Давай не будем умирать

***

Почему то этот парк изменился. Листья, некогда зеленые, которые начали желтеть, сейчас отливались голубым оттенком. Они словно светились, освещая большое количество дорожек, ведущих в любое направление. Почему то и сирень зацвела. Хоть и была осень, хоть и зацвела она необычными синими цветками, но все выглядело настолько реалистично. Настолько правдоподобно. Парень даже протянул руку к одной из веточек, и та, словно поняв намерение юноши, слегка склонила одну из ветвей. Слегка холодные и невероятно нежные синие цветы мягко касались ладоней. Они ярко поблескивали от внутреннего света, хотя на улице был вечер, и солнце почти село, оставляя на деревьях желтоватый свет. А еще здесь был легкий запах мяты. Он окутывал с ног до головы, одурманивал и расслаблял. Но чем ближе он шел к ослепляющему синему свету, тем сильнее ощущался запах. Приближаясь, он становился приторно сладким, словно вязким, с тяжестью оседая в легких. Идти по тропинке становилось все тяжелее, словно этот теплый запах настолько дурманил голову, что та была готова провалиться в глубокий сон. С каждым шагом ноги подкашивались, становясь ватными, а неоново синий цвет начинал резать глаза, заставляя прищуриваться и идти буквально на ощупь. Становилось душно. Все это было похоже на ужасный наркоз. Постепенно мозг плавился, мышцы расслаблялись, запах больно скоблил гортань. Не выдержав, парень все-таки упал на тропинку, покрытую мелкими камушками и влажной травой. Глаза ловили еле двигающуюся траву, маленькие капли росы, острые границы камней. Все они отливались бирюзовым оттенком, все еще напрягая глаза. А затем послышался шепот. « Есть шанс» Не было сил, чтобы нахмуриться, но парень почувствовал маленький уголек непонимания. Чувства и собственное сердце словно замерли, казалось, он и не дышал вовсе. Влажный, теплый запах мяты и повторяющееся словосочетание начали бить по голове маленькими ледышками, превращаясь в мощный град. Парень заскрипел и что-то выдохнул, и послышалась тишина. Не было запаха, не было звуков. Только ярко синий цвет и пульсирующая боль где-то в области лба. Она скатывалась ближе к виску, который находился на мокрых камнях, и из-за этого боль от режущих камушков все еще существовала и усиливалась. Из приоткрытых век было видно, как свет меркнет и наступает темнота. Слишком черная. Нереальная. В какой-то момент парень захотел открыть глаза шире или вообще вскочить, но осознал, что лежит без дыхания. Он попытался вздохнуть носом, но почувствовалась лишь роса, мешавшая даже просто лежать. Капля ее скатилась по носу внутрь, и парень буквально почувствовал, как она тяжело легла на легкие. Страх от осознания скорой кончины, ведь он не выживет без дыхания. И вот последний синий огонек потух, полностью погрузив все вокруг во мглу. В угольную темноту. Пульсирующая боль и нехватка кислорода. По инерции парень пытался вдохнуть, и чем сильнее он пытался, тем сильнее задыхался от непонятного вязкого вакуума. Еще попытка. Безрезультатно.

