Топь

Никто из компании не любил пристраститься к алкоголю. Никто из них не был зависим и от сигарет. Может Эраст и Рин могли по одной-две сигареты в день покурить, а чаще и того меньше, но это на трезвую голову, а на пьяную, разумеется, больше. Выпить же раз в месяц, раз в два месяца они могли, но точно не чаще. Как повезет и как сложатся все карты: желание, время, возможность и так далее по списку. Рик же мог злоупотреблять алкоголем, но к сигаретам имел стойкое отвращение. Даже под большим градусом. Элис могла как выпить, так и закурить, но случалось это крайне редко. Зачастую она придерживалась здорового образа жизни. Так же и Нира, только та вообще ни под каким-либо предлогом никогда не пила, и не курила. Жизель же любила выпить немного вина, может еще какой-либо коктейль повкуснее и слабоалкогольный, это для нее принципиально. Крепкий алкоголь она, как и вся остальная женская часть, не поддерживала. Но вот уже вторая ночь подряд мужская часть – в говно. Только к ним присоединилась еще и Элис. Не сказать, что они хотели этого и к этому стремились специально, просто... даже осознание того, что вы маленькой группой застряли в поезде, который ни туда и ни сюда, так или иначе наводило на определенные мысли, которые, как нельзя кстати, легче варились в голове, которая находится в пьяном состоянии. Никто о клишированных фильмах подобного рода не вспоминал. — А может они просто раньше нас проснулись? Часов там в восемь и ушли самостоятельно? — Рин, не мелети... – Начала Элис. – мы встали с утра и никого не видели, лишь туман! — Да и разбудили бы они нас! Вдруг что. – Вставил Эраст. – Слушайте, а как вам идея тупо собрать все нужные вещи и отправится назад по рельсам? — Самая здравая! – Ответили хором Рин и Элис, а после переглянулись и засмеялись, хотя еще утром были категорически против. — Значит завтра утром выдвигаемся. — А кто вещи соберет? Я? Я пьяненькая, я не соберу. — Ладно, - ответил Эраст, - ща попрошу Ниру и Жизель. Эраст медленно, слегка пошатываясь вышел из комнаты и направился к двери напротив. Он вошел, перед этим деликатно постучавшись и дождавшись ответа. Жизель уже спала, а Нира писала что-то в блокнот. — Слушай, - он сел совсем рядом с ней и приобнял за плечи, - дорогая, не окажешь услугу? — Какую? – Ответила сухо Нира, но не спешила убирать мужскую руку со своего плеча. – И по тише, Жизель спит. — Упс, простите. – Эраст перешел на шепот. - Можешь собрать все нужные нам вещи на завтра. — Зачем? - Удивилась та. — Как «зачем»? Мы завтра с утра выдвигаемся обратно по рельсам. По-моему... – Немного помолчав, он продолжил, – по «нашему», это лучший вариант. — Но МЫ, - Нира сделала на этом слове особенный акцент, - были против, не? - Взгляд Эраста притупился на, буквально, секунду, пытаясь вспомнить что было раньше… - Ладно, без проблем. Сделаю. Голос Ниры был неожиданно наполнен нежностью, по крайней мере так показалось Эрасту, впрочем, ему и “спасибо” неадекватного человека, который находится в одном краю с бедностью мыслительных функций, должно быть, показался бы чем-то заигрывающим в данный момент, разумеется. Он смотрел на нее в течении нескольких долгих секунд, молча, словно решаясь сделать какой-то очень важный, очень серьезный поступок, который обязан был изменить всю его дальнейшую жизнь. Правда, так и не понятно зачем. — И разбудите нас пораньше, пожалуйста, - после этого сказал парень и, развернувшись и чуть не упав, пошел обратно праздновать новый день. «Алкоголь – зло, хорошо, что мозги на месте, глупостей бы наговорил…» - Подумал блондин. Со стороны все было совершенно иначе. — Без проблем. – Ответила ему Нира. После этого Эраст закрыл аккуратно за собой дверь, стараясь не хлопнуть ею. Он так и не решился и, как он думал, хорошо. На лице его пропала улыбка, и появилась некоторая печаль. На что именно решиться, он и сам не особо-то и понимал, хоть и краем мозга осознавал. Возможно, печаль, но не сколько о возможном «нет», сколько о самом слове «возможном». Он ведь так и не спросил ни тогда, и ни сейчас. Эраст не был сердцеедом, пускай и имел определенную популярность в женском строю. Но он никогда не говорил такие слова на пьяную голову. Отвесив себе поклон за стойкость и за то, что не ударил вниз лицом, Эраст постарался удержаться от звездочек в глазах. Понятное дело, что так мыслил он из-за огромного содержания алкоголя в крови. Градус изменил мышление от чего, на следующее утро, парень обязательно бы смутился и, возможно даже, застыдился. Но будет это утром, сейчас же… Постояв пару секунд и вновь натянув на себя улыбку, брюнет вошел в комнату уже с другой мыслей. “Ну и хорошо. Это не то, что решается на пьяную голову,” – подвел он итог. — Давай штрафной! – Крикнули ему Рин и Элис. — Давайте по этой и одну за компанию вместе, а после на боковую. То нам еще завтра идти и идти за горы хрен пойми куда. А время