Рано или поздно...

      Роше не спал. Не мог уснуть. Слишком много мыслей, много рассуждений. Голова у темерца уже не выдерживает такого потока мыслей, под черепной коробкой словно кузнецы чеканят.       – « Нет, нет... Так нельзя, нужно отдохнуть хорошенько...» – Вернон вновь перевернулся на другой бок, пытаясь расположиться как можно более удобно, дабы быстрее уснуть.       Но видимо бедная голова Роше, так не думала. Мысли продолжали жужжать, словно рой пчёл.       Почему Вернон так и не убил эту проклятую Белку? Ведь клялся, что попадись он ещё раз, то они точно столкнуться в бою не на жизнь, а насмерть. Впрочем, как всегда, они лишь угрожали друг другу, но в действительности лишь изредка наносили серьёзные ранения. Гораздо больше страдали от стычек их отряды, а сами же командиры, словно дети – играли в войну. Идиотское сравнение, но так и есть. Вернон много раз спрашивал себя когда и почему началась их вражда? Но ответ был всегда один. Приказ.       Приказ короля – главная задача, которая не может быть не выполнена, особенно, когда король для тебя всё. Отец, друг, наставник и просто монарх твоей родины. Вернон любил Фольтеста. Любил как отца, которого он никогда не знал. Венценосец же вытащил его из такого дерьма, что и вспоминать не хочется . А затем смог поставить Роше на ноги и пинком отправить в армию. И что теперь? Оборванец из подворотни, сын шлюхи, что раздвигала ноги за гроши, дабы хоть как-то прокормить их обоих – стал тем, кого боятся многие. Вернон Роше – верный Темерский Пёс, который по команде своего «хозяина» смело бросался и рвал всех и вся на своём пути. Темерец был жесток, а как иначе? Да, он убивал женщин и детей тех эльфов, но ему был дан приказ. Приказ, который он не мог ослушаться.       Но где-то глубоко в душе Вернона были противоречия. Были муки совести. Было презрение к самому себе, к тому, что он делает. Но командир специального отряда обрывал все лишние эмоции и мысли, надевая на себя маску безразличия и жестокости. Он воин и должен оставаться им. Сопливым в этом мире не место, сразу же прирежут. Жизнь научила Роше тому, что необходимо бороться, всегда. Сначала просто за еду, потом за право жить, за родину, за короля, за... За счастье? Нет. Пусть он и жив, с ним всё в порядке, но он не счастлив. Уже нет.       Момент счастья имел место лишь однажды, и, когда Фольтест заметил его, приблизил к себе, позволил быть рядом и оберегать себя. Именно тогда Вернон стал по-настоящему счастлив. Он был необходим Фольтесту. Смотрел на него с таким обожанием и любовью. А что сейчас? Сейчас он нужен Темерии, но счастья в этом нет. Его страну делят бароны, пытаясь урвать себе кусок побольше, а командир «Синих Полосок», теперь уже бывших, ничего не может с этим поделать.       Единственная выжившая наследница престола, сейчас была в руках короля Редании, а уж он-то, держась за свой трон, ни за что не отдаст девочку обратно. По крайней мере не просто так. Следовало бы выкрасть девочку или же попробовать договориться с этим параноиком. Но как? Каким образом? У Вернона сейчас ничего нет. Его бывший отряд разбит, а к воротам Вызимы вот-вот подойдут Нильфгаардцы. Кажется, что это конец, Темерия уже погибла. Её нет... Она ушла вслед за Фольтестом. Остаётся лишь её похоронить.       – «Ну уж нет! Никогда! – Темерец резко сел на лежаке, откидывая в сторону одеяло. – Моя страна будет жить, пока живы все её жители! Дом там, где мы! Дом – не просто территория!»       Поток мыслей Вернона прервался, как только тот услышал возню на кровати. Кажется он разбудил эльфа.       – Рош... Роше? – Мятежник приподнял голову вглядываясь в темноту.       – Спи, – резко оборвал темерец.       – Что? Бессонница мучает? – В темноте блеснула ухмылка.       – Хватит. И без тебя тошно. – Сон к командиру «Синих Полосок» явно в скором времени уже не придёт, поэтому он решительно поднялся с лежака и отправился на поиски «чего-нибудь накинуть», дабы выйти на улицу.       – Ты куда? – Тон эльфа на секунду показался обеспокоенным.       – Прогуляться. – Темерец-таки нашёл плащ, решая не зацикливаться на долгом одевании. Он не собирался бродить по улице до рассвета. Просто выйти, подышать воздухом.       Дальнейших расспросов не последовало, поэтому Роше тихо вышел из своих покоев и отправился на улицу.       Как только Вернон оказался на свежем воздухе, его пробила волна мурашек от небольшого ветра. Благо было лето и легко одетого Роше сейчас нельзя было заморозить.       Прекрасная ночь. Луна была полной и освещала всю тренировочную площадку «Синих Полосок»       Бывших «Синих Полосок». Отряд стал неугоден после смерти Фольтеста, поэтому дворянство посчитало, что лучше распустить личный отряд бывшего короля. Да и какой это отряд? Своих людей Вернон потерял, когда вместе с Геральтом искал убийцу королей. Из старых «Синих Полосок» остался только он и Бьянка. Те кто прошёл с ним через столько дерьма, что кучей меньше, кучей больше – уже неважно, уже погибли. Новая же солдатня шла за ним, веря, что Роше рано или поздно приведёт их к очередной победе, как это делал множество раз. Но вот у самого Вернона теперь нет целей. Ему не за что сражаться. Темерия пала, а с ней пал и прежний Роше.       Темерец ощутил острую необходимость закурить, вот только он не взял с собой трубку.       – Сука... – прозвучал тихий шёпот, еле слышимый, передаваемый сейчас по большей мере эмоциями на лице человека.       Роше подпёр собой стену здания, складывая руки на груди.       