Город засыпает - просыпается мафия

      Рампо растерянно озирается по сторонам, обнаружив себя в старой библиотеке. Детектив обходит небольшое помещение, проходясь взглядом по пыльным стеллажам, которые освещали красиво украшенные керосиновые лампы. Это место ему казалось совершенно чужим и знакомым одновременно.       Недалеко за одним из длинных столов сидела девочка, уткнувшись глазами в какую-то книгу. Завидев Эдогаву, она отвлеклась от своего дела, поднявшись со стула. — Давно не виделись, Рампо-сан, — улыбнулась Нанами, слегка покачнувшись на пятках. — Где мы? — первое, что спросил Рампо, всё ещё крутя головой. — Я и сама не знаю, — неопределённо пожала плечами Мидзуко, усевшись на край стола. — Я сразу очутилась здесь после того… — девочка замолчала, поджав губы. — Значит, я тоже мёртв? — спокойно спросил детектив. — Ну-у-у… — задумчиво протянула Нанами, раскачивая одной ногой. — Скорее, где-то между жизнью и смертью. — И как тебе здесь? — Это, конечно, не то, что я себе представляла, — негромко усмехнулась Мидзуко. — Но здесь множество интересных книг и людей, которых я встретила. Был очень интересный мужчина, и он мне рассказывал про свои похождения при жизни! — воодушевлённо прибавила Мидзуко. — Он тоже был детективом, представляете? Как его там… Могоро? Или Тогоро? — Детективом? — Эдогава слегка склонил голову набок. — Ага, — кивнула девочка. — Он сказал, что знает вас и очень завидует вашим дедуктивным способностям, — Нанами гордо вздёрнула подбородок. — Я никогда в вас не сомневалась, Рампо-сан. — А ты видела ещё кого-нибудь? — негромко спросил Рампо. — Ещё кого-нибудь… — протянула Мидзуко. — Ох… — девочка грустно вздохнула. — Они все тоже… — Не важно, — небрежно отмахнулся Эдогава, плюхнувшись на мягкое кресло. Детектив невдумчиво пролистывает страницу за страницей первой попавшейся под руку книги, раздражённо прищурившись. Рампо как-то нерешительно кусает губы, хмуро сдвинув брови на переносице. — Ты видела Дазая? — Не встречала, — снова улыбнувшись, ответила Нанами. — Но думаю, с ним всё в порядке.       Эдогава вновь на продолжительное время замолчал, обдумывая слова девочки. Это место выглядело довольно уютно и даже как-то атмосферно. Нанами тоже ни капли не изменилась с момента своей смерти — такая же жизнерадостная и наивная девчушка, которой Рампо её и запомнил. — Как мне вернуться назад?       От такого неожиданного вопроса Мидзуко громко икнула, подняв глаза на детектива. Девочка печально улыбнулась, поджав маленькие персиковые губы. — Я не знаю, Рампо-сан, — Нанами удручённо качнула головой. — Извините, но я правда не знаю. — Не понимаю, — устало вздохнул Рампо, откинувшись на спинку кресла. — Как же это глупо! — недовольно воскликнул детектив, грубо проведя пальцами по своим волосам. — Неужели даже у великого детектива бывают трудности?       Эдогава резко вскочил на ноги, завидев до боли знакомую фигуру Араты. Он неспешным шагом приблизился к детективу, щёлкнув его по лбу. Рампо невольно потёр ушибленный лоб, не отводя взгляда от Фукуи. — Возможно, — буркнул Эдогава, вдруг опустив глаза. — Выше нос! — Арата добродушно взлохматил тёмную макушку детектива, но тот так и оставался неподвижным, продолжая держать руки возле лба. — Простите меня, — сипло пробормотал Рампо. — Я не смог никого спасти. — Ну и чего сопли развесил? — фыркнул Фукуи, быстрым движением вытерев одинокую слезинку, пробежавшую по левой щеке детектива. — Возьми себя в руки, Рампо, — чуть строже прибавил Арата, надавив на угловатые плечи Эдогавы. — Нас уже всё равно нельзя вернуть. — Я знаю, — еле слышно отозвался Рампо. — Просто я не хочу… — детектив стыдливо прячет глаза. — чтобы вы уходили. — Мы всегда будем рядом, Рампо-сан, — с жаром заверила Нанами, крепко сжав тёплые ладони Эдогавы. — Вы носите мой оберег, — продолжила Мидзуко, указав взглядом на красную ленточку, повязанную на чужой руке. — А это значит, что у нас с вами прочная связь. — Не теряй её, — лукаво подмигнул Фукуи.       