Глава 2. Второй первый вдох
20 мая 2021 г., 18:18
Второй первый вдох не услышишь в комнатах больниц
Или яслях, где плачут дети.
Его слышишь на поле после битвы,
В облегчённом:
«Ты тоже доберёшься домой».
_________________________
Коннер размышлял, стал ли Готэм мрачнее за время его отсутствия. Небо, раньше подсвечивающееся зелёно-жёлтыми огнями города, сейчас выглядело практически чёрным. Может, оно казалось темнее из-за того, что большую часть времени Коннер проводил в Бристоле, а не в Готэме, чтобы не раздражать Брюса. Потому что у него было строгое правило по поводу людей со сверхсилами, конкретнее по их отсутствию в городе. И даже друзьям своих детей рад не был. Но это не имело значения, по крайней мере сейчас. Коннер мог выдержать недовольный взгляд Брюса; Коннер был слишком рад быть дома. Имело значение то, что он вернулся. И не важно, если его любимое кафе закрылось или он пропустил кучу уроков. Потому что он вернулся в двадцать первый век, домой. Кенты были… ну, «обрадованы» — сильное преуменьшение. Коннер никогда, наверное, не сможет забыть, как сильно стиснул его Кларк и как Марта пыталась сдержать слёзы. Но остаться надолго он не мог, как бы ни хотелось. Ему нужно было вернуться к человеку, по которому он соскучился больше всего за своё путешествие. Сколько раз он хотел увидеть Тима? Сколько раз оборачивался, чтобы пошутить или задать вопрос, прежде чем вспоминал, что его рядом нет? Коннер был готов обнять своего лучшего друга-ботаника и не отпускать. Коннер никогда не сможет объяснить, сколько раз Тим спасал его, когда он оказывался потерянным вне времени и пространства. Потому что именно голос Тима в памяти заставлял мозг работать, когда хотелось паниковать. Именно голос Тима помогал ему строить планы и продумывать свои атаки. Тим и годы их дружбы обеспечили Коннеру достаточно здравого смысла и тупой удачи, чтобы вернуться домой. Так что Коннер обыскивал Готэм в поисках Робина. И когда Коннер его нашёл, он выглядел… ну, не как Робин, которого помнил Супербой. Если бы не хорошая память, Коннер бы подумал, что, как и второй Робин, Тим умер, и его заменили. Но это абсолютно точно был силуэт Тима. Не важно, что теперь у него не было ярких зелёных перчаток и жёлтого плаща, которые сменились чёрно-красным костюмом. Это был Тим. Робин напрягся, когда Коннер легко ступил на крышу. Неважно, как легко он ступал, он никогда не мог подкрасться ни к кому из летучих мышей. — Привет, Робин, — улыбнулся Коннер. Тот, кажется, перестал дышать. — Э-э… Тим? — улыбка сползла с лица, и грудь начала заполняться беспокойством. Робин медленно повернулся. Его лицо выглядело измождённым даже под маской. Скулы стали более выражены, волосы были длиннее обычного. Но заставило нервничать не это. А его взгляд. — Тим? — Коннер внезапно испугался, не должен ли он был позвонить первым делом в Бэтпещеру, чтобы не помешать случайно… какой-нибудь ситуации, которая может произойти только в Готэме. Тим поднёс руку к лицу, сунул пальцы под маску и медленно снял её. Коннер поморщился. Он ненавидел, что Тим никак не смог найти менее раздражающий кожу способ для снятия маски. Глаза Тима были широко раскрыты и полны страха. Коннер сделал шаг вперёд, чтобы его успокоить, но тот тут же отшатнулся. — Не настоящий. Коннер, не будь у него суперслух, усомнился бы в произнесённых другом словах. — Тим, что ты… Робин дрожащей рукой нажал что-то на поясе. Пряжка мигнула. Коннер никогда раньше не видел, чтобы Тим это использовал, но сигнал был ясен. Бэтмен идёт. Коннер внимательно слушал, как в коммуникатор Тима врываются