Товарная память

      Гарри, впрочем, не послушал совета друга. Сначала он всё-таки прочитает её и, если сочтёт это действительно бредом, поступит ровно так, как того просил друг. И тем не менее он был в смятении, слишком странная реакция на, казалось бы, обычную фразу, ну сказал может глупость, так мало ли мы их говорим каждый день? А тут такое. Скорее всего, потому что вокруг журнала скопилось так много странностей, авантюризм мальчика, буквально требовал побыстрее её прочитать и во всём разобраться. И он поддался этому жгущему любопытству.       За две недели, что он проучился, Гарри буквально не расставался с книгой, читал её на перерывах, после уроков и даже вместо домашнего задания, порой забывая его выполнить. Он мало на что обращал внимание: ни на странную и излишнюю опеку со стороны учителей и старост, ни на свой осунувшийся и болезненный вид и даже на, подумать только, ругательства Оливера Вуда, который постоянно отчитывал его за прогулы тренировок. Мальчик кивал с умным и сожалеющим видом, но снова и снова находил отговорки, чтобы пропустить очередные полёты на мётлах. Даже удивительно, что его до сих пор не выгнали из команды.       Проблем хватало и в отношениях с друзьями. Рон искал у Гарри поддержки после ссоры с Гермионой, и не находя её, больше общался с Невиллом, а Гермиона... Ну, она всегда была самодостаточной, поэтому обида на Рона лишь повысила частоту посещений библиотеки. Гарри хотел дружить с ними обоими, и всеми силами пытался сохранить установившееся хрупкое равновесие. Он не хотел выбирать между ними и малодушно прятался от друзей за чтением.       А школа бурлила в ожидании матча по квиддичу, словно это была единственная тема для разговоров, обсуждали всех и всё: кого поставят в противники Гриффиндору, кто победит и у кого какие шансы, и конечно же, новых участников команды.       И эта спортивная лихорадка прошла мимо Гарри, что было просто неслыханным делом. Профессор МакГонагалл, узнав о пропусках тренировок, решила пригласить мальчика для беседы. Ему об этом сообщили аккурат после уроков, во время обеда, который он даже не начал есть, увлекшись выкладками по очередному найденному предком магозоологическому трактату.       — Гарри, — обратился к нему Колин, только что пришедший с трансфигурации, —МакГонагалл ждёт тебя у себя, после обеда.        С ожиданием уставившись на Поттера, который никак не отреагировал на его слова, Колин ещё раз окликнул мальчика.       — Чего тебе? — ни к кому конкретно не обращаясь, возмущённо произнёс Гарри. Нехотя мальчик оторвал взгляд от книги, а увидев Колина, добавил: — Ох, прости, слишком интересная книга. Так чего ты хотел?       — Я сказал, что тебя ждёт декан, советую поторопиться.       И словно обидевшись, Колин сел за стол и сразу же приступил к еде. Гарри с тоской взглянул на свою тарелку, к которой он даже не притронулся. Секунду поразмыслив, он собрал вещи и быстрым шагом направился к кабинету трансфигурации.       — Ох, мистер Поттер, присаживайтесь, я ждала вас. — Не отвлекаясь от бумаг, мельком взглянув сквозь очки, произнесла профессор. Гарри, немного смущенный затянувшимся молчанием, робко произнес:       — Извините, профессор МакГонагалл, вы меня вызывали?       Устало взглянув на перо в руках, женщина убрала всë со стола и облокотившись руками на него, произнесла:       — Мистер По... Гарри, на тебя жаловался Оливер. Ты не был ни на одной тренировке по квиддичу за две недели! Пойми, пропуская их, ты подводишь всю команду. У тебя были веские причины для этого?       Гарри, опустив голову, пристыженно молчал. Что он мог сказать в своё оправдание? Но все же пробубнил первое, что пришло в голову:       — Профессор, я решил интенсивнее заняться учёбой!       МакГонагалл ответила с легкой улыбкой:       — Гарри, твой табель об успеваемости говорит обратное. За зельеварение сплошные тролли...       — Профессор МакГонагалл, но как же магозоология? — Гарри, приниженный замечанием, попавшим точно в цель, старался хоть как-то защитить свой необдуманный ответ.       — Насколько я знаю, у тебя и ранее были высокие баллы по этому предмету. Впрочем, это не так уж важно. Пойми, я не хочу тебя сейчас оскорбить. Мне интересна причина, по которой ты пропустил тренировки.       Гарри, пока профессор ненадолго замолчала, приподнял голову, в поисках хоть какой-то подсказки, как побыстрее закончить эту муку. Он быстро осмотрел кабинет и бросил взгляд на профессора, да так и не смог его отвести. МакГонагалл выглядела уставшей: осунувшееся лицо, мешки под глазами...       Профессор вновь продолжила:       — Это похвально, что ты решил уделять больше времени учëбе, но пойми, ты взял на себя ответственность. Ты выступаешь за свой факультет, так не подводи его своими пропусками. Ты можешь мне пообещать, что такого больше не повторится?       Гарри,не отрывая глаз от измученного лица, решил ответить честно:       — Профессор МакГонагалл, простите, но думаю, что я не смогу Вам этого обещать.       — Хорошо, Гарри, мне понятна твоя позиция. Будь добр, поучаствуй в грядущем матче, а после мы решим, как быть дальше. Как тебе такое предложение?       — Хорошо, профессор! — поспешно ответил Гарри. Этот диалог выпил все силы мальчика, и тот хотел его закончить как можно скорее       — Что же, это всё , о чём я хотела с тобой поговорить. Не смею тебя больше задерживать.       — Спасибо, профессор. До свидания! — скороговоркой пробубнил Гарри и стрелой выскочил из кабинета.       Едва дверь закрылась, мальчик обессиленно прислонился к стене, его мутило так, будто он снова оказался в чулане после длительной голодовки. Впрочем, он тут же одëрнул себя, последнее время он действительно почти ничего не ел.       — Сейчас немного отлежусь и точно пойду перекушу, — пробормотал Гарри, и тут же отключился. Силы окончательно покинули его.       — Нет, мадам Помфри, я последний раз заявляю, что готовить эту бурду я не буду, она лишена всякого смысла, и переводить на него ценные ингредиенты у меня нет ни малейшего желания, а уж тем более давать это зелье третьекурснику!       Гарри, едва пришёл в себя, поэтому с трудом различал голоса. Голова гудела, словно по ней ударили чем-то тяжелым, оттого это занятие сейчас казалось совершенно бессмысленным.       — Я вас услышала, профессор Снейп, смею надеяться, что приказ директора вы оспаривать не будете!       С небольшим усилием разлепив веки, мальчик окинул взглядом ширму, которой была отгорожена кровать, и уверенный в том, что никто этого не заметит, постарался лечь удобнее для подслушивания.       — Довольно наивно полагать, что директор Дамблдор вынудит меня варить эту гадость! — размеренно чеканя каждое слово, собеседник будто бы хотел продолжить свой спич. Услышав шум за ширмой, Снейп поспешил закончить свою речь: — Я думаю, мы поняли друг друга, мадам Помфри, посему с вами прощаюсь. У меня есть более важные дела, нежели пустые словесные препирательства.       Раздался хлопок дверью, а следом за ним звук приближающихся шагов. Гарри поспешил притвориться спящим, но колдомедик, лишь мельком заглянув за ширму, ушла в свой кабинет.       Следом за ней, стараясь не шуметь, встал и мальчик. Обойдя ширму, окинул взглядом больничное крыло, и не найдя ничего интересного, вернулся на место пребывания.       Однако сидеть и ждать неизвестно чего быстро надоело, поэтому Гарри решил занять время каким-нибудь делом, и взгляд тут же наткнулся на учебники, среди которых был и дневник родственника. Мигом вытянув его из остальной стопки мальчик открыл нужную страницу по закладке, и присев поудобнее, принялся читать:       "Ничего не понимаю, снова разнится информация, – книги до 16 века в основном европейские,да и сравнительное описание не показывает никаких существенных различий, это все больше походит на бред, но чем меньше возраст издания, тем более противоречивы и словно намеренно искажены сведения по магозоологии.       