Как снять юбку?

Юнги хочет домой, у него режутся зубы мудрости и жизнь кажется такой убогой из-за этого, что он автоматически ненавидит весь мир. Особенно препода по гражданскому праву, рассказывающего о видах договоров, отличиях штрафа от пени и весьма интересной истории (нет) из его жизни, не имеющей привязки к теме лекции. У него дома Холли не накормлен, скорее всего умерший рамен на плите, что он готовил с утра и забыл позавтракать. И самое главное целая пачка обезболивающего, которое он съест по приходе, как лучшее лакомство. Преподаватель задает вопрос аудитории, ожидая, что третьекурсники на пятой паре могут думать, хотя даже говорить у них сил нет. Тишина стоит как в мрачных ужастиках, все опустили головы, изучая пустой конспект. Он переворачивает лист. У Мина в тетради на половине страницы нарисованный волосатый хуй, он сначала даже не понимает, что это за шедевр такой и от кого. Пока сбоку кто-то не ржет басовито. У Тэхена десять проколов в ушах, еще один в носу, волосы ярко голубые и в голове дерьма больше, чем умных мыслей. Он прячет моську под ворот огромного свитера, стреляет глазами бесстыже и ждет реакции. Вот на кой черт он заспорил с этим ребенком на то, что тот не сможет вывести его из себя? Методы детские, реакция у Мина тоже нулевая, но тетрадь - то испорчена, а за нее деньги плачены. И так половину листов вырвал и держится она на соплях, теперь еще и искусство (хуевое в прямом смысле) запечатлено черным маркером. Он только рот открывает, чтобы выругаться смачно, как только позволяет тишина в аудитории. А потом смотрит за направлением во взгляде испуганного Кима и оборачивается сам, открывая рот от удивления. Препод смотрит туда, куда не надо, переводит на него взгляд, и лицо его выглядит будто он сожрал столетнее яйцо на китайском рынке. — Это вы позвольте узнать, что так записали? Договор возмездный или безвозмездный? Юнги сглатывает тугой тугок слюны, краснота расползается по его лицу, шее, ушам. Преподаватель показывает искусство всей аудитории, Тэхен пересаживает свою задницу на соседний стул, от греха подальше. Студенты ржут дружно. Они в принципе всей толпой могут делать только две вещи: молчать и смеяться. — Мин, зайдете в деканат после лекции, — тетрадь ему возвращают, гул стихает, преподаватель продолжает лекцию. И он практически успокаивается, даже не замышляет убийство Тэхена, что виновато улыбается и подсовывает ему конфеты в знак примирения. Они так с детства делают, если принял подарок — помирились, только явно не через тридцать три секунды после позора прощать Кима. — В задницу себе их засунь, — шепчет Юнги, обиженно хмурится, вырывает лист беспощадно, комкая его своими длинными пальцами с множеством серебряных колец. Сзади кто-то смеется не прекращая и он честно терпит, несмотря на жгучую раздраженность щиплющую горло. Все навалилось: позор, проигранный Тэхену спор, голод и зубная боль, несданный зачет по теории доказательств и скорый поход в деканат (где его еще раз привселюдно изнасилуют). Преподаватель делает замечание задней парте, лиц которых Юнги не видит, и даже если бы это сделал, все равно из всего потока он знает только нескольких человек. Его шлепают по спине и он сжимает ручку в руке, выдыхая воздух ртом так тяжело, что явно видно его злость. Оборачивается и поднимает восклицательно брови, удивленный тем, что этих будущих жертв знает. Чимин и Чонгук. Альфа самцы (Тэхен правда называет их самочками, но сути дела не меняет) всего третьего курса, любителей соблазнять первый курс и светить дорогими часами. Говнюки одним словом. Юнги с ними раньше дела не имел, потому что зачем они ему сдались? — Так не хватает члена, коротышка, что уже на бумаге рисуешь свои влажные фантазии? — Пак выпаливает эту чернуху из своего красивого рта и Юнги даже застывает на миг удивленно. Он не обиделся, не в его приоритетах обращать внимание на провокации. Он обводит мальчишку сверху к низу и улыбается ехидно. Рост у них