Неожиданно стены библиотеки стали содрогаться, словно началось сильное землетрясение. Детектив покачнулся на ногах, едва удержав равновесие. Книги с грохотом падали с высоких стеллажей, а небольшие кресла тоже невольно задвигались от такого грохота. Нанами и Арата сохраняли то же безмятежное выражение лица, однако что-то в них всё равно поменялось. — Похоже, тебе пора идти, — первый подал голос Фукуи, негромко усмехнувшись. — А как же вы? — выпалил Эдогава. Его ярко-зелёные глаза, напоминавшие отблеск малахита, выражали сомнение. — Это ведь последняя встреча. — Когда-нибудь мы ещё увидимся, — загадочно бросил Арата. — Однако, — протянул он, — сейчас твоё место там.       Рампо морщится от сильного порыва ветра, сдувавшего его с ног. Стараясь удержать равновесие, он держится за ближайший стеллаж. Обернувшись через плечо, Эдогава обнаружил одинокую дверь, стоявшую посреди пустоты. А спереди всё также находилась библиотека, в которой оставались стоять неподвижно Нанами и Арата. — Дальше мы не можем пойти, — Мидзуко печально улыбнулась. — Вы должны сделать выбор, Рампо-сан. — Какой выбор, — фыркнул Арата, оттолкнув от себя детектива. — Иди и не оборачивайся. — У вас осталось не так много времени, — прибавила Нанами, на прощание махнув рукой.       Рампо несколько секунд смотрит на приоткрывшуюся дверь, за которой он видел яркий свет. Затем он неожиданно бросился вперёд, пересекая между мирами ту самую грань. Эдогава в последний раз крепко обнимает девочку, чувствуя холод чужого тела. Эдогава смотрит на Фукуи. — Позаботься о ней. — Непременно, — улыбнулся Арата, а затем отвесил другу лёгкий подзатыльник, за шкирку выкидывая его за пределы библиотеки. — Я могу тебе сказать только до свидания. Надеюсь, увидимся не скоро! — Вас ждут, — Нанами указала на дверь, в которой показался полуразмытый силуэт, в котором не так сложно было узнать Дазая. — Удачи, Рампо-сан, — напутствовала Мидзуко, когда Рампо со всех ног бросился к заветному выходу, всё дальше отдаляясь от уютной библиотеки.       Его ждут. — Он справится, — Арата смотрит удалявшейся фигуре детектива вслед.

***

      Веки болезненно разлепляются, а перед глазами всё ещё пляшут звёздочки. Осторожно пошевелив пальцами на руках и ногах, Эдогава быстро-быстро заморгал, отгоняя раздражающую пелену.       Он вернулся.       Рампо вдыхает полной грудью, жадно хватая ртом воздух, словно кто-то его вот-вот отнимет. Детектив приподнимает голову, осматриваясь в тёмной палате, которую освещал лишь еле проникавший свет луны. Сколько он находился в таком состоянии?       В горле до невозможности пересохло, а в руках, на которые поставили капельницы с воткнутыми иголками, неприятно закололо. Эдогава всё ещё не понимал, почему в обычно оживлённой больнице нет ни единого звука. В его палате даже нет дежурной медсестры, которая должна следить за любыми ухудшениями в состоянии пациента.       До слуха детектива донёсся скрипучий детский смех, от которого кровь застыла в жилах. Темнота вокруг Рампо сгущалась всё сильнее, и он лишь слышал неприятный звон и бешено бьющееся собственное сердце.       Неужели это всего лишь иллюзия спокойствия?       Длинные тени хороводом плясали возле кушетки, скаля свои острые зубы. Они что-то шипели и кряхтели, что Эдогава был не в силах разобрать.       Они же победили.       Так почему же жуткие видения не могут просто закончиться раз и навсегда?       