Ирисы цветут дважды

«Ты должен поступать так, как я тебе скажу.» Конечно. С разбегу лбом об стену. Юджи раздраженно пнул мелкий камешек, сделал несколько резких шагов вперед и затормозил. Он перекинул мяч из правой руки в левую и потянулся за телефоном. Сатору ещё не должен был спать. Обычно именно в это время на Юджи сыпался миллион сообщений. Они могли разговаривать о многом: фильмах, музыке, учёбе, только вот никогда не переходили черту. Будто Сатору боялся писать больше, чем говорить. И эта скованность пугала. Сколько еще требовалось времени, чтобы они смогли достигнуть уровня с названием полная искренность. Юджи сфотографировал мяч в руке, повертел его, выискивая лучший ракурс, и только когда был доволен получившимся, отправил сделанное фото. «Присоединишься?» Это было вовсе не назло Сукуне, и не из-за того, что причиной их ссоры снова стал Годжо Сатору, как будто в последнее время что-то могло быть иначе. Юджи хотел сначала обижаться, но оказалось, что общение с этим человеком гораздо важнее, поэтому он не стал хранить обиду. Сатору ответил почти моментально, будто выжидал момент, когда Юджи сам напишет ему, заведет разговор, самолично скинет неловкость прошедшего вечера. «Разве в это время злой дракон не охраняет мою принцессу?» Юджи фыркнул. Кто это еще тут принцесса? «Принцесса надавала тумаков дракону и сбежала» «Кажется, кто-то попал под плохое влияние. Ты ведь раньше был таким хорошим мальчиком» Юджи от подобного замер на месте. Он не любил, когда его сравнивали с паинькой. И из уст Сатору это звучало куда обиднее. «Ха-ха» Юджи замялся. Одному играть не сильно хотелось, да и мяч он схватил так, просто, чтобы руки занять, выпустить пар. И теперь раздражение на Сукуну становилось еще больше, накапливалось и переливалось через край так же быстро, как вянут вырванные из земли цветы. «Ты придешь? Или я могу не ждать?» Кажется, он слишком сильно вдавил пальцем в телефон, отправляя сообщение. Это все Сукуна и его мания контролировать каждого вокруг себя. Еще один человек с проблемой доверия, уныло подумал Юджи. Кажется, он сделал что-то не так в прошлой жизни, что в этой окружил себя такими людьми. «Уже закрываю дверь» Юджи приподнял уголки губ. Сатору не бросил его, он придет. На баскетбольной площадке было темно. Только одно кольцо едва попадало под свет фонаря возле тротуара неподалеку. Тени плясали по земле под каждое движение парня. Юджи не спеша отбил пару раз мячом об землю, прежде чем закинуть его в корзину. Мяч ударился об щит, отскочил к кольцу и, провертевшись несколько оборотов, упал на землю мимо корзины. Юджи цокнул и медленно поплелся вслед за ним к краю площадки. Он сделал еще несколько заходов, пока ему не надоело. Одиночество в темноте сжирало, утягивало в свои объятия, делясь в ответ только отчаянием. Юджи привалился спиной к столбу, когда совсем не эстетично плюхнулся на пыльную резиновую поверхность. Светлые штаны придется сразу закинуть в стирку, с какой-то грустью отметил он. А ведь если они не отстираются, то будет печально. Хорошие ведь штаны. Почти новые. И цвет у них классный, и ткань приятная. Юджи посмотрел на экран телефона без единого уведомления, устало откинул голову назад и прикрыл глаза. Может, стоило пойти к Фушигуро? Они бы посмотрели глупую комедию, обсудили бы, какой Сукуна идиот, позвонили Кугисаки и, выслушав от нее возмущения по поводу позднего звонка, удовлетворенные легли бы спать. И в жизни от этого ничего бы не поменялось. Мировой океан бы не высох, небо не упало. Но он и не был бы против, Юджи не хотел, чтобы от его действий зависели жизни многих. Его устраивала такая мирная жизнь, без проблем и серьезных вопросов, когда сложностью были ссоры с Сукуной и экзамены в школе. Со стороны дороги слышалось