Бельмо

      Крошечный якорь осуждающе покачивается на переброшенной через два пальца цепочке.       Вправо — к пузатой, полной кружке.       Влево — к исписанным неровным почерком блеклым листам.       Вправо — к соблазну.       Влево — к истине.       — И долго вы так будете, сын вод, — снисходительная, но яркая своей искренностью улыбка.       Вправо — к каплям на тёмном столе.       Влево — к плывущим чернилам.       — Я следую выбору Отца, — ловкое движение и якорь, блеснув, исчезает в кружке, — Он указал мне на грог, — Роберт улыбается в ответ, склоняет голову на бок прежде, чем придвинуть выпивку к себе.       — У вашего «отца» хороший вкус, — замечание.       — Тише, сэр, — мягкий жест, призывающий замолчать.       — Это задело вас? — интерес.       — Мы здесь для сотрудничества, — резкое напоминание.       — Верно-верно, — торопливые кивки: широкополая шляпа едва не оказывается на столе.       — Тогда, — вдох, — Вас ждёт большая добыча, но её придется вырвать из когтей капкана, — пророчество.       — Ловушка — подарок от законников? — спешный вывод.       — Ещё монету? — протянутая рука.       — Сопьётесь, — сетование.       — Предпочту умереть от другого — например, на руках прекрасной девы, — мечтательно протянул Кинг.       — Ваш «отец» — это одобряет, — на грани вопроса.       — У него свои истины, — пророк уходит от ответа.       — Оставим это, — собеседник с этим соглашается.       — Здравое решение, — принятие.       — В таком случае, — намёк, подкреплённый стуком пальцев по краю кружки.       — Как я и сказал, вас ждёт большой кусок, — выдержанная пауза в духе портовых гадалок, Вуду-леди, — Но за ним будет следить большой пёс — он придёт с севера, к вашему счастью, его цепь будет короткой, — Роберт вновь протягивает руку.       — Я разорюсь с вами, уважаемый сын вод, — но новый золотой всё же вкладывает, и с горечью прослеживает его путь до самых складок робы.       — Вы улизнёте, если будете уходить под покровом бури, — простой совет; Кинг недоговаривает, не хочет терять шанс получить больше.       — Доверюсь вашим словам, — хлопок по столу, оставивший на потрёпанной деревянной поверхности ещё одну монету — пират понимал с кем говорит.       — Чудесно, — Кинг не тянется за платой, — Отец О’лмар благословил вас, — мурлыканье.       — А мой корабль — он тоже благословит? — шутка, доводящая пророка до оскала.       — Мы — все будем объяты его телом, — лихорадочный проблеск восхищения в чёрных глазах Роберта.       — Как скажите, сын вод, — собеседник поднимается, легко кланяется, — Был рад нашему знакомству, — прощание — он уходит, слишком спешно, жадно.       — Мы ещё встретимся, — брошенная в спину очередная клятва: одно из двух, как подброшенная монета.       Одна сторона — пират выберется из бури с добычей.       Другая — он и полный трюм пойдут ко дну.       Кинг надеется на первое: такие обычно приходят вновь — веря, что «пророк» сможет увидеть больше.       Знать то, что видения часто появляются не по его желанию и то, что этого «клиента» он выслеживал неделями, никому не нужно.       Только дураки действуют без плана.       — Ублюдок, — последняя монета оказалась фальшивкой.       Как мило.