уже позднее. — Полностью с тобой согласна. - Подтвердила его слова девушка, демонстративно зевнув. Время приблизилось к двум часам. Они еще немного посидели, поболтали о всяком не нужном. Рин поделился своими пессимистичными мыслями о столь долгом походе, а Элис поделилась в сотый раз своими новыми туфлями, которые, непонятно зачем, взяла с собой. Друзей это не взбесило, ведь на пьяную голову они восприняли этот жест не как что-то плохое и раздражающее, а как нечто искреннее, честное и от души за нее радовались, не задаваясь глупыми вопросами. А после они всей дружной гурьбой ввалились в комнату к мирно отдыхающим девушкам. Зачем и почему – уже не такая важная суть. Ими играл уже не разум и даже не остатки этого самого разума, а алкоголь и желание получить максимум из момента, забыв сказанные слова и обдуманные мысли десятком минут ранее. *** Рику отказали в алкоголе за вчерашнее и правильно сделали, как считали остальные. Зря он пошутил про ворону и налакался в прошлый раз в зюзю. Впрочем, первое: они сказали крикнуть, как кого завидишь, так? Так. Ну он и крикнул, почему они не довольны? Не ясно. А про алкоголь... Ну так они не лучше! Сами выпили ого-го сколько! — Вечно они меня не понимают. Я как лучше хочу же. Рик шел один, его колени уже касались воды, а икры довольно давно уже находились под водой и постепенно замерзали. — Я так и думал, что тут не глубоко. Вот дойду до Арабеля, а они дальше пускай мучаются, тоже мне! Друзья называются. Вот… - Обращался Рик скорее не для себя, а, наверное, для какого-то внутреннего товарища, друга, который шел сейчас рядом в кромешной тьме с ним и слушал его, тепло хлопая по плечу. Он дальше вел свой мучительный и грустный монолог во тьму другу, сам того не замечая, как фонарь уже не освещал дорогу, ведь освещать было, собственно, нечего. Стойкие железные рельсы были заменены каким-то мягким грунтом, который так и норовит продавится и поглотить в себя несчастного человека. Стоило поворачивать назад... Назад – это куда? Поезд не выхватывали лучи фонаря уже, наверное, приличное количество времени, а радостные крики перестали слышны буквально только что. Он один, один уже по грудь в воде. И только тишина. Лучшим решением, пожалуй, было бы не двигаться и только надеяться на то, что спохватятся и придут на помощь. Или постараться лучом просверлить дно и найти злополучные длинные жестянки и идти строго противоположному движению, что шел раньше. Не двигаться – отпадало сразу же, так как илистое дно медленно, но крайне уверенно поглощало в себя парня. А светом достигнуть дна – тоже не выйдет, все было мутным. Ногами искать их не выход, так как те уже буквально с трудом двигались из-за того, что вода была довольно прохладной. Не хотелось ему тратить последние силы на это. Что-то коснулось его ноги. Рик не придал этому значение – палка какая-то, или растение. В конце концов может это корешок странного дерева оторвался, и вот он коснулся его ноги. Если бы не одно маленькое, но очень важное “но”: деревьев и их корней он не замечал несколько добрых часов ходьбы. А сколько он уже прошел? Судя по с трудом розовеющему небу… шел он очень долго. И вновь что-то дотронулось. В этот раз настойчивей, возможно, даже царапнуло. Пускай и боли не было, но ощущения порванной штанины, прилипшей к телу, крайне остро ощущалось. Стоит быстрей куда-то идти, куда не важно, стоять на одном месте опасно! Опустив глаза вниз, он заметил маленькую струйку крови, поднимающейся к поверхности, словно плотность воды была заметно выше, плотности красной жидкости. — Черт... Ни откуда-то, а из самой головы слышались скрежеты, всхлипы и сотни голосов, шепчущие на разный лад. Становилось страшно, ведь болото, которое до этого спокойно себя ощущало, не смотря на легкий теплый ветер, ныне беспокоилось. То и дело появлялись какие-то маленькие волны. Пока вдруг не появилась особо крупная и из нее вылез... вылезло нечто бесформенное. Фонарь упал под воду и моментально погас. Сильно воняло тухлой рыбой и перегноем. Рик не успел ни крикнуть, ни сказать хоть что-то. Толком даже удивиться не успел, хотя на очертания чудовища он смотрел добрых несколько десятков секунд. Резким движением оно несколько раз ударило его и, должно быть, сломало несколько костей где-то в руках; точно было пробито нескольких ребер и исполосована вся грудь четырьмя острыми когтями. Рик замертво упал в воду и потихоньку направлялся ко дну, где его, должно быть, съест это нечто. И болото словно вскипело, за пузырилось. На этом месте, на несколько метров в диаметре, появилось красное пятно. И буквально через десяток минут наступила умиротворяющая тишина. А лужа крови в болоте исчезла. Вскоре болото озарил такой же красный свет багрового утреннего солнца, которое всеми правдами пыталось уступить у облаков себе место хотя бы на пару минут и полюбоваться этим миром, этой трагедией.