Что ему сейчас мешает взять и покончить со своими мучениями? Просто взять и самому вонзить себе нож в горло или же полезть в петлю? Глупая смерть, да и что? Он не хочет больше терпеть, он заслужил покой. Только бойцы его не поймут, никто не поймёт. А Бьянка специально вызовет какого-нибудь некроманта, чтобы его оживить, а после сама же снова убьёт.       От представления такой картины, Роше невольно улыбнулся. Ему стоило жить хотя бы ради Бьянки. Эта девочка выросла и стала хорошим бойцом. Лучшим. Хорошая замена ему самому. Но только не простит Вэс ему такой подставы, из под земли достанет и все мозги выклюет, а может даже оплеуху даст. Если конечно рука поднимется.       Да,он – Вернон, определённо раскис. В последнее время жизнь его треплет как пёс, не успевшего убежать кота. Жаль,что никто не придёт ему на помощь. Темерец должен пройти через все тяготы жизни сам, при этом не утонув в дерьме лицемерных сволочей, что хотят сломить или переманить к себе. Уж это на Роше точно не подействует. Командир «Синих Полосок» много размышлял над будущим своей страны. Как её возродить? Какими средствами? Будущая правительница вроде как есть, но та ещё слишком мала. Если хотя бы была жива Адда. Но её тоже нет. Стрыгу не удалось расколдовать и Геральт, выполняя свою работу, просто убил дочь – чудовище Фольтеста. Любимую дочь... Ту, чьи поступки король прощал, невзирая ни на что.       Холодный ветер вновь проскользнул по телу, вызывая новую волну мурашек. Темерец как-то вяло отлип от стены и поплёлся обратно. Судя по небу, которое вот-вот начнёт просветляться, уже не за горами рассвет. Необходимо возвращаться в постель.       Дверь чуть скрипнула и тень тихо, чтобы не по тревожить сон «гостя», проскользнула внутрь комнаты, тут же располагаясь на лежаке.       Роше натянул плед до самых ушей, зарываясь как можно сильнее в тёплую ткань. Кажется теперь сон вернулся, ибо через каких-то несколько минут, комнату наполнило тихое сопение мужчины, который совсем не подозревал, как в темноте на него с большим любопытством, смотрит единственный изумрудный глаз.       После того, как человек ушёл, эльф так и не смог заснуть. Одиночество будто сковало и било по острым ушам оглушающей тишиной. Слишком тихо и спокойно. Слишком одиноко. И даже пусто? Совсем как днём, когда человек ушёл по своим делам, оставив эльфа одного. Даже пришедшая Бьянка и Маришка, не скрасили его пребывание здесь. Только сам Роше. Только их любимые перепалки и брань хоть немного «расшевелили» прикованного к постели эльфа. Он в таком состоянии даже драку небольшую устроил, конечно же благодаря и хозяину комнаты. Тот кстати очень уж сильно его придавил. Могут остаться новые синяки.       – Чёртов дхойне... – Прошептал эльф, сильнее закутываясь в одеяло.

***

      – Милсдарь Роше... Милсдарь Роше! – Кто-то очень настырно пытался разбудить Синюю Полоску, теребя того за плечо. На это Вернон лишь лениво приоткрыл глаза, пытаясь сфокусироваться на предмете утренней тревоги.       – Маришка? – Глаза просветлели от пелены сна и Роше сразу же принял сидячие положение. – Что-то случилось?       – Случилось, милсдарь Роше! Случилось! – девушка была в гневе, – Как Вы могли? Зачем я вообще лечу Вашего эльфа , если Вы сами его калечите? – лекарша сделала руки в боки и недовольно косилась на Вернона.       – Я не, – Темерец не знал, что и ответить, его никто так не отчитывал в наглую, – Прости, это случайно вышло. Да и вообще, с ним по другому нельзя, не понимает он.       – Оу, а Вы прям всё понимаете, раз руки распускать вздумали. Имейте честь и совесть! Больных и лежачих не бьют, а Иорвет и то, и другое. – Маришка наконец отошла от темерца, возвращаясь к своему пациенту. Повязки были обновлены, мази уже вовсю взаимодействовали с телом эльфа. Даже синяки на шее были чем-то обмазаны.       – Женщина, он не знает что такое честь, – вставил свои пять копеек Иорвет, – он её в Гвинт по-видимому проиграл.       – Вот видишь? Опять нарывается. – Темерец тяжело вздохнул.       – А Вам не следует вестись на его слова. Вы взрослый мужчина в конце-то концов. – Лекарша собрала свою корзинку и направилась к двери. – До завтра, милсдарь Роше. До завтра, Иорвет. Попытайтесь друг друга не убить сегодня. – Девушка попрощавшись, тут же прошмыгнула на выход.       – Ну? Поплакался дхойне, чтобы тебя пожалели? Как же низко ты пал, Белка. – Вернон наконец поднялся с постели, потягиваясь.       – Заткнись! Эта женщина сама влезла в это. Я ей ничего не говорил. – Последовало недовольное фырканье, воспроизводимое эльфом.       – Ой-ой, какая белая и пушистая Белка. Просто святая. Только вот ты сам вчера меня вывел, за что и получил. Будь я вчера не в настроении, то было бы хуже. – Роше принялся повторять ежедневный «ритуал» по утреннему одеванию.       – То есть ты вчера ещё в хорошем настроении был? Мне страшно представить, как будет выглядеть твоя ужасная рожа, когда ты скорчишься в гневе или печали. М-мерзость. – Эльф скривился.       – Я же тебе вчера ясно объяснил. Теперь ты ЭТУ рожу будешь видеть каждый день, – последовала широкая улыбка на лице темерца,– мучайся, мой дорогой, бывший враг.       – Очень смешно, дхойне. Глядишь, сейчас швы разойдутся от смеха. – Лицо мятежника имело в данный момент гримасу отвращения вперемешку с презрением .       – Ага. – Весь интерес к своему собеседнику иссяк и Роше решил, что ничего его больше не задерживает. Вернона ждёт новый день. Работа. И... Родина?

