Gifted Omega

      Когда Юнги зашевелился, медленно просыпаясь, альфа тут же открыл глаза, наблюдая, как Мин потянулся и вздрогнул от боли, исходящей от живота. В основном шрамы исчезли сразу после того, как альфа-волк зализал их. Открыв карие глаза с красным оттенком, омега увидел, что волк заключил его, как в клетку. Юнги на мгновение откинул голову на меха, чтобы учуять успокаивающий запах и притупить свое ошеломление.       В тот момент, когда его разум осознал, кому этот запах принадлежит, он попытался вскочить, но Тэхён помешал ему, мягко надавливая лапой на его бок, неодобрительно фыркая из-за внезапного движения.       Это не было намеренно, но руки омеги зарылись в чужой густой мех, сжимая его и застывая на месте. Юнги не понимал, что происходит, всё приносило комфорт... меха, запах, даже прикосновения...       Но это был Тэхён! Тот, кто всегда его отталкивал, оскорблял и совсем недавно прогонял с охотничьих угодий. Хотя его разум постоянно напоминал ему об этом, омега-волк Юнги поддавался влиянию присутствия альфы, что проявлялось в красном оттенке его глаз.       Его лицо вдруг покрылось горячей влажной полосой, и Юнги понял, что альфа начал лизать его лицо, вскоре обращая особое внимание на его запаховую железу, которая заставила омегу расслабиться на мгновение.       Его спасение пришло в виде Хосока, который зашёл в хижину и увидел, что оба проснулись. Альфа улыбнулся, подходя к ним. Поймав его взгляд, Юнги пытался беззвучно кричать о помощи, и лекарь, казалось, понял его, поскольку начал громко кашлять, пока не привлёк внимание Тэхёна. Волк пристально посмотрел на него.       — Доброе утро. А теперь, большой мальчик, как насчёт того, чтобы ты сейчас ушёл, чтобы я мог ещё раз проверить Юнги? Думаю, он оценит немного личного пространства.       Юнги ничего не сказал, ожидая, когда альфа двинется с места. Он почувствовал нарастающее рычание в груди волка и инстинктивно поднял руку, чтобы почесать альфу за ухом, успокаивая его.       — Я... всё будет хорошо. А теперь иди, тебя ждут другие обязанности.       Он чувствовал, что альфа смотрит на него, но изо всех сил старался избегать его взгляда. Волк ещё раз лизнул его руку, прежде чем встал, в последний раз облизнувшись, и направился к двери. Он потерся своим телом о бок Хосока, когда проходил мимо. Лекарь провел рукой по золотисто-коричневому меху, чтобы уверить младшего, что омега в надёжных руках.       Когда альфа ушёл, Юнги глубоко вздохнул, не заметив, что затаил дыхание. Омега поднял руку и положил ладонь на сердце. Он уже скучал по этому волку, но в то же время чувствовал облегчение. Что происходит?       Хосок быстро подошёл к нему, проверяя его пульс и температуру.       — Как ты себя чувствуешь?       Омега выдохнул, моргая.       — Замечательно. Только здесь болит, — он показал рукой на живот, — но в целом я чувствую себя хорошо. Разве это не странно?       Лекарь усмехнулся, медленно убирая покрывало, чтобы увидеть достаточно живота омеги и осторожно проверить это место.       — Если честно, вчера твой живот был намного хуже. Он заживает быстрее, чем по среднестатистическим показателям, и мне бы казалось это странным, если бы кое-какой альфа не был здесь с тобой всё время.       Не этого омега ожидал услышать. Что эти слова означали? Он хотел спросить, но Хосок уже снова накрыл тело Юнги, улыбнулся растерянному омеге и похлопал по левой стороне груди.       — Тебе повезло. Отдохни ещё немного, я принесу тебе свежих фруктов и воды. Чимин скоро придёт, к тому времени тебе должно стать лучше, так что ты сможешь вернуться домой.       Пока что Альфа стаи слышал версию истории только от Чонгука. Не было сомнений, что нарушителями были волки из старой стаи Юнги, судя по описанию, которое дал молодой альфа. Это, естественно, заставило вожака волноваться, так как он скрывал важную информацию о том, почему их стая, особенно Юнги, страдала от этих атак. Другие альфы, которые обыскивали местность, сообщили о незнакомых запахах — ещё одно доказательство того, что они бродили по их территории уже некоторое время. Особое внимание нужно будет уделить горным границам.       До сих пор Тэхён думал, что омега был подосланным к ним врагом. Не только его друзья, но и другие волки скептически относились к тому, откуда появился этот омега после нападения на их собственных товарищей по стае. Их вера в своего вожака удерживала от каких-либо дальнейших действий. Альфа стаи настаивал на том, чтобы никто не распространял слухи о запахах незнакомцев на их территории, чтобы сохранить мир в стае, пока он не скажет им, что делать дальше. Намджуну всё ещё нужно было выслушать Тэхёна и Юнги. Хосок доложил ему, что альфа-волк недавно оставил омегу и ушёл. Чонгук оставался ночевать в хижине Альфы стаи на случай, если случится ещё одно нападение, чтобы обеспечить поддержку и защиту. Как свеженький, младший сидел, скрестив ноги, на данной ему подушке, ожидая дальнейших распоряжений после того, как Хосок снова вышел на улицу.       Альфа стаи вздохнул. Он знал, что лекарь ждал младшего. Их запахи резко усилились, когда они увидели друг друга.       — Чонгук, я благодарен за твою тяжёлую работу. Я пришлю кого-нибудь за тобой, когда понадобится помощь. Иди, наслаждайся своим днём.       Юный альфа попытался возразить, глядя на вожака большими невинными глазами:       — Но это небезопасно, хён!       — В настоящее время нет ничего предсказуемого или безопасного. Просто не забывай патрулировать, я сменю тебя позже.       Что решение было окончательное слышалось в тоне Альфы стаи, поэтому Чонгук встал, сморщил нос и поклонился, прежде чем покинуть хижину.       Его лицо расплылось в улыбке, когда он увидел Хосока, идущего по тропинке, которая вела к дому Чимина и Юнги. Поймав его на полпути, младший напугал Чона, когда обхватил руками его талию. Хосок выругался, но Чонгук все равно слышал лишь любовь в произнесенных старшим словах, и он поцеловал чужую мягкую щёчку, посмеиваясь над этим. Лекарь игриво сопротивлялся, но вскоре молодой альфа развернул его к себе лицом и потерся щекой о щеку Хосока, распространяя свой запах на старшем.       Младшему нужно было зайти в одно место, после всего, что он видел вчера, и Хосок сказал ему, что нужный альфа уже покинул хижину лекаря. Чонгук направился к Тэхёну и, не постучав, вошёл внутрь. Вышеупомянутый альфа сидел на корточках посреди своего жилья, зарывшись пальцами в волосы, спиной к Чонгуку и в одних штанах.       Чонгук обошёл мужчину вокруг, но тот даже не заметил его, хотя Чон стоял прямо перед ним. Ким пустым взглядом уставился в никуда.       — Эй!       Чон щёлкнул пальцами перед чужим носом, и, наконец, Ким как-то проявил реакцию, моргая. Глаза Тэхёна засияли красным, когда он посмотрел на младшего, приоткрыв рот.       — Чонгук...       — Да, хён, это я. Что ты делаешь? Выглядишь дерьмово.       