Туз пик

— И что теперь? — Ацуши неуверенно смотрел на туза пик в своей руке. — Ничего, мальчик тигр. Вы можете идти, — девушка щёлкнула пальцами и в стене появилась большая железная дверь, очертания которой ярко светились белым светом, что неприятно резало глаза после продолжительного нахождения в полутьме. — И что это значит? — щурясь и прикрывая глаза рукой, спросил Куникида. — Игра уже началась, и если ты думаешь, что я вот так просто отпущу вас всех — ты ошибаешься. Это лишь начало, лишь первый этап. Об остальном вы будете узнавать по мере прохождения игры, — девушка указала пальцем на дверь, которая уже не светилась так ярко. — Кстати, эта дверь — единственный выход отсюда. С момента её появления, у вас есть ровно две минуты, чтобы покинуть комнату. А как только свет её потухнет, согласно правилам, возможности выйти отсюда у вас больше не будет. Советую поторопиться, осталось сорок секунд… тридцать девять… тридцать восемь… — Не думаю, что она блефует, — Чуя быстрым шагом направился на выход, кивая Акутагаве, чтобы тот следовал за ним. — Не знаю, что ты задумала, но даже не надейся, что тебе сойдёт всё с рук, — Куникида последний раз взглянул на брюнетку и направился в сторону выхода. — Ацуши, Дазай, идёмте. Как только эсперы покинули помещение, по двери начали расползаться трещины, после чего она окончательно разрушилась, осыпаясь металлическими осколками на бетонный пол. Одинокая лампочка, что едва освещала комнату, погасла, погружая пространство в кромешную тьму. — Что ж, до скорой встречи, — девушка грустно улыбнулась, вытирая тыльной стороной ладони выступившие слёзы.