***

Почувствовал что-то на подобии удара о землю, Соко резко встал и тут же пожалел. Острая боль в голове заставила шикнуть и схватиться за голову, словно та могла разлететься на тысячу осколков. Дыхание было быстрым и прерывистым, ведь легкие чувствовали реальную угрозу потери кислорода. Это снова был бредовый сон. Причем сон, который был настолько реален, что даже прихватывал с собой боль. Глаза наткнулись на часы, которые показывали утреннее время. Через пару минут его бы разбудил будильник, который вежливо каждый вечер ставила мать. Мыслями парень оставался во сне, вспоминая яркий цвет деревьев, ужасно приторный запах ментола и тяжкую нехватку кислорода. Но он был здесь, в реальности, и вполне мог дышать. Разве что боль не давала вздохнуть уж слишком спокойно. Тихонько поднявшись, парень побрел на кухню. Где еще он мог получить помощь, чудодейственную таблетку от навязчивой боли. Интересно, а есть ли таблетки для снятия душевной боли? Успокоительные успокаивают, но не снимают все чувства. Алкоголь лишь создавал галлюцинации и переворачивал все мысли наизнанку. Может быть, тот самый яд, от которого отец пытался избавить сына, не такой уж и плохой. Хотя он не мог судить, ведь ни разу в жизни не видел подобных людей. Парень потряс головой, чтобы выбить чепуху из своей головы. Это лишь раздуло новую волну боли. В квартире было тихо, разумеется, ведь еще раннее утро. Но парень неуклюже доставал коробку с лекарствами, и женщина вышла на звук. — Ты уже проснулся. Молодец.- сонно сказала женщина и зевнула.- сейчас покормлю тебя. — Не надо. Дай мне таблетку для головы.- тихое. — Опять болит? Мне это не нравится. — Нервничаю много, наверное.- он хотел сказать это с намеком, но вышло как-то иначе. Женщина порылась в таблетках и, найдя нужную коробку, протянула парню. Тот запил ее водой и побрел обратно в комнату. Нужно было отлежаться хотя бы пару минут, чтобы организм понял, что он жив, что он здесь и все в порядке. Неудивительно, за ним побрела и женщина. — Соко, может сходить к врачу? Вдруг это серьезно? — взволнованно протараторила та. — Нет. Просто мне снятся бредовые сны. Это пройдет. — Что за сны? — казалось, еще более взволнованно спросила женщина. Парень шикнул и отвернулся к окну. Он не любил разговаривать. Он не мог сказать, с какого момента он перестал видеть смысл в разговорах. Просто перестал верить любым словам. Какой смысл? Ему все те годы врали, и кто знает, может быть и они сейчас врут. Говорят, что волнуются, что заботятся, а на самом деле… Откуда он мог знать, что у них на уме. Ведь все в той или иной степени двуличные твари. Те, которые обещали. Те, которые клялись. Те, кто предал. Их слова мелким хрусталем разбились о великую веру в их слова. Теперь к любым разговорам он относился иначе. Раньше ему казалось, что разговоры, долгие и осмысленные, позволяют сблизиться с человеком, узнать его получше. Можно было говорить что-то, обсуждать общие темы, радоваться, что ты не одинок. Или слушать в ответ развернутые ответы, подбадривающие слова и понимание. Ведь они вроде бы тебя понимают и принимают, слушают и им, кажется, приятно находится с тобой рядом. Так странно и мерзко от осознания, что эти светлые и яркие дни начинает окутывать мгла, и ты уже не можешь вспомнить те дни с улыбкой. Ведь тот человек, который смотрел на тебя такими чистыми глазами, теперь был тихим ужасом. Он говорит тебе ужасно колкие слова, которые болью отдаются во всем теле, словно ты упал в огромную пропасть, где тело твое проткнули миллионы острых колов. И ты лежишь, боясь пошевелиться, ведь тогда будет больнее. И поэтому теперь разум окутывает две мысли: либо продолжать лежать, страдая, но в скором времени погибнув, либо пытаться выкарабкаться. Либо один, с огромной болью и невероятным трудом, либо тебе должны помочь. Те самые новые люди, которые по волшебству должны были придти. Ведь кто-то говорит, что нужные люди сами найдут тебя. Но не всегда хочется ждать их. Ведь они так редко приходят. И либо ты оживаешь и снова пытаешься найти верное плечо, либо ты, словно восставший из мертвых, озлобляешься на весь мир за то, что он не дал тебе тех самых людей. А ты прошел через этот путь сам. Ты смог. И тебе уже никто не нужен. Но ведь идти одному с окровавленными и сломанными крыльями трудно. И тогда в игру вступает упрямость. Либо убивая, либо помогая. Слишком долго молчит. Спиной Соко чувствовал ее взгляд. Изучающий взгляд. Этот парень — кто он? Тогда, в девять лет он был иным. Совершенно другой человек. Короткие взъерошенные черные волосы, улыбка до ушей, глаза, цвета белого золота, которые так блестели, словно новую цепочку вычистили до блеска. В этих глазах плескалось столько эмоций. Этот мальчик выделялся среди других еще и беззаботным смехом и звонким голосом. Казалось, в той комнатке, одной из десятка, где жили и как-то проводили свое время дети, этот мальчик был лучиком солнца, который не позволял другим грустить. Они с мужем следили за ним в течение двух недель. Он давал маленьким свои игрушки, заступался за девочек во дворе, встревая между ними и взрослыми мальчиками, играл в догонялки с другими ребятами и мерил ругавшихся. Он и не сразу заметил этих двух взрослых людей, которые завороженно смотрели на него. То за ограждениями двора, то в проеме двери. А потом их познакомили. Сказали, что те хотят стать его родителями. Разумеется, он был удивлен. Но, наверное, еще и счастлив, ведь все хотели в семью. Неужели не так? И около года все было просто замечательно. Мальчику было все интересно, опекуны увлеченно ему все объясняли, рассказывали, учили самостоятельности. Пошел второй год, и мальчик все время говорил про нового друга, который пришел к ним в школу. Они с мужем были счастливы видеть его таким: солнечным, беззаботным, живым. А потом он отказывался стричься, расспрашивая что-то про предательства. Они с мужем разговаривали, да видимо не так и не о том. Ведь глаза мальчика менялись. Год за годом глаза тускнели, волосы росли, пряча глаза, а голос становился тише. Некоторыми волнами менялось его настроение. И они повели его к психологу. Но этот поход не увенчался успехом. Мальчик сбежал спустя пятнадцать минут. А психолог пожал плечами и сказал, что его что-то волнует, переходный возраст, не переживайте. Выписал какие-то таблетки, но подросток обманывал и не пил их. То он приходил нервным, то был неподвижным, даже не вставал с кровати. Потом он мог голодать двое суток подряд, а мог сбежать из дома и не приходить на утро. А потом была грубость. Он злился, кричал, грубил. Перестал ходить в школу, закрывал дверь в комнату, крича, что не хочет никого видеть. А потом снова ходил, но приходил с ранами и кровью на лице. И вот полгода назад в летние каникулы он подстригся. Они с мужем не сразу узнали его — чистое лицо, железно-металлические глаза, которые исподлобья косились, и тихий голос. А потом он стал вовсе не похожим — он молчал. Простое молчание стало ходить за ним тенью. Из него не вытащить ни слова. Он ходил в школу почти каждое утро, просыпаясь, тихо собираясь и уходя. Приходил сразу после занятий и сидел в своей комнате. И иногда ее посещала мысль — лучше бы он кричал, злился, но не молчал. Ведь он стал безликим. Ибо он не позволял заглянуть в свои глаза, а отвечал крайне редко. Она звонила учителям, а те жаловались, что у него плохие оценки. Говорили, чтобы родители приняли меры. А что они могли? Каждая попытка разговорить парня с треском крошилась, не давая надежду на повторную попытку. И они решили, что не будут давить на него. Мало ли, какие у него проблемы. А так он хотя бы не сбегал, был рядом, и это хоть немного успокаивало. Расскажи она кому-нибудь о том, каким мальчик был и каким стал — никто бы не поверил. Слишком большая разница, слишком другие люди. И сейчас, когда он так близко, она не может даже коснуться его. Ведь он откинут ее руку, прорычит что-то грубое, или, что еще хуже, просто уйдет. Страх того, что он не вернется, сдерживал ее от лишних прикосновений и слов. И она устало улыбалась, благодарив его за шанс просто смотреть на него. Пускай на костлявую спину, длинную шею и отросшие волосы, которые спереди слегка прикрывали глаза. Чувствовать его запах, состоящий из запаха сырости и чего-то вроде старых книг. Слышать его тихое дыхание, которое он делает с напряжением. Смотреть на него снизу вверх, ведь он так вырос. Парень не мог терпеть таких взглядов. Ведь человек непременно будет думать именно о нем, пролистывая в голове целый фильм. Рассуждая о том, что было и что стало. А он знает, что разница есть. Что она это заметила и наверняка волновалась. Он знал, что она хочет помочь, да только как? Что бы она сделала? Пустые разговоры, которые на некоторое время заглушили бы сердечную тоску, поглаживания по голове, которые дарили надежду на то, что она всегда будет рядом и обязательно поможет. Да только не будет. Рано или поздно он уедет и останется один, а голос по телефону будет лишь травмировать. Поэтому он не хотел привязываться. Ни к чему. Волновался он только за них. Пускай бы и они не привязывались к нему. Ведь будут потом страдать, волноваться и винить себя. Пускай бы они относились к нему равнодушно. Тогда его действия были бы для них пустым звуком. Тогда бы он был уверен, что их жизнь в безопасности, и они смогут действительно жить и без него. Вдруг однажды он погибнет. Что с ними будет? Они будут плакать, скучать и ругать себя, за то, что не уследили. И жизнь их превратилась бы во мрак, в сплошные страдания и скорбь по сыну. А если он уедет… Он ведь не будет звонить и приезжать, ибо решил для себя — не привязываться. А они будут ждать. И ладно, если бы они звонили ему сами, ругая за то, что он безответственный сын. Но они не будут звонить, боясь, что он их пошлет и выкинет телефон. И они снова будут страдать, волноваться. А где им найти его? Они не найдут. И их жизнь вновь окутает тьма. Он не хотел такой судьбы для них. Они не заслуживают этого. Но как им вдолбить это? Парень повернулся, сверху вниз смотря на «мать». От неожиданности, даже легкая улыбка сошла с лица женщины. Он позволил ей прочитать молчаливое послание и надеялся, что она поймет все правильно. Он смерял ее тяжелым и уставшим взглядом, а она ловила едва заметные искры из его глаз. Она даже дышать перестала, боясь спугнуть эту птицу, что все-таки села на ее руку. В воздухе ощущался диалог. Они общались глазами. И казалось, она его действительно понимает. Слегка дрожа, но она осмелилась прикоснуться своей рукой его руку. Рука парня была ледяной, и горячая ладонь женщины тянущей жарой хлынула по конечности. Парень слегка дрогнул ей, но убирать не стал. Женщина взяла его руки в свои и слегка приподняла. Эти драгоценные минуты, когда он позволил ей быть рядом. Она запоминала их, вдыхала тяжелый воздух, смотря в бездонные серые глаза. — Я всегда рядом, Соко. Я всегда пойму и приму тебя, не забывай.- тихо прошептала женщина, с трудом подбирая слова. Глаза парня все также пристально смотрели на нее, разве что странный отблеск проплыл где-то глубоко.- Я ведь люб…- ее перебили. — Нет. Не говори этого. Я и так все знаю, но тебе будет больно. Лучше вам забыть о моем существовании, чтобы потом жить нормально.- подал голос парень. — Не говори так. Я не хочу тебя забывать. Ты мой…- ее снова перебили. — Молчи! Лучше просто молчи.- парень выдернул свои руки из хватки, и отшатнулся назад, хмурясь. Пускай лучше она молчит, пускай не признается себе в этом. Все, что в голове, может измениться, а сказанные слова засядут в памяти. Так пускай она молчит. Тяжелый выдох и взгляд ее упал на пол. Счастливые минуты кончились, и она лишь вновь могла дожидаться их снова. Она сжала губы, тихо усмехнулась и вновь глянула на парня. Такой грубый, но такой родной. Она все равно его любила. Таким, какой он есть. Это был ее выбор. Это теперь ее сын. Она не забудет его. — А я все равно рядом. Не забывай меня.- прошептала женщина и покинула комнату. Тяжелая тишина повисла в воздухе, и парень некоторое время просто стоял, смотря в дверной проем. Забудет ли он её? Откуда он мог знать. Каждый день мысли его перетекали из одного русла в другое. Он не мог предугадать, что будет завтра. А здесь речь шла о долгой жизни. Но доживет ли он до весны? Парень присел, смотря в окно. Погода была тихой. Сероватое небо, легкие тучи и бьющие в окно ветки деревьев. Разговоры всегда оставляли странный след на душе. И сейчас след был смоляным, растекаясь по сердцу и поднимаясь к горлу. Живя здесь, в этом доме, он привязывался к ним. И как бы он не хотел — они уже часть его биографии. Он не сможет вырвать их из своей книги. Или все-таки сможет? Вырвет, скомкает и бросит в огонь. Забыть, словно и не было этих лет. Ведь все эти года ассоциировались с предательствами. С тяжелыми воспоминаниями. Забыть. Так легко решить и так трудно сделать.

***

Он не знал, чего хотел больше: сидеть в классе в абсолютной тишине или наоборот, снова выслушивать издевательства в свой адрес. Странные мысли заставили парня нахмуриться. Он что, скучает по этим мучениям? А может это и не мучения были вовсе. Может, он скучал по общению. Ведь так он хоть как-то чувствовал себя живым. Ведь ему уделяли внимание, тратили свое время. А сейчас это дурак Зум сидит и даже не смотрит в его сторону. Ладно, хоть, он начал болтать со своей подружкой. Такой бред, о чем он вообще думает. В этот день не было уроков, которые вел Логан. И парень нервничал, ибо должен был сказать о вчерашнем разговоре. Ведь неделя началась, и он должен что-то делать. Но что? Парень оглядывался, пытаясь найти знакомое лицо, но его не было в этой куче людей, которые ходили с этажа на этаж в поисках нужного кабинета. Что ж, он подождет до звонка. Тогда люди разойдутся, и будет лучше видно. Но лучше не стало, ведь коридоры опустели, и смотреть было не куда. Ни единой души, ни одного лишнего звука. Может, стоило зайти к нему и все объяснить. Но не хотелось. Просто ноги не шли. Силой он заставил себя подняться на нужный этаж и встать около нужного кабинета. Сверлить взглядом дверь в надежде, что она откроется, было не самым лучшим вариантом, но он не мог придумать что-то лучше. И только через десять минут двери открылись. — О! Здравствуй. Что стоишь? — удивленно спросил Логан. Парень дернулся, не ожидая открытой двери, но тут же взял себя в руки. — Надо поговорить. — Пойдем.- он за плечо слегка направил его к окну.- рассказывай. — Отец хотел, чтобы я сегодня вместо школы пошел к врачу. А я не допущу этого. В общем, я сказал, что ты будешь мне врачом. — Как это? — он поднял одну бровь и слегка улыбнулся. — Вот так. Он сказал, что даст тебе неделю. И я вроде как должен измениться за это время. Понятия не имею что делать, но лучше так, чем этот врач начнет ковыряться в моей голове.- глаза опустились на пол, а брови недовольно сошлись над переносицей. — Я тебя понял. Тогда, я могу лечить тебя? — Нет. Просто подыграй, чтобы он поверил, что ты лучше, чем те сумасшедшие. А потом он отстанет. — Подыграть… Хм, ну подыграю я тебе, а спустя неделю ты станешь таким, как прежде. И что тогда? — он прищурил глаза и слегка наклонил голову. — Разберусь. — Разберешься… Ладно, просто позволь быть твоим другом, а там все получится. — Друзьями не становятся по условному согласию. Тихий смешок и пронзительный взгляд в глаза исподлобья. Пускай этот мальчик думает, как хочет. Посмотрим, кто потом окажется прав. Соко закатил глаза. Какой бред весь этот разговор. Может быть, этот нарколог был бы не так уж и плох. Парень быстро кивнул и направился в сторону выхода. Удивительно, что не последовало каких-либо слов. Тишина помахала ему вслед, и парень покинул этот душный коридор. На улице было лучше. Не было навязчивых глаз и странных диалогов. Лишь шум ветра, который что-то шептал тебе. Что-то, что ты даже можешь услышать.