В любое другое время Тэхён бы фыркнул или погнался за младшим, высказавшемся так неуважительно, но сегодня ему не хватало энергии и сил.       Он не хотел делиться тем, о чем думал, не потому, что не доверял младшему. Высказывание мыслей вслух сделало бы их более реальными, чего он больше всего боялся. Но затем...       — Я просто... сбит с толку. Понятия не имею, что я делаю, — он неуверенно вздохнул и выдохнул, сцепив руки над коленями. В конце концов, он просто начал говорить, о чем думал: — Чонгук, я... ты знаешь, что я сделал. Мне никогда бы не пришло такое в голову... Я бы никогда не подумал, что его собственная стая... сделала бы это!       Запах Тэхёна стал кислым, настораживая младшего альфу. Он тоже присел на корточки, чтобы быть на уровне глаз обеспокоенного мужчины, и утешительно положил руки на его колено. Слова Кима действительно не имели для него никакого смысла.       — Что ты имеешь в виду, хён?       Тэхён неуверенно вздохнул, прикрывая глаза.       — До того, как ты пришел... Я слышал, как они разговаривали. Они... они хотели насильно пометить его, — руки Чонгук крепче сжали чужое колено после этого откровения. — Вожак этой группы — его звали... Сынхо? Он хотел, чтобы он обратился, чтобы он мог поставить ему метку прямо на месте. Без гона, без течки, без учёта боли, которая последует после этого... Я был так уверен... Что он сделал что-то плохое, что его стая сторонилась из-за того, что он сделал. Я видел, какой ущерб он может нанести, в тот день, когда мы его нашли. Я был возмущён его поступком... этими сожжеными трупами альф. Я видел только опасность, которую несёт в себе его дар. Я никогда не думал... Посмотри на нашу стаю! Ты мог бы себе представить, как мой брат позволял кому-то брать кого-то против его воли? Мы семья, и я никогда не представлял... Боже, как я наивен! Если бы в нашей стае родился такой человек, как он, все носили бы его на руках. Мне никогда не приходило в голову, что он убегает от своих же страданий.       Сжав пальцы в кулак, альфа ударил себя по лбу костяшками пальцев.       — Теперь всё понятно. Они хотели этого омегу с самого начала. Вот почему он убил тех альф...       Схватив запястье Тэхёна, Чонгук остановил его от дальнейших ударов. У него была более чёткая картина происходящего, и, конечно, младший тоже был шокирован. Он никогда раньше не понимал, почему Юнги был одиночкой, поэтому то, что объяснил Тэхён, имело смысл. Но видеть старшего таким разбивало его сердце.       — Прекрати, хён. Это правда, ты был жесток к нему. Но если ты буквально будешь убиваться, это не изменит прошлого, — он усилил хватку на чужом запястье, чтобы подчеркнуть значение своих слов. — А теперь постарайся успокоиться. Как насчёт того, чтобы пойти на пробежку? А потом ты сможешь поговорить с Намджун-хёном.       Он подождал пару секунд, прислушиваясь к ударам сердца старшего, прежде чем тот кивнул и устало вздохнул.       — Да. Да, давай так и сделаем.       Пока молодые волки бегали по горам, прошлый разговор с Чимином всплыл в голове Тэхёна: Намджун знал. Он знал, почему Юнги одиночка, и по этой причине хотел, чтобы он присоединился к их стае. У его брата было доброе сердце, поэтому ему не стоило ставить под сомнения решения Альфы стаи. Но ему не доверили эти знания, от чего сердце в груди сжималось лишь больше. Молодой альфа боялся, что ещё может быть скрыто от него, что его брат скажет ему, когда они снова встретятся лицом к лицу...

