1.
6 августа 2021 г., 21:38
Проповедь подвалов — Мои будни таракана Безработных бакалавров, Комнатнатушных партизанов. Подноготная задворок И в манямирки порталов. Марать руки приготовься, Тут будни таракана. © PALC — «Будни таракана»
— Все знают, что ты был с мисс Эверглот в особых отношениях, Айзек. Джеймс оперся на стол, видимо, рассчитывая впечатлить своим видом закованного в наручники и лишь от того не особо опасного, Мальсибера, который в свою очередь оставался совершенно спокоен. Регулус, наблюдавший за происходившим в допросной через окно, скрытое магией внутри нее, только хмыкнул несколько презрительно, что не прошло мимо старшего Блэка. Сириус недовольно-вопросительно посмотрел на брата, а тот только пожал плечами, улыбнувшись своей совершенно мальчишеской улыбкой, что в сочетании с гладко выбритым лицом и худощавостью делала его похожим на всего того же подростка Реги, что на пятом курсе подмешал братцу-выпускнику в алкоголь слабительное с подачи повеселевшего от выпитого огневиски Снейпа. Тонкий-звонкий, с такими же непослушными, но более темными кудрями, что и у самого Сириуса, он едва ли хоть на каплю отдавал мужеством, кое должно было появиться в нем после совершеннолетия. — Ну… допустим, был. Встретились мы пару раз с графиней. А что такого? Она незамужняя женщина, да, немного за сорок, но ты ее видел? Разве ей дашь сорок три? Максимум тридцать пять, — Мальсибер закинул ногу на ногу, нахально уставившись на Поттера. — Регулус, если ты что-то знаешь, говори сейчас, — Сириус покосился на брата. — Да ничего я не знаю. К тому же, забавно наблюдать, какой Джеймс смелый, когда наш атлант закован в цепи. На задержании он так что-то не лихачил, хотя Айзек и не буянил то особо, — Регулус задумчиво склонил кудрявую голову набок, наблюдая за следователем и главным подозреваемым в убийстве графини Лауры Эверглот. Сириус промолчал в ответ, нахмурившись. — Слушай, вы конечно складно все это придумали с мотивом, Джим, но может ты уже спросишь у меня про такую малюсенькую, ну совсем незначительную деталь для обвинения, как мое алиби? А оно у меня имеется, — Айзек поиграл светлыми бровями и улыбнулся, откидываясь на спинку стула. — Ну давай. Выкладывай, — скептически посмотрел на него аврор Поттер. Похоже, его переполняла абсолютная уверенность в том, что убийца сидит перед ним, и что все сказанное им легко можно опровергнуть. — Тебе даже далеко ходить не придется. Спустишься в подвал и спросишь у своей жены… прости, у своей бывшей жены, где она была вечером двадцать пятого числа и с кем. С семи вечера и до полуночи. А насколько мне известно, убийство было совершенно в промежутке с девяти до десяти вечера, — Мальсибер улыбнулся еще шире, видя неоднозначную гримасу на лице Джеймса. — Лили… Не пори чушь. Чем вам двоим вместе заниматься? Она с такой швалью, как ты, никогда общаться не станет! — Поттер чуть-чуть не стукнул по столу кулаком, в последний момент разжав ладонь и уперевшись ею в столешницу так, что та задрожала. — Ну как чем? Чем могут заниматься взрослые люди, когда они вдвоем? — особенно мерзко усмехнулся Айзек. — Эванс не катается на лошадях? Наездница из нее очень умелая. И она такая самостоятельная, видно, ты ее особо не баловал. А вообще, тебя разве не учили, как вести себя с дамами? Приучил девчонку к грубости и боли, так она теперь на малейшие проявления нежности реагирует оцепенением… — Ты сукин сын как посмел ее трогать?! — Поттер схватил Айзека за ворот рубашки и дернул на себя. — А что? Я на ней не нашел пометки «собственность Джеймса Поттера». Или ты вместо подписи ей тот шрам на заднице оставил? — хохотнул Мальсибер. — Как ты ее так смачно приложить умудрился, а? Или намеренно чем-то острым резанул? Сириус рванул в допросную, но было уже поздно: Джеймс ударил Мальсибера со всей дури в челюсть. Блэк оттащил друга от Айзека, продолжавшего жутковато смеяться. Он сплюнул кровь и с нескрываемым торжеством