***

Дни шли медленно и вязко, не было ничего удивительного и нового. Эти три дня были практически идентичными. Разве что расписание уроков менялось. И, к слову, в эти дни психолог активно общался с ним. Взял на себя смелость поручиться за Соко, как-то изменить его. Сам Соко ничего не замечал в себе. Разве что Логан заставил все время говорить себе, что он не слабак, и что никогда не надо сдаваться. Эти слова третий день били раскаленной палкой по спине. Он не забывал их, но они как-то отягощали. Наверное, он не видел в них особого смысла. Разве от постоянного зубрения чего-либо мозг поймет главную суть? Вряд ли. Но парень знал, что надо играть свою роль, ведь очень не хотелось идти к кому-то неизвестному. От этого психолога хотя бы примерно знаешь чего ожидать. По крайней мере, он не нажалуется его родителям. Хотя… Ведь в тот день, когда он захотел поговорить с его отцом, он сказал, что заметил какие-то отклонение в нем. Значит, не стоит ему все рассказывать. Конечно, он такой же, как и те люди. Будут говорить в лицо одно, а за спиной делать другое. Тогда он больше ничего не будет говорить. Ничего страшного. Пусть тоже думает, что он в порядке. Может, он действительно в порядке и есть просто некая нехватка внимания. Ну да, все именно так. Кивнув своим мыслям, парень зашел в кабинет учителя. Что ж, осталось доиграть свою роль красиво. — Привет. Как самочувствие? — улыбнулся Логан. — Привет. Нормально. Хочу сказать, я вполне хорошо себя чувствую. Думаю, ты действительно помог мне.- легкая улыбка в конце, чтобы тот поверил. — Да? Что ж, это хорошо. Тогда твой отец поверит. Ты действительно хорошо играешь свою роль.- прищурился парень и улыбнулся. — Это правда. Я в порядке.- более уверенно. — Неужели? Покажи свою ладонь. — Что? Парень нахмурился, а вот психолог наоборот, поднял брови и уставился на парня. — Просто покажи мне свои руки. Парень неуверенно приподнял руки над столом. Они слегка подрагивали, и вскоре парень заметил лицо своего собеседника. Тот изучающе смотрел на них, а затем самодовольно улыбнулся. — У здорового человека руки не будут настолько дрожать. Не говори, что тебе холодно. — Мало ли я тяжести таскал? Да к тому же кому как не тебе знать, что так быстро человек не станет вмиг психически здоровым. — Отец поверит, и это главное. Ведь твоя задача не попасть к наркологу? Считай, она уже выполнена. А дальше все как обычно. Я не нарушу свое обещание. — Какое еще обещание? — Я помогу тебе. — Не нужна мне никакая помощь.- выпалил парень и отошел назад. — Хорошо. Делай, как хочешь.- смешок. Он развернулся и вышел из кабинета. Разговаривает с ним как с сумасшедшим. Он нормальный. А то, что в голове — остается в голове. Кому какая разница, что за тараканы у него внутри. Это его жизнь, его проблемы. Он сам справится. «Как?» — спросил внутренний голос. Если бы он знал. Для него решение всех проблем одинаково — исчезнуть из этой жизни. Не будет его — не будет проблем. Может нарваться к каким-нибудь парням из гаражей? Они побьют его. Да вот только не до смерти. А мучиться уж очень не хотелось. Может все-таки таблетки? Но какие? Парень сел на лавочку во дворе школы. Людей уже не было и можно было спокойно сидеть и дышать влажным воздухом. Хмурое небо создавало угнетающую атмосферу, под стать мыслям. Отчего-то захотелось вновь уйти в себя с помощью алкоголя. Но еще пока свежий разум твердил, что нет смысла. Он лишь забудется, а от реальности на следующий день ему не уйти. Лишь боль останется. И душевная, и в организме. Что за безвыходное положение? Соко встал со скамейки и направился домой. Может, все-таки пойти к наркологу. Пускай обнаружит проблему, пускай вылечит ее таблетками и какими-нибудь сеансами. Пускай он будет здоров. Но он ведь не сотрет память. И ему придется вновь вспоминать тех людей, вспоминать все заново. Смысл тогда от всего? Может, пускай его положат в больницу? А что, лежишь, смотришь в потолок, тебя кормят. Наверняка там неплохо. Мало чем отличается от его сегодняшней жизни.

***

— Я уверен, что это нелегально. — Брось. Почему мои клиенты такие счастливые? Потому что я вовремя и правильно им помог.- сухой и приказной голос. — Извините, но я лечу по-своему. — Зачем тогда звонил мне? — Убедиться, что Вы все такой же.- усмешка. — Ты позвонишь еще. А я буду ждать. Ведь кроме меня тебе не с кем общаться, верно? — было слышно, как тот ухмыльнулся. Попал точно в цель. Хмыкнув, парень отбросил телефон и заглянул в окно на кухне. Все эти миллиарды звезд так смахивали на людей. Так же одиноки, но у некоторых были свои спутники. Кто-то собирался в созвездия, а кто-то угасал. Но всех их объединяло одно — темное небо, обволакивающее полностью. И ведь с каждый звезды остальные звезды выглядят иначе. С каждой стороны можно было взглянуть и на ситуацию в жизни. Главное, повернуться и увидеть. А он мог это. Страх перед неудачей всегда ходил за ним, но если бы он боялся, то давно бы потух. А он стремится к луне и солнцу, поворачиваясь нужной стороной. И не потухнет. И не позволит потухнуть кому-то рядом. Ведь не для страха он пошел наперекор родителям и стал психологом.

***

Белизна. Кругом непонятный свет и нет ничего. Ни стен, ни потолка, ни пола. Где он стоит? На чем? Все кругом белое. И вот звук. Журчание воды. Смахивает на узенькую речку. Невероятно, но именно она появилась перед парнем. Начала ее не видно, а концу нет предела. Красивая мелодия природы. Затем послышался топот. Словно кто-то над головой ходил и специально отбивал какой-то ритм. Действительно, над головой появилось стекло и на нем отображались следы от обуви. Не видно ног и человека, даже обуви нет. Только появляющиеся и вмиг пропадающие следы. Где он? « Имеешь право жить» послышалось непонятно откуда. Звук эхом разлетелся по этому месту. Река и следы пропали, остался лишь назойливый звук, проходящий сквозь уши, застревая где-то в самом центре головы и бьющий раскаленным молотком. « Право жить, как хочешь». Звук менялся, дополняя предложение новыми словами. Парень хотел что-то сказать, но не смог пошевелиться. Все тело, включая голову и рот, онемело, и казалось, он даже перестал дышать. И вот белоснежная местность начала сереть. Словно виньетка, все вокруг меркло, а парень с ужасом думал, что же будет дальше. Поздно, слишком поздно до сознания дошло, что он действительно не дышит. Но организму словно этого и не нужно было. Словно кислород и дыхание — совсем ненужные вещи в жизни. Темнота окутывала, и вот парень чувствует ледяное прикосновение к своей руке. Она держит крепко, словно не пуская в темноту. Но парень даже не может оглянуться. Он замер, остолбенел. Темнота приближалась все ближе, но оставалась еще пара лучиков света. «Просыпайся» «Просыпайся!» Все вокруг дрожит, затем ходит ходуном. Словно началось землетрясение. Но голос настойчиво просил проснуться. До боли знакомый голос, но чей он? Еще и руки, которые уже стали горячими, словно раскаленные цепи.

***

— Просыпайся, Соко! — мужчина толкал парня, заставляя проснуться. Тот лишь хмурился, сильнее жмурился, но не спешил просыпаться. Тогда мужчине пришла в голову идея с водой. Раньше ведь всех так будили, и ничего, бодренькие. Прихватив с кухни стакан с холодной водой, мужчина пару секунд замешкался, а затем заметил, что грудь парня движется все медленнее и медленнее. Рука опустилась на сердце того и почувствовала, как мотор внутри бьет размеренный, но очень медленный темп. Мужчина заволновался и поставил стакан на пол, рядом с кроватью. Под ней торчала какая-то маленькая коробка. Смахивает на таблетки. Мужчина поднял ее и рассмотрел. Таблетки от головной боли. Но осталось около пол пачки. Страшная мысль закралась в голову. Нужно вызвать врача. Что же делать, пока они едут? Вдруг прыскать в лицо водой плохая идея и станет только хуже? Мужчина вновь затряс парня, а затем похлопал по лицу. Тот что-то буркнул и облизал сухие губы. Наверное, он хочет пить. Но он спит. Или он вообще без сознания? — Просыпайся уже.