***

Образовавшийся портал буквально вытолкнул эсперов на землю и сразу же исчез. Все кое-как смогли удержаться на ногах, не считая Ацуши, который проехался по камням коленями. — Больно, — шипя, Накаджима поднялся на ноги, осматривая разодранные коленки. Куникида тяжело вздохнул, каждый раз поражаясь неуклюжести парня. — Ты как всегда отличился, тупой тигр, — злорадствуя, тихо произнёс Акутагава. — Мы в порту, — Доппо начал говорить, вовремя прерывая на вдохе Ацуши, по лицу которого было видно, что тот оскорблён и уже готов вступить в очередную словесную перепалку с Акутагавой, — На том же месте, где вступили в бой, — он бросил взгляд на часы, — Двадцать три пятьдесят девять. Значит, мы пробыли в том месте около пяти часов, — Куникида устало потёр переносицу. — А по ощущениям не меньше суток. В ночном порту было тихо и темно. Лишь грузовые судна у пристани слегка покачивались на воде, изредка поскрипывая. От редких фонарей, что едва светились, то и дело мигая, будто бы сейчас совсем перестанут гореть, было очень мало толку. А луна, что обычно освещала территорию, затянута тучами. — Что будем делать? — задал вопрос Накаджима. — Физические атаки ей не страшны, это мы уже выяснили. А находясь в комнате, которую она создаёт своей способностью, мы и вовсе не можем использовать собственные, — Куникида поднял глаза вверх и сложил руки на груди, задумавшись. — Мы, конечно, можем поискать её слабое место, но… Игра началась, а мы стали её участниками, хотим того или нет. И, судя по правилам, которые та девушка огласила, нам уже этого не изменить. Нужно пройти игру, тогда она обещала остановиться. — А? — возмутился Чуя, хмуря брови. — Ты правда веришь её словам? — У тебя есть другие варианты? Повисла тишина. Накахара продолжал хмуриться, раздражённо дёргая кожаные чёрные перчатки на свои руках. — Она допустила ошибку, выпустив нас, — Чуя с силой оттянул край перчатки, отчего кожа, растягиваясь, начала скрипеть. — А ошибка ли это? — Доппо тоже стал раздражаться, не понимая, к чему клонит Исполнитель Портовой Мафии. — Во мне, если ты не знал, огромная сила, — Накахара протянул руку вперёд, сжимая кулак, — А поможет мне её использовать и не сдохнуть этот чёртов… — рыжий перевёл взгляд на Осаму, держа паузу. — Дазай. Чуя тут же вспомнил, сколько раз был на волосок от смерти. Даже не столько от использования Порчи, сколько от намеренного бездействия Дазая, способность которого аннулирует любые другие способности — стоит лишь прикоснуться. Осаму специально не останавливал Чую, когда уже следовало это сделать. Он знает, как тяжело даётся Порча и какие тяжкие после её использования последствия, но вечно тянет, доводя Накахару до сильного истощения. Чуя ненавидел его за это, но, как ни крути, без помощи Дазая он бы не мог использовать Порчу вообще, а если бы пришлось использовать — погиб. — В Портовой Мафии все такие наивные? — Куникида смотрел на Накахару так, будто перед ним не грозный член Исполнительного Комитета Портовой Мафии, а пятилетний ребёнок. — Ты на что намекаешь, очкарик? — Акутагава тут же вклинился в беседу, готовый защищать честь организации, которую так беззаботно оскорбил Доппо. — Физические. Атаки. Бесполезны, — отчеканил каждое слово Куникида. — Нам стоит придумать, как победить врага без помощи силы. Если вы до сих пор этого не понимаете, то вывод напрашивается сам собой. — Держи язык за зубами, иначе… — Расёмон сверкнул чёрно-красным пламенем за спиной Рюноске, предупреждая, что этот диалог ничем хорошим не закончится. Ацуши, наблюдая за всем этим со стороны, напрягся. Он прекрасно знал о вспыльчивости Акутагавы и понимал, что тот действительно мог атаковать. Накаджима, не без сожаления, осознавал, что Куникида не выстоит в схватке с Акутагавой. Ему самому, даже со своей сверхрегенерацией, очень тяжело сражаться против владельца Расёмона. К тому же, если Накахара Чуя тоже решит присоединиться, то шансы на победу близятся к нулю. «Но ведь с нами Дазай-сан, так что… — Ацуши задумался. Память тут же воспроизвела ситуацию, что произошла в комнате заточения, между Дазаем и Акутагавой, — Тогда Дазай-сан показался мне совсем другим человеком, чужим: его выражение лица и тон — столько надменности и власти. Мне незнаком такой Дазай-сан, — Ацуши шумно сглотнул. — А Акутагава… Я никогда не видел столько покорности в глазах у человека». — Куникида прав, — начал Дазай, — Нам нет смысла её атаковать. Сейчас лучше подумать о картах. — Картах? — вынырнув из своих мыслей, Накаджима вопросительно взглянул на Осаму. — Те, что мы тянули перед выходом, — Дазай сделал паузу, размышляя. — И, кстати, Ацуши-кун, только масть твоей карты отличалась от всех остальных. Хоть та девушка ничего не объяснила, отпустив нас — следует быть готовыми ко всему. — Предлагаю разойтись и обдумать, что мы можем противопоставить врагу, — сказал Куникида. — А утром, как бы странно это ни звучало, встретимся и обсудим варианты. «Союз с ВДА? — засомневался Чуя. — Согласиться сейчас — значит принять решение за Мори-сана. Мы с Акутагавой, конечно же, так не поступим». С момента вступления в ряды Портовой Мафии, Накахара проникся безмерным уважением к организации, а в особенности к боссу. Каждое задание, что поручает Мори-сан лично ему, Чуя ставит выше любых потребностей. Даже если приходится обходиться без сна, еды и воды. Даже если после миссии нужно часами отмывать собственное тело и одежду от чужой, застывшей крови. Всё это на благо организации, Чуя это понимает. И он уже давно для себя решил, что слово Мори-сана, своего рода — закон. — Ничего не обещаю. Портовая Мафия сама по себе, — развернувшись, Накахара стал уходить. — Если что-то изменится, я сообщу. Акутагава коротко взглянул на Дазая и направился следом за Чуей. — Вот же… — Куникида стиснул зубы, стараясь скрыть раздражение, что плохо получалось, — Ладно, пусть идут. Как бы сомнительно это не выглядело, решать эту задачу мы вынуждены вместе… с этими двумя, — Доппо поморщился. Вооружённое Детективное Агентство и Портовая Мафия — две вечно конфликтующие организации. Так как деятельность сторон полностью различна. И если для Мафии в порядке вещей убить пару-тройку человек, то для Агентства такое считается недопустимым. Исключением является лишь то, что бой идёт буквально насмерть и другого исхода быть не может. А что касается членов Портовой Мафии — им ничего не стоит десятками вырезать людей, будь то враг или простой прохожий, по нелепой случайности оказавшийся у них на пути. — Верно, Куникида-кун, — Дазай довольно улыбнулся, наблюдая, как за поворотом скрываются два силуэта. — Тебя это веселит? — возмутился Доппо, откровенно не понимая, чему тут улыбаться. — Что ты, Куникидушка, — улыбка Дазая стала ещё шире. — Нисколько. Куникида знал, что до вступления в ВДА, Дазай состоял в Портовой Мафии. Причём был правой рукой действующего босса. Он, конечно, не слышал, какие вопросы там решал Осаму и какими методами, но судя по деятельности сопернической организации и способах решения проблем — можно было предположить. Чего только стоит один Акутагава Рюноске — ходячая машина для убийств. А Чёрные Ящерицы? Целый отряд специалистов по снесению голов. А Накахара Чуя? Аналогично. — Ну-ну, — Доппо взглянул на часы. — И вообще, в связи со всем этим, мне придётся пересмотреть свой график. Ненавижу это. Он был составлен идеально. — Дазай-сан, Куникида-сан, пойдёмте уже, — заскулил Ацуши. Дазай в последний раз бросил взгляд на поворот, за которым скрылись эсперы Портовой Мафии. «Это будет интересно».