Леви и Кенни против зла

Хреновая была идея поехать за триста километров от города в забытое богом место, чтобы посмотреть купленный дядей Кенни домик у озера и по возможности порыбачить, наловить дичи или на крайний случай отремонтировать дом. Леви вместо бессмысленной поездки мог в эти выходные проштудировать интернет в поисках универа, почитать книжку, наконец заняться уборкой, но нет, его потащили туда, где не ступала нога здравомыслящего человека. «Отстойные выходные», — бубнил он под нос, когда они с дядей выезжали из дома. Кенни Аккерман считал иначе. Он видел в этом гребаную возможность насладиться свежим воздухом, словить, как говорят, «внутреннее спокойствие и гармонию с собой». Херню дядя нес, и точка! Еще и на старом, не пойми откуда взявшемся пикапе поехали, а комфортабельный и презентабельный «Лэнд Ровер» дяди Ури оставили в гараже. Ури хотел поехать с ними, но не смог, его срочно вызвали на другой конец страны, решать вопросы чуть ли не государственной важности. Улетел он еще в пятницу с первыми лучами солнца, обещая, что в следующие выходные поедет с ними. — Незачем чужую машину портить. Не для этих дорог она, — объяснил свой выбор дядя Кенни, закинув последнюю сумку с инструментами в пикап. — Просто признайся что ты сжег двигатель «ровера» пару дней назад, — стоял на своем Леви. Молчание и следом возмущенное «какого хрена Ури все разболтал» от Кенни ясно говорили, что поездка будет далеко не спокойной и уж тем более «гармоничной». В этом пикапе они выглядели как деревенщины, о которых слагали страшные легенды и были сняты по тысячу раз фильмы-ужасы: долговязый мужик с улыбкой маньяка и угрюмый одноглазый пацан со шрамами на подмоге, причем одетые как самые настоящие реднеки: на Кенни был джинсовый комбез, а на Леви — старая, но чистая рубашка и выцветшие джинсы. Дядя предупредил племянника, что едут они в самую глушь и пляжные шорты с плавками им вряд ли понадобятся. Вдобавок у обоих был убийственный взгляд, от которого душа в пятки уходила. Не зря за Кенни Аккерманом закрепилась кличка «Кенни-жнец», правда, Ури Райсса это ничуть не смущало. Вон как счастливо они жили: двадцать лет вместе, душа в душу, черт их подери. Леви втайне мечтал о таком же: встретить своего человека, чтобы уравновешивал, дарил спокойствие и принял таким, какой он есть. Как Ури принял дядю Кенни, только выше. Что поделать, Аккерманы по мужской линии всегда были вспыльчивыми и за словом в карман никогда не лезли. Спустя полтора часа беспечной езды и созерцания бесподобных буковых лесов они наконец приехали на заправку, состоящую из небольшого магазина и бензоколонки. — Нужно запастись едой, — фыркнул Кенни и отдал бумажник Леви. — Купи пива, хлеб, вяленое мясо, а остальное на твой выбор. — А самому слабо? — Нужно залить масло в двигатель. Машинка нагрелась, — постучал по рулю Кенни. — Это надолго. Ругнувшись про себя, Леви вышел из пикапа и поплелся в магазин, попутно проклиная эту поездку, Кенни и эти выходные. Что нужно купить? Пиво, хлеб, вяленое мясо и остальное по мелочи? Ха, Леви назло дяде купит все что можно в этом магазине: даже ту видавшую апокалипсис пятилитровую банку с маринованными яйцами. Открыв бумажник, Леви цыкнул и еще раз, теперь сознательно, проклял Кенни — денег хватало только на связку пива и хлеб. За мясо придется платить со своего кармана. Зайдя в магазин, Леви огляделся: старое, пережившее все стихийные бедствия здание с полупустыми полками с продуктами и тонкая пыль, паутинкой свисающая с потолка. Сразу чесаться захотелось и появилось искреннее желание поскорей уйти оттуда. В дополнение к удрученному виду шел иссохший продавец, пытающийся не заснуть в этой глуши. Одним словом, добро пожаловать в захолустье! Леви нашел все, что нужно, и пошел на кассу оплачивать товар, как услышал звон дверного колокольчика и бархатное: «Здравствуйте». Леви инстинктивно повернулся на голос и обомлел, увидев вошедшего внутрь мужчину: высокого, светловолосого, атлетически сложенного. Он словно сошел с обложек модного журнала, где рекламировали брендовые вещи; его густые светлые брови только добавляли шарма, но вишенкой на торте были голубые глаза. Похожие на бескрайнее небо в солнечный день, до которого когда-то в детстве мечтал дотронуться руками Леви. За голубоглазым зашел еще один мужчина, чуть ниже первого, тоже светловолосый и в очках, но он Леви не понравился. Было в нем что-то отталкивающее, неприятное. — Нам что-нибудь нужно докупить? — спросил первый мужчина. — Пива, батарейки, чипсы и еще по мелочи. Эрвин, я пойду туда, — зевнул второй и ушел в дальний конец магазина, где располагался