***

      День проходил относительно нормально. Темерец уже успел прописать пропиздоны бойцам, написать пару писем Талеру, дабы узнать новую информацию о политической ситуации на данный момент, сделал несколько обходов по торговой площади Вызимы и вновь вернулся в штаб, разгребая важные бумаги.       Роше уже успел закурить, когда в его кабинет ворвалась запыхавшаяся Бьянка.       – Роше, там Белка буянит, – девушка чуть отдышалась и продолжила, – горланит только так. Тебя зовёт.       – С чего вдруг? – Бровь Вернона вопросительно изогнулась. Он затушил и отложил трубку подальше, поднимаясь со стула.       – А я почём знаю? Орёт как резаный. Ничего дельного не говорит. Только, цитирую – «блохастую псину» нужно.       – Ясно.       – Я пыталась его усмирить, но ты же знаешь, без рукоприкладства я не смогу обойтись. – Вэс явно была недовольна тем, что эльфа нельзя было сейчас и пальцем тронуть.       – Я его сам сейчас об стенку приложу. Зараза ушастая! – Темерец обошёл подчинённую и устремился к себе.       На удивление, комната встретила командира тишиной.       – Иорвет... – Роше стал медленно подходить к кровати.       – ...       – Иорвет! – Темерец оскалился, но эльф ему никак не отвечал, притворяясь спящим. – Эй, выродок ушастый! Я знаю, что ты не спишь! Живо объяснись за поведения или я доломаю тебе рёбра.       – Какой ты грубый, дхойне. – Эльф наконец подал признаки жизни, лениво посматривая в сторону темерца, что сейчас пылал в гневе.       – Белка, не беси! Какого хера ты тут концерты устраиваешь? И кто у нас тут «блохастая псина»?       – Дак ты же, – мятежник расплылся в ухмылке, – что? Не ясно разве? Роше сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь преодолеть гнев, сжимая кулаки чуть ли не до боли в костяшках.       – Иорвет, – успокоившись начал Вернон, но его тут же нагло перебили.       – Да, дхойне? – Изумрудный глаз лукаво блестел. Это не укрылось от темерца.       – Иорвет, пожалуйста, хватит. Успокойся и просто скажи, что ты хочешь. Хватит уже на уши всех поднимать. – Роше присел на край кровати, рядом с мятежником, устало потирая переносицу.       – Мне скучно, дхойне. – Довольно простой и ясный ответ, но он взбесил человека мгновенно.       – Скучно? Скучно ему блять! – Раздался истерический смех. – Я, хер ты пиздоватый, делами занимаюсь, страну понимаешь ли с колен поднять хочу, а ему скучно! Так чего же ты лежишь здесь?! Съёбывай давай! На все четыре стороны можешь идти, мне нихуя не жаль будет тебя. Давай, давай, пиздуй.       – Козёл, – эльф скривился, зарываясь с головой в одеяло, но только попытку скрыться от всего мира прервала крепкая рука темерца, которая выхватила и откинула то, подальше от Белки, – какого чёрта?!       – Такого! Нехуй взгляд прятать, словно нашкодивший котёнок. Надо уметь думать, прежде чем хуйнёй страдать. – Карие глаза человека сейчас просто полыхали огнём.       – Сам виноват! Нечего было меня одного оставлять! Мне скучно сидеть на жопе смирно, уж ты то должен это понимать. – И Вернон понимал. Ещё как понимал. Он сам не мог долго бездействовать.       – Хорошо...– Темерец вновь издал тяжёлый вздох. – Я что-нибудь придумаю.       И Вернон действительно придумал.

