Я научу тебя злиться

Никто не понимал, что происходит. Габриэль действительно перестал выглядеть таким подавленным. Но это был все еще не прежний бубновый валет. Эльф стал более отрешенным, весь разговор с ним казался максимально односложным, а во взгляде теперь совершенно ничего не читалось – ни бывшего любопытства, ни недавнего волнения. Словно за одну ночь из бубнового вытряхнули все остатки прежней наивности и любознательности, оставив в доме лишь пустую оболочку. Феликс, недолго думая, хотел было найти возможного виновника в очках, чтобы получить объяснения происходящему. Но проблема в поведении была не только у эльфа. Стоило попытаться узнать хоть какие-либо подробности от Вару, так в интересующихся тут же прилетали не самые лестные слова. Парень и так был язвительным, но раньше эта злоба прикреплялась смехом или азартом. Теперь пиковый был просто злым. Пустяковые мелочи выводили так, словно проблема разрасталась до вселенских масштабов. Находящимся рядом клонам приходилось брать в руки ноги (А еще Пикового короля, который, в отличие от остальных, терпеть подобные выходки совсем не собирался.) и бежать кто куда. Вару действительно стал агрессивнее, но еще сильнее в ярость его вводило наличие Габриэля поблизости. Тогда гнев мог перейти все границы. Однажды случилось, что, находясь в одной комнате с этой ядерной парочкой, Зонтик сказал что-то невпопад, отчего грозился остаться без длинного клока синих прядей. Эльф же, что смотрел на происходящее, не говоря ни слова, ушел прочь, игнорируя действия Вару. Зонт мог поклясться, что в этот момент уже слышал хруст собственных волос под холодным острием лезвия. Но, стоило эльфу испариться, как огонь в глазах пикового быстро потух. Валет без интереса отпустил бедную прядь, проговаривая что-то в духе: "Пойдёт ведь жаловаться". Правда, сказанное скорее служило лишь оправданием, так как в итоге оказалось, никуда Габриэль доносить не ходил, но заперся на весь день в комнате. Прознав об этом, Вару сперва хотел снести несчастную дверь бубнового с петель, но, удерживаемый остальными, послал их к черту и последовал примеру первого клона. Звук щеколды уведомил всех присутствующих, что теперь в их доме поселилось два затворника, которых нужно было хоть как-то помирить. Сперва начались попытки достучаться со стороны собратьев по масти. В случае с пиковыми, королю пришлось безуспешно попинать дверь, прежде чем пуститься прочь с потоком ругани: - Это было показателем моей благосклонности, и, если зеленый придурок решил проигнорировать такое внимание со стороны короля, то пусть катится лесом. Я в вашей клоунаде больше участвовать не собираюсь! У бубновых дела двигались с едва большим прогрессом: с Данте валет пошёл на контакт, правда, как потом говорил король, он и сам толком не понял, о чем разговаривал с эльфом. Далее в дело пошли червовые, с их вечной позитивностью и общительностью. Помимо царапин от прошлых ударов Пика, добавились ещё следы от ножа, который Феликс неизвестно откуда достал. Уводить от несчастной деревяшки взбешенного друга пришлось Ромео, что даже не успел войти внутрь комнаты своего «пациента». Про трефовых и говорить было нечего: один до жути боялся подходить к кому-либо из этих двоих, второй успел написать доклад на тему: «Почему все это бессмысленно». В конечном счёте, клоны просто решили поймать непутевых скандалистов, как только представится возможность. Но вот загвоздка - до конца дня никто не спускался на первый этаж. Все с замиранием сердца слушали топот сверху и так же разочаровано вздыхали, стоило понять, что никто из ребят не планировал спускаться. Кухня в течение следующего дня так же оставалась без внимания валетов: видимо ребята