***

« Просыпайся уже» эхом разнеслось вокруг. Стало темно, но руки не отпускали. Дыхание вернулось, но каждый вздох отдавался болью где-то в голове. Нужно уходить отсюда, где бы он ни был. Но он не может пошевелиться. Вновь безвыходная ситуация. Но если продолжать бездействовать, то неизвестно к чему это может привести. Когда-то он представил реку, и она появилась. Надо представить что-то еще. Солнце. Небо. Тьма действительно слегка расступилась, и на небе появились солнце и облака. Такие, какие обычно рисуют дети в альбомах. С неровными краями, со странной улыбкой и лучиками. Надо придумать что-то, что заставит проснуться, ведь именно этого требовал голос. Что должно помочь занервничать или испугаться. Шторм? Гроза? Бредятина. Надо что-то связанное с жизнью. Точно! Предательства. Вспоминай прикосновения, голос, обещание. Вспоминай светлые дни и сияющие глаза. Вспоминай нож в спину, колкие оскорбления и ненавидящий взгляд. Сердце больно кольнуло, дыхание прервалось, загоняя в голову острую боль. Главное — дышать. Он должен проснуться, ну же. « А знаешь, мне кажется, что мы с тобой обязательно поженимся» — женский голос. И вот его обладательница стоит прямо перед ним. Светловолосая девушка, с двумя розовыми прядями, обрамляющими лицо, имеющая небесно-голубые глаза, смотрела с улыбкой и открытыми руками, готовясь броситься в объятья. Сердце сделало очередной тугой удар. Не хотелось ее видеть. Хочется проснуться от этого ужасного сна. — Ну же, не стой как истукан. Мы же с тобой близкие люди.- девушка звонко засмеялась и подошла ближе. Протянула руку, коснулась руки. Ее небесно-голубые глаза стали грязно синими, волосы стали мокрыми, а лицо темным. Такая она была в их последнюю встречу. Воспоминания тут же обратились в плотную картинку. Дождь. Серое небо. Девушка без зонта, а глаза ее тусклые. Смотрит прямо в лицо, а голос безжизненно сухой. — Прости, но ведь ты понимаешь… — Но ты не можешь! — Могу! Хватит с нас. Мы не можем быть нормальной парой. Ты просто… невыносим! — Я исправлюсь! — Хватит! Я устала, Соко. Просто отпусти меня. — Не могу! Я не хочу! — Все, я уже все решила. Останемся друзьями, если захочешь. — Не уходи! Раскаты грома, словно кто-то провел палкой по огромной железной посудине. Где-то сверкает молния, сильный ветер и две души. Одна желающая внимания, тепла и любви, а вторая — свободы. Каждую можно понять. Но, ни одна из них не хотела понимать друг друга. Поэтому все кончилось так. Землетрясение. Галлюцинация уходит, начинается рябь. Цветная, затем черно-белая. Руки не было, и звуков тоже. Тишина. А за ней отдаленные звуки незнакомых людей. Что-то говорят про таблетки, потом про школу, еду. Что-то похожее на серую реальность.

***

— Что он ел последний раз? — сухой голос врача, который не впервой встречает таких глупых подростков. Сначала натворят глупостей, а им потом спасай их. — Я… не знаю. Я работал и … — Понятно. Врач делал все быстро, но правильно. Спокойная и отлаженная работа. Ничего нового. Разве что сердце мужчины, стоящего рядом, слишком громко стучало, перекрикивая мысли.

***

Была тишина, затем шепот, зовущий вернуться куда-то к ним. Холод. Дрожь. И вновь чьи-то приглушенные голоса. Сознание было какой-то влажной ватой, которая ужасно неуклюже и медленно шаром перекатывалась внутри головы. Видимо, он окончательно пришел в себя, ведь узнал рядом знакомого мужчину. Он ходил по комнате взад и вперед уже в который раз. Его шаги начинали раздражать, и парень слегка приоткрыл глаза и стал наблюдать за мужчиной. Тот не сразу заметил проснувшегося парня, а когда осознал, моментально приблизился к кровати. — Зачем ты это сделал? — взволнованный, но сдержанный голос мужчины и сверкающие грустью глаза. В ответ послышался лишь тяжелый вздох. Что он скажет? Захотел умереть, но его опять спасли? Устал жить так? А как хочешь? Да сам он ничего не знает. Маленький мальчик, который запутался в лабиринте из зеленых листьев, которые тянули к нему свои щупальца и превращались в настоящие, липкие и цепкие. То ли это было его прошлое, то ли его страхи, то ли собственное Альтер-эго. — Не помог тебе психолог. А я говорил. Слова резанули по реальности. Только не эта тема. — Помог. Просто…- он не знал, что сказать. Оправдываться, врать? Ни к чему. В какой-то момент захотелось отпустить ситуацию. Что будет, то будет. — Просто не помог. Друзья не могут вылечить болезнь.- голос мужчины был грубым, сухим и явно разочарованным. Конечно, он изначально не верил в реальную помощь этого психолога. Сам-то едва оклемался и осознал свой возраст, а пытается помогать кому-то. Тем более, его сыну, который серьезно болен. Да и как лечить зависимость с помощью мозгоправов. Тут нужен специалист. А у него как раз есть замечательный знакомый, у которого был проверенный человек. — Ладно. Мне все равно. — Завтра идем к моему врачу. — Угу.- парень повернулся лицом к стенке, утыкаясь носом в колени. Апатия накатила, и стало абсолютно все равно. Он хотел уйти из жизни. Но ведь и так нормально. Он может все время так лежать, не есть, думать и разрушать себя. А потом, может быть, выпить таблетки, выписанные врачом, ему станет немного легче, и может быть, в очень скором времени, он просто сольется с этой реальностью. Может быть, даже перестанет существовать не только для себя, но и для опекунов. И возможно, они бы сдали его в какую-нибудь клинику и, было бы неплохо, если бы они его забыли там. Ведь там он всегда смог бы разбить зеркало в ванной и вскрыть себе вены. Или открыть окно и спрыгнуть оттуда. Там не будет чего-то, что сдержало бы его. Свобода во всем. Свобода в выборе. Свобода в действиях. Хотя кто сказал, что здесь не свобода? Ведь он мог бы хоть сейчас встать, выйти из квартиры, подняться на последний этаж, открыть дверь на мансарду и спрыгнуть с крыши. Никто его не держал. Разве что собственный, еще не разрушавшийся, разум. Мужчина тяжело выдохнул и собирался встать, но что-то не давало. Волнение за сына. Он ведь тоже волновался, хотел сыну счастья. Была бы его воля, он бы остался здесь, сидеть рядом, слушать тихое дыхание и верить, что сейчас он разозлится, скажет ему что-нибудь обидное. Но хотя бы скажет. А такое молчание, такое безразличие напрягало и пугало. — Вопрос, наверное, глупый, но я его задам. Ты… пойдешь сегодня в школу? — неуверенно выдавил из себя мужчина. Пускай ответит. — Не знаю. Ответ слегка удивил мужчину. Значит, мальчик чувствовал себя вполне хорошо, раз даже рассматривал вариант посещения школы. — Если хочешь, то можешь не идти. Как твое самочувствие? Может, поешь? Парень не видел смысла идти, но и не видел смысл не идти. Одинаково все равно. Хотя что-то внутри словно двигалось, требуя пойти в школу. Чтобы поговорить с Логаном. Зачем и о чем? Он сам не знал, ведь не привязался к нему. Ведь не привязался, так ведь? Или уже видит в нем друга? Как легко он подпустил к себе человека. Но, ему вроде бы все равно. Если бы волновался, то пришел бы сам. Хотя он ведь не знает, что Соко напился таблеток. Он ведь думает, что он скоро придет в школу. Остаться дома — значило посвятить день саморазрушению. Позволить темным и злым мыслям окутать сознание, поверить в то, что ты никому не нужен. Поверить, что жизнь никчемна и ты просто пешка в этой глупой огромной игре на выживание. Позволить лежать и бездействовать. То, что он делал уже достаточно долго, чтобы осознать глупость этого действия. Надо пытаться жить. Зачем? Даже сейчас мысли начинали окутывать сознание. Избавление от них — сон или физическая боль, которая более-менее приводила разум в порядок. Надо идти в школу, чтобы не встречаться с этим тихим ужасом. — Я пойду. Есть не буду, спасибо. Парень приподнялся на локте, а другой рукой потер глаза. Слабое солнце светило в окно, раскрашивая и без того желтый линолеум в еще более яркие краски. Нужно вставать и начинать двигаться. Сбегать от этих монстров в голове. Мужчина явно удивился и быстро поднялся с кровати, будто бы боясь, что парень передумает. Но тот лишь слабо улыбнулся и направился в сторону кухни.