голоса. — Робин, докладывай. — Роб? — Его жизненные показатели стабильны, но повышено сердцебиение. Этот водопад звуков вызвал у Коннера странную радость. Сколько раз они выслушивали недовольные речи Брюса на выходных? Сколько раз Дик брал их развеяться в поездку, а после это превращалось в ночное приключение? Если бы ситуация позволила, Коннер бы улыбнулся. — Тим, ответь! — Брюс был обеспокоен. Коннер снова хотел сделать шаг вперёд, заверить их, что Тим в порядке. Но Робин снова заговорил, и Коннер замер. — Утечка газа, — Тим глубоко вздохнул. — Может, Пугало. Коннер задержал дыхание. Он мог бы не дышать столько, сколько понадобиться. И он бы ни за что не навредил Тиму, что бы тот ни думал. Точно нужно было сначала позвонить. Как можно было так сглупить? Тим не смог бы в одиночку его сдержать, если бы газ ударил Коннеру в мозг. — Принимаю антидот, — голос Тима дрогнул, когда он достал препарат. Он не сделал ни малейшего движения, чтобы дать его инопланетянину напротив, но сделал укол себе. — Я в трёх минутах от тебя. Дыши, Тим, — теперь голос у Брюса был грустным. Коннер продолжал стоять, задержав дыхание. — Что ты видишь? — осторожно поинтересовался голос Найтвинга. Тим подавил всхлип. — Коннера. У криптонца похолодела кровь. Тим думал, что он… — Нет. Тим, я настоящий! — он пересёк крышу на нечеловеческой скорости и схватил его за руки. Робин зажмурился. — Пап, пусть это прекратиться. — Тим, всё в порядке. Дыши, — голос Брюса звучал уверенно. Коннер почувствовал прилив благодарности к приёмному отцу лучшего друга. Тиму нужны были хорошие и заботливые люди в его жизни. — Тим, я настоящий! Смотри! — Коннер вытащил наушник из уха Робина и практически прокричал: — Хэй, Бэтмен! Спокойная болтовня, заполняющая линию, прекратилась, и, казалось, вместе с ней затих Готэм. — Коннер? — донёсся недоверчивый голос Дика. — Ты… — Оракул, свяжись с Суперменом. Сейчас же! — приказ Бэтмена отрезал фразу, которую собирался сказать Найтвинг. — Идёт соединение, — последовала многозначительная пауза, в которую этот Оракул, очевидно, связывалась с Суперменом. Коннер предположил, что это Бэтгёрл, но не мог сказать наверняка, потому что долго отсутствовал. — Говори. — Супермен, у нас объявился человек, утверждающий, что он Кон-эл. — Бэтмен? А, так он вас нашёл? — Кларк звучал растеряно. И Коннер не мог не понять: такой странный звонок пришлось принять. — Они думают, что я ненастоящий, — сказал Коннер в микрофон как раз в тот момент, как на крышу приземлился Тёмный Рыцарь. Он грозно приближался, почти как мстительный дух, так что Коннер отступил от Тима и попятился, прежде чем Брюс в него не врезался. — Конечно, ты настоящий, — смущённо сказал Кларк. Бэтмен притянул к себе Тима и накрыл плащом, вероятно, чтобы скрыть его лицо без маски. Коннер не видел взгляда Брюса под капюшоном, но по сжатой челюсти предположил, что тот зол. — И ты не подумал сказать о том, что он вернулся? — Да, он был в ярости. — Ну, учитывая, что он практически сразу полетел к Ти… Робину, нет. Я думал, вы это быстро выясните. Коннер внимательно наблюдал за лицом Бэтмена. На соседнюю крышу приземлился Найтвинг и сел, наблюдая, как хищная птица. — Ты уверен? — Бэтмен всё ещё скрывал Тима от посторонних глаз. — Конечно. Мы проверили в Крепости, — в голосе Супермена слышалось негодование. Дик быстро спикировал со своего места, и Коннер обнаружил, что на него навалились почти девяносто килограммов чистой мускулатуры. Коннер позволил себя стиснуть в объятиях который раз за день и рассмеяться над этим чувством. Дик был ему практически как