посмотрел на авроров. — Адвокат мой где? У меня есть ряд претензий. Конечно, покалеченного аврором Мальсибера пришлось отпустить. Айзек, вернув себе палочку, трансгрессировал из Аврората. Регулус вопросительно посмотрел на брата и его лучшего друга. Ему было понятно, что сейчас этот тандем пойдет в подвал, потому что Поттер взорвется, если сейчас же не поговорит с бывшей супругой. А в подвале расположился отдел особо тяжких преступлений. Собственно, там младший Блэк и работал, и потому присутствовал при допросе: Джеймс уже пару месяцев пытался перевестись туда, но место освободилось только сейчас. Задачей Регулуса было оценить, может ли Поттер работать с ними, но он и так знал, что не может, да и способствовать сближению Поттера с Лили ему не хотелось. Не то, чтобы он считал его такой уж мразью, а Эванс такой уж святой невинной овечкой, но предпочитал занимать сторону второй. В конце концов, Джеймс за него на дежурства не выходит и кофе ему по утрам не приносит, а вот Лили частенько подсовывает ему под нос чашку с ароматным напитком, когда он за своим столом сонно пялится в одну точку. Возглавлял отдел Фрэнк Лонгбботом и сидел он в отдельном кабинете, как положено важному дядьке-начальнику. Кабинет этот тоже был в подвале, но Фрэнк не возмущался и вообще был рад находиться поближе к подчиненным, потому что так их было просто-напросто намного легче контролировать. В их маленьком коллективе хватало проблем во взаимоотношениях. Отдел был сформирован всего-то около года назад. Лили пригласили туда работать последней, и на тот момент в составе команды уже были Блэки и Люпин. Все понимали, что после ее появления не заставит себя долго ждать попытка Джеймса перевестись к ним. Он все не оставлял попыток вернуть бывшую жену, но та явно еще задолго до официального развода решила, что нарушать правила жизни и входить дважды в эту реку она точно не будет. Лили стояла у стола Люпина, обсуждая что-то. Поттер решительно направился к ней. — Как дела? — Эванс улыбнулась им. — Как твое расследование? — несколько холодно она посмотрела на Джеймса. — Продвигается? — Мальсибер сказал, что… ты была с ним в вечер убийства. Двадцать пятого, — холодно сказал Джеймс. — Это так? — Мальсибер? Сириус, Регулус, вы серьезно позволили ему подумать, что убийца — Мальсибер? Парни, ну вы даете… понимаю, он сам должен справиться, но вы что, не хотите помочь другу? Надо же, удивлена. Ну да, в тот вечер я была у него в гостях. До поздней ночи, — Лили тряхнула своими рыжими косичками. — Мы никуда не выходили. Джеймса передернуло. Он молча развернулся и пошел прочь, едва Лили успела договорить, что вызвало у нее замешательство. Старший Блэк посмотрел на нее странно и слегка пугающе, а Регулус взглянул сочувственно, зная, что его дорогой братец и Поттер уже назвали Эванс про себя всеми возможными синонимами к слову «блядь». Девушка же только пожала плечами и вернулась к своему разговору с Люпином, который все это время, с трудом концентрируя внимание на разворачивавшейся перед ним сценой, молчал. После полнолуния Лунатик как всегда чувствовал себя паршиво, и даже кофе его ни сколько не бодрило, каким бы крепким оно не было. — Слушай, давай я в аптеку схожу? Мне все равно к Эйвери идти, пару лишних минут найду, чтоб заскочить к Малиграбсу, — Лили недовольно пригладила непричесанные светлые волосы Ремуса. — Или возьми отгул, все равно работать не сможешь в таком состоянии. Ну это же издевательство, Рем! Сириус, хоть ты ему скажи! — Чувак, она права, — сморщился Блэк, глядя на Лили все с тем же странным то ли отвращением, то ли презрением в глазах, которое она преспокойно игнорировала. — Ты совсем плох. Или принимай что-то, или я сам пойду к Лонгбботому. Регулус подумал о том, что, на самом деле, Сириуса будет лучше просветить, что все сказанное Мальсибером — чистой воды ложь, по крайней мере тот факт, что он выяснил это все сам лично, точно. Айзек и Лили друг к другу отвращение