***

Чем он думал, когда решил придти в школу? Таблетки настолько затуманили его сознания, что до парня до сих пор не доходило его местоположение и то, что он делает. Вроде бы стоит у окна, рассматривает деревья и голубей. Последние бродили по траве, выискивая какую-нибудь пищу. Интересно, как они живут? Свободные птицы, которые могли взлететь так высоко, могли спокойно лежать и греться на солнышке, а могли купаться в теплой летней луже. Легко ли живется им? За ними ведь никто не ухаживает, ни кормит. Хотя на то они и птицы. Парень отвернулся от окна и уткнулся глазами в пол. Желудок начинало крутить от голода и недавних таблеток, голова все еще гудела, а шум в ушах усиливался от криков детей из младших классов. Его класс был где-то в столовой, а он опять в полном одиночестве. Он не мог решить даже для себя, нравится ему это или нет. Может быть, он и хотел, чтобы какой-нибудь веселый человек стоял рядом с ним, рассказывал бы какую-нибудь глупую историю, и они бы смеялись над ней. Он бы заставил его поесть или угостил бы какой-нибудь шоколадной конфетой. А потом бы отвлекал от грустных мыслей, а в скором времени и вовсе сделал из него другого человека. Такого, каким он был тогда, когда дружил с Ним. Он тоже предал его. Не сказав ни слова — уехал. Соко потряс головой, выбивая из головы глупые и навязчивые воспоминания. Смысл грустить, злиться? Смысл вообще испытывать какие-либо чувства, ведь все они могут быть уничтожены. Злость и усталость — таблетками, любовь и привязанность — предательством. Миллион примеров. Была бы таблетка от всех чувств. Тогда бы ему было бы намного легче. Хотя быть никем не хотелось. Мозг и сознания понимали, что он — существо социальное, ему требуется общение. Пускай и не хотелось себе в этом признаваться, но наедине он сойдет с ума. Ведь именно поэтому все боялись оказаться в психушке. Одиночество бы убило, обнимая голову ледяными стальными лапищами, дыша в макушку серным дыханием и воплощая самые ужасные скрытые мысли в реальность. — О, здравствуй! — Логан был явно рад видеть парня, ведь такая широкая улыбка точно выражала все его эмоции. Парень лишь вяло поднял голову, окидывая светловолосого тяжелым взглядом. Он не разделял его радость. Конечно, он ведь не знал, что тот еле выжил после этих гребаных таблеток. — Чего такой хмурый? Твой план вроде бы сработал. — Не сработал. — Почему? — Потому что я слабак. Парень даже слегка задумался, явно не ожидая такой странный ответ. — Что случилось? Соко отрицательно покачал головой, ведь не хотел рассказывать правду. — Говори.- с нажимом сказал Логан, сверля взглядом. — Я напился таблеток. Завтра иду к наркологу.- сказал брюнет, не поднимая глаз на своего собеседника. Тот точно одарит его таким взглядом, что он не уснет. — Понятно.- тяжелый выдох.- Ты хочешь этого? — Мне все равно. — Апатия. Я ожидал этого. Хорошо. Я решу эту проблему. — Какую? Что ты собрался делать? — брюнет все-таки поднял глаза, чтобы понять настрой собеседника. Тот не излучал никаких эмоций. Словно бы он собрался делать что-то обыденное. — Поговорю с твоим отцом. Схожу к тому наркологу. — Что? — Соко, ты ведь не хочешь проходить кучу обследований. Они узнают, что ты не наркоман, а затем поведут к психиатру, тот назначит таблетку и понеслась. Попадешь к нему однажды — они будут ходить за тобой следом, тяжело дыша в спину, а в нужный момент подставят носилки, чтобы затащить тебя в психушку. А ты не настолько болен. Осталось объяснить это твоему отцу. Соко тяжело сглотнул. Он не подумал об этом. Ведь они узнают, что он не наркоман. Значит, самоубийца. Значит, неуравновешенный псих. Значит, таблетки и белоснежная комната. Одиночество и смерть. — А если ты…- его перебили. — Я смогу, не волнуйся. Расслабься и учись.- мягкая улыбка и добрый взгляд. Такой теплый. Словно бы ему действительно не все равно. Как он это сделает? Зачем? Для чего? Поиграть в друга? Пускай. Посмотрим, насколько его хватит. Он зашел в свой кабинет, затем прозвенел звонок, и люди со всех сторон ринулись в свои классы. И Соко тоже.

***

— Видите, я Вас не обманываю.- голова приподнята, показывая уверенность, ладони соединены вместе, показывая настойчивость. — Просто в случае чего, вся ответственность лежит на Вас.- слегка уставший голос. Видеть зависимых людей каждый день занятие утомительное, а тут свежее живое лицо. — Знаю. Благодарю за сотрудничество. Мой телефон у вас есть. До свидания.- сдержанная улыбка и он закрыл за собой дверь. Все прошло так, как он рассчитывал. Ему не ново разговаривать с кем-то по поводу психического здоровья людей, доказывать, что он нормальный специалист, и решать маленькие проблемы его пациентов, если их можно было так назвать.

***

Парень замер напротив входной двери и уставился в какую-то невидимую точку на ней. Решил там Логан что-то или нет? Получается, он решал его проблемы. Зачем ему это делать? Жил бы своей жизнью. Но он, наверное, просто хочет поиграть в великого героя, он манипулирует им, заставляя испытывать вину и чувство, будто бы он что-то ему должен. Ладно, что он заранее волнуется? Может быть, у него ничего не получилось и он ничего не должен. Открыл дверь. Приглушенный звук с кухни. Соко снял обувь и прикрыл за собой дверь в комнату. Тяжелый выдох. Осталось ожидать отца. К слову, долго ждать не пришлось. Тот тут же появился в дверях. — Соко! Как самочувствие? — голос был вполне спокойный, даже слегка веселый. — Вполне. — Я рад. И это… завтра… мы не пойдем к наркологу. Парень даже дышать перестал, широко раскрыв глаза и подняв брови. Не верилось в услышанное. — Почему? — Почему ты сразу не сказал, что не наркоман? Еще удивительнее. — Ты бы поверил? — Ну конечно же! Ну, Соко, подраться с отморозками и наркотики — это совершенно разные вещи. — Подраться? — слегка замедленнее, чтобы самому еще раз расслышать. — Сказал бы мне сразу, что подрался. Это же со всеми бывает, возраст такой. Не повезло, что нарвался на таких балбесов, но ты хотя бы жив. Это главное. — Д.Да.- неуверенный кивок. Пазл складывался довольно красиво. И ведь Логан практически не врал. Драка ведь была. Разве что, его никто не резал. Но об этом можно и умолчать. Значит, Логан помог. Решил его проблему. Зачем и для чего? Друг? Или просто прохожий, решивший побыть рыцарем? Пустое место или кто-то больше? Наверное, не стоило принимать это близко к сердцу. Он ведь не жизнь ему спас. Хотя… — В следующий раз, пожалуйста, говори мне все сам. Зачем нам посредники в виде твоих друзей? Ладно, отдыхай. Завтра тебе в школу. — Угу.- туман в голове медленно оседал, реальность идеально вставала на свое место, и парень лишь моргнул, когда дверь в его комнате закрылась. Выдохнув, парень присел на кровать, приложив руку ко лбу. Мысли все еще слегка путались, но думать не хотелось. Усталость накрыла, и парень решил отрезать себя от этого мира спасительным сном. Хотя подсознанию было тревожно, ведь не всегда сон был спокойным. И часто мучил посильнее реальности. Особенно сегодня. Он вспомнил недавний кошмар и его словно током передернуло. Стало жутковато. Ладно, вечерняя прогулка освежит, ветер выгонит все тяжелые мысли, и Соко спокойно сможет уснуть. Ведь когда устаешь — сны вроде бы не снятся. Холодный ветер, мокрый асфальт, желтые фонари, которые местами мигают. Осень была в самом расцвете, а ведь потом будет зима. Наверняка опять не те белоснежные сугробы, о которых пишут в книжках, а снова грязные лужи, мокрая обувь, постоянные тучи и никакого желания выбираться на улицу. А ведь в детстве, с Ним, он играл в снежки. Всего одна зима оставила много приятных воспоминаний. Правда, вспоминать их было больно, но что-то внутри хотело ощутить те моменты. Момент, когда он бежал за своим другом с большим снежным шаром, мечтая закинуть тот ему за шиворот. А друг споткнулся о какой-то снеговик, упал на снег, повернулся на спину и просил руками остановиться. Но мальчик со всей дури кинул снежок в лицо друга и завалился рядом, заливаясь смехом. Это ведь победа. Он ведь догнал. Друг недовольно бурчал, откашливаясь снегом, но подхватил смех. И они лежали так минут десять, а потом какая-то женщина окликнула его друга. Соко до сих пор помнит то недовольство. Это вроде бы была его мама, ведь тот извинился и спешно направился к женщине. Та его еще долго ругала, а мальчик кивал, опустив голову. Соко помнил, как в тот ему момент хотелось защитить своего друга. Он ведь всегда боялся ее. Всегда говорил, что она будет ругаться, что он не может сделать что-либо, ведь его мама запретила. Никаких конфет, не задерживаться после школы, не мочить ноги, не пачкаться в снегу и грязи и еще очень много запретов. Соко не понимал этого, он просто не мог поверить, как можно было жить во стольких ограничениях. Даже у него в детском доме было чуть легче. Он хотя бы мог есть неограниченное количество конфет. В школе, чтобы никто не видел. Осознание того, что даже приятное воспоминание окрасилось какими-то темными красками, заставило парня остановиться на середине дороги. Куда он шел? Он и не заметил, как вышел на эту стройку. Как он еще не споткнулся? Ведь здесь не было ни фонарей, ни машин, ни людей… Тишина и тьма. Странно затягивающая и сильно пугающая темнота. Словно она смотрит на тебя в ответ. Только не куда-то в лицо, а в глаза и душу. А с каждой минутой начинала съедать часть твоих мыслей, чувств и души. А если стоять еще дольше, то начинает казаться, что там в темноте кто-то есть. И он смотрит точно в глаза. Он видит тебя. А ты его нет. И кто знает, что там за существо или человек. Может, там те самые предатели из прошлого, а может люди, которых ты обидел. Но почему то становилось страшно, словно там стоял ты. Ведь именно ты знал себя так, как не знает никто. Ведь именно ты мог придумать себе самое плохое наказание за совершенный поступок, или самую лучшую награду, если ты сделал что-то хорошо и правильно. Ведь часто люди бегут ни от серых бетонных стен, ни от осуждающих взглядов, а о себя. А от себя невозможно убежать. И чем дальше ты убегаешь от чего-то, тем быстрее наткнешься на себя. И тогда начнется саморазрушение. Ведь трудно одному. Ведь невозможно решить что-то одному, когда ты вроде бы и знаешь ответ, да только постоянные сомнения и страхи окутают тебя. И что ты сможешь? Так человек и перестает находиться в балансе с собой, перестает быть единым. И следуют отсюда все эти болезни, про которые так любят рассуждать психи. Мысли снова загнали в тупик и породили страх. Надо убираться отсюда. — Что-то прогулка становится совсем не той, что я ожидал.- прошептал парень себе и испугался, когда его голос отозвался эхом в ветре. Словно тот услышал и даже ответил ему, что-то вроде: «Действительно. Своими мыслями ты не дашь себе спокойно отдохнуть». Хмыкнув, парень ускорил шаг в сторону дома. Во сне, конечно, страшно, но там хотя бы нет этих постоянных размышлений и привычных мыслей. Там хоть что-то новое и… страшное, ведь неизвестность — пугает.