пошлепывание обуви одинокого прохожего. Юджи вяло повернул голову вбок, чтобы рассмотреть того, кому также не сидится дома. Прохожим оказался Сатору, и Юджи тут же вскочил со своего места. — Сатору! — он поднял руку вверх и тут же затряс ей, широко улыбаясь, — ты быстро, — произнес, когда они поравнялись. — Спешил, как мог, — усмехнулся Сатору, — что-то случилось? — из его голоса пропала игривость, и Юджи не мог сказать, что ранее видел его таким серьезным. На самом деле серьезным. — Все в порядке, — Юджи отмахнулся и кивнул в сторону небольшого участка, охваченного светом, — сыграем? — За этим я и пришел. Летом они часто играли на площадке, в основном вдвоем, прибиваясь к группке уже играющих людей, иногда к ним присоединялся Фушигуро, а это случалось очень редко. Когда Юджи предлагал пойти с ними, Фушигуро отнекивался и постоянно говорил, что у него есть другие дела. Но Юджи то знал, что никаких дел у него нет и не может быть, тот просто не хотел видеться с Сатору. Юджи это нежелание принимал и не допрашивал, хотя ему было сильно интересно, какие на самом деле отношения связывали этих двоих. И чем только занимался Фушигуро, когда не сидел дома? Не мог же он найти себе девушку и скрыть от самого лучшего друга эту знаменательную новость? Юджи в это не верил, об этой новости он должен был узнать первым, как и Фушигуро узнал про Годжо. — Не расскажешь, что случилось? — через пятнадцать минут расслабленной игры спросил Сатору. Он стоял напротив, не позволяя закинуть мяч в кольцо, подпрыгивая и делая шаги в стороны, когда нужно. Юджи мотнул головой. — Все нормально. — Ты можешь не врать мне, Юджи, — Сатору дернулся вперед, чтобы отобрать мяч, но Юджи вовремя отскочил, заводя руку за спину. — Сукуна раздражает, — нехотя буркнул в ответ. — Да? — усмехнулся Сатору, изобразив удивление, — он включил режим заботливого старшего братика? Юджи недовольно кивнул, продолжая отбивать мяч. Он сделал несколько быстрых шагов в бок, сгруппировался и, подпрыгнув, бросил мяч в кольцо. Сатору мяч поймал, показательно повертел в руке и качнул головой. Юджи раздраженно выдохнул, бросился вперед, пытаясь вернуть преимущество себе, но Сатору успешно уворачивался от каждой неудачной попытки. — Ты поругался с Сукуной, и что теперь будешь делать? — Уйду из дома, — на выдохе вскрикнул Юджи, приметив очередную возможность забрать мяч. Сатору от резкости высказывания замер на месте, даже прекратив отбивать мяч, позволив тому укатиться в сторону, — что ты? — Юджи не успел затормозить и по инерции врезался в тело напротив. Сатору чуть покачнулся, но устоял на ногах и удержал Юджи вместе с собой, приобняв его рукой за спину. — Ты такой шутник, — он положил руку Юджи на голову и принялся взлохмачивать волосы. — Я не шучу, — Юджи обиженно выпутался из объятий, ушел от прикосновений. — Глупенький. Сатору снова притянул Юджи к себе, сильнее сжал в объятиях, так что искры из глаз посыпались. Юджи захрипел и попытался вырваться, но Годжо со смехом удерживал его на месте до тех пор, пока Юджи не сдался. — Доволен? — недовольно спросил он. — Вполне, — Сатору наконец разжал свои длинные руки и дал доступ к кислороду, — и что мне с тобой делать? — он покачал головой, — не можем же мы всю ночь играть в мяч. Юджи вскинул голову. Почему не можем? Они очень даже и могли бы играть всю ночь. По крайней мере, он не видел в этом никакой проблемы. Поиграли бы до утра, а потом разошлись. Слова возражения уже почти сформировались, но Сатору опередил его. — Тогда переночуешь у меня! — радостно воскликнул он, — устроим битву подушками и поедание вредной еды. У меня так давно не было ночевок! — Ты просто старик, — фыркнул Юджи, скрестив руки на груди. — Эй! — возмутился Сатору, — я еще так молод! Мой возраст