_____________

      После подробного отчёта он упал на колени, упершись лбом в пол, снова и снова извиняясь за то, что принёс свои несчастья в эту стаю, но Намджун быстро подхватил его и поставил омегу на ноги. Он не раз уверял его, что это не его вина и что он знал, на что идёт, когда приглашал Юнги в свою стаю.       Омега заплакал. У него появилось ощущение, что он всегда плакал перед Альфой стаи, показывая, насколько он слаб, но Намджун никогда не заставлял его чувствовать себя неполноценным, слабым или омерзительным. Сильные руки обняли его, успокаивающие феромоны заполнили все его чувства. Омега цеплялся руками за шелковистый ханбок альфы, размазывая по ткани свои слезы.       — Теперь ты один из наших, Юнги. Не позволяй другим говорить тебе что-то другое.       Момент был прерван, когда дверь без предупреждения открылась.       — Брат, я пришёл к...       Растерянный Тэхён вошёл в хижину. Его взгляд проскользил от лица Намджуна до омеги в его руках. Запах Тэ сразу стал кислым, заставив Юнги вздрогнуть и отстраниться от Намджуна.       Альфу стаи позабавила реакция брата, но он не хотел, чтобы омега чувствовал себя ещё более некомфортно.       — Теперь можешь идти, Юнги.       Не говоря ни слова, младший поклонился и проскользнул мимо Тэхёна, не глядя на него. Желание схватить омегу за руку и стереть запах другого альфы с него было очень сильным. Его альфа рычал внутри, но Тэхён заставил его замолчать. У Намджуна уже был омега, у него была метка. Из-за чего он так злился?       После Тэхён все же смог собраться, не отвлекаясь на новые нелепые мысли, и вышел вперёд. Ему было о чем рассказать, но ему так же нужны были и ответы.

_________________

      Теперь омега лежал в своей комнате, а Чимин суетился вокруг него, постоянно что-то спрашивая: нужно ли что-то старшему омеге; хорошо ли он себя чувствует; нужно ли ему...       — Чимин! Боже мой, угомонись, ребёнок. Я в порядке.       Младший закрыл рот и надул губы. Он был милым, подумал Юнги.       — Ты не представляешь, как я волновался! И, кстати, от тебя снова очень сильно пахнет Тэхёном, будто ты только что терся об него! — словно в чём-то обвиняя, оповестил младший, на что Юнги сильно покраснел.       Мин укутался в меха, поворачиваясь спиной к Чимину и лицом к стене, пытаясь таким образом игнорировать младшего.       — Хён! Что такое? Расскажи мне, что случилось.       — Ничего не случилось, Чимин. Уйди. Я хочу спать.       Несмотря на то, что Чимин был миниатюрным, его тело ощущалось слишком тяжёлым, когда омега завалился на старшего, обвивая своими конечностями тело Юнги и прижимаясь к нему своим собственным.       — Ты такой вредина! Ладно, расспрошу Тэхёна позже, но я останусь здесь.       Юнги без особого энтузиазма пытался избавиться от младшего, но Чимин оставался рядом, прилагая огромную силу, чтобы Мин не отцепил его от себя, поэтому старший вздохнул и попытался просто заснуть, а блондин снова удобнее обвился вокруг его тела. Младший омега хихикнул и уткнулся лицом в чужую шею. Юнги никогда бы не признался в этом вслух, но было приятно чувствовать тепло другого человека рядом. Это дарило утешение, которое помогло ему игнорировать панику в разуме.

________________

      Он не знал, как долго стоял там, тупо глядя на брата, пока его же слова звенили в ушах:       — Ты бы так просто пустил его в стаю, Тэхён? Я хочу, чтобы ты был честен. Представь себя в прошлом. Разве ты бы не прогнал его тогда? Зная, что его старая стая преследовала его и представляла для нас опасность?       — Ты можешь называть меня беспечным лидером, но Юнги защитил наших, не являясь частью этой стаи. И мне этого было достаточно. Я знаю, что он тоже заслуживает защиты.       