Финдарато сопровождал Финдекано в его путешествиях, когда получалось освободиться от дел, а тот, в свою очередь, приезжая в Тирион, непременно привозил другу рассказы, карты и наброски. — Аийа! Очень рад тебя видеть. Я бы наведался один, но у нас такое… Родственники уходили всё дальше и дальше в глубь дворца, и Финдекано, продолжая пересказывать услышанное от отца, прибавил шагу. Где-то впереди шедший рядом с отцом Арафинвэ рассказывал о том, как создавались новые светила взамен отравленных Древ. Финвэ шёл рядом с Ингвэ, порываясь с ходу рассказать о том, что привело нолдор в Валмар, но мягко улыбавшийся король всех королей согласно этикету предложил тирионцам сначала проследовать в гостевые покои — все вопросы можно будет обсудить после вечерней трапезы. Телперинквар, шедший за прадедом, криво ухмыльнулся. Он видел нетерпение Нолдорана, но ваньяр никогда не нарушали принятые правила поведения. Поэтому лорд Эрегиона молча прошёл в предложенные покои, а потом вернулся в конюшню, чтобы взглянуть на своего коня и забрать чересседельные сумки. Повесив их на плечо, нолдо двинулся было в сторону Древ, однако свет ладьи Ариэн, всё ещё висевшей высоко над головой, так яростно смешивался со светом Анара, что Телперинквар почти бегом вернулся во дворец. Найдя свои покои, разделся и с великим удовольствием спустился по ступеням в громадную чашу купальни, которая была искусно выложена голубой и синей с позолотой плиткой. Вода подарила желанную прохладу после долгой поездки верхом. Вдоволь наплававшись, Телперинквар улёгся на широкой кровати и задремал под тихое пение ваниэр и нежный перезвон ветряных колокольчиков.***
Тем временем Нолофинвэ продолжал разговор с братом. — Всё так плохо? Ты сам на себя не похож, — вопросил Арафинвэ, вглядываясь в лицо старшего. — Долгая история, но он действительно может это делать, — улыбнулся Ноло. Видя недоумение младшего, поспешил пояснить. — Свет. Представь, он действительно исцеляет не только мир, но и фэа. От чего угодно, только на это нужно время. — Свет? Вы приехали к Ингвэ, чтобы рассказать об этом? Нолофинвэ подошёл к узорным дверям террасы и распахнул их настежь, дав свету проникнуть в мягкий полумрак коридора и заключить гостя в золотой кокон. Улыбнулся. — Расскажешь, как были созданы Анар и Исиль? Откуда взялся свет, который льётся с ладьей? — Странно, тебе раньше это было не интересно… — вновь удивился Арьо. — Я… Я не видел их создание. Понимаешь, когда вы ушли, покинули благой край. Я… остался… совсем один. И мне было не до чего в этом ужасном холодном мраке. По нему было видно, что Арафинвэ совсем не хочется вспоминать те тёмные времена. Но помолчав, младший с головы до ног оглядел сияющий силуэт Мудрого короля и продолжил. — Светила появились на небесах спустя несколько лет после вашего ухода. Их свет чем-то напоминает сияние Древ, но он всё же… — Другой, — закончил за него Нолофинвэ. — Да, а ещё могу добавить, если ты сам это не заметил, в начале своего бытия светила казались ярче, ближе и мощнее, однако сейчас, с течением времени они потускнели и как будто бы отдалились от Арды. — Правда? Никогда не обращал на это внимания, — Арьо задумчиво качнул головой. — Я знаю, кто тебе поможет. Дядя Ингвэ знает о создании светил больше моего. Думаю, ему будет интересно послушать про твои наблюдения. К сожалению, сам понимаешь, сколь важным бы не было дело, правила этикета неумолимы и раздражающе-неспешны. — Да знаю я. Сначала отдых и трапеза, потом любые вопросы, — махнул рукой Ноло и прикрыл створки дверей — Арьо с облегчением выдохнул: так, без сияющего ореола тот стал меньше похож на Фэанаро, приняв привычный облик старшего брата.***
