Испачканные кровью цветы

      — Я хотела спросить, шутишь ли ты, но твое лицо всё сказало за тебя, — сказала Сэлиди. — И как тебе? Это ведь был твой первый поцелуй?       — Да, первый, — тихо выдохнула Вивьен. Она быстро подошла к своей постели, скидывая куртку с плеч.       — Как тебе поцелуй с парнем, который тебе «не нравится»? — она намеренно показала пальцами кавычки.       — Вполне… нормально?       — Вивьен! Ты только что впервые поцеловалась с Фаумер, а тебе было просто нормально? — возмутилась Сэлиди.       — Хорошо, мне понравилось! — слишком резко воскликнула Вивьен. И только потом осознала, что произнесла только что вслух. По лицу Сэлиди расползлась широкая, довольная улыбка. — И я уж точно не думала, что мой первый поцелуй будет с ним. Но… это вышло как-то само.       — Кто первый поцеловал? -Он, — просто ответила Вивьен. — Правда, он до этого выпил.       — Какие вы оба придурки. Просто поцелуй в следующий раз его первым сама и переспите.       — Что?!       — Вас же влечет к друг другу, нет смысла отрицать уже. Так в чем проблема избавиться от этого влечения? Своей поцелуй ты ему уже отдала, можешь отдать и себя вс…       — Сэлиди, даже не вздумай продолжать это говорить, — Вивьен подняла руку, останавливая подругу. — Я ничего не собираюсь отдавать ему. А поцелуй может и не повториться.       — Но ты ведь хочешь, чтобы повторился.       — С чего ты взяла?       — По тебе всё слишком хорошо видно. Радуйся, что пока только я это заметила.       — Как ты это заметила? — отчаянно спросила Вивьен. Ей обязательно нужно это скрыть.       — Твое поведение и… слова. Ты слишком озабочена этим, а если учесть, что ты и до этого не скрывала своих чувств к Даниэлю, то сейчас — просто открытая книга.       — Это нужно скрыть.       — Или поцеловать его, — практически пропела Сэлиди.       — Нет, — строго ответила Вивьен. — Думаю, от этого станет только хуже.       — И чем же?       — Тем, что я и Даниэль… даже звучит странно. Чтобы мною или им не движело, продолжение — слишком опасное. Не забывай, какова история его семьи. И каких отношения между нашими с ним семьями, — Сэлиди фыркнула.       — То есть, дело в родителях? Да какая вообще разница, какая у него фамилия, а какая у тебя. Важно, кем вы сами являетесь.       — Хватит это обсуждать, — простонала Вивьен. — Я просто хочу спать и не думать ни о чем.       — Не получится.       — Это точно, — и Сэлиди выключила свет.       Ей действительно не удалось заснуть сразу. В голову постоянно лезли, точнее и не вылазили, совсем свежие воспоминания о ее первом поцелуе. Даниэль абсолютно точно был пьян. Возможно, в его речи это было и не заметно, но действия всё сказали сами за себя. Парень не стал бы целовать Вивьен в здравом уме. И не стал бы говорить всех тех комплиментов, что произнес в темноте. «Блять, Вивьен, ты такая красивая». Его слова были такими… честными и завораживающими. Он точно будет жалеть.       А следующий день должен был пройти просто ужасно.       Вивьен пыталась максимально скрыть свою неловкость и стыд. На Даниэля она не смотрела категорически, хотя очень-очень хотела. Но и Даниэль не спешил общаться с ней.       Их общение снова вернулось в игнорирование друг друга. Но сейчас это ощущалось гораздо больнее, ведь Вивьен знала, какой он — поцелуй с Даниэлем. Знала еще и Кенни, которая была верной ему и всегда находилась рядом. Раз у них отношения, ей будет очень неприятно знать, что Даниэль целовал другую девушку.       