Что ещё хуже, Тэхён не мог этого отрицать. Если бы он по какой-то причине и узнал, что старая стаи омеги жаждет крови и преследует его, прошлый Тэхён ни за что не позволил бы ему остаться. Прибытие омеги в первую очередь привело других волков сюда, именно об этом он бы и думал. Намджун был прав, и Тэхёну это не особо нравилось.       Только когда он собственными глазами увидел боль, отчаяние и опасность, через которые омега проходил, увидел все это в живую, прямо перед собой, когда он смог мельком увидеть его страдания, он начал понимать, как сам поступал с омегой. Он нарочно причинял ему боль, что теперь делало больно ему самому. Даже сейчас его сердце болело.       Челюсти напряжены, руки сжаты в кулаки, и он все ещё не отрывает взгляда от Намджуна. Тэхён кивнул. Он напортачил. Он был так уверен в себе, когда почувствовал, что другие волки также скептически относятся к одаренному омеге.       Теперь же он просто чувствовал себя жалким.       Через несколько минут после того, как он молча ушёл от своего брата, Тэхён подошёл к хижине омег с руками, полными мяса и фруктов.       Он позвал Чимина, постучал в дверь, но не получил ответа. Он чувствовал их запахи, поэтому постучал в последний раз, прежде чем открыть дверь и заглянуть внутрь. Не найдя там никого, он проверил комнату Чимина — тоже пусто. Альфа нахмурился и повернулся к двери Юнги. Он нервно сглотнул. Это была единственная оставшаяся комната, и он почувствовал их присутствие там.       Он все равно постучал, прежде чем толчком открыть дверь, и омеги действительно были в этой комнате. Чимин обнимал Юнги, и оба они мирно спали. До этого момента. Юнги что-то пробормотал, когда альфа вошёл, слегка двигаясь, проснувшись сам и разбудив при этом Чимина. Пак потерся лицом о шею Юнги, на что старший сонно пытался оттолкнуть его, а Тэхён мог только смотреть, даже не пытаясь спрятаться.       Как только Чимин повернулся и открыл глаза, то сразу закричал при виде высокого мужчины, что заставило Юнги вздрогнуть и тоже оглянуться через плечо.       — Какого черта! Тэхён, ты что здесь делаешь?       — Разве мне больше нельзя навещать своего соулмейта?       Блондин закатил глаза, сонно вставая и пытаясь вытолкнуть альфу из комнаты.       — Тогда давай выйдем из этой комнаты, нам здесь нечего делать.       — Я тебе давно говорил уйти отсюда, — пробормотал Юнги в свою руку, снова кутаясь в меха.       Тем не менее, Тэхён не двинулся с места, когда Чимин пытался вывести его, чем вызвал разочарованный стон Пака и приподнятую бровь.       — Не мог бы ты... дать нам минутку? — серьёзно спросил Ким. Чимин посмотрел на него, словно у него выросла вторая голова, а затем на то, что альфа держал в руках.       Юнги тут же насторожился, повернулся и сел, пристально наблюдая за Кимом.       — Не хочу "минутку" с тобой.       Альфа посмотрел на него, нахмурив брови, а затем снова умоляюще на Чимина.       — Чимин...       Блондин явно был в противоречии, но затем надул щёки и провел рукой по волосам. Он посмотрел на Юнги.       — Я буду снаружи. Позови меня, если понадобится.       Юнги смотрел на него и взглядом просил остаться, но омега понимал, что это должно быть что-то важное, иначе он никогда не оставил бы его наедине с Тэхёном.       Как только дверь закрылась, в комнате воцарилась тишина. Омега отказывался смотреть на альфу. Он был его спасителем, но также и тем, кто в первую очередь подверг его опасности, поэтому Юнги снова лег, поворачиваясь спиной к младшему.       Тэхён прекрасно понимал, что заслуживает такого холодного отношения, но он хотел хотя бы попробовать. Альфа посмотрел на маленькую фигуру, и внезапное желание обнять накрыло его с головой. Но он сдержался.       Медленно он встал на колени и разложил принесенную им еду на сукне.       — Тебе, наверное, интересно, почему я здесь... Я буду откровенен. После этого инцидента я смог увидеть более широкую картину и понять, почему ты ушёл из своей старой стаи, — он недолго возился с сукном, прежде чем продолжить: — Я знаю, что поступал с тобой жестоко, — его голос сорвался в этот момент. Ким чуть не вздрогнул, когда вспомнил о насилии со своей стороны. — Я делал это, думая, что защищаю свою стаю... и нет, я не буду просить тебя посочувствовать моим рассуждениям, потому что на твоём месте я бы тоже себя не жалел. Я просто... Пожалуйста, прими это как мою первую попытку извиниться.       Он сидел на коленях, ожидая, что Юнги что-нибудь скажет или хотя бы пошевелится.       Наконец, омега сел и повернулся к нему. Злые, но наполненные слезами глаза стали ещё одной стрелой в сердце альфы.       — Убирайся. И забери это, — он указал на предложенную еду, — с собой.       Тэхён заметил маленькие дрожащие руки, сжимающие мех, и он не мог представить, насколько трудно Юнги сохранять самообладание. Он не мог вообразить этого, но всё же понимал Мина. Вздохнув, он закрыл глаза и от стыда опустил голову. Ему нужно было постараться. Его альфа не хотел ничего больше, кроме как обнять страдающую омегу. Он не ожидал, что небольшая разлука доведёт его волка до такого отчаяния. И, возможно, в этом Тэхён соглашался со своим волком. Ещё до того, как его поразило осознание, запах, которым его волк покрывал этого омегу... отрицание Юнги делало его агрессивным, что заставляло его человеческую сторону отталкивать омегу.       Через несколько секунд он встал.       — Я приду снова.       — Пожалуйста, не утруждайся.       Но альфа сдержал свое слово, с тех пор каждый день посещая хижину, ожидая момента перед дверью, чтобы сказать что-то в качестве извинений омеге, который большую часть времени отказывался выходить, когда Ким был там.       Это не прошло незамеченным для других, так как был Тэхён вторым по статусу волком в их стае и продолжал отдавать только что появившемуся омеге свою пойманную и собранную еду, тем самым распространяя слухи об ухаживании. Его это не волновало, а вот омегу — ещё как. И Сокджин, и Намджун, конечно, не избежали новостей.       Супруг его брата пришёл навестить омег, растерянно глядя на альфу, который стоял на коленях у входа, но омега проскользнул внутрь, не сказав ни слова. Никто не осмелился вмешиваться в это, даже он. Сокджин время от времени навещал их, стараясь не обращать внимания на то, что случилось в горах, и был просто рад видеть, что Тэхён пытается извиниться, что он действительно сожалеет. Сокджин знал, что младший так бы не ухаживал, но так же и знал, что тот был очень упрям.       Тем не менее, всё это не мешало ему снова дразнить Юнги, который помогал Чимину своим огнём формировать железный наконечник стрел.       — Эй, когда ты собираешься принять его ухаживания? — начал он, и Юнги тут же застонал, морщась и показывая раздражение всем своим выражением лица.       — Пожалуйста, убери его оттуда. Все неправильно всё понимают.       Чимин рядом с ним усмехнулся, как и после Джин. Он снова посмотрел на закрытую дверь, поджав губы, прежде чем снова сосредоточиться на молодых омегах, говоря о полученных подарках. Он поблагодарил их за чашку с серебряными цветочными узорами. Он действительно оценил её от всего сердце. Юнги и Чимин работали над ней вместе после того, как попытка охоты Мина не удалась.       Одаренный омега был более чем готов помогать Чимину в его работе, если была возможность, и его подарок оказался прекрасным этому примером. В некоторые дни он ходил с Чимином, чтобы помогать их хёну на уроках по поводу беременности от Хосока. Пребывание рядом с ними помогало отвлечься от того, что произошло, помогало стереть из памяти лицо одного *ублюдка. Когда он возвращался домой, там был Тэхён, ожидающий перед дверью, но омега игнорировал его, входя в свою хижину.       Через неделю, в один день Тэхён не пошёл домой, как ожидал Юнги, а стоял на коленях на улице, даже когда наступила ночь, и Юнги физически пытался заставить его встать и уйти. Решимость горела в глазах альфы, когда он молча смотрел на омегу, и Юнги почему-то знал, что увидит его снова на этом же месте, точно в этой же позе следующим утром. Он старался не допускать, чтобы эта мысль сильно волновала его.       