туалет. Вот, как звали первого мужчину. Эрвин. Красивое имя, очень ему подходящее. Леви все продолжал рассматривать Эрвина, пока тот не повернулся к нему и, улыбнувшись, спросил: — Все в порядке? «Почему ты такой красивый», — хотел сказать Леви, но мозг отчаянно трубил, что незнакомцу такое говорить не стоило. Вместо того, чтобы сказать: «Все хорошо, просто ты в глаз попал», Леви чуть не бросил продукты в лицо засыпающему кассиру с громким: — Пробейте! Продавец тут же проснулся и принялся считать товары, а позже уставшим голосом проговорил сумму. Быстро расплатившись, Леви чуть ли не пулей выбежал из магазина и ускоренным шагом пошел к пикапу сказать Кенни, чтобы поскорей разобрался с этим гребаным маслом. — Чего кипятишься? — вытащил из кармана сигарету Кенни и, чиркнув зажигалкой, образовал маленький клубок дыма. — Знакомых, что ли, встретил? — Заткнись. Леви сел в машину и со звучным хлопком закрыл дверь, из-за чего Кенни начал ругаться: — Этот пикап Рейгана видел, а ты с ним так безбожно обращаешься! — В гробу я видал это обращение, когда ты сломал машину Ури! Пока Леви ругался с дядей, он заметил, что Эрвин вышел из магазина с пакетами, полными продуктов, и направился к микроавтобусу, откуда донеслись недовольные: — Профессор, зачем так много еды? Все не вместится! — возмущался один, по-видимому, его студент. — Мы пробудем тут весь уикенд, и вы представить себе не можете, как хочется есть на свежем воздухе, — объяснил Эрвин, загружая продукты в багажник. Следом за ним раздался благозвучный стук, и из магазина вышел неприятный тип в очках, мимоходом вытащив из кармана пачку сигарет. — Зик, здесь не курят, — с нажимом сказал Эрвин. — Так я на улице! Эрвин сделал глубокий вдох, выдох и показал на доску где черным по белому было написано: «Бензин и магазин, курить запрещено». Зик хмыкнул, но пачку убрал. — Ты на че смотришь? — загородил обзор Кенни и повернулся в сторону, куда смотрел его неблагодарный племянник. — А, вот куда… Дядя гаденько улыбнулся и сделал затяжку. — Курить прекрати, иначе на воздух из-за тебя взлетим, — предупредил Леви. Кенни как будто его не слышал и с усмешкой выдохнул дым. — На кого позарился? На очкарика или бровастого? — с неподдельным интересом спросил он. Леви знал, точно знал, что, если он не ответит, то Кенни не отстанет, будет выносить мозг все выходные. Весь уикенд он так провести точно не хотел. — А ты на кого думаешь? Кенни почесал свою негустую бородку и, хмыкнув, ответил: — Думаю, на бровастика. Тебе альтруисты нравятся, а по нему видно, что первым на передовую пойдет, да там и останется. Леви цыкнул, но оправдываться не стал. А зачем врать, уходить от ответа, когда и невооруженным взглядом все видно. — Может, познакомишься? Чего тебе терять, возможно, ты его больше никогда не увидишь. Леви сперва не понял, даже издал смешок, что очень редко происходило в его несмешной, полной лишений жизни, но Кенни смотрел со всей серьезностью, и он, мягко говоря, охренел. — Ты представляешь, как глупо я буду выглядеть, если подойду к нему? — Леви пальцем указал на Эрвина и остальную группу, толпящуюся у микроавтобуса. — Ты меня видел? — Видел. Подумаешь, глаза нет, пары пальцев и ростом не вышел. Не в этом дело, племянник! Главное — харизма! — постучал по лбу Леви Кенни и, усмехнувшись, добавил: — А у тебя ее предостаточно. Поддержка и оптимизм от Кенни пугали, как и его честность. — Это психотерапия с Ури тебе помогла или ты просто не хочешь сраться со мной весь уикенд? — Все вместе. — Нет. — Вот поэтому ты и будешь одиноким, ничего тебе с неба падать не будет, пока не возьмешь дело в свои руки, — начал Кенни и снова вернулся взглядом к микроавтобусу и к тем людям. — Такой бровастик с неба точно не упадет. На последних словах он заржал, да так громко, что к нему повернулись все: и Эрвин с Зиком, и их студенты. — Что за крипотный мужик… — сказал парень с короткой стрижкой, напоминавшей андеркат. — Это мне напоминает «У холмов есть глаза», — прокомментировал парень с веснушками. — А может, «Поворот не туда»? — спросил третий, выше двух других и, возможно, самого Эрвина. — Чего вылупились? — наорал на них Кенни, тем самым срубив на корню шанс Леви познакомиться с бровастиком. Те ничего не ответили, только посмотрели на них как на двух идиотов и, быстро убрав свои покупки в машину, мигом уехали. — Говоришь, что шанса может и не быть? — хмыкнул Леви. — Спасибо, теперь ты окончательно его похерил. Ты определенно достоин звания «Дядя года». — Обижаешь, я достоин звания «Дядя десятилетия». — Кенни докурил сигарету и, выбросив ее в урну, сел в пикап. — Наверное, — пожал плечами Леви.