***

      – Брат... Иорвет? – В комнату вошёл Киаран.       – Кир? Что? Решил навестить недобитого командира? – Мятежник просто ненавидел, когда кто-то из его белок видел картину «Старый Лис – страдает», поэтому пытался избегать таких моментов. Слава Богам, что Вернон сразу не притащил весь ушастый отряд к нему, когда Иорвет дышать-то нормально только в мыслях мог.       Но сейчас Старый Лис был благодарен Роше, ведь Киаран являлся правой рукой атамана белок, да и при том, был названным братом того. Родная душа. Самый близкий эльф. Такой любимый. Тот, кого он чуть не потерял, доверившись дхойне, благо Белый Волк и его чародейка смогли спасти Киарана. Жаль, что только его одного.       В мыслях мятежника тут же всплыл образ друга. Седрик. Добрейшая душа. Лучший из его воинов. Но и самый слабый... Из-за любви к выпивке. Искал утешение в алкоголе, пытался затупить боль. И что из этого вышло?! Он ушёл из скоятаэлей. Стал жить рядом с людьми, с этими городскими недоэльфами! Зачем? Для чего? Иорвет так и не понял... Его пожирала боль от потери друга.       – Иори... – Эльф обнял своего брата, прижимаясь всем телом к нему. – Боже, Иорвет... Роше сказал, что тебя нужно просто чем-то развлечь, пока ты валяешься здесь, я не думал, что ты... Что тебе снова плохо. – Киаран стёр солёную дорожку с щеки мятежника.       – Всё в порядке, Кир. Вернон был прав. – Старый Лис попытался прийти в себя, отвлекаясь от своих грустных мыслей.       – Брат, расскажи, что тебя тревожит... Я не видел тебя таким очень давно. – Младший эльф смотрел на своего командира с нежностью и заботой.       – Просто, – Иорвет вновь отогнал скопившиеся слёзы, – просто ты напомнил мне Его...       – Седрик, – Киаран сжал ладонь Иорвета, – он бы не хотел видеть «такого» тебя.       – Я знаю. – Старый Лис наконец взял себя в руки и принял сидячее положение. – Хватит о грустном. Как ты, брат?       – Прекрасно, Иорвет. Только без тебя малость трудно. Вернон гоняет наших только так. Весь отряд жалуется на тренировки.       – Хм... Ну а ты? Тебе по нраву то, как командует Роше?       – Он хоть и требует многого, но это и к лучшему. Наши бойцы не расслабляются, а новички совершенствуют свои боевые качества. Это знаешь ли, очень хорошо. – Киаран поглаживал брата по макушке, которая, к удивлению, не была скрыта за повязкой. Иорвет не прикрывал свой шрам.       – Кажется Вернон и правда хороший лидер. Не зря мы друг другу жизнь оставили. – Мятежник усмехнулся.       – Как-бы все мы не противились этому союзу, но он пошёл во благо и нам и Синим Полоскам. Никогда бы не подумал, что мы будем воевать вместе со своим врагом. – Младший эльф обнял своего брата, утыкаясь носом в шею, пряча его среди лозы.       – Я считал, что поступил неправильно, – Иорвет прижал Киарана сильнее, сжимая родное тело в объятьях, – что рано или поздно всё обернётся нам боком.       – Вернон хороший дхойне, упрямый как баран, но хороший. И воевал он с нами исключительно из-за приказов. – Младший эльф очерчивал контур татуировки Иорвета, ловкими пальцами скользя по коже. – Мне кажется, что любой на его месте действовал также. Или нет... Суть в том, что он подчинялся приказам, так как все мы. Скоя'таэли ведь тоже не святые. Мы убивали, грабили, разве только не опускались до изнасилований. Иной раз я сожалею, что мне приходится жить войной. Постоянно выживать. Я надеюсь, что рано или поздно это закончится. Настало время перемен и кто знает, что случится с нами дальше?       – Ты прав. Нужно избавиться от прошлого, но... Перед моим взором часто мелькают лица наших погибших братьев и сестёр. Мне больно видеть их мёртвые глаза... Тела... Души? Они как будто всё ещё здесь, рядом. Следуют по пятам, словно призраки. Я чувствую вину за каждого из них. – Кажется тело Иорвета снова задрожало.       – Иори, успокойся, я рядом. Всегда буду рядом. Никогда не брошу, – белка нежно поцеловал в лоб старшего брата, – никогда не оставлю в беде одного... Ты всё, что у меня есть.       – Спасибо, Киаран, – мятежник улыбнулся, взирая на своего помощника, – ты мой маленький разбойник. – Иорвет потрепал брата за щеку.       – Эй, смотри, чтоб песок всю кровать не засыпал, Старый Лис. – Младший эльф надул щёки, словно строя из себя обиженку, но тут же рассмеялся вместе с братом.       – Ахах-х, Кир, палку не перегибай, – око командира белок наконец здраво заблестело, – пригрел знаете ли тут засранца.       – Да ладно тебе, – на лице Киарана была улыбка от уха до уха, – ты этому и рад.       – Я люблю тебя, – Иорвет склонился над братом, поглаживая щёку того, слегка шершавой и мозолистой ладонью.       – И я тебя, брат. – Эльфы ещё немного поддерживали контакт одними взглядами, а после, Киаран потянулся к Старому Лису, вовлекая того в поцелуй. Поцелуй без страсти, но нежный, пропитанный заботой и любовью. Их языки переплелись, начиная свой маленький «танец». Ещё несколько мгновений и где-то на фоне скрипнула дверь.       На пороге был темерец, который явно охуел от такой картины. Два эльфа сосутся. Мужики. Два бывших врага. Да и где? В его комнате, на его же кровати, что сейчас была занята больной Белкой.       