Как и Вивьен неприятно знать, что он попрежнему вместе с Кенни. Дни сливались в один, совсем скоро их ожидали экзамены, и чтобы перестать думать о Даниэле, Вивьен переключилась только на учёбу. Десятки книг по предметам, которые они даже не будут сдавать, были прочитаны за две с половиной недели. За это время Вивьен и Даниэль общались ровно ноль раз. Но она не могла так долго не смотреть на парня, поэтому, когда тот был занят: читал книгу или общался с друзьями, Вивьен наблюдала за ним. И каждый раз при этом она ощущала горячие руки Даниэля, что касались, прижимали её к нему еще ближе. Как это всё было отвратительно.       Загруженность Вивьен замечали и друзья. Пери столько раз приглашал её прогуляться на улице, ведь уже весна — снег тает, а деревья зеленеют. И Вивьен устала придумывать оправдания для парня. Ей было стыдно отказывать ему, очень. Но и идти она не могла, как бы не попыталась, скорее всего, уже к началу прогулки, она бы сбежала, сославшись на головную боль.       — Меня правда пугает количество книг на нашем столе. Он же скоро сломается! Как тебе вообще их дают в библиотеке, если ты буквально вынесла все их полки, — возмущалась Сэлиди.       — Я всё читаю, — оправдывалась Вивьен.       — Ты ведь с ума сойдешь! Тебе нужны развлечения.       — Скоро экзамены и…       — Экзамены тут не при чем. Я ведь понимаю, почему ты себя так ведёшь. Вы всё еще не говорили с Даниэлем? — она вздернула бровь.       — Нам не о чем разговаривать.       — Да, определенно. Но знаешь, что я тебе скажу? Это ненормально. Ненормально и странно. Такая реакция может означать уже не влюбленность, а прямую зависимость или даже одержимость! -О чем ты? Нет никакой одержимости!       — Есть, — строго ответила Сэлиди. — Я переживаю за тебя. Хочешь, сама поговорю с ним?       — Нет! — практически взвизгнула Вивьен. — Никаких разговоров. Со мной всё в порядке, я просто нервничаю из-за представляющих экзаменов, — Сэлиди не поверила, но продолжать спор не стала.       Оказалось, уборка не такая уж и плохая. Вивьен перебрала все свои вещи в шкафу, протерла этот шкаф, разложила все свои книги по алфавитному порядку. И перебрала свои записи и тетради. В тумбочке она обнаружила свой старый блокнот, в котором вела расследование против Даниэля. Там она писала все свои мысли, касаемо его, его семьи. Какие-то страницы были помяты, что было странным — Вивьен всегда бережно относилась к своим вещам. «Даниэль НЕ убийца» — часто встречалось на последних страницах. «Как я могу помочь Даниэлю? Он примет мою помощь?». Все эти фразы сейчас только злили Вивьен. Как же она старалась помочь Даниэлю и как же он ее поблагодарил — поцеловал и оставил одну.       Вивьен схватила этот блокнот и начала вырывать оттуда страницы. Одну за одной, не вчитываясь ни в единую строчку. Оставив блокнот пустым, она принялась кромсать его страницы. Это помогало и Вивьен даже понравилось этим заниматься. Она полностью была погружена в процесс, измельчая странички в мелкие кусочки бумаги. Успокоилась девушка только тогда, когда перед ней на полу была гора этих же кусочков, а подняв голову, она заметила, как в дверях стояла Сэлиди, облокотившись на косяк двери.       — Ты и сейчас скажешь, что это просто стресс из-за экзаменов? — спросила она.       — Да, — неуверенно ответила Вивьен, поднимаясь на ноги. Всё это время она сидела на полу и была так увлечена, что не заметила прихода соседки.       — Я думаю, тебе поможет только алкоголь.       — Мне точно это не поможет, — закатила глаза Вивьен. — Всё в порядке, Сэлиди. Ты просто попадаешься на моменты, которые кажутся тебе странными, но на самом деле всё не так плохо.       