самый оптимальный! Юджи на это только рассмеялся. Площадка была совсем недалеко от университета и дома Юджи, где-то посередине между двумя точками. Как Сатору объяснил, ему было слишком неудобно жить в своей квартире, поэтому он предпочел снимать небольшую недалеко от университета. Он был не тем человеком, который был готов тратить несколько часов своего времени на дорогу туда и обратно. Это было как раз кстати. Пусть квартира Сатору была не в сторону дома Юджи, но можно было сказать, что в рамках всего Токио, они жили достаточно близко друг к другу. — Жаль машина на техосмотре, — выразил недовольство Сатору, — доехали бы быстрее. — Как же так, — изумился Юджи, — и ты все это время ходишь пешком? Это же катастрофа! — Вот ты дошутишься, и я дам тебе самую неудобную подушку, — шутливо пригрозил Сатору пальцем. — О великий Годжо Сатору, простите же вы меня обычного смертного, что так неуважительно высказался в ваш адрес. Сатору довольно кивнул, осмотрел из-под прищуренных глаз, как бы что-то обдумывая. — Так-то лучше. Получишь хорошую подушку, — изрек он. Шли они неспешно, периодически подшучивая друг над другом, поэтому дорога слегка затянулась, и дойти они смогли только минут через сорок. За всю дорогу Юджи чувствовал, как тоска внутри него постепенно проходит, уступая место радости, теплом развивавшейся по всему телу. Это все Сатору, он делал Юджи счастливее. — Я так устал, — протянул Сатору на пороге, лениво развязывая шнурки, — эта дорога была нескончаемо долгой, — он чуть поморщился, — но ты скрасил это путешествие, поэтому не все так плохо. Юджи послал улыбку в ответ, стянул легкую курточку и повесил ее на входе, оставаясь в толстовке. В Токио обычно теплый климат, но осенью следовало одеваться потеплее. В прошлом году Юджи побегал пару раз в одной футболке и слег в больницу с небольшим воспалением легких, после этого и тумаков от Сукуны он начал одеваться по погоде, опасаясь повторения истории. — Все хорошо? — обеспокоенно спросил Сатору, — Сукуне не напишешь? Юджи моргнул и тут же мотнул головой. Не собирался он никому писать. Пусть Сукуна подумает и хотя бы раз почувствует себя в его, Юджи, шкуре. А завтра он уже вернется домой, и, может быть, в этот раз они смогут обсудить все нормально. Как приходили к понимаю всегда, просто в этот раз им требовалось чуть больше времени. Юджи не один раз был в этой квартире, поэтому чувствовал здесь себя комфортно и уверенно, Сатору сам разрешил делать все, что захочется. Из минусов тут хоть и был небольшой телевизор, но не было игровой приставки, поэтому занять себя играми они не могли. Диван был еще не застелен, значит, когда Юджи написал, Сатору еще не собирался спать. — Я отвлек тебя? — Юджи неловко переступил с ноги на ногу, когда заметил открытый ноутбук на столе. — Мм? — Сатору выглянул из-за двери на кухню, проследил за тем, куда направлен взгляд Юджи, и по-доброму улыбнулся, — я уже закончил, не беспокойся. Юджи знал о том, как много дел Сатору приходилось делать, и как много сил и времени забирала учеба, поэтому каждый раз он чувствовал себя не очень хорошо, если отнимал драгоценные свободные минуты своего парня. — Юджи-Юджи, — Сатору подскочил к нему сзади, обхватил руками живот и уместился головой на плече, — ты такой милый, когда переживаешь, — он усмехнулся прямо над ухом, обдав теплым дыханием кожу. — И вовсе я не беспокоюсь, — возразил он, — я только, — он прикусил губу, подбирая слова, повернул голову к Сатору и замер. Их лица были так близко, что Юджи мог различить каждый оттенок глаз Сатору. Он выпутался из объятий, когда Сатору начал наклоняться для поцелуя, и повернулся всем корпусом, скрестив руки на груди. — Убегаешь? — Сатору сузил глаза. — Ой, — Юджи приложил руку к сердцу, — а ты