несогласовано затаривались ночью, а потому холодильник было решено по вечерам запирать на замок. В первую же ночь несчастный блок взломал кто-то очень любящий фильмы о шпионах (рядом с замком валялась парочка невидимок), но не до конца разбирающийся в этом хитром деле (потому что в итоге выяснилось, что замок оказался нетронутым - сломанной посредством кусачек оказалась сама цепь). А уже достижениями коварного мастера пользовался второй. Такая наглость совсем вывела клонов из себя. - Если вы не прекратите строить из себя черти что, я лично вытащу вас и зареж.., - хотел пригрозить взбешенный червовый валет, однако его быстро заткнул рукой сам король. На место агрессивной речи выступил более робкий голос Голубого Зонта: - Ребята, мы же все друзья, - едва ли не плача, пытался дозваться валетов юноша. Но, как бы жалобно не звучал голос трефового, видимо тем, кто находился за стенами своих комнат, было наплевать на чувства несчастного Зонтика. Куромаку зачитал длинный отчёт, о вреде долгого нахождения внутри четырёх стен без свежего воздуха, Ромео любезно приглашал на групповое свидание, обещая не воровать девушек, предназначающихся для этих обиженок. Невиданная щедрость! Но даже так, валетам было все равно до подобного снисхождения. Король оскорбился таким равнодушием к прекрасному полу, а потому следующим, после Пика, покинул этот цирк. Постепенно к подобному решению приходила вся компания. Какой был смысл мирить тех, кто даже выйти наружу не хочет? Ещё один день прошёл в безуспешном призыве к совести, а затем клоны негласно решили наплевать на сложившуюся ситуацию, разбредаясь по прежним делам. Разве что Куромаку принялся разрабатывать новый замок для холодильника (на этот раз кодовый), но не столько с целью выманить друзей, сколько из простого технического интереса. В любом случае, задерживаться дома никто не хотел – слишком душно и скучно было терпеть эти осточертевшие стены. Внутри них теперь стояла мертвая тишина. И тогда свершилось чудо! Дверь, бывшая безмолвной всю неделю, подала признаки жизни тихим скрипом. Спустя минуту после такого невиданного явления, она (о боже!) полностью раскрылась, обнажая выглядывающую фигуру в зелёных очках. Вару неуверенно выскользнул из своей обители, заглядывая за перила: действительно, никого. Ушли? И ведь даже не соизволили пригласить! Конечно, валет бы и так никуда не отправился, но, эй, обидно, что его даже никто не предупредил! Разочаровано хмыкнув, юноша облокотился об ограждение, рассматривая пол первого этажа. После ночных вылазок, прежний узор ламината терял знакомые очертания. Создавалось ощущение, что сейчас пиковый и вовсе не у себя дома. Хотя, если быть честным, у Вару и так были не все дома. Почему валет прятался от других людей? Избегал возможных расспросов. Но, помимо этого очевидного факта, в душе скребла и другая кошка. Как парень мог вести себя, как обычно, после произошедшего? И это даже по большей мере не касалось всей его недельной клоунады! Больше всего сознание гложили брошенные слова. Находясь в одиночестве, мысли о случившемся настойчиво сверлили голову. Оставаться внутри, наедине с неприятной смесью чувств сожаления и злости было очень плохим решением, но упертость не позволяла пиковому ступить и шаг вон из комнаты. Потому этого времени хватило с горкой, чтобы как следует все обдумать. Валета бесили слова Габриэля. Кто в здравом уме может посчитать пикового валета за хорошего человека? Его должны были ненавидеть. Вару привык, что его ненавидели. Но Габриэль считал иначе. Потому юноша открыл эльфу правду, показав свою поднаготную - то неприятное гнилое нутро, которое обязано было отпугнуть эльфа навсегда, породить в глазах парня неприязнь, отречение