Вивьен верила своим словам, хоть и иногда ей самой казалось, что она врёт. Зато она точно убедилась в одной — её отношение к Даниэлю далеко от того, каким было, допустим, в начале учебного года. Возможно, это была настоящая зависимость, о которой говорила Сэлиди. Признаться в этом самой себе — трудно, но необходимо.       Да, Вивьен Беапринс важен Даниэль. Он интересен для неё, нужен и, возможно, это чувство чуть больше, чем дружеская привязанность. Может, симпатия? Он ведь нравится ей по внешности, и Даниэля красивым считает не только она одна.       Она решила прекратить наблюдать и выискивать Даниэля, когда увидела его и Кенни в коридоре, целующихся. Вивьен не ощущала никакой боли, её действительно не интересовали поцелуи Даниэля. Вивьен разочаровалась в своем выборе. Почему ей не мог нравится Пери, который так старается привлечь её внимание?       Теперь все готовились к экзаменам, и Вивьен было проще сливаться с группой. У каждого на парте были какие-то дополнительные учебники, все читали и отвечали друг другу на вопросы. Вся академия погрузилась в напряжение.       Вивьен было проще, так как ее подготовка началась раньше. И в целом учеба давалась ей хорошо, за исключением французского языка. Этот предмет она не любила и как бы не старалась, не понимала этого языка.       И в этом её обгоняет Даниэль, он снова оказывается одним из лучших учеников по этому предмету. За год Вивьен отметила в нем только три учебных увлечения: история, плавание и французский язык. Но это не исправляло его отвратительную репутацию. В очередной раз её размышления сводились к Даниэлю.       — Вивьен! — громко позвала её Карен, выводя из мыслей.       — А? — несколько раз моргнула Вивьен, переводя взгляд на Карен.       — Я наконец доделала доску нашего курса! Посмотришь после занятий? — мило улыбнулась она, а Вивьен вспомнила о том, как просто Карен выдумала секс с Даниэлем.       — Конечно, — ответила Вивьен, также улыбаясь.       Как только зашумел звонок с последнего урока, Карен подскочила и забрала Вивьен. Пери она не позвала и ничего ему даже не сказала, так что парень остался один, думая о том, куда же могли они уйти.       Несколько раз они чуть не врезались в других студентов, Вивьен тихо извинялась, но вряд ли ее слова кто-то услышал. Карен шла очень быстро.       Вивьен успела устать, пока они дошли до доски первого курса. Она тяжело дышала, стараясь восстановить дыхание.       — Я попросила тебя, потому что ты наша староста, — Карен чувствовала себя хорошо. — Должна первой оценить мою работу!       — Уверенна, всё просто шикарно, — Вивьен перевела взгляд на доску.       Доска была украшена огромным количеством маленьких фотокарточек, они были расположены хаотично, что делало их доску более живой и интересной. О многих снимках Вивьен и не догадывалась, как например, фото Карен и Пери, где они улыбаются и высовывают языки. Интересно, когда это было? Снимок Вивьен в рождественский бал был ужасен, как она и представляла. Она сильно жмурилась и еле заметно улыбалась на фотографии, что выглядело не совсем симпатично. Вивьен захотела попросить Карен снять это, но передумала, так как девушка очень старалась.       Фотографии Даниэля девушка тоже нашла. Везде он был с Кенни и не особо радостным, ни на одной фотографии нет улыбки. Зато Кенни улыбалась за двоих.       — И правда, очень красиво.       Помимо фотографий на доску были приклеены мелкие записочки. Больше всего выделялась одна — «Вивьен Беапринс — староста». Пожалуй, это Вивьен хотела сорвать больше, чем неудавшееся фото.       — Думаю, это лучшее оформление из всех, что тут есть, — добавила Вивьен позже. Карен практически расцвела.       — Правда? — ее глаза блестели, а улыбка такой лучезарной, что Карен могла осветить всё вокруг, но выбрала светить Вивьен.       — Да, — кивнула девушка. — У тебя определенно талант, — Карен крепко обняла Вивьен. Вивьен нервно рассмеялась и чуть отодвинулась от девушки.       Вивьен обещала помочь Пери с подготовкой к экзаменам, но только согласившись, она заподозрила, что это лишь приманка для нее.       Они заняли библиотеку и Вивьен не позволяла ничего, кроме подготовки. Но Пери был очень упертым. То и дело, пока она читала, он мог начать говорить на абсолютно другую тему, мог начать говорить Вивьен, какая она молодец и какой Даниэль засранец. Что ей не стоило ему помогать.       — Пери, я стараюсь помочь тебе сдать экзамен. Соберись, — который раз делает замечание Вивьен.       — Возможно, нам стоит немного отдохнуть. Постоянная учеба вредит мозгу, — Вивьен хмыкнула.       — Да неужели? — ухмыльнулась она. — И в какой книжке ты это прочел?       — Ни в какой. Я просто знаю это. Ну же, Вивьен, отвлекись от учебника и поговори со мной, — сдавшись, Вивьен захлопнула книгу и выжидающе посмотрела на Пери. — Другое дело, — улыбнулся парень.       — О чем поговорим?       — Ну, о чем хочешь. Меня, например, пугает, что наша Тетер отчислилась, — до этого момента никто с ней не обсуждал Тетер, Вивьен старалась скрыть свою панику. — Это странно… И, думаю, связанно с Фаумер. Они ведь общались в начале года.       — Я не знаю, почему Тетер так поступила, — ложь вышла очень правдоподобной. — И тем более, не знаю, как Даниэль с этим связан, — от имени, которое произнесла Вивьен, Пери скривился, даже не скрывая.       — Ну как же! Они сидели вместе, потом перестали. А потом Даниэлю назначили Совет, а Тетер отчислилась.       — А я стала старостой. Как это всё может быть связанно?       - Ты ведь сама знаешь, что Фаумер — злодей. Но я не понимаю, почему ты это… отрицаешь.       — Злодей? — нахмурилась Вивьен. — Откуда мне это знать? — Пери с упреком посмотрел на девушку, будто она является самым глупым человеком из всего человечества. — Может, поделишься, откуда у тебя такие мысли?       — Я хоть и не общался с их семьей с детства, но кое-что знаю. И знаю, что как бы Фаумер не делал образ хорошего человека — он жалкий убийца, который скачет за своими родителями.       — Пора вернуться к учёбе, — Вивьен проглотила комок в горле и, не посмотрев на Пери, открыла книгу. Пери тяжело вздохнул, но не стал спорить.       Вивьен сидела за своей партой и читала очередной учебник по начальной физике, стараясь выучить сложные теоремы. Её отвлекла чья-то рука, что шумно легла на парту перед ней. Рука была мужской, с тонкими, длинными пальцами. Это был не Пери.       Вивьен подняла голову, встречаясь взглядом с Даниэлем.       — Привет, — чуть заметно улыбнулся он.       — Привет? — спросила обеспокоено Вивьен. Если он подошел, значит ему что-то нужно, но что?       — Уже второй месяц ты только и делаешь, что читаешь. У тебя голова не болит? — насмешливо произнес он, склоняя голову набок.       — Какая разница? — грубо спросила Вивьен. — Тебе что-то нужно? — возможно, даже слишком грубо.       — Не волнуйся, зря беспокоить я тебя не стану, — продолжал беспечно говорить Даниэль.       — О чём?       — Скоро конец учебы, нас ждут летние каникулы и, вполне вероятно, и там мы тоже увидимся.       — Даниэль, скажи всё прямо, — нахмурилась девушка.       -Мы с семьей собираемся поехать летом в загородный семейный лагерь отдыха. По приглашённым билетам и, поэтому, вас тоже вполне могут пригласить туда. Представляешь, там расположенно самое большое озеро в нашем королевстве.       — Мне никто об этом не говорил.       — Вот видишь, сказал я. Так что, готовься к замечательному отдыху.       — В твоей компании?       — Поэтому отдых и замечательный, — ухмыльнулся парень.       Рядом с ними раздался щелчок, а вместе с этим и вспышка. Вивьен недоумевающе посмотрела в эту сторону и заметила Карен, что держала в руках фотоаппарат.       — Карен! — возмутилась Вивьен. Уже на втором снимке девушка не получилась удачно. Она даже не смотрела в камеру, не говоря о том, что хмурилась.       — Отличное фото получилось! — как будто она видела, что сфотографировала. У Карен было очень странное выражение лица, будто она была довольна своей шалостью. — Тебе, Вивьен, нужно почаще фотографироваться, — и она просто ушла. А Даниэль только хмыкнул. Повернувшись к Вивьен, он подмигнул и вернулся к своей парте.       У Вивьен складывалось ощущение, что абсолютно каждый видит её насквозь и понимает её эмоции. Абсолютно каждый в курсе, что Даниэль ей небезразличен.       До экзаменов оставался всего месяц. Но Сэлиди уверяла Вивьен в том, что это еще огромный срок и переживать минимум чем за три дня до экзамена — бессмысленно. Может, так оно и было.       Возвращаясь с занятий в свою комнату, Вивьен точно не планировала видеться с Даниэлем в коридоре. А тем более не планировала с ним разговаривать. За эти месяцы молчания ей стало легче, не было настолько большой тяги к парню, а учеба в целом смещала все чувства.       Но Даниэль снова пришел в её жизнь. Догнав еще на лестнице, он стал говорить:       — Тебе не кажется, что наше необщение затянулось? — спросил он, как подумала Вивьен, обеспокоено.       — Разве тебя это не устраивает?       — Я бы не спрашивал тебя ни о чем, если бы устраивало. Думаю, нам стоит поговорить.       — О чем же нам разговаривать? — Вивьен ускорилась. — Не помню, чтобы за эти месяца у нас появилось много тем для разговоров.       — Есть одна тема, которую мы избегали все эти месяца, — он точно говорил о их поцелуе.       — И что ты хочешь обсудить?       — Да, всё, — возмущенно ответил Даниэль. — Прямо сейчас ты ведешь себя, как обиженная стерва и это может быть первой темой для разговора. Что у тебя произошло?       — Обиженная стерва? — Вивьен остановилась. — Уж точно не тебе судить о том, как я себя веду.       — Я и не сужу. Просто подмечаю.       — Можешь прекратить это делать. Всё равно, я не собираюсь слушать твои оскорбления в мою сторону.       — О каких оскорблениях ты, блин, говоришь? — Даниэль начинал злиться.       — О тех, что постоянно исходят из твоего рта. Постоянно.       — Я хотел поговорить о том вечере, когда мы поцеловались! — сказал он громче. Вивьен посмотрела по сторонам, следя за тем, чтобы никто не прогуливался по коридору.       — Ты всё еще помнишь об этом? — подняла брови Вивьен, складывая руки перед грудью.       — Почему я не должен помнить?       — Из-за чрезмерной занятости, полагаю. На протяжении трёх месяцев ты вообще не вспоминал об этом, проводил время с Кенни, а сейчас, резко захотел поболтать по душам? Хватит строить из меня свою игрушку для забавы. Наш поцелуй — случайность. Или просто… ошибка, происшествие. Что угодно из этого. Так что и обсуждать это нет смысла. Всего доброго, Даниэль, — она продолжила движение, так и не повернувшись к Даниэлю. Он не пошел за ней.       — Я не считаю тебя игрушкой для забавы, — сказал он холодным голосом, Вивьен услышала удаляющиеся шаги. Ком в горле рос, а глаза начинали слезиться.       Она шумно закрыла за собой дверь, радуясь, что Сэлиди еще не пришла. Она позволила слезам выступить, смазать всё перед её глазами. Позволила себе сесть на пол. Позволила себе стать слабой.