что-то хотел? Я не заметил, — он качнул головой и послал ехидную усмешку. — Ах ты, — возмутился Сатору, — вот я тебя сейчас поймаю и... — он не закончил предложение и прыгнул в сторону Юджи. Юджи этого ожидал, поэтому успел отскочить в сторону, отбежать на пару шагов и спрятаться за диваном. Он приложил руку к губам, сдерживая смех. Обивка могла быть хорошим укрытием, но Сатору видел, куда делся Юджи, поэтому прятаться в этом месте нельзя было. Он потихоньку выглянул из-за спинки и тихо ойкнул, столкнувшись взглядом с Сатору. Тот тут же с криком кинулся догонять Юджи. Комната была не очень большая и точно не располагала местом для того, чтобы по ней бегали два взрослых человека, поэтому все, что им оставалось — это носиться вокруг бедного дивана, придерживаясь руками за него, чтобы не свалиться и не запнуться ни обо что. В какой-то момент Сатору наконец ухватил Юджи за руку, потянул на себя, но они оба не удержались и свалились на все тот же многострадальный диван. Юджи громко смеялся, пытаясь увернуться от рук Сатору, который порывался то ли обнять его посильнее, то ли придушить. Дыхание сбилось, и смех перемешивался с хрипотцой; Юджи пытался вяло отбиваться. — Поймал, — протянул Сатору, когда уселся сверху на Юджи и зафиксировал его руки своими, переплетая пальцы. — Ха-ха, пусти, — Юджи продолжал вертеться, но Сатору придавил его своим весом. В конце концов он сдался, замерев, и стал выжидать, что будет дальше, — Кто-то себя плохо вел, — Сатору покачал головой, цокнул языком и наклонился ближе, — плохих детишек надо наказывать. — Юджи в ответ только фыркнул и закатил глаза, а затем сам приподнялся, позволяя себя поцеловать. Он медленно опустил голову назад на подушку; Сатору потянулся за ним, продолжая целовать. Он ослабил хватку и отпустил одну руку Юджи, скользнув своей вниз, поглаживая сквозь кофту по боку, подцепил пальцем край одежды и прикоснулся уже рукой кожа к коже. Юджи от прикосновения тихонько простонал, изумленно распахнув глаза от звука, хотел отползти назад, но с усилием воли заставил себя смирно лежать на месте. Сатору в поцелуй усмехнулся, провел языком по губам и только сильнее стиснул бок. Чем дольше они целовались, тем меньше Юджи себя мог сдерживать. Он уже чувствовал, как возбуждение постепенно усиливалось, и Сатору не мог не замечать этого. Юджи выпутал вторую руку и, схватив Сатору за плечи, притянул того ближе к себе. — Постой, — Сатору резко отстранился, уперся в Юджи затуманенным глазом, — я думаю, ты хочешь чай. И вот опять. Это происходило снова! Каждый раз Сатору вот так отстранялся. — Не хочу я твой чай. Юджи переместил руки на щеки Сатору и потянулся вверх, чтобы снова поцеловать своего парня, чтобы продолжить то, на чем они остановились. В этот раз он намерен дойти до конца. — Хочешь, — с нажимом произнес Сатору. Он обхватил ладонь Юджи и мягко отвел от щеки, поцеловал в ладошку и отпустил. Юджи откинулся назад, крепко сжав зубы, прикрыв обратной стороной предплечья глаза. — Ты снова это делаешь, — обиженно произнес он, — каждый раз отталкиваешь. — Юджи. — Нет, — Юджи отмахнулся, — не говори ничего, я все понимаю. Дай мне минутку, я уйду. Сатору устало вздохнул. — Дело не в этом. Если ты думаешь, что я не хочу, то ты ошибаешься. Юджи отодвинул руку от лица, неверяще уставился на Сатору, приподнявшись на локтях. — Правда? Сатору кивнул в ответ. — Я не уверен в том, что ты готов. Юджи в этом и сам не был уверен. В нем желание со страхом перемешивалось и он, как заяц, метался между ними и не мог определиться, что лучше. — Я готов, — уверено заявил Юджи, не отрывая взгляд. Сатору вымученно вздохнул еще раз, задумчиво посмотрел вперед, что Юджи едва не сдался под его наплывом и сам не отказался от своей идеи. Он не мог