Ха, посмотрел бы я на гения отыскавшего хоть что-то о кровно-фамилиарной связи с гиппогрифами. Да об этом даже упоминания нет, а вдруг какой-то магглокровка решит не унижаться перед Животным, да никто даже помочь ему не сможет, просто потому что не будет знать, почему рана не закрывается! "       Эти строки не на шутку испугали Гарри, пусть причин доверять Дневнику не было, но знания оставленные предком, здорово помогали на практических занятиях у Хагрида. Мальчик настолько увлекся чтением и своими мыслями, что даже не заметил, как за ширму сначала заглянула чья-то голова, а затем в комнату ворвался ураган по имени Гермиона и засыпал его вопросами.       — Гарри, привет, у тебя ничего не болит? Что ты делал у МакГонагалл? Ой, а что за книгу ты читаешь? — и, опомнившись, присела на стул, выжидающе смотря на Гарри.       — Привет, Гермиона, я тоже рад тебя видеть. Честно говоря, я даже не понимаю, как я оказался в больничном крыле, а мадам Помфри ещё не заходила. — Слегка слукавил Гарри.       — Я нашла тебя у кабинета МакГонагалл. Была там из-за махо... Одного учебного вопроса. Ты был белее мела, а ещё у тебя кровь из носа шла, я сообщила об этом профессору и она отлеветировала тебя в больничное крыло, правда это было уже вчера! А зачем ты к ней приходил? — пытаясь перевести стрелки, спросила девочка. Сам Гарри на это внимание не обратил.       — Не части, я на все отвечу. Только скажи, о Якобе Вильгельме Поттере ты никаких упоминаний не встречала? –Что? Нет конечно, с чего ты вообще взял? – Недоуменно воскликнула Гермиона. –Нууу, в общем эээ.... Вот, держи! И с этими словами протянул злополучный дневник. Девочка машинально взяла из протянутой руки книгу и начала бегло её листать, впрочем тут же опомнилась и не отвлекаясь от занятия заговорила: –Эта книга и твой поход к МакГонагалл как то связаны? — Напрямую. Не знаю заметила ты или нет но я в последнее время вёл себя странно. —Конечно заметила, но к твоим странностям быстро привыкаешь! – Так что с этим дневником не так? – девочка, наконец то остановившись на странице с закладкой углубилась в чтение. –Гермиона, помнишь вы ходили в хогсмид? В общем мне тогда совершенно нечего делать было и я решил прогуляться по замку и... –мальчик снял очки и начал нервно теребить их в руках –И случайно забрëл в класс где нашел эту книгу, так вот, я все это время её и читал, от неё словно невозможно оторваться. – на этих словах гермиона взметнула голову и с подозрением вгляделась в Гарри. На что тот не примянул отреагировать: –Нет Гермиона, я ходил к Дамблдору, на этой книге он не обнаружил никаких вредящих заклинаний, более того он рекомендовал её прочитать. –Ммм, лааадно. – и вновь уткнулась в книгу, словно ей все понятно. Гарри же так и лежал, молча и с напряжением наблюдая за девочкой, лицо которой становилось всё более мрачным. –Гарри, ты думаешь этому можно доверять? –Гермиона, даже встала и нервно прошлась возле кровати мальчика. –Малфой конечно мерзавец, но послушай, если это правда, то он этого не заслужил! Гарри все это время наблюдавший за Гермионой, встрепенулся и с сомнением, словно нехотя произнëс: –Эм, понимаешь информацию отсюда, – он с намеком показал книгу, – трудно проверить, да на занятиях у хагрида я неплохо продвинулся, но думаю и от простого учебника был бы такой же результат! –но хотя бы авторов про которых пишет Якоб, ты смотрел? –Нет, Гермиона, прости! –Во имя Мерлина, Гарри! Как можно быть таким безалаберным? Я сейчас схожу в библиотеку посмотрю, а ты поправляйся! С этими словами гермиона оставила Дневник на стуле и умчалась из больничного крыла, оставив мальчика ждать мадам Помфри, с хоть какими то вестями. По крайней мере одно радовало мальчика, Гермиона тоже не против помочь Драко, конечно если он сам хочет этого. Продолжать чтение не было никакого смысла, решение столь очевидной для автора проблемы – бессмысленное наполнение дневника и искать таковое глупо. А так как делать было абсолютно нечего, в самом деле, не уроки же учить, заботливо оставленные Гермионой на тумбе, то Гарри во все четыре глаза уставился в потолок в надежде что решение все же посетит его голову. Но в ней проносились мысли, словно пчелы снующие туда-сюда, и про дневник, и про Макгонагалл, и почему то про Сириуса, о котором он уже успел подзабыть. Назойливые и тревожные, они