Что дальше? Какие сюрпризы ещё судьба подкинет?       – Пидоры эльфские... – только и смог выпалить Роше, немного отойдя от ступора. – Хоть бы блять, приличия имели! – Дверь также стремительно закрылась, оставляя эльфов вновь наедине. Они уже несколько мгновений, как отпрянули друг от друга и хлопали своими длинными ресницами в непонимании .       – А стучаться надо! – Крикнул на закрытую дверь Иорвет, вновь заливаясь звонким смехом.       – Ну и рожа у него была, – Киаран, тоже не отставал от брата, уже чуть ли не сгибаясь пополам от смеха, – курва, я его реакцию на всю жизнь запомнил.       – Дхойне, что ещё сказать? Всё они такие.       Эльфы просидели вместе весь день, болтая на разные темы, изредка шуча и посмеиваясь. Кажется Иорвету общение с братом пошло на пользу. Наконец все дурные мысли ушли из его головы, оставляя лишь приятное времяпровождение.       – Кстати,Кир, а почему ты раньше не нагрянул сюда? Дел много было? – Старый Лис развалился на коленях брата, который заплетал на его волосах милые маленькие косички.       – Дак Роше не пускал. Носился будто подстреленный и орал на всех и вся, кто решился хотя бы спросить о тебе. А хоромы свои словно сторожевой пёс охранял. Сегодня вот правда сам попросил прийти, ну и я сразу же рванул к тебе. Всё же соскучился. – Тонкие длинные пальцы умело перебирали локоны, собирая те в косы.       – Значит эта псина меня ещё и охраняет, – Иорвет о чём-то на мгновение задумался и добавил, – блядский дхойне, он что, воспринимает меня как свою собственность?       – Не сказал бы. Наверное ему было бы неприятно пускать кого-то из белок к себе, чтобы те навестили тебя. Мне бы вот тоже было бы неприятно, если бы в мои покои ворвался дхойне.       – Ты прав. Но мне надоело то, что он опекает меня. Я способен позаботиться о себе. Даже будучи не в состоянии как-то передвигаться. Не из такой дряни выбирался. – Старый Лис скривился, но продолжил. – А тут... Ты не представляешь, он меня с ложечки кормит. Сам! Лично!       – Брат, – вновь смех из уст Киарана, – просто не представляю как задета твоя гордость. О нет! Она кажется разнесена в пух и прах!       – Ты чего ржёшь, как конь? Это не смешно, вообще ни капли. – Мятежник нахмурился и надул губы.       – Ой, прости,прости, – младший эльф стряхнул слезу, выступившую из-за смеха, – как насчёт ужина в качестве извинений? С дополнительными услугами в качестве кормящего командира Синих Полосок?       – Засранец, – старший эльф ущипнул брата за бедро, – я тебе уши за такие шуточки надеру.       – Ух, я бы посмотрел на эту картину. – Оба эльфа резко обернулись в сторону человека. – Продолжайте, продолжайте, я не мешаю. – Роше прошёл в комнату и пристроился на стуле, подле стола.       – Эм-м... Мне пожалуй уже пора, – Киаран поднялся с кровати и направился в сторону выхода, – Доброго вечера, Роше. До свидания, Иорвет.       – До свидания, Киаран. – Эльф на последок кивнул хозяину комнаты и своему командиру, удаляясь к себе.       – Быстро же он слинял. – Вернон снял шаперон и дублет с кольчугой, аккуратно складывая вещи и размещая эту ровную стопочку на столе. – Ну и чего ты молчишь? Только что щебетал как заведённый, а тут и слова не вытянешь.       – Ты подслушивал? – Глаз эльфа невольно стал больше, а брови устремились вверх.       – Нет. Просто вы довольно долго были заняты собой. И где же ваш острый слух и зоркое зрение, если вы даже меня не смогли заметить? Теряешь хватку, Белка. – На это Иорвет недовольно надулся, отворачиваясь от человека.       – Чёртов дхойне...       – А Иорвет делает фыр-фыр, – взгляд человека был полон озорства.       – Что? – Эльфу показалось, что он ослышался и этот звук издаваемый Роше, и вовсе причудился.       – Фыр-фыр, как лис, – пояснил человек, – видеть обиженного тебя, сплошное умиление.       – В задницу себе засунь это умиление. – В единственном глазу мятежника мелькнула злость и раздражение, а казалось, день так хорошо подходил к концу, а тут вновь этот ненавистный дхойне.       – Ага, а напомни-ка, кто из нас тут пидорас? – Зря Вернон это начал. Очень зря. У Иорвета уже чесались кулаки.       – Дхойне... Заткнись, – прошипел эльф, кидая на темерца свой убийственный взгляд.       – Ой, больно ты мне нужен. Только огрызаешься да шипишь. – Вернон скривился. – С таким даже беседу противно вести.       – Как и с тобой, дхойне.       – Зато я хотя бы не мужеложец. – Роше прыснул в кулак, пытаясь сдержать поток смеха. И от чего же он сегодня такой весёлый?       – Да что ты знаешь об высших чувствах, Роше? Киаран мой брат, моя родственная душа! А ты вообще ни во что не ставишь родственные взаимоотношения! – Иорвет был в бешенстве, он не мог терпеть этого полоумного дхойне.       – Дак значит ещё и инцестом промышляешь. Не знал – не знал, что гордые Аен Сейдхе таким промышляют. – Лукавый взгляд просто прожигал эльфа насквозь.       – Да блять! Роше, просто забудь, что ты видел. Сотри память об этом. – Старый Лис на мгновение успокоился, переведя дыхание. – Тебе не понять наших взаимоотношений.       – Да куда мне-то, простому дхойне, знать? – Усмешку с лица Вернона, сняла прилетевшая подушка. – Ух, какая буйная Белка.       – Чёртов дхойне...