то перестали испытывать от силы полгода назад, и то, потому что оказалось, что у них есть немало общих тем для разговоров, но чтобы они переспали? Тем более, Эванс с ее синдромом ручной псинки, как называл это в школе ныне сидящий в Азкабане младший Крауч, не стала бы изменять своему партнеру, который у нее имелся и которого она благополучно скрывала от большинства. — Нельзя, — буркнул Люпин. — Если тебе не трудно, — он вынул кошелек из кармана брюк и достал пару галеонов, протянул их ей. Она спрятала монеты в карман темно-синих джинс. В водолазке в мелкую горизонтальную радужную полоску, с кучей мелких косичек, благодаря которым ее волосы были длинной лишь до середины спины, а не как обычно прикрывали черный мужской ремень, тяжелый и грубый, совсем не соответствовавший всему ее образу, Лили даже не пыталась хоть сколько-то показывать свою принадлежность к волшебному миру. За два года, что она не появлялась в волшебном обществе, девушка успела просто отвыкнуть от всего этого, да и как она сама говорила, раньше просто пыталась соответствовать семьей, к которой принадлежала. Регулусу Лили и ее непосредственность симпатизировали. К тому же то, что он работал с ней, не нравилось матери, и не то, чтобы он так рвался бунтовать против привычного жизненного уклада, который мать не меняла даже после того, как окончилась война и Волан-де-Морт оказался там, где было ему положено оказаться, но дружить с магглорожденными и полукровками — хороший способ, чтобы начать отстаивать свои права. В конце концов, ему двадцать, пора выбираться из семейного гнезда и из-под деспотичного крыла матушки-радикалистки. Он поспешил следом за Эванс, зашагавшей стремительно по проходу между столами, громко стучавшей каблуками сапог о каменный пол и на ходу надевавшей темную мантию. — Ну, что, напарник, — Лили схватила его под локоть, когда они поравнялись. — Сначала к Эйвери, а потом в аптеку, или наоборот? — Как хочешь, — пожал парень в ответ плечами. — Я думаю, в аптеку нам лучше заглянуть после. Время будет к обеду, вы сможете куда-нибудь сходить и вместе поесть, а я вернусь в отдел и передам дело. — Если оно есть, — уточнила Эванс. — Ты ведь сама не веришь в теорию Сириуса о суициде. Да и вообще, какой к черту суицид? Он успешный бизнесмен, чистокровный волшебник, ему бы просто все навязываемые обществом принципы не позволили. Ему за пятьдесят как никак, уважаемый человек, — рассуждал Регулус вслух, пока они шли по широким авроратским коридорам. — Ну… не знаю. В любом случае, мы все сейчас узнаем у Ричарда.***
Холодное подземелье, в котором расположился морг, нагнетало. Это не было похоже на аврорский подвал, который сотрудники отдела особо тяжких превратили в весьма уютное место, это больше напоминало Регулусу подвал людоеда из книжки-ужастика, которую он читал когда-то, будучи совсем еще пацаном. Выкрашенные до середины в голубой стены, вечный холод, из-за которого даже мысли не возникало, чтобы снять верхнюю одежду, когда они подошли к дверям нужного помещения… Большинство волшебников, занимавшихся экспертизой, предпочитали использовать магию, работая с трупами, но только не Ричард Эйвери. То, с каким садистским удовольствием иной раз копался молодой человек в еще недавно живых человеческих телах, пугало абсолютное большинство в его окружении. Регулуса это напрягало, Лили же не подавала виду, что ей явно не по себе от того, что довольно веселый и обычный за пределами морга Эйвери здесь становился каким-то чертовым маньяком. Он стоял у стола, насвистывая какую-то мелодию, в фартуке, запачканном местами кровью и в окровавленных перчатках. Заметив авроров, Ричард демонстративно отбросил покрывало, прикрывавшее уже зашитое тело, и улыбнулся. Регулус заметил краем глаза, как Лили вздрогнула, но все же подошла к столу, обнимая себя и ежась при виде трупа. — Короче говоря, — начал Эйвери. — Первое, что стоит сказать, это то, что это все-таки точно