гитара.

—Чонгук, где моя гитара?— Юнги заходит в просторную комнату и садится на край кровати, обращаясь к Чону. — И тебе привет, хён,— Гук отрывается от приставки и поворачивается к Мину,— Я дал Тэхёну. —Я рад. А гитара-то где?— с ухмылкой произносит Юн и толкает язык за щеку. Чон давится возмущением. Его глаза округляются, а щёки предательски покрываются румянцем. — Хён!— Чонгук кидает в Юнги первое, что попадается на руку — пустую баночку из-под бананового молока. Мин уворачивается и со смехом покидает комнату красного тонсэна. *** — Гук-и? Я принёс гитару,— сообщает Ким, заглядывая к названному в спальню. Чон дёргается, стукаясь коленом о стол, и резко захлопывает крышку ноутбука, на экране которого самозабвенно целуются порноактёры. — Тэ?— голос младшего немного дрожит.— Стучать не учили? — Я три раза стучал, но ты даже не отозвался,— Тэхён хмурится и рассматривает красное лицо Гука, с мутными глазами и с дыханием как у загнанного зверя.— Всё в порядке? У тебя что-то болит? Младшему хочется ответить «да, член», ведь Ким так беспардонно прервал его на самом неподходящем моменте. Но Чонгук просто сжимает основание органа, требовавшего разрядки, рукой, которую не успел вытащить стараясь быть незаметным. — Может у тебя температура?— Ким, видимо, возомнил себя мамочкой и, оставив музыкальный инструмент в углу, начал подходить к Чону. — Нет! Стой! Не подходи... Вдруг я и правда заболел и ты сможешь заразиться, поэтому стой там!— на одном дыхании тараторит Гук и выставляет перед собой свободную руку, стараясь остановить его. — Я не заражусь, меня оберегают лунные кролики,— улыбается Ким, но, подойдя к Чону застывает и перестаёт улыбаться. Его взору предстаёт красный, смущённый младший, с рукой в штанах. Безумно милая и одновременно горячая картина. Теперь понятно почему он так отреагировал. — Оу,— тянет Тэхён и снова улыбается.— Я помешал? Чонгук тихо скулит и утыкается лбом в поверхность стола. У Кима появляется дикое желание поцеловать этого милашку, в чём он себе не отказывает. Подняв голову младшего за подбородок, старший наклоняется и на пробу касается своими губами чужих. Гук немного опешил от его действий, но отстраняться не стал, наоборот, обняв Кима за шею, он прижимается ближе. Тэхён кладёт ладони на его талию несильно сжимая, на что тот несдержанно стонет. Он приподнимает младшего за бёдра, заставляя того обвить ногами свой торс, и направляется к кровати. Опустив Чона на постель, Тэ отстраняется, чтобы в следующую секунду припасть губами к его шее. Выцеловывая каждый миллиметр и стянув с Гука штаны с бельём, он приспускает собственные и, высвободив полувставший член, охватывает оба органа ладонью, начиная степенно надрачивать. Спустя несколько стимулирующих движений рукой, они кончают почти одновременно, пачкая собственные животы и руку старшего. — Хён...— Ким не даёт договорить, прерывая его поцелуем. Раздвинув ноги Чона, он приставляет палец к колечку мышц и медленно погружает его внутрь, использовав сперму в качестве смазки. Чонгук дёргается, но услышав тихое «расслабься», немного ёрзает и пытается дышать ровнее. После второго кадык парня начинает нервно дёргаться. Целуя его, Тэхён продолжал аккуратно растягивать младшего. Переведя свободную руку на вновь набухающий член Чона, Ким отвлекал его, пока просовывал третий палец, выискивая нужный угол. Потерявшись в ощущениях, младший не сразу понял, когда пальцы исчезли, а входа касалось что-то горячее и влажное. Плавно толкнувшись внутрь, Тэ накрывает чужие губы, заставляя не сорвавшийся стон тонуть в поцелуе. Боли не было. А может и была. Чонгук не понимал, абсолютно всё в нём смешалось в одно нескончаемое удовольствие. Наращивая темп, старший уже остервенело толкался в стонущего и извивающегося под ним Чона, оставляя на чужом теле хаотичные поцелуи и засосы. Кончив после младшего, Ким крепко поцеловал его в соленую от пота щеку и притянул ближе к себе и заключил в крепкие объятия. Тяжело дыша, парни просто наслаждались долгожданной умиротворённостью. *** Мин без стука заходит в комнату Чонгука и валится спиной на кровать. — Гук, где опять моя гитара?— закрыв глаза спрашивает Юнги. Чон поворачивается к нему и смотрит потерянным взглядом. — Я дал Тэхёну. — Айщ, что у тебя за привычка давать мои вещи кому попало? — Нет, хён. На этот раз я действительно дал Тэхёну...Вчера...На этой кровати...— задумчиво ответил младший. — Пиздец,— Мин распахивает глаза, с ужасом осознавая на каком грешном месте он лежит. ʜɪᴛᴇɪᴅᴇᴋɪɴᴀɪ.