И действительно, альфа все ещё стоял на коленях, глядя в окно хижины.       Альфа не сдвинулся ни на дюйм, безучастно глядя вперёд, тем самым разочаровывая Юнги.       — Что, черт возьми, он делает? — жалуясь, спросил он Чимина, и тот сжал губы в тонкую линию.       Блондин был шокирован не меньше Юнги, но старался этого не показывать. Он никогда не видел своего друга таким, но он понимал, чего хотел добиться Тэхён.       — Он не будет двигаться, есть и пить, пока ты его не простишь. Или, по крайней мере, простишь хотя бы немного. Дай ему хоть какой-то шанс?       Глаза Юнги чуть не вылезли наружу. Он открывал и закрывал рот, но в итоге просто фыркнул.       — Он не может просто жить с тем фактом, что я не хочу, чтобы он был возле меня?       И Юнги знал, что вёл себя лицемерно, задавая этот вопрос.       Его волк никогда не переставал скулить по альфе, и он понимал, что Ким страдает не меньше, а может и больше. Даже в те дни, когда он носил своё ожерелье, чтобы скрыть свой запах, не было ничего, что помогло бы ему блокировать эти порывы в груди, тянущие его к альфе. Он заметил, что Тэхён смотрит на него так, будто это оскорбляет всю его стаю.       Прошло три дня, а Тэхён всё ещё стоял на коленях. Юнги позволял ему это делать, потому что хотел, чтобы альфа сдался. Мин уже научился игнорировать осуждающие взгляды стаи всякий раз, когда навещал Хосока и Сокджина, но потом...       Начался ливень, и сердце Юнги замирало с каждой каплей, попавшей в стену хижины. На этот раз, альфа, должно быть, ушёл домой.       Ушёл ведь, верно?       Не ожидая ни минуты, он бросился к окну и посмотрел на улицу. Тэхён был уже мокрым, мягкая земля прилипала к его ногам. Но он не двинулся с места.       Гнев завладел омегой, и Юнги схватил накидку и выскочил наружу, направляясь к упрямому альфе и швыряя одежду ему прямо в лицо.       — Ты себя убить пытаешься? Уходи, мне не нужны твои извинения!       Вероятно, это было первое движение, которое он увидел от Кима за последние три дня. Тэхён медленно стянул с лица накидку, глядя в глаза омеге. Он совсем не злился — блеск в его глазах отражал облегчение и надежду.       Потому что, если бы омеге было все равно, он бы действительно просто забил на него навсегда. Омеги не было бы здесь, он бы не бросил одежду ему в лицо, чтобы он защитился от дождя.       Альфа очень медленно двинулся, чтобы встать, заставив Юнги настороженно отступить на несколько шагов.       — Серьёзно, это всё, что требовалось? Если бы я знал, что от тебя так легко избавиться, сделал бы это раньше.       Альфа помассировал свои бедра. Его немного шатало, поскольку он не ел и не пил, пока стоял на коленях. Юнги прищурился, глядя на покачивающуюся фигуру. Их взгляды наконец встретились, когда Тэхён полностью выпрямился. Когда он заговорил, его голос был очень хриплым:       — Я хочу, чтобы ты дал мне шанс извиниться.       Дождь всё ещё лил, как из ведра, и Тэхён расстегнул накидку, чтобы одеть её на омегу, и потянулся вперёд. Высокий звук удивления вырвался из маленького мужчины из-за неожиданного поступка Кима.       Альфа обнял омегу, и последний застыл в его руках от шока. Тэхён выпустил феромоны, которые показывали его удовлетворение, и, как только Юнги понял, что начинает поддаваться ему, то попытался вырваться.       — Отпусти. Тэхён, отпусти!       Но он только крепче прижал его к себе. Его альфа наконец-то освободился от ограничений, он будто снова мог дышать, не осознавая, насколько тяжело ему было раньше, пока он не коснулся омеги своими руками. Это заставило все стены в душе Тэхёна разрушиться.       — Ты! Ненавижу тебя! — кричал Юнги высокому мужчине, нанося удары кулаком в грудь.       