Маленькая фигурка Эвелины стояла в самом углу, напевая себе под нос незамысловатую мелодию. Её тело, как маятник, пошатывалось из стороны в сторону, чёрная слизь сочилась из приоткрытого рта.       Оно подходит всё ближе, дотрагиваясь своими длинными и искривлёнными пальцами до ноги детектива, заставив его испуганно подскочить.       Это иллюзия. Иллюзия. Иллюзия.       Рампо хватается за прозрачную трубку, с болезненным шипением вырывая иглу от капельницы. Он перекатывается набок, повалившись с кушетки. С трудом поднявшись, опираясь руками на край тумбочки, Эдогава встаёт на ватные ноги, повалив её на себя. От неожиданного грохота сознание отреагировало слишком испуганно, и Рампо со всех ног бросился к двери, стараясь даже краем глаза не смотреть на чудовищные образы у него за спиной.             Иллюзия. Иллюзия. Иллюзия.       Эдогава едва вываливается наружу, тревожно озираясь в длинном и пустом коридоре, в котором из света была перегоревшая лампочка. Искажённые звуки закладывают уши, заставляя болезненно хвататься за волосы, стараясь избавиться от них.       Почему никого нет?       Спотыкаясь и пошатываясь, Рампо бежит вперёд, с каждым шагом дыша всё тяжелее. Глаза предательски защипало.       Почему он остался один?       Ноги словно одеревенели, и детектив падает прямо на колени, недоумённо ойкнув. Он растерянно опирается руками о кафельный пол, смотря куда-то перед собой. — Чего? — Рампо опускает взгляд на колени, а затем снова попытался встать, но он едва мог поднять руку. Ноги полностью отказали. — Чего? — Эдогава вздрогнул, спросив себя уже более испуганно. Капли пота выступили на холодном лбу.       Детектив щипает себя за ногу, надеясь, что ему всё кажется, но встать так и не смог. Эдогава тянется к перилам возле стены, волоча за собой бездвижные ноги. Он с кряхтением потягивается на железном бортике, хрипло дыша. Рампо опирается сильнее, чтобы подняться, но лишь неумело скатывается по стене на пол. Детектив прерывисто дышит ртом, до боли стискивая зубы. — Вставайте, — Эдогава обессиленно бьёт себя кулаком по поджатым в коленях ногам. — Вставайте, ну! — уже двумя руками парень наносит удары сильнее. — Чего не слушаетесь?! — закричал Рампо, со всей силы ударяя себя по ногам. — Вставайте!       Детектив поджимает дрожащие губы, уткнувшись лицом в пол. Где-то за спиной в глубине коридора раздались непонятные возгласы. Сам того не понимая, Эдогава трясётся всем телом, сжимая и разжимая поцарапанные пальцы. — Рампо!       Рампо не слышит. Лишь видит размытые силуэты, показывающиеся из темноты. Жалобный вой вырывается из его горла.       Где Дазай? — Рампо! Рампо!       Его раскачивают за плечи, заставляя вяло поднять голову. Перед ним опустился на колени Дазай, тоже облачённый в больничную одежду. Глаза его смотрели обеспокоенно и даже напугано. Он продолжает тормошить Рампо за плечи, заставляя обратить его внимание на себя. — Что ты здесь делаешь? — Осаму спрашивает резко, потому что он и сам с трудом понимал, почему детектив с криками выбежал из палаты, а теперь безутешно рыдал, закрывая лицо ладонями. — Ты меня слышишь? Рампо-о-о!       