словно поставили себе задачу утомить мальчика, к счастью их мигом вымело, когда в за ширму заглянул Дамблдор. – З-здравствуйте, профессор Дамблдор! – немного нерешительно, даже для себя, но достаточно громко пробормотал Гарри. – Здравствуй, мальчик мой, вижу читательский запал не угас в твоём разуме, это похвально! – с лёгкой полуулыбкой отметил директор. – Ну, наверное, да, так и есть. – Лишь на секунду смутившись, Гарри тут же поинтересовался: – А зачем вы пришли ко мне? – и уставился прямо в глаза Дамблдору. –О, ничего опасного, профессор Снейп буквально недавно заглянул ко мне в кабинет, с просьбой в одном кхм.. деликатном деле, заодно попросил проведать тебя, к слову, как твое самочувствие, может головная боль, сонливость с усталостью? – И как всегда с хитринкой в глазах блеснул очками. Растерянно уставившись на мальчика, директор утратил весь благодушный вид, но достаточно быстро вернул его. – Извините, профессор Дамблдор, Снейп правда беспокоился о моем здоровье? мальчик от удивления даже приподнялся на кровати. –Гарри, всё-таки Северус преподает в этой школе и как учителя, его обязанность проявлять некоторую обеспокоенность об учениках, – на этом моменте, директор вновь легко улыбнулся, – впрочем как и мне, поэтому позволь мне покинуть твое общество на несколько минут. только проговорив последние слова, директор хлопнув в ладоши и исчез, оставив мальчика в недоумении. Но даже не успев отсчитать одной минуты, единственный пациент услышал, как сначала открывается дверь в больничное крыло, а затем в его палату вновь зашёл дамблдор, с чашей и заполненным флаконом в руках. – Вот, мальчик мой, выпей его сейчас же и залпом, все обьяснения потом. Он еще не успел сообразить что от него требуется, как уже делал последний глоток, после чего мир исчез как картинка из только что выключенного телевизора, и тут же появился, правда уже с другими декорациями. – Извини, Гарри, мои действия нельзя было назвать этичными, и достаточно скоро ты поймёшь почему. Всё тот же директор дамблдор, но уже в другой мантии и сидящий в кресле своего кабинета, колдовал над той же самой чашей. – профессор, могли бы вы говорить громче, вас очень тихо слышно? Мальчик с удивлением для себя отметил, что весьма спокойно воспринял свое мгновенное перемещение из больничного крыла в кабинет директора, да ещё и во времени судя по сменившемуся наряду директора. –Это побочный эффект зелья которое ты выпил, он сейчас пройдёт и звуки снова станут громче, однако еще пару мгновений мне придется подержать тебя в неведении относительно ситуации, – ответил ему дамблдор, продолжая взмахи палочкой над чашей. –Итак, попробую угадать, тебя интересуют следующие вопросы: что за зелье ты выпил и как ты оказался в моем кабинете? –начнём с простого, мадам Помфри выписала тебя, и ты даже несколько дней проучился, перед тем как посетить меня. Между прочим это просто не случилось бы, не выпей ты зелье. Давая юноше время чтобы переварить услышанное, директор сделал небольшую паузу, которой воспользовался мальчик. – Профессор, извините, что значит не случилось бы? как я мог сам того не помня прожить несколько дней? и почему мне это кажется нормальным? – Побочный эффект, Гарри, но по порядку. Зелье дублировало твое сознание и в некотором смысле за тебя жил клон в твоем теле. – Сэр, но зачем? обьясните! – Дамблдор, не спешил отвечать, видимо подбирая слова, и мальчик решил оглядеться в кабинете, обстановка с прошлого года почти не поменялась, может появилась пара новых назойливо шумящих приборов, из которых сейчас ни один не жужжал, бренчал или клацал, ещё все картинные рамы покинули портреты, но тут уж им не прикажешь – перемещаются куда хотят. –Гарри, ты же помнишь как звали того мальчика из тайной комнаты? Далее курсивом помечены диалоги на другом языке –Конечно, профессор Дамблдор, его звали Том Реддл, ой! а что это за язык?,–Видимо побочный эффект зелья всё ещё продолжал действовать, про себя отметил юноша: внезапно начать говорить на другом языке, не то что можно воспринять как омлет с беконом на завтрак. –Память, удивительная вещь, чем больше ее изучаешь, тем более всемогущим себя чувствуешь, чем больше её изучают другие, тем большим параноиком становишься сам. Этот язык, это разновидность Арабского, избавленная мною от некоторых недостатков. – Директор,не отрывая взгляда от феникса, начал поглаживать растрепанную бороду. –Гарри, видишь ли я не всесильный волшебник, как ты мог бы подумать. В этом мире найдутся Маги не просто сильнее чем я, но для которых моя память и даже личность, лишь приятное наполнение сосуда, который легко можно поменять. –Простите, сэр, я не понимаю?