и ненависть. Но и этого не последовало. Бубновый даже тогда смотрел на валета с той характерной заинтересованностью и любопытством. А потому все казалось еще хуже, ведь по этой причине в душе начала порождаться куча бесполезного сожаления. Ненужного и отвратительного. В эти дни, когда мысли не могли отвлечься на посторонние звуки, голоса или другие вмешательства в его жизнь, перед глазами стоял образ Габриэля. Искренне счастливого от простого вкуса мороженного. Искренне расстроенного своими внутренними переживаниями. Вару усмехался или опускал взгляд, в зависимости от воспоминаний. И даже так, под ребрами копошилось горькое чувство. Осознание, что пиковый всегда все делал хуже. Была бы возможность поменять произошедшее, объясниться! За эти дни Вару хотелось вновь пойти куда-то вместе с эльфом, даже если бы пришлось признать, что тогда его напугал жалкий аттракцион. Увидеться вновь, даже если бы нужно было вновь окатить себя едкими чернилами. Лишь бы не испытывать этого ненавистного чувства вины! Если бы это только было возможно, Вару бы тут же… Как по веянию судьбы, в этот момент, вторая дверь неуверенно подала свой скрипящий голос. Пиковый валет резко дернулся от неожиданности, оборачиваясь к источнику звука. Оттуда так же ошарашено глядел Габриэль. Эльф не ожидал увидеть в коридоре Вару, как и тот не ожидал, что бубновый решит высунуться. Ещё секунда и дверь захлопнулась обратно, а пиковый отвернулся, словно не видел ничего, что могло бы его заинтересовать. -… Что за бред? - осознал валет. Сжав руки в кулак, юноша поспешил к закрытой двери, пока еще оставалась хоть какая-нибудь уверенность. - Давай поговорим, - решительно сказал юноша, непонятно зачем перед этим постучав. По ту сторону было тихо, но уже через пару секунд, послышалось едва слышимое: - Хорошо. Вару оцепенел. Валет скорее ожидал, что его прогонят прочь. Нет, юноша надеялся, что его прогонят. Но теперь пиковый стоял, в нерешительности повиснув рукой на дверной ручке. И что ему говорить? Времени на размышления было немного, так как, бубновый валет, видимо посчитав, что собеседник сбежал, потянул дверь на себя. От неожиданности Вару выпустил из рук рукоять, позволяя дверному проему открыться. Теперь они стояли в полуметре друг от друга, и никакая стена больше преграждала путь для установления зрительного контакта. Габриэль выглядел, мягко говоря, не очень. Видимо несколько дней самоизоляции сказались на эльфе не лучшим образом: круги под глазами, растрепанные волосы и дико уставший вид, словно тот не спал третьи сутки. Но, честно… внутри что-то защекотало, стоило наконец увидеть эльфа. Вару подавил глупую улыбку, когда та самовольно решила расползтись на его лице. Вот ведь, какая наглая! Почему ты делаешь такие глупости без дозволения хозяина? Кажется, сам пиковый выглядел не лучше, потому что утомленное лицо первого клона, оглядывающего гостя с ног до головы, сменилось на обеспокоенное выражение. Валет в замешательстве попытался себя разглядеть, а Габриэль наконец опомнился. - Проходи? - в нерешительности предложил эльф, словно думая, что его собеседник решит выложить все прямо посреди прохода. Вару, который видимо так и планировал, попытался сдержать себя от того, чтобы не убежать, и легонько кивнул, делая шаг внутрь. В комнате ничего кардинального не поменялось – такое же унылое и пустое помещение, которое, при всем своём желании, не могло сказать хотя бы что-то о собственном хозяине. Разве что переполненное мусорное ведро да ворох грязной одежды, что лежал на углу не заправленной кровати, могли поведать гостям об отшельнической жизни эльфа в последние несколько дней. Но в целом, это не выглядело так уж плохо, особенно если