Желание авторов

Серые, механические глаза смотрят в одну точку, а точнее на фотографию, что лежало рядом с ним. В глазах была только печаль и боль. Он уже давно не отрывает взгляда от этой фотографии. Столько много значит ему это фотография... В этой старой, заброшенной комнате был только один слабый источник света и это была лампа, что часто потухала, но обратно включилась. В комнате не было никого движение и даже звука. Хотя, все таки один звук был, но очень слабый. Это было дыхание. За старым, потрепанным костюмом слышалось слабое дыхание. Уильям не понимал, как он еще жив. Когда каждую клеточку его тела пробили пружины, полностью рвя кожу, полностью пробив мясо, сломав все его кости. Он думал, что вот настал момент его смерти, долгой и мучительной смерти. Когда те дети, что жаждали место, наконец то смогли удовлетвориться и уйти на небеса. Оставив Уильяма гнить внутри костюма. Чего он не ждал, так это выжить, продолжать жить в новом теле...

***

Металлические шаги разносятся по коридору горящего здания, Спрингтрапу трудно было идти, но он упорно шел к выходу из этого здания. Каждый шаг давался ему с болью, пружины костюма расслаблялись, а потом вновь сжимали его мертвую плоть. Но огонь позади него заставлял его все быстрее идти, пока он не дошел до выхода, который был закрыт. Огонь все быстрее подходил к нему сзади. Спрингтрап сжал свою правую руку в кулак и со всей своей силой ударил по замку. От такого удара замок сломался и дверь открылась. Спрингтрап стоял по середине улице, смотря на небо, которое полностью усыпано звездами. Уильям рад... Но, это временная радость. Аниматроник взглянул на горящее здание, позади себя. — Надеюсь они упокояться. — проговорил он, прежде, чем уйти в неизвестном направлении. По пути он достал из дыры своего костюма фотографию, взглянув на нее, он вздохнул и спустя несколько секунд положил ее обратно. — Скоро... Скоро... — проговорил Уильям, продолжая идти.

***

— Майкл? — проговорил аниматроник, смотря на механика, а точнее... Сына. Майкл быстро развернулся и посмотрел на него. Он начал отходить назад боясь этого аниматроника, его окутал страх. Вот бы он знал, что это его отец. Спрингтрап вышел из тени и начал медленно подходить к своему сыну. Когда аниматроник вышел из тени, Майкл еще сильнее начал бояться его, он выглядел еще хуже, чем в тени. Майкл бы сейчас побежал, но страх и одна его фраза остановили его. — Сын, прости меня. — сказал Уильям, в конце вздыхая и смотря на своего сына опечаленным взглядом. Майкл был ошеломлен услышанным, он смотрел на него ошарашенным взглядом. Чтобы этот аниматроник, был его отцом? Как такое возможно? — Ты не можешь быть моим отцом! Мой отец пропал уже давно. — громко сказал Майкл, злобно оскалясь. — Я знаю... Но прости. Я плохо к тебе относился в детстве с появлением Кэссиди. Те дети это я их убил. Я не знаю, что на меня тогда нашло, но пожалуйста прости. Я лишил тебя нормальной жизни, семьи... Прости меня. Прости. — сказал Уильям, опустив свой взгляд, а спустя время и вовсе закрыл глаза. Майкл не мог поверить, что сейчас перед ним был его отец. Уильям почувствовал как его обнимают, открыв глаза он увидел слегка плачущего сына, который обнимал его. Спрингтрап обнял его в ответ. — Я давно тебя простил... Папа — сказал Майкл продолжая его обнимать, будто он скоро исчезнет.

***

— Ты уверен в этом, сынок? — спросил настарожливо Уильям, спускаясь по лифту вместе с сыном. В ответ он взглянул на своего отца уверенным взглядом. — Да, я полностью в этом уверен! — заверил его сын. В этот момент лифт остановился и вентиляция перед ними открылась. Они оба начали лезть по вентиляции. Пройдя в главную часть. Майкл подошел к стеклу к комнате Баллоре и включил свет. Балерина стояла на сцене и все так же танцевала, но ее глаза были открыты и ее внимание было полностью подключено к Спрингтрапу. — Эй, можешь открыть вентиляцию в комнату Баллоры. — сказал Майкл. Уильям посмотрел на своего сына вопросительным взглядом. Но сразу же вентиляция в ее комнату открылась и Майкл показал руками на вентиляцию, приглашая его войти. Спрингтрап немного постоял на месте в нерешительности, но потом начал залазить вентиляции, проходя в комнату Баллоры, его жены... Майкл остался на своем месте и просто наблюдал. Войдя в комнату Спрингтрап осмотрелся и начал подходить к Балерине, она заметила его и перестала танцевать, полностью отдав ее внимание ему. Уильям перебирал свои механические пальцы и начал неуверенно говорить. — Привет, Сара... — сказал он взглянув на нее, она все также смотрела на него. — Привет, Уильям... — сказала она. Спрингтрап вздохнул и опустил свой взгляд в пол, нерешаясь взглянуть на Сару. — Я хотел попросить у тебя прощения... Прости меня за то, что бросил тебя. Прости за то, что скрывал от тебя те убийства. Прости за то, что я лишил тебя нормальной жизни... — сказал он, все также не поднимая своего взгляда. Баллора подошла к нему и провела своей рукой по маске костюма. — Посмотри на меня. — сказала она своим нежным голосом. Спрингтрап поднял свой взгляд на нее. Она взяла своей правой рукой, его левую. Она положила его правую себе на талию, а сама на его плечо. Сейчас они танцевали... Сейчас они снова вместе... Во время танца из дыры костюма, упала фотография на которой изображены все счастливое семейство Афтонов.