***

Несколько недель пролетели быстро, и парень с ужасом вспомнил, что только недавно начался учебный год, он видел кучу первоклашек с цветами, а сейчас… сейчас было начало ноября, желтые листья опали, луж стало больше, а солнце пряталось за хмурыми тучами. Дни перемешались во что-то наподобие бетонного раствора: серая, отвратительно вязкая и тягучая масса, которая застывала и оставляла после себя тяжелый бесформенный сгусток. Парень бы забыл, какой день недели сейчас пошел, если бы не эта «дружеская» помощь Логана. Тот действительно все это время как-то был рядом. Вроде бы и видел парень его нечасто, да только присутствие его ощущалось. Словно тот все эти дни наблюдал за ним через какое-нибудь тонированное стекло. Он его видел, а парень — нет. Один раз Логан даже рассказал что-то про свои увлечения в детстве, как он любил играть в мяч на улице и как мечтал иметь собственный волейбольный мяч. Конечно, он купил его себе сам, лет в 16, но играть толком не мог: то времени нет, то уже и не с кем. Соко в это время чувствовал себя наподобие плюшевой игрушки — он сидел, безжизненно наблюдая за происходящим, а вокруг него вертелась жизнь, бегали люди, меняя декорации, кто-то разговаривал с ним. А родители словно изменились. Этого практически было незаметно, да только отец стал более молчаливым, а мать взволнованно сдвигала брови, боясь даже взглянуть на своего сына. Это слегка напрягало, но спрашивать их о чем то парень не стал. — Соко, я подумала, что было бы неплохо съездить куда-нибудь на выходные. Что думаешь? — женщина натянула улыбку, ведь знала, сейчас парень буркнет и откажется. Он не хочет проводить время с семьей. Зачем ему это? — Я не хочу.- безжизненный и такой очевидный ответ. — П.почему? — женщина поджала губы. Была вера в другой ответ, но парень оставался прежним. — На улице холодно.- пожал плечами парень. А что бы он еще сказал? Не было желания даже разговаривать, а чтобы как-то освежиться… ни к чему. — Ладно. Знаешь, еще звонила твоя тетя. Она звала нас всех в гости на следующей неделе. Надо бы съездить. — Я не поеду. — У тебя есть время подумать. Еще целая неделя.- женщина мягко улыбнулась и вышла с кухни. Парень тяжело вздохнул и встал со стула. Он не любил поездки. В стеклянном отражении всегда виднелось что-то, что парень видеть отказывался. В небе и серых домах отражалась чужая бессмысленная жизнь. А его тетя… да даже этих людей он не мог назвать родителями, а тут тетя. Видел он ее два раза в пятом классе. Обычная женщина, тоже без детей. Жила с мужем и двумя собаками. Они еще рассказывали все время про пользу спорта, полезного питания и прочей ерунды. Тогда Соко прислушивался, даже хотел пойти на какую-нибудь спортивную секцию, но не сложилось. Парень вышел на улицу, где было еще темно. Фонари отключились, но солнце еще не настолько ярко светило. Даже тени были полупрозрачными. Парень шел, пряча шею в легкую куртку, а руки в карманы. Было холодно. Но ему словно нравилось это странное чувство. Ведь чувствуя хоть что-то, ты чувствуешь себя живым. Это касалось и голода, и боли. Может, парень именно поэтому ничего толком и не ел. Подсознание хотело чувствовать себя живым. А сейчас он начала пить по стакану воды по утрам. Какая-то полезная привычка, которую посоветовал ему Логан. Парень все равно не чувствовал никаких изменений в себе, поэтому пил не думая. Пускай, может и не зря все это.