***

      Вечер прошёл относительно спокойно. Не считая, конечно, нескольких перепалок между человеком и эльфом.       Вернон в этот вечер наконец-то не кормил с ложки своего гостя, ибо тому Маришка разрешила совершать передвижения. Незначительные и осторожные. Теперь эльф мог орудовать ложкой сам, возвращая себе остатки гордости. Смотря на эту картину, Роше стало жалко, что его лишили возможности упиваться слабостью врага, но всё же он был рад, что Иорвет шёл на поправку. Скорее всего через недельку или, если повезёт, даже две, эльф вернётся к себе и тогда комната Роше снова наполнится одиночеством и грустью. Странно конечно, но за столь незначительное время, темерец уже успел привыкнуть к фырчащей Белке у себя в покоях. Этот эльф хоть и бесил его, но не давал заскучать.       – Роше? – Тишину прервал голос мятежника. – Как идут дела с Нильфами?       – Херово если честно. Они всё ближе и ближе к нашим границам. – Вернон скривился. Враг действительно стремительно наступал, а у Темерии во всю делёжка территории между баронами, да и соседние государства облизываются на обезглавленную страну.       – И... – Иорвета грубо перебил Роше.       – И я совершенно не знаю, что делать. – Тон человека был полон печали вместе с какой-то смесью усталости и боли. – Темерия просто не сможет отразить удар такого сильного врага как Нильфгаард.       – Вернон. Что я слышу? Ты отчаялся? – Эльф действительно не мог поверить, что ярый патриот своей страны, готовый отдать за неё всё, включая собственную жизнь, сейчас сидит печально сгорбившись перед камином.       – Если и так, то что? Будешь упрекать, что я нытик, который не может отстоять честь своей родины? – Темерец кинул взгляд на эльфа, что сейчас во всю изучал эмоции на лице человека. – Тебе ли не знать, как это больно, когда теряешь свой дом. Когда кто-то хочет отнять родной кусочек земли.       – Ты прав, дхойне, я понимаю твои чувства, – эльф приосанился, гордо приподнимая подбородок к верху, – но в отличие от тебя, я продолжаю бороться, даже спустя столько лет.       – Сидх, только не надо сейчас заливать про свой гордый народ. И так тошно. – Вернон достал свою трубку и табак.       – Даже и не думал, но спасибо, что дал наводку. Теперь я знаю как тебя доставать. – Иорвет улыбнулся. Искренне... Впервые за всё время.       – Белка, я польщён твоим вниманием, – Роше улыбнулся в ответ и наконец закурил, – но не советую тебе бесить меня.       – Без этого и жизнь скучна.       Комната на несколько минут погрузилась в тишину, но её вновь прервал голос эльфа.       – Признаться честно, но и мне иногда трудно осознавать, что на всём свете нет дома для скоя'таэлей. Нам просто нет места в этом мире. – Вернон поднял на мятежника взгляд, полный сочувствия и уже через несколько секунд перебрался на кровать, садясь рядом с Белкой.       – Закуришь? – Темерец протянул свою трубку эльфу.       – Не откажусь. – Мятежник принял курительный прибор и тут же прижал к губам.       – Ты так и не рассказал, что случилось в Вергене. – Роше вопросительно уставился на эльфа, ожидая ответа.       – Ничего хорошего, – он выпустил колечко дыма, – мы помогли Саскии в обороне города, в надежде, что у нас будет дом. Бросили всё и кинулись защищать чужую территорию и знаешь что? Саския действительно была искренне благодарна скоя'таэлям, но когда всё закончилось, она вежливо попросила меня свалить. Другим было разрешено остаться и жить мирной жизнью, ну а меня посчитали лишним. А я ей доверял! Шёл за ней, в надежде, что наши скитания закончатся, а она меня использовала, как портовую шлюху. Но тем хотя бы платят, а мне лишь одно «спасибо». Благо хоть остальным разрешила остаться...       – Подло однако. – Он перехватил свою трубку, случайно касаясь эльфа. – Как-бы вы, эльфы, не старались, вам всегда всё боком выходит.       – Поэтому я и не доверяю. Раньше это распространялось только на дхойне, но теперь я вообще никому не верю. Даже самому себе.       – Что? И даже мне? – Роше вновь закурил, чувствуя расслабление как и в мышцах, так и в мыслях.       – Тебе особенно, – эльф усмехнулся, – мы же с тобой были врагами очень долгое время.       – Белка, забудь ты уже всё. Оставь прошлое. Мы оба были неправы. Сейчас другое время, пора уже забыть обиды. – Темерец вновь вручил трубку в руки мятежника.       – Я не могу... – Старый Лис встретился взглядом с человеком. В свете единственного изумрудного глаза таилась грусть и что-то ещё, что человек так и не мог понять.       – Хотя бы попытайся. Я вот забил хер на свою гордость и всю прочую херь, когда Геральт притащил тебя и твой отряд, чтобы примирить нас и заставить работать вместе. И я не жалею, что сделал это. И ты, пожалуйста, пересмотри свои взгляды. Поверь, я тебе не вру и ничего не скрываю. Хочу лишь, чтобы ты доверял мне, не ждал какой-либо подставы. Я не преследую цель втереться в доверие и ударить, нет, я просто хочу, чтобы ты мне помог, сражаясь рядом. – Эльф внимательно слушал человека, только изредка отводя взгляд.       – Я... Я попытаюсь... – Тихо проговорил Старый Лис, и Роше улыбнулся.       – Спасибо. – Темерец поднялся с кровати и устремился к шкафчику на противоположной стене, выуживая оттуда бутылку темерской ржаной и две стопки.       – Что? Уже споить меня вздумал? – На лице мятежника расплылась ухмылка. – Быстро же ты меня к себе в друзья приписал.       – Не смотри на меня так. Напоминаешь маньяка, который вот-вот либо хер вставит, либо нож воткнёт, – Роше проигнорировал слова о «друзьях», разливая водку по стопкам, – а ещё больше ты на психа похож. Это уж точно.       – Ну а ты что предпочтёшь? – Иорвет забрал свой стопарик, принюхиваясь к жидкости. Та ужасно резала чуткие рецепторы эльфа, от чего тот зажмурился.       – М-м?       – Нож или... – Тут Старый Лис был грубо прерван «лёгкой» затрещиной по голове. – Ай... Больно же! Чёртов дхойне...       – А следить надо за своим языком. – Вернон победно усмехнулся и осушил ёмкость с водкой, пока Иорвет потирал пострадавшее место.       Эльф не отставал от мужчины и тоже влил в себя обжигающий язык и горло, алкоголь. Он на мгновение зажмурился, прислушиваясь к своим ощущениям. Водка ядрёная. Жжёт. Но тело кажется начало расслабляться, пропуская в себя разогревающую жидкость.       – Есть идеи насчёт темы для беседы? – Темерец кажется тоже расслабился, а его взгляд слегка помутнел.       – Абсолютно никаких. – На эти слова Вернон только нахмурил брови и принялся ещё раз наполнять стопки водкой.       – Тогда пей ещё,– человек буквально втолкнул ёмкость с темерской ржаной в руку эльфа, – давай, давай. Не беси меня, а пей, Белка. – Старый Лис и не думал противиться, когда он в конце-то концов ещё сможет вот так вот выпить за чужой счёт?       Они вместе залпом осушили свои стопки, вновь морщась от ядрёности алкоголя. И почему никто не думал про закуску?       – До сих пор ни одной мысли? – Эльф только помотал головой в отрицательном жесте. – Что ж, тогда начну я. Скажи мне, Белка, как ты решился прийти ко мне и попросить перемирия? Ты же гордый сидх. Что нам, простым дхойне, до тебя?       – Я и сам не до конца понимаю как так получилось, – эльф приподнял свой взор на человека и продолжил, – кажется тогда мой разум помутился . Иначе как это объяснить?       – Вот это-то мне и интересно. – Кажется Роше даже присел поближе к мятежнику, готовый того внимательно слушать, не упуская ни слова. Шпионская привычка, слушать и запоминать каждую деталь.       – Ну вообще инициатором был Геральт. После того, как Саския любезно попросила меня уйти, я действительно собрался и покинул Верген вместе с теми братьями и сёстрами, что решили идти за мной снова. Уже за чертой города нас нагнал ведьмак, со словами, мол, нам по пути. А я, кстати, на тот момент даже не знал куда и податься. Ну тут он и начал заливать про тебя и твой отряд. Что ты готов на всё ради своей страны, что сможешь простить скоя'таэлей, пустив под своё крыло, невзирая на прошлое. А на мои слова, что ты убьёшь нас всех при первой же возможности, развешивая нас, словно украшения на деревья, отмахнулся и пробубнил о твоём прощении. – Эльф тяжело вздохнул, видимо вспоминая тот момент жизни. – Не знаю, что на меня тогда нашло, но я поверил Геральту. Попытался верить. Где-то в глубине души, я верил, что хоть где-то для скоя'таэлей найдётся место, даже если оно у врага. Тогда я даже не думал о гордости. Да и что с того? Даже если бы всё прошло очень плохо, то я был бы рад погибнуть от твоей руки. За всю жизнь меня изрядно потрепало, поэтому я готов был к смерти.       – И всё же я тоже смог переступить через себя и принять вас к себе в отряд. О чём ни капли не жалею. Вы отличные бойцы, хорошее дополнение к темерской армии. – Роше ухмыльнулся, вновь наполняя стопки. – Мы оба не ожидали друг от друга такого. Враги, что пытались убить друг друга, сейчас вместе пьют. Какая ирония? Но всё же спасибо, что был откровенен со мной. – Темерец вручил эльфу выпивку и сам залпом залил в себя пойло. Мятежник поступил также.       – Когда я шёл сюда, я боялся только одного, – Старый Лис вновь сморщился, но тут же продолжил, – что меня не поймут свои же. Что начнётся резня. Что кто-то начнёт бунтовать. Мне не страшно за собственную шкуру, мне страшно за своих братьев и сестёр. Да что я говорю, дхойне? Ты же и сам знаешь, как это – терять своих бойцов, что стали для тебя семьёй. – Воспоминание о своих воинах, заставило сердце Иорвета сжаться в болезненном спазме.       – Да, ты прав... – Их взгляды на мгновение встретились. Такие похожие и одновременно разные. Прекрасная дикая зелень и почти чёрные, карие глаза, таящие в себе смесь теплоты и уюта.       – Кстати, о семье. Кажется мой названный брат запал на твою Бьянку, – эльф наконец оживился, избавляясь от печальных мыслей, – как тебе такой расклад, Роше?       – Пусть только попробует что-то плохое ей сделать. Кишки на кулак намотаю и похер мне будет абсолютно на всё. – Человек говорил это серьёзно. Казалось, даже его вид говорил о том : «только попробуй кинуть на неё косой взгляд и ты погибнешь в муках».       – Уверен, что Киаран не хочет ничего дурного. Мы,эльфы, когда дело доходит до любви, никогда не имеем злых умыслов. Если любим, то искренне. Разве ты сам не видел его тёплых взглядов, обращенных к твоей подопечной? Как он пытается и так и эдак к ней подойти? – Иорвет уже изрядно охмелел, а его язык кажется наконец развязался.       – Как-то не до этого было, – он вновь наполнил стопки водкой, – я тут занят насущными проблемами, а не ухаживаниями «недолюбовника».       – Следи за языком, Роше, и дай уже сюда водку, – эльф в миг осушил стопку, – ещё давай.       – Белка, может хватит? Ты же завтра меня сам придушишь, обвиняя в том, что споил до состояния мёртвой тушки. – Вернон действительно беспокоился за состояние мятежника, ведь тот вроде как нездоров ещё. Да и на голодный желудок пьёт.       – Я знаю меру, дхойне, не учи меня пить. Я делал это, когда тебя ещё и на свете не было, так что не болтай давай, а наливай. – Темерец послушался и вновь наполнил стопку эльфа, тот в свою очередь сразу её осушил.       – М-да, Белка. Ну я предупредил тебя, так что завтра не ной. – Человек наконец сам залил в себя алкоголь. – Дак что там о любовных похождениях твоего подопечного?       – Ах да, – Иорвет наконец опомнился и продолжил свою мысль, – я думаю, что они смогли бы стать хорошей парой. Я конечно такого не одобряю, ибо эльф с дхойне – это что-то за гранью, но любовь, штука крайне вредная.       – Бьянка для меня очень многое значит. Она мне как дочь. Считай я почти её вырастил, воспитал.       – Это сразу видно. Твои манеры зеркально отражаются в ней. Такая хрупкая женщина, с характером крепкого берсерка.       – Ну уж извините, как мог, так и воспитал, – Роше нахмурил брови, раздражаясь, – иного дать просто не мог.       – Я не в обиду это сказал. Наоборот. Она отразила лучшие качества, которые есть в тебе. А твои опасения за эту девушку, забота, опека. Ты просто хочешь её уберечь и дать лучшее, что есть у самого. Это похвально, Вернон. – Что это? Старый Лис действительно похвалил его? Нет, Роше наверное действительно перепил.       – Так, тебе я точно уже не наливаю, да и мне хватит, а то мерещится уже всякое. – Мужчина тихо засмеялся и его смех подхватил и эльф. Тот в свою очередь выглядел весьма набуханным. Краснеющие щёки и кончики ушей, затуманенный взгляд, слегка неуклюжие движения. Кажется, что нужно было сперва накормить Белку, а потом водку заливать в него.       – Тебе жалко что-ли? Ну же, Ве-рн-он, – протянул мятежник, делая умоляющий взгляд.       – Блядь ты, Иорвет, – Роше не выдержал и всё же наполнил стопки алкоголем.       – Ну, за здоровье молодых! – Эльф приподнял свою стопку и чокнулся с человеком, после чего залил едкую жидкость в себя. На это Вернон лишь окинул психически больную Белку взглядом, последовав примеру.       – Если Бьянка будет счастлива, то буду счастлив и я. И совершенно не важно с кем будет Вэс. – Кажется Роше самого уже не хило так вело от алкоголя.       – Ну а ты? У тебя есть кто-нибудь или ты затворник и девственно невинен? – Слова Иорвета слегка ввели темерца в ступор, но тот всё же ответил.       – На войне нет места этим соплям. Я солдат, Белка. Был им и буду. В моей жизни нет места любви. – Как же Роше сейчас сильно врал. Он хотел любви, хотел быть любимым, чтобы кто-то был рядом. Заботился о нём, поддерживал, да и просто верил в него.       – А слухи, что ходили о вас с Фольтестом? Это правда? – Эльф ухмыльнулся и хитро сощурил единственный глаз.       – Что? Иорвет, ты действительно веришь этой хуйне? Я был о тебе хорошего мнения, а ты... – Вернон тяжело вздохнул и всё же продолжил. – Фольтест. Он был как отец, которого я никогда не знал. Я же жил в семье простой шлюхи, что кое-как могла прокормить меня. Из-за меня же она и погибла... Жаль конечно, я её очень любил, но Фольтест... Он разглядел во мне что-то, что даже не видел я сам. Простой оборванец смог стать приближённым к королю. Просто сказка какая-то.       – Продолжай... – Эльф внимательно вслушивался в каждое слово, выпущенное из уст человека.       – Он отправил меня в армию, а после того, как я стал там отличаться, позвал к себе под крыло. Вскоре я стал командиром Синих Полосок и самым лучшим среди воинов венценосца. Он любил приглашать вечерами к себе, когда выдавались свободные от походов деньки. Тогда мы пили дорогое вино, вкушая всякие яства. Болтали о всяком. Он давал мне мудрые советы и наставления. Иногда даже приглашал на балы и я всегда отказывался. Я ведь даже танцевать-то не умею, понимаешь? – Роше обернулся к Иорвету, который «под шумок» уже расположился в горизонтальном положении, на мягкой постели. – Ты меня вообще слушаешь?       – Да-да, продолжай, – ответил сонный голос, но не смотря на это, эльф действительно внимательно слушал.       – Ты сейчас уснёшь уже... – Человек тяжело вздохнул и поднялся с кровати, намереваясь занять свою.       – Ну Вернон... П-продолжай... – Прошептал Иорвет, зарываясь в одеяло и кажется теряя связь с внешним миром.       – Нет, Белка. Поздно уже, да я и сам изрядно вымотан. – Кажется теперь эльф его не слушал, ибо с его стороны доносилось тихое сопение.       Вернон сам не понял, что на него в этот момент нашло, но он слегка неуклюже поправил одеяло на Белке, про себя отмечая тепло, что разливалось где-то под сердцем.       – Доброй ночи, Иорвет. – Темерец нежно погладил эльфа по макушке и наконец опустился на свой лежак, закутываясь в него, чуть ли не с головой, напрочь забывая снять лишнюю одежду. Да и как об этом вспомнит пьяный, озабоченный эльфом, человек? Его явно не волновала такая мелочь.       Вскоре комната наполнилась только тихим сопением двух мужчин.