убийство, поэтому отменяйте планы на любой вечер этой недели — с живых с вас не слезут, пока вы не предоставите им убийцу. Его отравили, при чем, очень банально: крысиным ядом. Второе, это то, что может нам очень помочь, а именно, — Ричард указал на характерные отметины на боках мужчины. — Вот это. Либо тот, кто это сделал, разволновался, пытаясь спрятать тело, либо… — Либо этот кто-то не знает, что Эванеско не действует на человеческую плоть, — закончил за него Регулус. — Не показатель, на самом деле. Много кто просто забывает о том, что заклинание так не работает, таких случаев сплошь и рядом целая куча. — А может быть и показатель. Ищите магглорожденного школьника до четырнадцати лет. На третьем курсе уже рассказывают о том, что прятать трупы с помощью Эванеско — не лучший вариант, — ухмыльнулся Эйвери. — А что там с делом графини? Мне тут Ласточка напел, что Поттер Мальсибера пытался в убийстве обвинить, — он хихикнул. — Я бы уже на этом моменте на месте Фрэнка его резюме отклонил. — Джеймс всегда хватается за самый очевидный вариант. Не любит много думать, — равнодушно ответила Лили. — Следующий на очереди ее бывший муж, а после него скорее всего один из сыновей. Думаю, он решит, что дело в наследстве. — Ну, в таком случае, удачи ему, пусть копается в свое удовольствие. До мисс Эверглот, — Ричард посмотрел на второй стол, что стоял за ним, на котором лежало так же прикрытое голубой простыней тело. — Никому нет никакого дела, в отличии от МакМиллана. На улице было промозгло и сыро. Лили поморщилась, а Регулус, прищурившись, посмотрел на серое небо, такое осеннее, и такое раздражающее своей серостью и унынием. В такую погоду не хотелось заниматься работой. Хотелось только спать, да читать книжки, завернувшись в теплый плед и потягивая горячий какао. Интересно, чем сейчас занята Ада… Они давно не общались, и Бреннан так и не ответила ни на одно письмо, даже на те, что были написаны уже после окончания войны, в которых он раскаивался и умолял хотя бы об одной встрече. — Подумал про нее, да? — Ага. Она, наверное, уже замуж вышла давно, а я все… не могу забыть. Люблю, — выдохнул Блэк, переводя растерянный взгляд на асфальт. Пугающе проницательная Лили потерла его по плечу. — Странно это. Неправильно. Но меня терзает так это все… как будто незаконченное дело. — Ну, вы ведь так и не поговорили. Ада ушла, как настоящая англичанка: не сказав ни слова. — Прости. Я что-то раскис. — Это все осень, — Эванс вновь взяла его под острый локоть и ободряюще улыбнулась. — Не зацикливайся. Ада, конечно, была хороша, но она все еще не последняя женщина на планете. Пойдем, нам еще нужно купить для Люпина зелье. Лили бодро зашагала, и у Блэка не осталось выбора, кроме как засеменить рядом с ней, слушая рассуждения о новом деле. Аптека находилась внизу той же улицы, на которой располагался морг. Как и ожидалось, Эванс неслась туда так быстро, как только могла на своих тонких каблуках. Полы ее мантии, по фасону напоминающей больше ее маггловское пальто, в котором она время от времени заявлялась на работу, развевались, а Регулус снова думал о Бреннан. Действительно ли равноценен был этот обмен? Нет, понятное дело, что на самом деле не был, но в тот момент ведь для него угодить семье и примкнуть к своему кумиру было так же важно, как и смешная однокурсница с Гриффиндора, в которую он по неосторожности влюбился. Ему все говорили, что это пройдет, но оно никак не проходило. Забывалось иногда, периодически притуплялось, но все равно болело. Бывало, что на него нападали воспоминания, и то, как он им предавался, было сравнимо с расчесыванием зудящего укуса до того, что случайно сдирал корку с и так совсем еще свежей раны. Даже брат ему немного сочувствовал и как-то пытался познакомить с сестричкой своей невесты. Констанс Делакур была хоть и красивой образованной девушкой, но Регулус искал другого. Ему нужна была его родственная душа. Его Ада, с которой было так