сравнивать с тем бардаком, что был в комнате самого Вару. Осмотр помещения не дал ровным счётом ничего, лишь оттягивая время от неизбежного. Парень не знал, куда ему сесть, а потому просто растерянно отправил руки в карманы. - Живёшь как задрот, - сказал первое, что пришло в голову, Вару и тут же себя проклял. Эльф никак не среагировал на слова валета - Габриэль продолжал молча стоять на расстоянии вытянутой руки, подпирая стену своим худым телом. Попытка вывести бубнового на очередную перепалку не увенчалась успехом, да и хорошо - пиковый валет и сам не понимал, зачем его сознание настойчиво желает разжечь конфликт. Это уже было старой привычкой, от которой, юноше все равно никогда не избавиться. Вару ещё немного помолчал, раздумывая над словами. В конце концов, тишина давила, и парень раздражённо протянул, выдавая каждое слово с такой интонацией, будто их кто-то вытягивал из него силой. - Не буду нудить... Неловко получилось, да. Я на тебя просто так наорал. Сорян… Окей? Юноша протянул руку вперед, пытаясь установить примирительное рукопожатие. Ничего не вышло. Неуверенно откашлявшись, парень угрюмо запихнул ладонь обратно в карман. - Ну знаешь, ты тоже не лучше. Заладил свое "Вару хороший"! Словно я разбрасываю цветочки по углам и плачу над смертью каждого жучка! Ну это же бред, согласись? От сказанного Габриэль слегка поменялся в лице, нахмуривая брови. Вару тут же поймал раздраженный взгляд. Язвительное "я" радостно перехватило пульт управления из рук из "я, которое можно стерпеть". Мысли о примирении потеснились ядовитым желанием все испортить. Словно проклятая зависимость, от которой парень просто не мог избавиться. Снова начнет грубить, снова будет жалеть – кажется, этот порочный круг был на самом деле петлей и пиковому нравилось находится в подвешенном состоянии. Иного объяснения просто не находилось. - Надо просто понимать, что я не Феликс и уж точно никогда им не стану. Не в моей природе - приносить людям добро и позитив... - усмехался парень, пожимая плечами. Верно, он та ещё сволочь. И это осознание грело в душе неприятное злорадство. Габриэлю же надоело слушать старую шарманку. Юноша прекрасно понимал настоящие мысли пикового, даже если тот сам их не хотел признавать. Вся эта глупая упертость начинала надоедать. - Зачем тебе быть, как Феликс? Зачем тебе быть кем-либо ещё? Брошенные слова выражали не привычную заинтересованность, а искреннее негодование. Внутреннее "я" охотно потирало ладони, предвещая свой триумф. Неужели сегодня это свершится?! - Ну это же ты увидел во мне то, чего нет, - парировал Вару. Эльф поспешил возразить: - Но я действительно думаю, что ты не злой. - Думаешь! Тогда как ты объяснишь все мои действия? Плохое чувство юмора? - Данте говорил, что все имеет свои причины! - выпалил эльф, но тут же прикрыл рот рукой. Если бы не это мимолетное действие, Вару бы так ни о чем не заподозрил. - Ты ему что-то рассказывал? - ошарашенно спросил валет. Получив в ответ ничего, кроме молчания, парень со злостью рассмеялся, - Ну замечательно! - Я ничего не говорил, - заверил эльф, - Когда он приходил, мы с ним ни о чем таком не болтали. - А ты думаешь, Данте такой же идиот, как ты? Наверняка, вытащил всю информацию, путем расспросов. Это же типичная практика! Эльф сжал кулаки: Данте искренне хотел ему помочь. Впервые терпеть подобные комментарии становилось все труднее и труднее. Это замечал и сам пиковый валет, что не могло его не радовать. Внутри что-то настырно пыталось воззвать к чувству совести, но все попытки шли полным крахом. - Почему ты пытаешься доказать, что злой? - тихо спросил эльф, смотря прямо в линзы, за которыми прятались глаза. Это коробило, но зелёные очки обладали