Эдогава, кажется, наконец-то поднял затуманенный взгляд на юношу, и огромный поток жгучих слёз брызнул из его распахнутых глаз. Он льнёт к чужому телу, захлёбываясь собственными всхлипами. — Я…один…они… — единственное, что смог разобрать в громких рыданиях Дазай. Толпа, собравшаяся вокруг них, испуганно перешёптывалась. — Что это с ним? — Наверное, шок? — Врача зовите! — рявкнул Осаму, прижимая к себе истерично рыдающего Эдогаву. — Всё хорошо, — успокаивающе обратился к детективу Дазай. — Всё закончилось. Слышишь меня? — юноша крепко обнимает одной рукой за затылок, а другой массируя круги по дрожащей спине. — Я…боюсь…они… — Рампо прерывается на каждом слове, не находя в себе достаточно сил, чтобы хоть немного прийти в себя. Он только крепче сжимает пальцы на больничной рубашке Осаму, окропляя её горючими слезами. От такого состояния детектива Дазай и сам готов разрыдаться, но смиренно поджимает губы, продолжая что-то не слышно нашёптывать Рампо, стараясь его всячески успокоить. — Что за…? — с одним костылём прискакал Накахара из палаты неподалёку, а за ним и Йосано со шприцом в руках. Чуя прервался на полуслове, глядя на эту душераздирающую сцену посреди оживлённого коридора. — Кто-нибудь, введите успокоительное, — раздался ещё один мужской голос, видимо, принадлежащий одному из сотрудников отделения. — Держи его, — скомандовала Акико, подсев рядом. Дазай крепче стиснул дёргавшегося Эдогаву в своих руках, смазанно клюнув его куда-то в щёку.       Йосано быстрым движением оголяет чужое плечо, вводя иглу в мягкие ткани. Рампо болезненно съёжился, со свистом втягивая воздух. — Зачем? — хрипло пробормотал Эдогава, изо всех сил вжимаясь в тело юноши. — Зачем ты это делаешь? — Всё хорошо, — негромко отвечает Осаму, приглаживая лохматые волосы детектива. — Я ведь снова…останусь один… — заплетающимся языком продолжает Рампо, совершенно ничего не слыша вокруг себя. Его подхватывает на руки дежурный врач. — Не…не уходи… — глаза детектива закатываются, и его тело безжизненно обмякло в чужих руках. — Кажется, это какие-то побочные эффекты после наркоза, — осипшим голосом сказала Йосано. — Истерика, вызванная слуховыми и видимыми галлюцинациями.       Дазай лишь негромко вздохнул и посмотрел на поцарапанную ладонь, из которой выступила кровь. Он невольно сжимает пальцы в кулак, осторожно поднимаясь на ноги. — Всё в порядке? — обеспокоенно спросила Йосано, вдруг взглянув на чужую руку. — У тебя кровь. — Пустяк, — отмахнулся Осаму, направившись в палату следом за врачом. — Сейчас мне лучше остаться, пока он снова не словил глюки, — немного рассеянно усмехнулся Дазай, обернувшись через плечо. — Сама знаешь, какой он проблемный. — Я зайду чуть позже, — кивнула Акико, а затем поддела подзатыльником гревшего уши Накахару. — А ты бегом в палату! — Ай! Да иду я, — пробурчал Чуя, когда девушка начала его подгонять. — Я, между прочим, тоже передвигаюсь с трудом!

***

      Рампо вяло приоткрыл веки, снова оказавшись на своей кушетке. В палате было по-прежнему темно, однако весь мрак разбавлял небольшой ночник в самом углу комнаты, а под боком заворочалось что-то тёплое.       Эдогава тут же поворачивается, столкнувшись с прямым взглядом Дазая. Тот, вероятно, сразу же отошёл от небольшой дрёмы, почувствовав возле себя возню. Осаму слегка зевнул и приподнялся на локтях, совершенно обыденно задав один вопрос: — Уже лучше?       Вместо ответа Эдогава повис на чужой шее, крепко сжимая подрагивающими пальцами больничную пижаму. — Намного, — еле слышно пробормотал детектив, позволяя слезам медленно скатываться по раскрасневшимся щекам.       Осаму молчит, невольно притянув Рампо ближе к себе. Он, конечно, не привык к таким долгим и весьма удушающим объятиям, но почему-то сейчас он совершенно не хотел прерывать их ни на секунду.       Рампо тёплый. Его горячие руки обжигают кожу даже сквозь бинты на длинной шее, и Дазай чувствует жар чужого тела, согревающего изнутри.       Прошёл почти месяц, но этого времени вполне хватило, чтобы Осаму изменился.       С появлением Эдогавы.       Громкий, чертовски раздражающий, гордый и вечно самодовольный детектив, к которому мафиози просто залез в окно одной случайной ночью.       Ранимый и неуверенный ребёнок, который хотел быть просто понятым другими людьми.       