Узлы

Анна получила свой контракт и дивиденды. Она, конечно, не вдавалась в подробности, зачем иностранцу этот живописный участок земли, отдаленный от населенных пунктов. И ее не интересовало, как он так быстро все провернул и во сколько это ему обошлось. И ни тени сомнения не мелькнуло в ее голове на весьма странную просьбу подписать все бумаги не в фирме, а на самом участке. Представитель клиента объяснил это желанием владельца лично самому все еще раз посмотреть. В машине по пути за город Анна выглядела задумчивой. Она ни разу не видела своего самого выгодного клиента, дела велись через юристов. Все было оформлено грамотно и по закону, но что-то необъяснимое и подозрительное было во всем этом. До места они доехали, когда уже смеркалось. Все вышли из машин, кроме самого главного персонажа. Анну это удивило, но думать об этом было некогда, улаживание юридических формальностей никто не отменял. Солнце опустилось еще ниже за горизонт, в тишине раздался звук хлопающей дверцы машины. Этот звук подействовал угрожающе на всех, особенно на представителей клиента. Они моментально замолчали, и Анне показалось, что в их глазах мелькнул животный ужас. Никто не посмел обернуться. Не было слышно ни звука. - Довольно! – раздался властный голос. Анна не поняла, кому конкретно была адресована эта фраза. Наверное, разговаривал по телефону. - Давайте мне документы, я подпишу, - не унимался голос, - не будем утомлять леди, возможно, ее ждут. В этот момент Анна впервые увидела его, хотя лицо полностью рассмотреть не удалось. Но ей запомнилась высокая и статная фигура во все черном, темные волосы, пронзительные глаза, в которых плескалась тьма. Анна тряхнула головой, отгоняя наваждение, и протянула документы, не придав значения тому, что острые края бумаги слегка поранили ей палец. Легкая улыбка или ухмылка, невозможно было понять, тронула его губы. - Позвольте представиться, Эрик Ван Дорт. До этого мы не были представлены. А вы, я предполагаю, мисс Анна Владимировна Громова? - Очень приятно познакомиться. Только я не мисс, я миссис. У Анны мелькнула мысль, что ему известно абсолютно все, а ошибки он делает специально. - Что ж, тогда вашему мужу несказанно повезло. - Я вдова. - О, простите мою бестактность, я не знал… «Да все ты знал!!! – отчетливо «закричала» мысль в голове. - Ничего страшного. - И все-таки, прошу еще раз прощения. Я весьма старомоден, и хочу быть представлен по всем правилам. Позвольте представиться еще раз, Эрик Ван Дорт, титул я опущу, это лишнее, – он кивнул головой. – Позвольте вашу руку. «Не давай руку! И не надо было сюда ехать, не надо!» - все не унималась мысль в ее голове. Она протянула именно ту самую руку, палец на которой поранила. Поцелуй обжог кожу, казалось, к ее ладони прикоснулась раскаленная сталь. Анне чувствовала, как кожа вокруг пореза «горит». Эрик подписал все необходимые бумаги и отдал распоряжение шоферу отвезти Анну домой. Но сам не поехал, он отошел на возвышение, повернувшись ко всем спиной, сказал в опускавшуюся на землю ночь: - Что ж, раз с делами покончено, я хочу побыть немного один в своих новых владениях. Да здравствует ночь! Анне стало жутко, и она с облегчением вздохнула, когда машина тронулась в путь, а Эрик с его владениями исчезли в ночной тьме. Но тьма скрыла не только это. - Ты искал ее? Я чувствую, что она рядом, – голос Эрика звучал еще более угрожающе. - Нет, сир, но мы делаем все… Эрик жестом приказал замолчать. - Довольно. Не хочу слушать ваши жалкие оправдания. Твое счастье, что у меня важный разговор. Мужчина, стоящий позади Эрика, поклонился. Никто не обратил внимания, когда внезапно поднялся сильный ветер и резко похолодало. Мелькнула, еле уловимая человеческому взгляду, тень. - Добро пожаловать, брат, – спокойно сказал Эрик. - Оставим любезности, брат, – послышался голос за спиной. - Как скажешь, но твоя манера появляться… - Да брось, это ты плюешь на свою природу, притворяешься. Ездишь на машинах, так хочешь быть похожим… - Довольно, Маркус! Может, тогда объяснишь мне, зачем твой гараж забит спортивными машинами последней модели? Впрочем, это был риторический вопрос. - Я люблю скорость. И ты тоже, насколько я знаю, братик. - Маркус, ты пришел сюда не для пустой болтовни. Ты прекрасно знаешь, каким важным вопросом я занят здесь. - Ты всегда занят. Но пришло время создавать мне свой клан. Ты обещал. - Я держу свои обещания и не только потому, что я глава. Маркус, ты мой брат, но есть правила. Ты был слишком молод и неопытен, когда без разрешения начал создавать свой клан, который был истреблен. - Эрик, прошло три тысячи лет, я изменился, и теперь хочу все сделать по правилам. - Похвально. Но ты знаешь наши правила, если ты ошибешься повторно, то я буду вынужден убить тебя. -Я знаю. Спасибо, что напомнил. Не было и дня, чтобы я не думал об этом. Но я не могу жить один вечность, лучше смерть. В том огне погиб не только мой клан, но и Элизабет. - Я знаю, ты выбрал спутницу без меня. И теперь… - Ты выбрал за меня, ты все решил… - Да заткнись ты уже, Маркус! Я ее пометил, а ты решишь сам, жить ей или умереть. Сделай прислугой. Она умна, профессиональна, пригодится тебе в делах. Так что, я нашел выход. Маркус засмеялся. Этот жуткий смех отдался эхом в ночи. - Братик, в хитрости