чудесным свойством - отводить взгляд без подозрения. Мнимая поддержка. - Потому что я и есть злой, - протянул парень, - Если тебе будет приятно, можешь называть это вынужденной мерой. Факт останется фактом. - И что тебя тогда вынудило? - не отступал эльф. Валет впервые видел бубнового таким напористым, - Кто тебя вынудил? Создатель? Кто-то из клонов? - Да что ты пристал? - огрызнулся Вару, делая шаг назад. Этот разговор играл против него. Внутреннее злорадствование начало опасаться быть застигнутым врасплох. - Потому что ты сам решил стать таким? Я разве не прав? - сказал Габриэль, так же шагая, но уже навстречу Вару. Их дискуссия походила на невидимое фехтование и пиковый начинал сдавать обороты. - Да даже если и решил. Это делает меня святее? - Нет, - согласился эльф, но от этого его речь не стала менее уверенной, - Это лишь значит, что тебе просто легче строить из себя злодея, не так ли? Сперва пиковый валет хотел рассмеяться на глупое высказывание Габриэля, но что-то резко ударило под рёбрами. Как профессиональный выстрел из снайперской винтовки – точное попадание. Юноша резко изменился в лице, пока бубновый продолжал: - Легче сказать, что ты и хотел все испортить, чем признать собственную ошибку, да? Легче сказать, что грубишь лишь от скуки, чем высказать настоящие проблемы, что тебя тревожат? Делать розыгрыши, потому что тебе нравится издеваться над людьми, а не потому что только таким методом люди могут сказать о тебе хоть что-то? Слова резали без ножа. Вару хотел возразить. Хотел сказать, что это чушь. То, что говорил эльф, парня дико бесило, буквально вымораживало! И все же валет молчал, чувствуя, как болезненно горит собственное сердце. Даже если это было догадками эльфа, неужели пиковый сам захотел в это поверить? - Отыгрываешь злодея лишь потому, что так удобнее убежать от проблем? - И? Даже если это гипотетически могло быть правдой… Какая тебе вообще разница? - с огромным усердием Вару удалось выдавить эти слова. И вот оно - то, чего добивалось злорадствующее "я" валета, о котором сам пиковый уже успел как-то позабыть. Вобрав в грудь кислород, эльф за считанные секунды сократил расстояние между ними и схватил собеседника за ворот свитера. Глаза горели ярким пламенем, а зажатый с тканью кулак еле заметно дрожал от злости. Пиковый наконец смог это сделать: вывести Габриэля из себя, превратить невозмутимого, словно куклу, парня в искрящийся фейерверк эмоций! Однако это уже не шибко волновало, потому что сейчас парень был буквально оглушен словами, что бубновый валет так резко выпалил: - Потому что я тебя люблю! В этот же момент, вся злость, что, видимо, служила подпиткой к уверенности эльфа, источила себя, оставляя валета со спокойным, но до сих пор уверенным взглядом. Габриэль отпустил зажатую кофту, но остался стоять на месте, в ожидании ответа. Вару не ослышался? Говорят, и в его возрасте проблемы со слухом не редки. Но, судя по виду эльфа, худшие догадки подтверждались: бубновый действительно это сказал. Возможно, чтобы довершить триумф злорадства, следовало рассмеяться в ответ, оскорбить, или публично унизить, рассказав об произошедшем всем клонам. Точно, это будет лучший розыгрыш за всю его жизнь – самый жестокий, самый мерзкий поступок. Но юноша был шокирован: язык намертво прилип к небу, а слова гулким эхом раздавались в голове. Его могут любить? Его любят?.. И кто любит! Габриэль? Это что-то из разряда тех слезливых драм по телевизору? Или то, о чем постоянно щебечет Ромео? Что это вообще значит, и что ему нужно делать? С таким количеством вопросов Вару начал ощущать, как у него самого вырастают эльфийские уши, а волосы окрашиваются в каштановый цвет. Проще говоря – становится