***

Парень хотел выйти из двери школы, но краем глаза заметил приближающуюся знакомую фигуру. — Здравствуй! Торопишься куда-то? — Логан говорил со своим привычным спокойствием и нотками радости. — Привет. Никуда.- пришлось отойти от двери, чтобы не мешать прохожим людям выйти из школы. — Тогда пойдем со мной. Хочу кое-что сделать для тебя. — Что? — парень бросил взгляд на своего собеседника. Тот улыбался. — Вот и увидишь. Пошли. Он кивнул в сторону выхода и вышел первым. Было любопытно, куда они идут, но что-то мешало спросить еще раз. Словно зная, что тот все равно не ответит. Странно смотреть на свои поступки со стороны. Неужели он выглядел также, когда разговаривал с родителями? Закрытый, холодный и ты точно знаешь, что не ответит. А может он бы и ответил. — Может, скажешь, куда мы идем? — все-таки подал голос парень. — Хочу записать тебя на баскетбол.- короткий ответ и ни капли сомнения. — Чего? Какой еще баскетбол? Ты с ума сошел? — парень остановился, глядя удивленными глазами на своего собеседника. — Тебе надо учиться общаться с людьми, заводить друзей. К тому же, спорт — хорошая штука от незваных мыслей. — Ты… ты же знаешь, что я не общительный. Я даже с тобой толком не общаюсь, о чем ты.- парень напрягся, явно не ожидая услышать такой ответ. Он как минимум боялся новых знакомств, хотя где-то внутри души и жаждал их. Ведь была та наивная вера, что именно там есть кто-то, кто может стать твоим другом. Кто-то тот самый. Про кого обычно пишут в книжках. — Не волнуйся. Рано или поздно, ты должен будешь начать жить нормально. Общаться с людьми, есть хоть что-то, наслаждаться природой и так далее. — А сейчас я ненормально живу? Ты привязался ко мне, вот и общаюсь. Хватит мне. — Вот именно. Я привязался. Уйду я — ты и не заметишь. А ты должен найти хороших товарищей, с которыми бы ты мог гулять, играть, разговаривать на разные темы. — А если я не хочу? — Подсознание хочет. Не поэтому ли ты пытался убить себя? И в итоге не смог? Потому что хочешь жить. Хочешь поменять что-то, но не знаешь что именно. А это будет хорошим началом. — Ты предлагаешь мне начать новую жизнь. Я должен как все иметь друзей, думать о погоде и прочем? Зачем? — Ты не должен оставаться один.- Логан прикрыл глаза, не зная, как объяснить своему собеседнику то, что было в голове. Как донести до него, что один он долго не проживет, а его ближе к себе не подпустит. Либо это будет долго. Достаточно долго, чтобы парень успел себе навредить. Как объяснить, что как бы тот не хотел быть один — он не сможет. Его мысли сожрут его, и он никому ничего не докажет. А Логан просто не простит себе чужую смерть. Нет, о подобном даже думать нельзя. — Я не пойду. Никуда.- парень смотрел исподлобья, хоть глаза его и прикрывали волосы. Чувствовалось его желание стоять здесь или вообще уйти домой. Но ведь он не уходил. — Пойдем. Ничего страшного в этом нет. Я буду с тобой.- рука легла на плечо. Один из нехитрых приемов убеждения. Парень медлил, косясь на руку. Он ничего не теряет, а шанс найти друзей был велик. И он даже хотел этого, но страх… Ледяной страх приковывал к месту. Страх, что все эти люди окажутся не теми, что они предадут, будут ненастоящими. Очередной спектакль. Очередная сцена. — Ладно. Но если там меня будут обижать, то…- его перебили. — То я буду рядом и помогу тебе справиться с трудностями. Не волнуйся, идем.- он повел за плечо в нужную сторону, и парень пошел. С каждым шагом рос страх чего-то непредвиденного. Чего-то нового и пугающего. Разумеется, ведь он понимал — там то, чего он не знает. Там что-то новое. Миллионы мыслей в голове напоминали огромное количество мерзких склизких червей в какой-нибудь банке с чем-то отвратительно тягучим и вязким. Они медленно ползли и быстро размножались, делились. Из каждой мысли появлялось еще около трех причин не идти и около двух страхов. И вся эта картина издалека выглядела как одно разумное предложение: не ходи туда. Эта фраза ярко светилась среди этих червей и забивала своим светом любое свободное место. А затем она превратилась во что-то наподобие молотка и начала бить червей по очереди. Била изнутри, раскалывала череп. Где-то в глубине, ближе к затылку появилась резкая боль, словно там действительно что-то било. Ноги становились ватными, а руки начали едва заметно дрожать. Шаг парня замедлялся, а в какой-то момент Соко и вовсе остановился. Замер, не моргая, глядя перед собой. — Что с тобой? — спокойно спросил Логан, приподняв брови. Казалось, в голове слышался звук ползающих тварей и такой сильный звук молота. Яркий, звонкий и повторяющийся. — Я же не смогу.- едва слышно прошептал парень и все-таки сморгнул. — Почему? — заинтересованно спросил собеседник. — Они ведь… они уничтожат меня.- взгляд упал на асфальт. — Кто они? — Люди.- выдавил из себя парень. — Соко, там такие же люди как мы с тобой. У них свои проблемы, своя жизнь. А новый игрок в команде — замечательная новость. — Да я же и играть не умею.- глаза все-таки поднялись на лицо собеседника. То не выражало никаких эмоций, разве что это его фирменное спокойствие, которое порой смахивало на хладнокровие и равнодушие. — Научат, Соко. Около недели и все. Это не большой спорт. Это ведь для души. — Для души…- зачем то повторил парень и вновь опустил глаза на разбитый асфальт. Казалось, червяки успокоились, молот замедлился, но голова слегка болела. Логан некоторое время изучал своего нового друга. Интересно, если бы он встретил его на улице, то заметил бы его? Какое мнение бы о нем у него сформировалось. Высокий рост, средней длины черные волосы, худощавое телосложение и бледная кожа. Либо он какой-нибудь депрессивный подросток, либо музыкант? Хотя он никогда не судил по внешнему виду. Знал, он обманчив. Ведь как часто милая девушка грубо выражается, а какой-нибудь грубиян просто был одинок. По внешности не судят. Разве что так некоторые выбирают себе пару. Например, кому-то безумно нравятся именно черноглазые загадочные девушки, а кто-то без ума от девушек-спортсменок. Да и девушки выбирают также: портфель и аккуратная прическа — какой-нибудь статусный человек, в очках — так обязательно умный парень. А его пациенты… Они все отличались, но было и в них что-то схожее. Может, задумчивый или растерянный взгляд, а может странная энергетика. Куча вариантов. Логан еще не понял, что именно их объединяет. Вскоре он все-таки похлопал по плечу друга и повел его дальше. Идти осталось недолго, и в скором времени они стояли напротив какого-то здания. Желтый кирпич, большие окна, коричневая дверь. Здание было не самым новым, но вполне приличным. — Пошли. Короткий кивок, и Логан открыл эту железную дверь. Внутри были светлые стены, разные вывески и какие-то плакаты. Где-то сбоку было что-то наподобие стойки информации. Логан уверенно направился именно туда, а Соко медленно догонял его. Поравнявшись, он стал слышать разговор. — Можно, конечно. Оформлю документы здесь, а подробности узнавайте у тренера. — Отлично.- Логан улыбнулся Соко и направил того ближе к стойке. Девушка спрашивала личную информацию, задавала какие-то вопросы, на которые Соко замедленно отвечал. Он просто витал где-то выше земли. Он не осознавал, что действительно, именно сейчас его записывают на занятия по баскетболу, что он будет на них ходить и обязательно встретиться с какими-нибудь людьми. Мыслями он был занят убиванием червей и утешением головной боли. Из-за этого мыслям было трудно собраться, а мозгу сосредоточиться. — Отлично. Тогда пройдите вон туда и найдите дверь. Зайдите, найдите тренера, и он вам все расскажет. — Хорошо, спасибо. Логан пошел первым, оглядываясь на еле живого товарища. Трудно представить бледного человека с бледной кожей. Но сейчас эта картина не только странно забавляла, но и пугала. — Эй, ты со мной? — Логан помахал рукой перед лицом друга и тот поднял голову. Слегка дернулся и остановился. — Я боюсь. — Когда-то надо начинать. Сегодня тот самый день. Не волнуйся, я же рядом. — И как ты мне поможешь? — Ну… как минимум поддержу тебя. Парень сглотнул и уставился на дверь. — Иди. Я буду здесь. — Я пойду один? — Разумеется. Ты же пойдешь на секцию. Я не могу быть с тобой везде. Учись самостоятельности. — Ты издеваешься.- прошипел Соко и поморщился. Но уходить не стал. Он потянул на себя зеленоватую дверь и зашел внутрь. Там был коридор, по разным сторонам которого были двери. Из ближайшей справа доносились голоса людей. Смех, шумы. Глаза прочитали табличку «Раздевалка». От осознания всего стало еще хуже. Захотелось выбежать отсюда и вновь оказаться в своей черной комнате. Там и голоса были тише, и света меньше. Пройдя дальше и прочитав еще несколько табличек, парень нашел нужную дверь. Поднял руку для стука и, все-таки пересилив себя, постучал и зашел внутрь. — З…здравствуйте. Я… я…- парень мямлил и мысленно ругал себя за несобранность. Мужчина в спортивной форме сидел за столом и читал какие-то бумаги. Заметив кого-то на пороге, он поднял глаза. Какой-то странный парень что-то выдавливал из себя. Но он видит его здесь впервые, значит, новенький. — Начинающий баскетболист, да? — мужчина искренне улыбнулся и приподнял седые брови. Отложил бумаги и встал из-за стола, направляясь к парню. — Наверное. — Ну, ты это, не бойся. Поувереннее давай. Как играешь? — спросил мужчина, по-доброму похлопывая парня по плечу. Тот едва заметно дергался. — Никак. Я… я совсем новичок.- взгляд упал на пол. — А, ну отлично. Значит, недельку поучишься, а потом в команду мою пойдешь. Как раз двое ушли. Ну, будешь ты, а там может еще кто-нибудь подтянется. Сегодня мы уже закончили, но с завтрашнего дня приходи, часам к трем. Пока мои ребята играют, я тебя поучу. Захочешь — в любое мое свободное время учить тебя смогу. Договорились? — мужчина все еще улыбался, разглядывая этого странного парня. Тот был похож на подбитую птицу. Ссутулившийся, с черными волосами, которые закрывали его глаза, с тихим голосом. Но, может быть, он стесняется или у него что-то случилось. В любом случае, это не его дело. Лишь бы играл нормально. — Хорошо. До завтра.- бросил парень и вылетел из кабинета. Спокойно вздохнул только когда пролетел мимо раздевалки и увидел Логана, который бродил по коридору. — Ну как? Живой — уже хорошо.- едва заметная усмешка. — С завтрашнего дня тренировки. А потом… а потом он возьмет меня к себе в команду. А ведь там люди.- Соко нервно шагал по коридору, пальцами перебирая футболку. — Успокойся. Ты ведь не из леса. Хватит уже бояться людей. Посмотри на ситуацию под иным углом. Там куча хороших ребят, с которыми ты обязательно поладишь. С этого дня начнется настоящая жизнь. Жизнь, Соко, а не твои постоянные попытки самоубийства.- к концу предложения голос стал грубым и сухим. — Может ты и прав.- парень коротко закивал. — Прав, прав. Пойдем. Надеюсь, у тебя найдется дома какая-нибудь подходящая одежда или тут выдают.- парень усмехнулся и задумался. Они направились к выходу. Каждый думал о своем. Соко о завтрашнем дне и ближайшем будущем. А Логан о том, насколько его действия верны. Насколько он поступает правильно, ведь он практически не оставляет выбора Соко. Он решает за него. Но порой требуются настойчивость и решимость хоть кого-то, и только тогда может получиться хоть что-то.

***

Парень то и дело слышал чей-то смех, какие-то шорохи. Это не страх, это просто волнение. Но волнение это не давало спать и мучило всю ночь. Эти часы длились целую вечность. Сначала он проводил закат, потом встречал чуть ли не каждую звезду, затем сидел и беспрерывно следил за журчанием воды из крана. Шум в голове и боль в животе заставили что-то поесть или выпить. Какое-то несладкое горькое пойло, вроде бы кофе, лишь бы желудок замолчал. Затем очередные попытки уснуть, холодный ветер в окне и вот долгожданный рассвет. Он то и дело спрашивал себя, как он будет тренироваться уставшим. Но ничего не мог с собой поделать. Что будет — то будет. Еще с пяти утра парень сидел на кровати в полной готовности. Хотелось скорее уже придти в этот спортивный центр и станет легче. Ведь самое волнующее — это первая встреча. Когда все начнут судить друг друга по одежке, по внешнему виду. И часто, выводы эти не самые положительные. Все сразу делают себе пометки, мол, этот человек грустный, этот злой, этот выглядит как девочка, а этот какой-то неадекватный. Сразу вешают ярлыки, суют тебя в шаблоны и примеряют разные стереотипы. А ты потом попробуй докажи им, что их суждения не верны. Они словно слепые котята будут отмахиваться и закатывать глаза, ведь им же виднее. Вздохнув, парень решил выйти из дома. Все-таки сидел он здесь довольно долго и эти стены уже не давили, а раздражали. И вот дверь, подъезд и холодный воздух. Фонари еще не выключили, и создавалось странное чувство, что сейчас ночь, а не самое раннее утро. Не было ни людей, ни машин. Сплошная тишина и шум природы. Парень нахмурился из-за холода. Приближалась зима. И скоро будет еще холодней, а значит, надо будет носить шапку, возможно, шарф и еще что-нибудь, что спасало бы от холода. Соко не любил подобные аксессуары, ведь они, как ему казалось, меняли его внешность. И в зимней пушистой шапке он выглядел как какой-то пингвин. Поэтому он всегда снимал ее, когда выходил из дома. Порой он заболевал, но длилось это недолго, и парень вновь возвращался к своей идее. Почему-то воспоминания о зиме навеивали странное чувство спокойствия и какой-то легкой радости. Вероятно, в зимний период в его жизни происходило куда больше хороших событий, чем в другое время года. Как минимум, праздник новый год. С третьего класса он полюбил этот праздник. Такая чарующая атмосфера, яркие огни, вкусная еда. Хотя в его семье не было каких-то изысков, но это в корни отличалось от детского дома. Самое любимое его блюдо в новый год- это печенье. Мама покупала его у какой-то старой женщины каждый год и Соко его очень любил. Мягкое и рассыпчатое, пахнущее шоколадом и мятой. Он растягивал удовольствие на все каникулы и ел по одному печенью в день. Денег в их семье было немного, и позволить купить еще печенья они не могли. А Соко и не просил, ведь это было для него одним из лучших подарков. Но с возрастом, печенье словно меняло свой вкус. И в прошлом году вкус шоколада стал слабее, мятой почти не пахло. Может, эта женщина устала их делать, а может с парнем что-то случилось. Соко потряс головой, выкидывая ненужные воспоминания. Осознание, что сейчас осень, а не зима, легло тенью на парня. Он вздохнул и побрел ближе к школе, словно от этого время ускорится.