Финдекано не торопился скрыться за дверями гостевых покоев. Увлечённый разговором с Финдарато, он остался стоять в коридоре. Прислонившись к стене, кузены продолжили обсуждать цель столь неожиданного приезда Второго дома. — Смотри, что мы сейчас имеем: свет Древ исцеляет, но при этом Эндорэ, по словам живущего там Нельо и его братьев, до исцеления очень далеко. Однако пророчество о Дагор Дагорат, насколько мы знаем, исполнено. Исцелённый свет Древ до Эндорэ доходить не может, но Анар и Исиль должны играть роль посредников, значит что-то не так именно с ними… — Подожди, не могло ли всё начаться с Дагор Дагорат? Знаем мы мало, о Турине вестей не было, а его месть Морготу — важная часть пророчества, я бы даже сказал, основная. — Тогда, брат мой, у нас две разные проблемы! И тот факт, что со светилами происходит нечто странное, подтверждает видение моего отца. Хотя, это может быть делом рук проснувшегося и заскучавшего юного Ирмо… — Воистину ты прав. Я сам лично видел, что Стихии вновь предпочитают ту фану, в которой выглядят совсем юными. — Но чем тогда объяснить возникшую ни с того, ни с сего способность отца? Представь, способности теперь не только Первому Дому выдаются. И она появилась как-то очень вовремя и связана напрямую со светом. Эти его шары света, они… очень напоминают свет Древ. Всегда золотой и серебряный. — Шары света? — Да! И потом соединяются в один! — Финдекано попросил кузена открыться в осанвэ и показал, как это проделывает отец. Тот удивлённо расширил глаза. — Так получается, не только Глорфиндел обрёл новое умение после возрождения. — Нет, не только. Посмотри, что теперь умеет Нельо, — взгляд Финдекано затуманился и Финдарато осанвэ ощутил восторг от полёта в руках Белого пламени. — Что это? — Да, ты всё правильно понял. Нельо получил способность летать, — Финьо пожал плечами. — Невероятно, но я сам это видел. — В это, конечно, очень трудно поверить, — Финдарато слегка усмехнулся. — Если бы не твое осанвэ, никогда бы не узнал об этой способности Нельяфинвэ. Послушай, если Дагор Дагорат должна была исцелить весь мир, но при этом свет свою роль не выполнил, это увязывает проблемы в один узел. Если Моргот не был изгнан окончательно, может быть, нам следует как-то вернуть Турина Турамбара? Финдекано удивлённо посмотрел на кузена и, не выдержав, звонко рассмеялся: — Действительно, Пути Людей — не Пэлори, там нас ещё не было! Боюсь представить, как такое провернуть без личной помощи Эру, да и то, может, и Единый не спасёт. К слову, отец склоняется к тому, чтобы попытаться исцелить светила в одиночку, не прибегая к помощи Стихий. Что вполне вероятно, особенно зная, что он теперь напрямую связан с ними… — Но, Финьо, я бы не стал так легко отметать в сторону пророчество. Поверь, на моём опыте оно сработало безотказно, — Финдарато вздохнул и отвернулся. В проёме арки качнулся с тихим звоном маленький золотой колокольчик. — Так, хорошо. Допустим, что исцелить свет — более вероятно, чем собрать Турина и Моргота в дееспособном состоянии. От чего мы его исцеляем? Понятно, дело в Морготе, но если так, не легче ли воззвать к Стихиям? — И это — тоже часть отцовского плана, я тебе об этом рассказал в самом начале нашей беседы. Тут бы знать, как на самом деле были созданы сами Анар и Исиль. Если это плоды искажённых злобой Моргота и ядом Унголиант Древ... — То получается, что свет над Валариандэ изначально искажён? Я пробовал узнать у отца и его верных, что происходило в благом краю, когда мы ушли, но они упорно отмалчивались… Конечно, Финьо, я попробую поговорить ещё раз, но не знаю, поможет ли. — Буду благодарен! Отец тоже хотел побеседовать с младшим братом. Надеюсь, всем вместе нам удастся узнать что-то полезное. Да и аран Ингвэ, вникнув в проблему, поймёт всю важность возникшей проблемы.