сказать, что она была слишком разумная или не на эмоциях. Юджи этого хотел. И он не видел в этом проблемы. — Эй, — он обхватил лицо Сатору, заставляя его посмотреть на себя, — все точно в порядке. Но, — Юджи прикусил щеку, скашивая взгляд вбок, — если ты сомневаешься в моих словах, — он решительно повернулся назад, — мы можем еще подождать. После его слов к Сатору вернулась осмысленность, и взгляд перестал уже быть таким тяжелым, он наконец-то улыбнулся, качнул головой и сдался. Юджи был уверен, что смог убедить. — Ты такой замечательный. — Сатору наклонился к нему, — почему ты не появился в моей жизни раньше? — шептал он между поцелуями, — было жестоко прятать тебя от меня так долго. Юджи от прикосновений терялся, он не думал, что это может быть настолько приятно и волнительно. В фильмах, которые он смотрел, парочка, как правило, делала все быстро, срывала друг с друга одежду, страстно целуясь, падала на кровать и сразу же переходила к действиям. Сатору поступал совсем иначе: он медленно целовал, легонько приподнимал ткань кофты, чтобы была возможность нежно пробежаться пальцами по животу. Юджи шумно выдохнул, запрокидывая голову, когда Сатору поцеловал его в шею. — Смущаешься? — с усмешкой спросил он в район шеи, прикусывая кожу и потягивая кофту вверх. — Нет, — выдохнул Юджи, позволяя лишить себя одежды и потянулся к футболке Сатору. Тот выпрямился и, посылая Юджи довольную улыбку, сам стянул верх, оголяя грудь. От подобного Юджи задержал дыхание. Он уже видел ранее Сатору без футболки, но в этот раз все было иначе, абсолютно по-другому. Юджи не знал, что думать, он жадно разглядывал тело напротив и нерешительно протянул руку, чтобы коснуться кожи. Сатору позволил ему эту маленькую заминку, прежде чем снова начать целовать. Юджи поерзал на диване, возбуждение, упирающееся в штаны, мешало нормально думать. Хотелось только протянуть руку и помочь самому себе. — Сатору? — простонал Юджи. — Да? — тот приподнял голову, уставился цепким взглядом. — Давай выключим свет, пожалуйста, — все, на что его хватило, это тихий шепот. Юджи пытался побороть стеснение, но что-то упорно жгло его внутри. — Конечно, — Сатору ласково провел рукой по лицу напоследок и поднялся. Пока он ходил к выключателю, Юджи поерзал, выбирая более удобное положение, но он так и не нашел его, когда вернулся Сатору. В темноте стало более комфортно, и Юджи чувствовал себя раскрепощеннее, он уже не боялся, что его выражение лица могло быть каким-то не таким. Но вместе с этим ощущения усилились, тело реагировало на прикосновения сильнее, будто с потерей зрения другие чувства стали острее. В ногу упиралось возбуждение Сатору, и от этого было еще приятнее. Значит, что это все было взаимно, у Сатору было тоже самое! Юджи сжал зубы и зажмурился, когда руки Сатору спустились ниже, когда он потянул штаны вниз, когда поддел пальцем резинку боксеров и резко отпустил под тихий смешок. Юджи дернул ногой, попытавшись пнуть, но промазал. — Дерешься? — прошептал на ухо Сатору. От его голоса по телу пробежались мурашки, никогда ранее он не говорил так сексуально. Юджи кивнул. Драться он умел. Юджи опустил взгляд вниз, но так ничего и не смог различить, кроме общего силуэта. Глаза все еще отказывались привыкать к темноте, а за окном небо было полностью черным, не пропуская даже свет луны. Слишком удачно и идеально. Он помог ногами снять с себя штаны и боксеры. От прохлады тело покрылось мурашками. В этом была некая несправедливость. Почему он полностью раздет, даже носки сняли, а Сатору только без верха? — Ты тоже, — невнятно, проглатывая слоги, пробурчал Юджи, — разденься. — Как скажешь, — Сатору отстранился ненадолго, чтобы выполнить просьбу Юджи. Юджи не знал, что он мог сделать еще, кроме обхватывания плеч