тебе не откажешь. А ты? - Что я? - Ты ищешь? - Да. Я найду ее, это вопрос времени. - В тебе я не сомневался. Снова поднялся ветер. Маркус исчез, Эрик остался один. Чувство страха не покидало Анну. Еще этот проклятый палец покраснел и постоянно зудел. Она попросила шофера заехать в аптеку, только потом домой. В загородной дом, что остался после смерти мужа, Анна не поехала. У нее была квартира в городе. Ей казалось, что в шумном мегаполисе, среди потока людей, безопасней. Анне не хотелось впутывать дочь… впутывать, но куда? В аптеке она купила все, чтобы обеззаразить рану и решила, если ей не станет лучше, то она поедет к врачу. Купила снотворное и успокоительное. Итак, день закончился. Она зашла домой, приняла душ, выпила сразу успокоительное и снотворное. Но заснуть не удалось, беспокойные мысли терзали душу. Только спустя некоторое время сон тяжелым грузом опустился на Анну, погрузив ее в пучину темных и беспокойных сновидений. Она бежала по темному, туманному, запутанному лабиринту, не имеющему выхода. Анна пробегала один поворот за другим, ей казалось, что еще чуть-чуть и выход будет найден, но дорога обрывалась в пропасть. Она проходила мимо людей, лежащих прямо на земле. Их пустые глазницы смотрели в никуда. Но она боялась ни этих неподвижных фигур, ни дорог, уходящих в пропасть, а тени, гнавшейся за ней, ветра, что сопутствовал той, глухого шепота, отражающегося от стен. И этот шепот произносил только одно имя: «Анна». Она не заметила, погружаясь в свой мрачный сон, как за окном усилился ветер, а по комнате промелькнула тень и замерла возле кровати, склонившись над ней. В ночной тишине пронесся звонкий шепот: «Анна!!» Анна резко вскочила на кровати, она тяжело дышала, казалось, сердце сейчас выскочит из груди. Через несколько дней Вике пришло печальное известие, что ее сестра впала в кому, и находится в Коммунарке в изолированной палате. Диагноз неизвестен. Вика сразу помчалась в больницу, по пути подключив все свои связи, чтобы сестре был обеспечен лучший уход. Возле палаты Вика встретила племянницу, лечащего врача и главврача. Она посмотрела через стекло на сестру, потом на этот «консилиум». - Что с ней? - спросила Вика.- Коронавирус? - Нет, это не COVID-19, – сказал главврач. - Конечно, мы еще проведем тесты. Но это не он. Состояние стабильное. - Хорошо, – выдохнула Вика. - Я бы так не сказал,- ответил главврач. - То есть вы хотите сказать, что лучше б это был вирус, который убивает тысячами за день?! - Я хочу сказать, что COVID-19 мы хотя бы можем диагностировать. Но вашей сестре мы пока не можем поставить диагноз, а без этого невозможно назначить верное лечение. Мы проведем еще тесты, анализы. В мире много разных и малоизученных болезней, но дело в том, что в случае с вашей сестрой, я бы сказал, мы столкнулись с чем-то новым. Анализы крови показывают наличие неизвестной инфекции, которая меняет состав крови. Это убивает пациента. Мы сделаем все возможное. Врачи ушли. Вика без сил опустилась на стул рядом с Ольгой. - Когда маму забрали, я нашла вот это на столе в спальне. Это какой-то бред. Я разговаривала с ней не так давно, она была абсолютно в адекватном состоянии. Ольга протянула записку Вике. На клочке бумаге было написано следующее: «Тени…, кругом тени, тень… я видела ее ночью, сквозь сон, после той сделки. Не надо было с ней связываться... Никогда…, (дальше какая-то бессмыслица), Ван Дорт…, держитесь пода…» Дальше текст обрывался. Но не это поразило Вику, как только она прикоснулась к клочку бумаги, то словно застыла, глаза ее уставились в одну точку. Виктории показалось, что она покинула свое тело и последовала по пути Анны в тот день. Словно пленка отматывался назад: вот она видит Анну, пишущую записку, непослушные волосы постоянно падают на бумагу, мешая писать. Потом она видит спящую сестру и тень, склонившуюся над ней, бегущую Анну по лабиринту, подписание бумаг, этот странный мужчина, лицо которого она никак не может разглядеть, кажется ей знакомым. Но где она могла его видеть? Сестра уезжает, он остается один, стоя к ней спиной, порыв ветра, и вот уже двое мужчин, потом незнакомец остается снова один и как будто, чувствуя ее присутствие, он оборачивается. Но его лицо она не успевает разглядеть, только часть: волевой подбородок, очень четкую линию губ. Ее словно вбрасывают в свое тело. - Тетя Вика, Тетя…, - слышит она издалека, чьи-то руки лихорадочно трясут ее за плечи. Вике потребовалось несколько секунд, чтобы придти в себя, еще не хватало Ольге узнать про ее галлюцинации. - Тетя Вика, что с тобой? Мне показалось, как будто тебя не было со мной сейчас. «Так и было», - мелькнуло в голове у Вики. - Все в порядке. Я задумалась. Если хочешь, можешь пожить у меня, пока мама в больнице. - Нет, спасибо. Я написала тете Кате. - Спецу по странностям,– улыбнулась Вика. В душе шевельнулась совесть, она должна была написать первой, ведь Анна и Катина сестра тоже, она имела право знать. - Правильно сделала. Я хотела… Но продолжать не стала, слишком очевидна была ложь. - Тетя сказала, что завтра будет здесь. На этом они разошлись. Вика и так чувствовала себя разбитой, полнолуние прошло, но впервые за много лет сны не прекратились. Ничего не помогало, даже снотворное. Вика надеялась, что ей удастся выспаться днем.