весело вместе учить что-то новое, которая не стеснялась себя, хоть и была низкорослой и пухлой, которая так танцевала под музыку с пластинок, которые привозили каждый год магглорожденные, в том числе и она сама, в Хог, и которая так любила его в ответ горячо и нежно. И которую он променял на сомнительного темного волшебника, что намеревался устроить геноцид таких, как Бреннан. Впрочем его спасала мысль о том, что он был таким не единственным. Вот только второму такому глупцу был дан еще один шанс. В аптеке было тепло. Пахло там свежим деревом и лекарствами, но Регулус сразу учуял другой запах: смесь одеколона и перегара. Он кивнул Мальсиберу, что стоял у прилавка, лишь на мгновение оторвав голову от ладони, чтобы взглянуть на тех, кто пришел, и снова закрыл глаза, опираясь на руку. — Айзек, друг мой, ты мне не подскажешь, — Лили подошла к прилавку и наклонилась через него, заглядывая в открытую дверь помещения, в котором готовились лекарства. — Какого черта ты наговорил Поттеру? Ты откуда все это знаешь? — Фантазировал, — буркнул Мальсибер. — Надо ж мне было разозлить его как-то. Ну, кое-что, — он перешел на шепот. — Снейп рассказывал, но так, в очень общих чертах. Не выпучивай глаза, никаких подробностей я не знаю. А шрам твой я летом видел, когда мы на море отдыхали, ну я и предположил, что это твой… — он зашипел, потирая глаза. — Бывший благоверный. Башка раскалывается. Черт, они не могли любой другой день выбрать, а… — Снейп тебе рассказывал? — Лили прищурилась. — Я сам настоял, — ответил Айзек. — Он о чем-то думал, а я докопался до него, потому что он тогда весь день таким проходил. Ну и он рассказал мне, что его тревожит то, как у вас прошло все в первый раз. Что ты, ну, пожестче, мягко говоря, любишь. — Я же вам не мешаю? — Регулус пристроился рядом, так же опираясь на прилавок, как и эти двое. — Он правда кстати ничего такого не говорил особо. — Почему все в курсе нашей личной жизни? — Лили прищурилась, уставившись на полки со склянками всевозможных цветов с разного рода содержимым пестрыми этикетками. — Мы его друзья, Лилс, — ответил Блэк. — Это нормально, что Северус мог спросить у нас совета. — Только советчики из вас хреновые, — недовольно проворчал Снейп, выходя к ним. — Вот. Как принимать помнишь? — он поставил перед Мальсибером прозрачный пузырек с темной, мутной жидкостью. Айзек кивнул. Кажется, от громкого голоса Северуса ему стало нехорошо. — Чего обсуждаем-то? — он поцеловал легко в губы Лили, что выжидающе перевалилась через прилавок, подставляя лицо для приветственного поцелуя. — Да так, глупости всякие. По работе, — Регулус хлопнул невинно длинными ресницами, пожимая костлявую руку Снейпа. — Ага, конечно, — недоверчиво посмотрел на него в ответ аптекарь, тряхнув темными волосами. — Чем обязан вашему визиту? — когда он посмотрел на Лили, взгляд его заметно смягчился, и он улыбнулся, кладя свою руку поверх ее ладони. Девушка тоже улыбнулась в ответ, и Блэк почувствовал себя максимально лишним в этот момент, пока двое влюбленных молча обменивались нежными взглядами. — Люпин хреново чувствует себя после полнолуния, — выдохнула Эванс и, не отрывая глаз от темных глаз Северуса, нырнула рукой под мантию, в карман джинс за галеонами. — Нужно спасать бедолагу. — А еще скоро обед, — напомнил Регулус, усмехнувшись. — Так что лекарство заберу я, а ты забери ее, — он кивнул на Эванс. — Только верни вовремя, а то Фрэнк будет недоволен, что его любимый заместитель пропадает где-то. — Заметано, — кивнул ему Снейп. — Эй, а может меня спросите? — возмутилась Лили. — А ты против? — Северус вскинул брови. — Я уже решил, что покормлю тебя сырниками в кафе напротив, но если ты не хочешь… — Хочу, — вздернула Лили и без того курносый нос. — Ну и вот, — фыркнул Снейп, уходя готовить лекарство для Люпина. — Вы такие мила-а-ашки. Даже слегка подташнивает, — Регулус хихикнул, и Эванс ткнула его локтем в бок, смущенно засмеявшись.