Сатору и притягивания его как можно ближе. И теперь, когда они оба были полностью обнажены, и Юджи чувствовал ногой достоинство парня, страх начал сковывать. А сможет ли он? Сделает ли все правильно? Вдруг Сатору будет недостаточно осторожен и не подготовит его как следует, что будет невыносимо больно. Юджи крепче сжал руки. — Расслабься, — шепнул Сатору и поцеловал в плечо, — мы не будем идти до конца, — голос у него был ровный. Будто возбуждение не доставляло ему никакого неудобства. — Но как же? — Секс это не только проникновение. Юджи почувствовал, как он вспыхнул от слов Сатору; щеки жгло неимоверно. Он попытался расслабиться, слегка раздвинуть ноги в стороны, дать Сатору свободу, и в это же время потянулся за поцелуем, чтоб отвлечься. Сатору на поцелуй тут же откликнулся, сразу углубил его, слегка прикусил губу Юджи, втягивая ее. Он погладил напряженный живот, дернул рукой вниз и обхватил член Юджи ладонью. Ощущения были странные, намного приятнее, чем когда Юджи трогал сам себя. Он сдавленно простонал, когда рука Сатору задвигалась, а палец помассировал головку. Сатору целовал снова и снова, до тех пор, пока разум Юджи полностью не отключился, пока он полностью не отпустил себя, издавая такие звуки, что стыдно становилось. Юджи тоже хотел помочь Сатору, но тот мягко отодвинул руку от себя. — Я сам. Он задвигал рукой быстрее. — Я, — прохрипел Юджи, — хватит, — он попытался отодвинуть Сатору от себя, — я почти все. — Кончай, — Сатору сильнее сжал член в руке, — кончай для меня, Юджи, — томно выдохнул он на ухо, и Юджи не мог противиться этому голосу. — Молодец, — Сатору погладил его по ноге, — повернись-ка. Юджи, вяло соображая, перевернулся на бок; Сатору уместился сзади него, крепко обхватив рукой за живот и шумно задышав на ухо от передвижений. Юджи напрягся, он не знал, что Сатору собирался делать. Ощущение после оргазма моментально сошло, липкий страх пробежался по спине мурашками. — Ты мне доверяешь? — спросил Сатору. Юджи кивнул, — хорошо, — Сатору говорил тихо, и звук его голоса успокаивал. Юджи пошарил рукой и, найдя кисть Сатору, переплел с ним пальцы, — сожми ноги, — попросил Сатору, когда просунул член между бедрами Юджи. Он сразу же сделал, как сказал Сатору, который тут же задвигался. Это чувствовалось странно, но Юджи не мог сказать, что ему это не нравилось. Ему было приятно слушать, как Сатору шумно дышал ему на ухо и изредка постанывал. Из-за этого его член снова начал твердеть. Юджи выдохнул, сжал свободной рукой собственный член и стал им двигать в такт толчкам Сатору. Сатору чуть замедлился, стал двигаться рывками. Юджи замер от ощущения, как чужой член касался яичек и едва задевал его собственный. А Сатору будто специально. Ездил по нервам, не давал извиваться и двигался так неритмично. Юджи сам толкнулся назад, сжал ноги посильнее, и крепче прижал руку Сатору к груди. Сатору от его действий только застонал громче, другой рукой накрыл руку Юджи на члене, направляя. Они снова начали двигаться, пока оба не кончили. Юджи устало прислонился вспотевшей спиной к груди Сатору и попытался выровнять дыхание. После такого ему ничего не хотелось: ни двигаться, ни говорить, может быть, только немного попить. Сатору дал им несколько минут отдыха, потом приподнялся на локте, перевалился через Юджи и поцеловал. — Я могу отнести тебя в душ, — предложил он. — Я сам. Когда Юджи вымылся, Сатору уже расстелил постель и ждал с раскинутыми руками. Юджи тут же юркнул под одеяло, обнимая Сатору, которого он, кажется, начал любить еще больше. — Все нормально? — обеспокоенно спросил Сатору, поглаживая Юджи по щеке. — Да, — прошептал Юджи в ответ, — спасибо, — тихо добавил он, прикрывая глаза. — Глупенький, — Сатору прижал его сильнее к себе, — спи.