Преданный. Эдогава не уйдёт, что бы это ни было, даже если его жизнь висит на волоске. Он будет бороться до конца.       Дазай ненавидит, когда кто-то лезет туда, куда не надо. Но для этого детектива, похоже, не существует никаких ограничений. Он продолжает стоять, хотя прекрасно понимает, что Осаму опасен и может одним ловким движением руки раз и навсегда перекрыть доступ к кислороду. Рампо боится, но при этом твёрдо стоит на своём, снова и снова влезая в передряги.       Осаму выстроил вокруг себя множество стен, которые Рампо вдребезги сломал.       С ним Дазай смог почувствовать себя иначе. Это было не как с Накахарой и даже не как с Одасаку.       Он смог полюбить. Он нашёл свой смысл жизни.       Осаму немного отстраняется лишь для того, чтобы заглянуть в глаза напротив. Эдогава смотрел решительно и слишком серьёзно. Он хватает юношу за обе щёки, резко притягивая его к своим губам. Рампо жмурится, прижавшись в холодным устам. Он неуверенно и неумело продолжает крепкий поцелуй, выдыхая через нос. Осаму ловко перехватывает инициативу на себя, продолжая нежно расцеловывать губы Эдогавы. Дыхание сбивается, и детектив вдыхает ртом через поцелуй, чувствуя, как огромный камень облегчения свалился с его плеч. — Ты ужасен, — Рампо отстраняется совсем на несколько дюймов, не разрывая зрительного контакта с Дазаем и продолжая удерживать его холодные щёки. — Я знаю, — просто отвечает Осаму и оставил маленький поцелуй на влажных губах детектива. — Сейчас уже ночь, — негромко напомнил юноша. — Тебе нужно поспать, — Дазай кончиками пальцев вытирает влажные щёки Эдогавы, которые раскраснелись от нахлынувших чувств. — Ты ведь останешься? — Конечно.       Через час в палату приходит Йосано, осторожно приоткрыв дверь. Дазай отводит взгляд от окна, приняв сидячее положение. — Уснул? — Ага.       Акико облегчённо выдохнула, подойдя ближе к кушетке. Эдогава крепко спал, при этом всё ещё держа Осаму за руку. — Как там Чуя? — поинтересовался Дазай. — В полном порядке, — Йосано улыбнулась. — Он хотел зайти, но, думаю, что всем сейчас необходим отдых, — девушка вдруг опечаленно кинула взгляд на Рампо. — Он, наверное, даже не помнит, как впал в истерику. — Оно и не надо, — фыркнул Дазай. — И ещё, — теперь Акико смотрела на юношу. — Приходил Огай, — заметив едва нахмуренное выражение лица Осаму, она продолжила: — Я тебе помогла избежать разговора с ним, но нужно понимать, что не сможешь разорваться на обе стороны. — В данный момент меня совершенно ничего волнует, — расслабленно протянул Дазай. — Это можно отложить и на потом. К тому же, я уверен, что не только я один столкнулся с подобной проблемой, — не думая возразить, Акико молча кивнула. — Что думаешь насчёт него? — Не знаю, — честно призналась девушка, протяжно вздохнув. — Это…довольно сложно. — Что бы ты не решила, скажу лишь одно, — Осаму прямо посмотрел в глаза напротив. — Чуя тебя любит, причём очень сильно, — юноша усмехнулся. — Но, думаю, ты и без этого прекрасно заметила. — Сложно не заметить, — хмыкнула Акико, но затем она сменилась в лице. — Он явно избегает подобного разговора, переводя тему. В любом случае… — Йосано устало улыбнулась. — Я рада, что Рампо выбрал именно тебя. — Что ж, приму это за комплимент, — лукаво сощурился Дазай. — Хоть совсем недавно ты готова была намотать мои кишки по всей Йокогаме. — Спокойной ночи, — негромко хихикнув, махнула рукой девушка, осторожно закрыв за собой дверь.       Осаму опустил взгляд на спящего детектива, аккуратно проводя пальцами по тёплой ладони Рампо. Единственное, в чём был уверен сейчас Дазай, так это в том, что он ни за что его не оставит.       Больше никогда.