идентичный, просто видимо кто-то слишком комплексует по этому поводу, что Мин в ответ и шепчет. Мордашка сразу становиться менее вредной и более растерянной, а крошечные пальцы сжимаются в кулак. Сейчас что-то еще ляпнет, Юнги точно знает, у него курсовая по вербальному и невербальному поведению защищена на пять с плюсом. — Я о твоем маленьком члене, коротыш, — Чонгук как и Тэхен слушают внимательно, заинтересованные перепалкой, вслушиваясь в их шепот. — Оу, мое преимущество в ширине, мини альфа самец, — Мин ничего не отрицает, не видит смысла оправдываться за ложь, просто масла в огонь подливает, — твои крошечные пальчики его и не обхватят. Преподаватель ударяет папкой по столу и четыре пары глаз (и соседняя парта, что совершенно «случайно» это все подслушала) смотрят в его сторону. — Вы, четверо, — тычет пальцем неуважительно, - в деканат после лекции, и только вякните хоть одно слово и вылетите отсюда мигом. Преподаватель Ким Сокджин в гневе страшен, потому они и вправду стихают. Временно. Пока эта лекция не закончится и не наступит время для наказания. Юнги сдержанный всегда и во всем, случаются конечно редкие вспышки излишних эмоций, но они столь редки, что их можно прировнять к извержению спящего вулкана. Ситуация произошедшая в аудитории (с численностью в сто двадцать студентов) факт сам по себе его не задевающий, во-первых, потому что художество в его тетради не его руками создано, во-вторых, у него есть повод убить Тэхена. Проблема только в деканате и альфа-самцах с задней парты пожирающих его взглядом до конца лекции. Он терпеть не может без надобности общаться с людьми любого пола, возраста и цвета кожи. Не социофоб он ни в коем разе — диагнозы ставить не его прерогатива, просто от общения болит голова и силы это здоровски высасывает. Ему хватает нескольких друзей для полноценного восполнения такой потребности, а тут на голову свалилось чудо белобрысое с какими-то странными претензиями в его сторону (точнее сказать к его члену). Ну серьезно. Какого черта жертвой стал именно он? Его прокляла та гадалка на рынке, которой он отказался подать на хлеб и воспитание детей? Он учится на юридическом и всерьез думает, что его прокляли… Совсем с катушек слетел при таком раскладе. Юнги вертит ручку в руке, звонок прозвенел семь минут назад, но Сокджин продолжает раздавать всем задания и советовать литературу для сдачи экзамена. До них не меньше двух недель и кто-то серьезно учит их настолько рано? Отчаянные (ответственные) люди однако. — Есть ли ко мне еще вопросы? — Джин закрывает ноутбук и засовывает его в сумку, подглядывая на поток краем глаза, все наконец-то замолкают, — староста курса есть? Сзади что-то падает и Юнги оборачивается впервые видя перед собою старосту курса — Чонгука, тот привстал, чтобы преподаватель смог его увидеть. Почему он даже ходя на все совместные лекции с Чоном только сейчас это осознал? Внимательность максимальная, заинтересованность в университетской жизни на все 100 баллов заслуживает. Юнги кажется, что у него горит левая сторона лица, оказывается это Чимин на него смотрит. Взгляд ядовитый, глазки карие и прижмуренные, губы и без того пухлые выпятились еще больше, на шкодливого ребенка похож. Руку к горлу прижимает, показывает мол не сносить тебе головы, Юнги не сдерживает смешка, оборачиваясь обратно, пока препод не взъелся снова. Вообще Чимин действительно выглядит по-аккуратному мужественно, понятно чего в него девчонки влюбляются. Симпатичный парень, только жук противный и заноза в заднице, от таких шуму больше чем пользы, он таких избегает. И надеется, что сможет это осуществить в скором будущем. Он прослушивает обращение преподавателя к Чонгуку, просто вещи собирает и Тэхена вперед пропускает, когда студенты начинают выходить толпой, толкаясь возле двери. — Хен, — Тэхен цепляется за его руку, прижимая к себе и присасываясь как самый настоящий клещ, — прости, я честно просто пошутить хотел. Юнги для виду морщится, плетясь на