Габриэлем номер два. Слава богу, это были только ощущения: любимая зеленая шевелюра по-прежнему лезла в глаза. Но от этих мыслей пиковый вспомнил, что рядом стоял первый клон, которому нужно было что-то сказать. От растерянности, пиковый выпалил первое, что пришло на ум: - Окей... Хорошо? Решительность на лице эльфа сменилась обыденным выражением (словно до этого совершенно ничего не произошло). Парень кивнул и ответил: - Ага. - Ну вот и разобрались, - так же глупо кивнул Вару и поспешил выбраться из комнаты. Дверь закрылась, прошло десять секунд всеобщего молчания, а затем пиковый забежал обратно с криками, - Какого черта? В смысле?! - Какого черта? - не понимал юноша, - Ты о ком? - О тебе! - так же оголтело восклицал парень. - Я черт? - переспросил Габриэль, - Прости, но, как я знаю, в этом мире таких, как я, зовут эльфы... - Да Боже правый! - парень отчаянно схватился за голову, расточаясь в ругательствах. Наконец, успокоившись, Вару вновь посмотрел на Габриэля. - В каком смысле, ты меня любишь? - В каком? Я не совсем понимаю... - эльф искренне пытался понять пикового, но ещё много вещей не давали бубновому покоя. По крайней мере, в голове по-прежнему крутились вопросы про черта и правого бога. Куромаку был вроде тоже каким-то правым… Или же левым? Может он что-то об этом знает? - Ну, я тебе же нравлюсь, как и Феликс, как и Данте, к-как и... - Нет, - покачал головой эльф, хватаясь пальцами за край рубашки. Было видно, как медленно на щеках собирался румянец, - Это немного другое... Вару буквально обомлел. Чего ещё не хватало! Парня так-то вообще отношения не интересовали, а тут такой сюрприз. С другой стороны, слова юноши разожгли в пиковом больше смущение, чем неприязнь. А потому на слова эльфа валет даже разозлиться толком не мог. Нужно было взять себя в руки, вести, как можно естественнее! - Хм, - только и протянул с наигранным равнодушием Вару, - И что теперь? - Что? - Ну, ты сказал это... Зачем? - Просто... - непонимающе ответил Габриэль. - Ну обычно, после такого предлагают встречаться. Совсем фильмы не смотришь? - А ты хочешь? - искренне поинтересовался эльф. - А кто сказал, что нет? - пожал плечами Вару. На самом деле, он сказал это на автомате, так как все ещё пребывал в шоке. Его сознание летало где-то в невесомости, пока телу приходилось отдуваться за парящую голову. - То есть я тебе нравлюсь? - Ну получается… - так же непринуждённо ответил Вару, а затем опомнился, - Так стоп! Но прежде, чем что-либо успеть возразить, взгляд валета зацепился за Габриэля: на лице эльфа появилась такая прекрасная кроткая улыбка. Это так... Парень не говорит слов, которые начинаются на «м…», а заканчиваются на «…ило»! Это так странно... вот! А потому Вару не мог найти в себе силы, чтобы опровергнуть собственные слова. Может, просто не хотел? В любом случае, реальность резко обнажила произошедшее разуму пикового, а потому по телу прошла дрожь… ужаса. Он… что? Нет, погодите, он ЧТО? Внизу послышался хлопок входной двери, послуживший стартовому выстрелу. Вару тут же испарился, а через секунду послышался глухой удар, правда на этот раз стучала уже дверь в комнату самого пикового валета. Тот, кто пришел, не мог не слышать возникший грохот на втором этаже. По этой причине вошедший крикнул сквозь лестничный перелет голосом Феликса: - Бегай сколько хочешь, Вару, если ты думаешь, что это поможет сохранить твое трусливое эго! - «Если бы ты просто, мать вашу, знал!» - пронеслось в голове пикового, что тут же насильно укрыл себя одеялом, в надежде скорее отключится. Эльф, оставшийся стоять внутри своей комнаты, удивленно смотрел вслед сбежавшему. Однако Габриэль лишь сел на кровать, задумываясь. Было ли все так просто?