***

Может из-за недостатка сна, а может из-за волнения, но все голоса как будто стали громче, люди двигались как-то быстрее. Соко казалось, что он рыбка в аквариуме. Он тоже тихо дышит, медленно на все реагирует, будто наблюдает за окружающими из-за тонкого стекла. Учителя что-то бубнили, одноклассники что-то обсуждали, а он так и сидел, уткнувшись в одну точку. Трудно было сдерживать себя от желания отключиться от этого мира и уснуть прямо здесь, ведь хорошим это точно не закончится. Может быть, выпить кофе? Он вроде бы бодрит? Вот только где его взять? Да и пить не хочется. Ни к чему не привели его мысли, и он лишь тяжело выдохнул. Время шло достаточно быстро, и Соко был счастлив, когда прозвенел последний звонок. Он вскочил и первым вылетел из кабинета. Но быстро остановился и задумался. Нужно ли было что-то сказать Логану? Или он сам должен был пойти на тренировку? Недолго поразмыслив, он решил все-таки навестить учителя.

***

— Это хорошо, что ты предупредил меня. Но, ты уверен, что сможешь пойти один? Что действительно дойдешь? — Логан выглядел спокойно, но заинтересовано. — Думаю, что да. Хотя и не уверен.- он стоял, ссутулив спину и опустив голову. «Не уверен» — это самое мягкое, что он мог сказать. На самом деле он жутко боялся и нервничал, и страшнее всего было осознание того, что он действительно развернется и убежит, так и не дойдя до двери спортивного центра. — Так. Давай ты сам дойдешь туда, а я тебя встречу. — Чего? Нет, не стоит.- парень замялся. Разумеется, он хотел, чтобы его встретили, а лучше, чтобы проводили, но открыто говорить об этом он не собирался. Вновь показывать свою слабость? Ну уж нет. — Вот и договорились. Сейчас ты иди, тренируйся, и чтобы когда я пришел встречать тебя, ты ждал меня у двери, понял? — голос был требовательным и практически не давал право выбора. — Ладно.- неуверенное. Конечно, в душе были мысли о том, что этот парень слишком много себе позволяет, открыто указывает, что ему делать, но бороться с этим не было ни сил, ни желания, ведь он понимал, что именно это ему и нужно, иначе он сдастся и никуда не пойдет. Соко вышел из школы и медленным шагом направился к центру. У него было примерно полчаса, а дорога как раз занимала столько же времени. Целиком и полностью он отдался страху, который стал выше него и медленно и гордо шел позади, оглядывая свою жертву. Парень чувствовал страх повсюду, в каждой клетке своего тела. Что, если его выгонят за плохую игру? Что, если его невзлюбят и будут избивать? Что, если он споткнется и сломает себе что-нибудь. Знакомые червяки вновь начинали прогуливаться по извилинам сознания. И вновь они уставали просто ползать и начинали прогрызать себе норы прямо в центре мозга, чтобы засесть там надолго. Ведь он испугается, остановится, впадет в ступор, а затем со всех ног понесется домой, закроется в ванной и начнет винить себя за слабость. Тогда червяки смогут вылезти и медленно, по одному кусочку, поедать его разум, забирать все силы и здравый смысл себе, а когда в черепной коробке не останется ничего, кроме пустоты и самих червей, они разгрызут череп изнутри и убьют парня. И останется он без сознания, с широко раскрытыми от страха и боли глазами, с синими губами и бледной кожей. Нет. Нельзя позволить себе такую глупую смерть. Он идет по дороге один, без поддержки. И он знает, что будет трудно. Но надо идти. Ведь Логан все говорил верно: «Учись самостоятельности». Он ведь не может всю жизнь бегать от реальности, от людей. Ведь после школы он… а что он? Парень все-таки притормозил, задумавшись. Он никогда не думал о своем будущем. Куда он пойдет после школы? Ах да, точно! Он ведь поставил себе ужасную цель — не дожить до весны. Что ж, тогда можно было смело идти, ведь иначе не добьешься цели. Странно усмехнувшись своим мыслям, Соко веселей пошел по тропинке. Да и солнце словно стало светить ярче. Что творилось в его голове, пугало порой и самого парня, но что он мог поделать? Ведь к врачу он не пойдет, а психолог его уже лечит. Пускай, раз ему так хочется.

***

Все тот же запах, те же стены и двери. Один шаг и он окажется в коридоре. Пора. Скрип тяжелой двери. И вот он внутри коридора. Звуки из раздевалки были тише, наверное, там было мало человек. Соко замер напротив и сверлил дверь взглядом. Постучать, или войти так? А нужно ли было заходить? Может сначала к тренеру, а потом… но случай все решил за него. Дверь распахнулась, едва не ударив парня по лицу. Тот отшатнулся к стене позади и уставился на вышедшего парня. Тот был чуть выше него, с русыми волосами и яркими зелеными глазами. Такими теплыми и знакомыми. Впрочем, мало ли людей с такой внешностью? — Эй, ты чего тут трешься? — парень выпрямился и оглядывал этот черный комок сверху вниз. — Я… я…- Соко пытался что-то сказать, но получалось как обычно. Он шикнул и опустил голову в пол. Какой же идиот. — Ты типа новенький, да? — парень улыбнулся. Его забавляла такая смущенность. — Да, вроде того. — Ты форму уже взял или… хотя вряд ли. Пошли.- парень потянул Соко за собой в соседнюю дверь. Тот слегка смутился, но пошел следом. Незачем противиться, ведь тот был явно не таким уж и плохим. В этой двери был слабый свет, куча стеллажей и коробок. На одной полке парень рыскал в поисках чего-то, а затем протянул Соко стопку одежды. — Вот, держи. Если размер не подойдет — возьмешь тут сам. Ты как играешь то? — Никак.- Соко забрал одежду и исподлобья глянул на парня. Тот смахивал на какую-то гордую, но добрую птицу. Может быть, орел? — Чего? Ты совсем не умеешь играть? Значит, неделя тренировок, да? Ну ладно, у нас тренер хороший. А если ты сам захочешь- то быстро научишься. Тебя как зовут то? — Соко.- неуверенно выдавил парень и заметил едва заметное вздрагивание и остановившийся взгляд где-то в пространстве. Этот парень слегка изменился и замер, словно услышал что-то слишком удивительное или пугающее.- Ты чего? — неуверенно спросил парень, боясь помешать тому думать о чем-то. Парень моргнул, слегка расширенные глаза уставились на новенького, и только потом он слегка усмехнулся и прищурил глаза. — Редкое имя, да? Я Кэро. Приятно познакомиться.- парень протянул руку для рукопожатия. — И мне.- он ответил на рукопожатие и слегка улыбнулся. — Иди сейчас к тренеру, предупреди, что пришел, и спроси про форму. А то вдруг я зря ее тебе дал.- он усмехнулся.- Ладно, не парься. До встречи. Он похлопал парня по плечу и вышел из каморки. Соко же пару минут думал о чем-то, а затем пошел к тренеру.

***

Тренер сказал, что Соко может надеть форму, а после этого должен пойти в зал. Парень замер напротив двери раздевалки. Он даже подумал переодеться прямо здесь, в коридоре, лишь бы не встречаться с другими людьми. Но с одним он уже познакомился, и ему стало немного легче. Так что, вперед. Открыв дверь, он увидел шкафы и скамьи вдоль стен, а также несколько человек, которые вмиг уставились прямо на него. — О! Приветик. Ты кто? — шатен с узким лицом вскочил и мигом оказался рядом с парнем. — Я… я новенький. Меня зовут Соко.- парень не знал, как слиться со стеной, поэтому слегка опустил голову и рассматривал всех исподлобья сквозь волосы. — Ого! А я — Зири. Ты какой-то хлипкий, тощий весь.- шатен начал словно осматривать парня, отчего тот отшатнулся куда-то в сторону. Он не любил прикосновения чужих людей, и тем более такие наглые. Тот, словно поняв намек, отошел, поднимая руки, словно говоря: « Все, все. Уже ухожу». — Прости его, он порой слишком эмоционален. Я Киву — капитан команды. Рад видеть новичков. Как играешь? — парень выглядел добродушно, и от него веяло какой-то теплой энергетикой. Голос, наверное, мягкий. — Я не умею играть.- тихо произнёс Соко. — Ну, значит, тренер научит, а мы поможем. Не бойся, у нас хорошая команда. Соко слабо улыбнулся и еще раз рассмотрел каждого из них. Трое новых знакомых — странный эмоциональный Зири, капитан команды Киву, и просто Кэро.

***

Сначала он тренировался с тренером в зале, затем пришли остальные. Команда из десяти человек. Он изредка поглядывал на них. Такие разные. У каждого своя реакция, свои особенности. А он был не похож на них. Он вообще никогда не занимался спортом. Часто в голове проскальзывала мысль, что он вообще здесь забыл? Почему его не записали на шахматы или в какую-нибудь музыкальную школу. Действительно, почему? Неужели Логану было дело до его здоровья и прочего? Хотя, дело точно было. Но те же самые скрипка с фортепиано разве не сделали бы из него кого-то хорошего? А может дело в людях? Ну, тогда он мог бы отдать его на хор. Хотя там нужно было петь… В общем, Логан все сделал правильно. В очередной раз. Он просчитал все и выбрал нужный вариант. А значит, это к лучшему. Тогда можно было спокойно заняться спортом. В принципе, если он не будет лениться, а будет посещать тренировки, то у него все получиться. Да и ребята часто смеются и выглядят очень даже добродушно. Это точно к лучшему.