Юнги изо всех сил пытался забыть, как на него напали, как он увидел Сынхо, как он потерял всю надежду...       Тэхён был его судьбой, его спасением, но и живым напоминанием о том дне, которого он больше всего боялся, дне, когда он окажется в руках своей старой стаи.       Омега не мог остановить рыдания. Его удары становились все слабее, пока кулаки не разжались, а ладони опустились по рукам альфы.       — Отпусти меня.       На этот раз его просьба была слабой. Потому что, несмотря ни на что, его омега нашла в этом альфе утешение, и было так хорошо быть рядом с этим высоким мужчиной, позволять ему обнимать себя. Тепло распространилось по всему его телу, омега мурлыкал в его голове, и Юнги, наконец, перестал его отталкивать, заставляя альфу крепче обнять себя и прижаться носом ко лбу.       Мин взвизгнул, когда внезапно потерял равновесие, а Тэхён понёс омегу в хижину на руках.       Чимин, который уставился на них со своего рабочего места, был проигнорирован, пока альфа нёс Юнги в его комнату, положив омегу на меха. Было трудно уходить даже на короткое время — просто вернуться к Чимину, чтобы попросить его об сменной одежде — а омега скулил из-за его отсутствия. Юнги был теперь в уязвимом состоянии, и альфа Тэхёна беспокоился, желая быть рядом с ним.       Он быстро надел свободные штаны, а грудь оставил обнажённой. Альфа проскользнул обратно в комнату Юнги, а омега невольно заскулил громче, когда увидел, что он вошел. Тэхён понимал, что Юнги борется со своей омегой, борется за то, чтобы скрыть свои потребности и инстинкты, но когда Ким безмолвно лёг рядом с ним и снова обнял его, рукой нежно проводя по позвоночнику омеги, битва была сразу окончена. Черноволосый мужчина расслабился на его обнажённой тёплой груди. Его сопротивления стихли, когда нос уткнулся в сильную шею, вдыхая головокружительный аромат альфы.       Воздействие альфы на него было мгновенным. Его запах погрузил омегу в эйфорическую дымку, помогая забыть о своей боли и о том, почему он отталкивал этого альфу.       Тэхён ласково окутывал омегу своим запахом, поскольку он совершенно исчез в последние дни, поэтому альфа пытался восполнить пробел, возникший слишком скоро после того травмирующего события.       Омеге захотелось спать, но он не мог уснуть полностью, поэтому решил хотя бы вздремнуть, уткнувшись носом под подбородок альфы, чем вызвал у того удовлетворенное урчание. Они лежали так долго, не решаясь пошевелиться.       Так продолжалось до тех пор, пока альфа не ослабил свои объятия, что заставило омегу насторожиться и приподняться, чтобы осмотреть его: Тэхён сильно вспотел, дышал медленно и тяжело, под глазами были тёмные круги, а когда омега приложил ладонь к его лбу, то его подозрения сразу подтвердились. У альфы был жар, и он что-то пробормотал, почувствовав холодную ладонь омеги. Запах Мина стал кислым из-за беспокойства.       — Ч-Чимин! Чимин!       Младший забежал в его комнату через несколько секунд с испуганным выражением лица, будто не знал, какого зрелища ожидать. Их взгляды пересеклись, и Юнги знал, что его страх был прекрасно виден и очевиден по его запаху.       — У него жар! Я не знаю, что делать, он просто отключился... мне нужно позвать Хосока?       Озвучивая свои беспорядочные мысли, Юнги начал вставать, но услышал болезненный стон альфы из-за отсутствия контакта, и тут же замер. Чимин поднял руку, показывая ему, чтобы он успокоился. Представшая перед глазами сцена лишила его дара речи на несколько секунд, но он вышел из ступора.       — Вау. Ладно. Оставайся здесь. Что бы между вами двумя не было, разлука, похоже, не идёт вам на пользу. Я позову Хосок-хёна.       Юнги поблагодарил его, когда Чимин уже уходил, быстро накинув верхнюю одежду, направляясь к хижине лекаря.       Юнги снова обратил внимание на Тэхёна. Дрожащей рукой он убрал пряди волос с его лица, которое было слишком бледным.