старший брат. Но как бы Коннер по нему не скучал, Найтвинг не был тем, кого больше всего хотелось увидеть. Брюс что-то тихо говорил Тиму, и Коннер решил, что не должен слушать. Если Тим всё ещё считает его галлюцинацией? Криптонец не был уверен, что сможет выдержать такую боль в голосе друга. Слова Брюса явно были приняты его приёмным сыном, потому что Тим вынырнул из-под плаща опекуна и огромными глазами смотрел на Коннера. Дик внезапно оказался рядом с Бэтменом. Тим сделал неуверенный шаг вперёд. — Ты… Как? Коннер засмеялся. Конечно же, Тим хочет знать подробности. — Я не совсем понял как, но я оказался в будущем, и, честно, без некоторых людей там жутко скучно. Поэтому я вернулся, как только смог. Но я знаю, что… что меня долго не было. Неуверенность кольнула сердце. Что, если Тим больше не хочет быть друзьями? Но Робин сделал шаг вперёд, развеивая страхи. Коннер шагнул навстречу и крепко его обнял. — Такое ощущение, что это сон, — прошептал Тим. — Обещаю, что нет. Коннер не мог себе представить, через что прошёл Тим. Они часто шутили раньше, что, скорее всего, Тим из них двоих умрёт первым из-за такой жизни в Готэме. Но Коннер не мог представить, что бы он тогда делал. Справился ли бы? Как Тим справился с его смертью? — И ты не уйдёшь? Коннер не был уверен, что Тиму требовался ответ. Он хотел пообещать, что Тим его никогда больше не потеряет. Но был другой вариант: Тим умрёт раньше. Коннер стиснул друга. Этого нельзя обещать. Но можно было сказать, что он сейчас рядом. — Вижу, ты костюмчик обновил, — постарался разбить шуткой тишину Коннер. — Хотя жёлтый всё равно больше шёл Барту. — Я хотел… — Тим отстранился. — Мы с Кэсси хотели тебя почтить. Коннер моргнул. Костюм был в красно-… оу. Это его цвета. Тим сменил традиционный костюм Робина, чтобы помнить о нём. Коннер тихо выругался. — Может, — прокашлялся Найтвинг. — Перенесём это воссоединение в пещеру? Бэтмен, кажется, вышел из ступора. — Вот. Бери машину. Тим автоматически поймал ключи. — А как же…? — Мне ещё кое-что нужно сделать. Оракул… — Брюс смолк. Коннер стал подозревать, что он решил выдумать задание прямо на месте. — Да, взлом на пересечении восемьдесят четвёртой и Ричмонд, о котором я говорила, — чирикнула Оракул в наушник. Коннер решил спросить в ближайшее время, почему Барбара перестала быть Бэтгёрл. — Точно, — Они точно это только что придумали, решил Коннер, пока Бэтмен продолжил: — Я возьму мотоцикл. — Ты же не разрешаешь мне водить, — удивлённо сказал Тим. — Робин, просто бери её, пока он не передумал, — засмеялся Найтвинг. Вот так Коннер оказался на пассажирском сидении Бэтмобиля рядом с Тимом. Тот чуть ли не каждую секунду кидал на друга взгляд, проверяя, исчез он или нет. Точно ли было правильно позволить Робину сесть за руль? — Я всё ещё здесь, Тим, — выдохнул Коннер после пятого взгляда в его сторону. Тим сконфузился, поудобнее перехватывая руль. — Просто прошло так много времени. Я всё ещё думаю, что вот-вот проснусь. Коннер прикусил губу и некоторое время смотрел на проносящийся мимо город через лобовое стекло. Он не знал, как это исправить. Он не знал, как помочь своему другу выбраться из того ада, в который его затянуло, но мог попытаться. — Может, проверим, на что он способен? Не каждый день выдаётся возможность покататься на бэтмобиле, а? Тим слегка ухмыльнулся. — Ты точно пожалеешь о том, что спросил. Он вдавил педаль в пол, и их приклеило спиной к сиденью. Звук, похожий на звон, наполнил машину, когда они смеялись. И Коннер был уверен, что в этот момент смех его друга — лучшее, что есть в мире.