– Мальчик, переживал некоторое смятение, что директор которому уже больше сотни лет, так откровенно делится своими мыслями, будто с равным, он не чувствовал что может в полной мере следить за мыслью профессора и тем более осознать её. Тем не менее Дамблдор продолжал говорить. –Терпение, Гарри, обещаю ты поймёшь как только дослушаешь. Итак, Волшебник проживший достаточно долго, ценит совершенно иные вещи, нежели сейф доверху забитый галлеонами. Такой человек, отдает предпочтение другой роскоши,предоставить которую могут лишь два типа людей, которые не ценят своей жизни или которые считают что золото стоит дороже. Директор, вставший повинуясь внезапно вспомненной преподавательской привычке, начал расхаживать по кабинету. – К твоему несчастью, Гарри, ты стал подневольной жертвой интереса одного из таких волшебников. Теперь когда, профессор перешёл к сути, мальчик поостерегся потворствовать своему любопытству, относительно связи обнаруженной книги и какого-то волшебника, отнюдь, нечто всё же отразилось на лице юноши, поскольку Директор, всё-таки произнёс: –Журнал твоего родича, никак не связан с этим интересом, скорее он помогает тебе его избежать. Прости мне мою стариковскую наглость, я немного расширил его функционал, но об этом мы поговорим самую малость позже. Итак, Маг, который заинтересовался тобой, не хочет твоей смерти. "Ну хотя бы этот, – про себя подумал Гарри. –Всего лишь воспоминание, которое как он считает есть у тебя. – Сэр, если он хочет какое-то воспоминание, наверняка, у него есть возможность его взять, почему нельзя его просто отдать? второй волшебник решивший открыть на меня охоту, в этом году будет лишним! В резком порыве даже привстал со стула, однако спохватившись сел, и подняв в извиняющемся жесте ладони произнёс: – Извините профессор Дамблдор, не знаю что на меня нашло –Ничего страшного, выходят, как сказал бы профессор Снейп, – "Последние пары зелья", Тем не менее Гарри, вопрос с твоим воспоминанием не так прост. –Профессор, что значит не так прост? Оба человека находящихся сейчас в кабинете, в безмолвии уставились на застывшие, изнывающие от бездействия, безделушки на столе. Дамблдор, решался, надо ли рассказать всё Гарри, Гарри дожидался ответа на вопрос. Одна из шумящих машинок, словно скинув паралич, начала, всё ускоряясь, с определённым интервалом, скрежетать о поверхность стола. Первым прервал молчание Дамблдор: –Прискорбно, я ожидал, что у нас будет несколько больше времени, придётся тебе провести быстрый инструктаж, Гарри!,– С этими словами Директор подошёл к Гарри, уже вставшему со стула, схватил за плечи, и сверкнув очками половинками перед глазами мальчика произнёс: то что я сейчас скажу, тебе следует соблюдать неукоснительно, первое никогда и ни при каких обстоятельствах не попадай в больничное крыло, второе не оставайся один на один с преподавателями, третье ни под каким предлогом не расставайся с дневником предка, и последнее, тебе стоит как можно усерднее налечь на учёбу. Запомни Гарри, Хогвартс сейчас для тебя как минное поле. Приходи ко мне в следующую субботу, я всё тебе обьясню, но некоторые ответы ты уже можешь получить из дневника, а сейчас тебе стоит поторопиться в гостиную в гостиную, и по хозяйски выпроводил мальчика за дверь, напоследок правда Дамблдор снова обратился к Гарри, но уже на английском: –Ты же помнишь почему Златопуст потерял память? –Конечно, Сэ... – договаривая фразу уже встающей на место двери горгулье, сознание юноши снова выщелкнуло как телевизор.