выход за другом, принимая конфету. Не умеет он обижаться, хотя желание прихлопнуть этого обнимательного монстра не пропадает. Ну что ему сделать, если это случайность? Они выходят последними прикрывая дверь лекционной. — Влюбленные какие, голубя два, еще бы засосались тут при всех, — Чимин поправляет челку пальцами, а после руки скрещивает, на языке жестов это означает защиту. Юнги только понять не может, чего этот мальчишка к нему так относится? — Чимин, прекращай, — Чонгук смотрит осуждающе, не ожидавший от друга столь гомофобного высказывания, — и так уже проблем нахватались четверо, помолчите уже наконец. Юнги пожимает плечами, Тэхен отпускает его руку, теперь хватая его за плечо и улыбаясь так странно? Не дружески ни разу, еще и прижимается ближе, уголки губ его подняты столь сильно, что фальшью отдает за километр. Что вообще происходит? Чимин хмыкает громко, разворачиваясь на туфлях с каблуком, пытаясь казаться выше и делает это удачно. Чонгук тоже разворачивается за ним и идет в сторону деканата, прямо за стуком туфель, как и ребята не говоря и слова. Юнги горит желанием расспросить Тэ о его поведении, но решает оставить это на десерт. В деканате все дружно спорят, даже сначала внимания не обращают, пока Тэхен не чихает. Вот что-что, а звуковое сопровождение для привлечения внимания у него хорошо наработано, все аж со стульев повскакивали, это Юнги и ухом не повел - привык. — О, подопытные третьекурсники учителя Кима, — Хосок (который их однокурсник к слову) работает себе в деканате и горя не знает, не то, что они, еще и на рабочем месте чай пьет и глазками стреляет. Везунчик по жизни. Все начинают шушукаться, искать какие-то бумажки, Юнги замечает незакрытую ведомость по теории доказательств. Там у половины списка его группы незачет, во второй где училась остальная троица еще больше пустых строчек. — О, отлично, все четверо не сдали. Естественно не сдали, у этой мегеры — Сон Юджин попробуй сдай, у нее же изначально черный список создается в начале учебного года. Вот если ты туда попал пиши пропало, по десяток двоек за пять пар иметь — отличный результат, дать взятку — это выкопать себе могилу. Вот и остается, что только молиться и наизусть зазубривать ее конспекты давности возраста динозавров. Не факт, что поможет, но попытаться можно. — У нас тут фестиваль будет, — начинает издалека Хосок, — в поддержку борьбы с гендерными стереотипами. Юнги моргает, не понимая, к чему тут вяжется зачет по теории доказательств, преподаватель Ким и фестиваль. — Если вы примите участие, то преподаватель Сон обязуется подписать вам зачет, а преподаватель Ким на экзамене поставит автоматом по поточным вашим достижениям на семинарских. — Так, а что сделать надо? — Тэхен подходит ближе к Хосоку, нагло усаживая свою задницу на стул напротив, — лажа же какая-нибудь точно. Юнги оценивает обстановку в помещении: то тут, то там лежат закупленные коробки с украшениями, папки, документы, два компьютера, а в углу одежда развешенная на вешалках. Ничего необычного, черный костюм выглаженный, шляпки, яркие и не очень туфли, жилетки с желтыми пуговицами и даже красный клоунский нос, что повесили на ручку шкафчика и юбки. Ну юбки и юбки. Четыре штуки всего. Юнги поворачивает голову, чтобы вслушаться в разговор, где Чонгук десятый раз переспрашивает точно ли мегера все закроет (видимо именно он рекордсменом с десятью двойками и был).  — Стоп, — Юнги случайно толкает стоящего рядом Чимина взбудораженный пришедшей в голову мыслью. Поднимает чуть глаза, слыша как шипит Пак на толчок, произнося не задумываясь: ой, прости. И руку гладит, будто это поможет. Но это работает и только открывший рот Чимин сразу его захлопывает. Юнги внимания на Чиминов румянец не обращает, подходя к Хосоку. — Вы что эти юбки для нас купили? — Да ты Шерлок Холмс, Юнги, — и смеется громко, конечно, это же не ему в этом ходить. Он еще на камеру снимет и всем их знакомым покажет, кто на фестиваль придти не смог.