The Legend Of The One Hero IV: Transformers Prime

— Итак, что ты хочешь узнать первым делом?, — Спросил Смоукскрин, прервав мои раздумья насчёт всего произошедшего. Голубой знак в форме лица на баранке руля замигал в так словам трансформера. Я прекратил сверлить задумчивым взглядом свои колени и поднял голову, попутно украдкой глянув в окно. Мы ехали по безлюдной прямой дороге, проложенной посреди пустыни, в сторону Джаспера. Пышные белые облака, похожие на мягкую вату, безмятежно плыли на фоне голубого неба, сопровождая нашу поездку. Бледный диск солнца поливал золотыми лучами блестящий корпус гоночной машины, несущейся на высокой скорости и поднимавший за собой в воздух огромные клубы пыли. Перед лобовым стеклом, мелькала пунктирная дорожная разметка, превратившаяся под скоростью в одну сплошную линию. — Что? В смысле?, — Тупо ответил я, не сразу поняв на что намекает бело-синий автобот. Мысли смешались в один большой ком. — Артём, разве тебе не хочется всё про нас узнать? Кто мы такие, какова цель нашего существования и всё в таком духе. На базе мы эти темы не поднимали. Будь я на твоём месте, то уже бы давно начал задаваться подобными вопросами. — Пояснил Смоукскрин. — А ведь точно... Что я гадаю? Источник ответов на все, интересующие меня вопросы, прямо передо мной! Точнее, я нахожусь в нём. — Подумал я, мысленно обозвав себя нехорошим словом за свою растерянность и тупость. — Так, что?, — Поторопил меня Смоукскрин. — Ну-у... — Я помедлил, ибо не знал с чего начать. Хотелось задать все вопросы разом, но это, к сожалению, сделать невозможно, да и ехать до моего дома на такой-то скорости совсем недолго. Смоук чисто физически не успел бы ответить на всё, а до завтра ждать не хотелось, чтобы «допросить» автобота ещё. Перебрав быстренько в голове самые лучшие варианты, я наконец решился. — На самом деле, Джек, Мико и Раф уже успели немного мне о вас рассказать. — Начал я, сфокусировавшись на голубом значке на руле машины. — Правда? И что же? Надеюсь, обо мне они говорили только хорошее?, — Полюбопытствовал автобот. — Про кого-то конкретного из вас ребята не рассказывали, но я уже знаю, что вы прибыли на Землю с планеты Кибертрон и то, что существует две фракции - автоботы и десептиконы, которые постоянно между собой враждуют. Дальше, как я уже сам понял из ваших разговоров, у автоботов и десептиконов есть свои лидеры. У вас - это Оптимус Прайм, а у врагов - некий Мегатрон. Пока что это всё, что я знаю. — В конце я неуверенно пожал плечами. — Всё верно!, — Воскликнул Смоукскрин и по интонации отлично чувствовалось, что робот улыбнулся. — Вот только из всего этого вытекает мой самый главный вопрос: почему вы сражаетесь не на своей планете, а на нашей и почему именно выбрали её?, — А ведь, действительно, зачем они прилетели воевать на Землю и почему точно на неё? В солнечной системе полно других планет! И дело явно не в наличии атмосферы. Для них она попросту не нужна. — Ох, тяжело мне об этом говорить, но... жизнь на нашей планете давно угасла из-за возникшей войны, и мы больше не можем там находиться. Все города разрушены и заброшены. Остались одни руины. — Помолчав пару секунд, сказал Смоукскрин, сбавляя скорость на въезде в город. Мы проехали дорожный знак с отметкой в двадцать километров в час и неспешно направились вдоль по улице, проезжая мимо одинокие, покосившиеся от времени, домики. — Но, всё же. Вы могли остаться на Кибертроне и продолжить войну! Разрушенные здания не такая уж большая помеха. Зачем в итоге улетели?, — Спросил я, не до конца поняв причину. — Понимаешь, для нашего нормального функционирования требуется такая вещь, как энергон. Это такие светящиеся голубые кристаллы из которых синтезируется топливная жидкость, а в связи с войной все запасы были либо разграблены, либо уничтожены. Пришлось искать новые источники на других планетах, чтобы как-то выживать. Оказалось, на вашей Земле Энергона больше всего! Она буквально кишит им! Как ты, я думаю, понимаешь нам пришлось остаться здесь по ряду причин. — Я понимающе кивнул, но задался новым вопросом: откуда на Земле столько энергона, топлива для трансформеров с другой планеты? Без промедлений я решил сразу задать его: — А почему на Земле присутствует столько энергона? Каким образом эти кристаллы очутились здесь, если Кибертрон находится в миллионах световых лет отсюда? — Прости, Артём, но я думаю, что тебе это пока знать рано. — К моему большому удивлению ответил Смоукскрин. — Голова просто взорвётся от такой информации и твоя жизнь больше никогда не будет прежней! Поверь на слово. — Да ладно тебе, Смоук!, — Махнул рукой я. — Ты даже не представляешь сколько раз за жизнь я испытывал такое чувство! Уже привык. — Всё равно нет. Пускай лучше тебе это расскажет Оптимус или Рэтчет. Я уверен, они преподнесут такую информацию гораздо лучше меня. — Я понял, что Смоукскрина расколоть не получится, поэтому решил сменить тему и скорее перейти к следующему вопросу, так как мы уже почти доехали до конечной остановки. — А как вообще началась война? Что послужило её началом? — Это всё из-за ведроголового Мегатрона!, — Прорычал автобот, и я почувствовал как температура в салоне машины значительно возросла. — Но обо всё по порядку... — Смоукскрин сымитировал глубокий вздох и начал повествовать: — Когда-то Мегатрон был простым шахтёром-подрывником и имел кодовое имя «Д-16». По его собственным словам, данное прозвище он получил в связи с названием шахты, в которой работал. Однажды он угодил в так называемую «гладиаторскую яму» — место, где трансформеры бились между собой на потеху публике. В первом же бою Мегатрон смог выйти победителем. Так началась его карьера в качестве гладиатора. Он взял себе имя «Мегатронус» — в честь одного из 13-ти Праймов, который был изгнан своими собратьями. Будучи самым успешным гладиатором, Мегатронус не проиграл ни одного сражения, и тем снискал себе славу и признание. Однако, он всё больше замечал коррумпированность властей, несправедливость высшего класса трансформеров по отношению к низшему и несостоятельность строя, царившего на планете. Он познакомился с архивариусом по имени Орион Пакс, нынешнем Оптимусом Праймом, который имел схожие взгляды. Вместе с ним Мегатронус начал борьбу за свободу и справедливость. Они собрали вокруг себя множество сторонников. Когда настало время покинуть арену гладиаторов, чтобы взойти на политическую, Мегатронус сократил своё имя и стал зваться Мегатроном. Я слушал, не отрываясь от мерцающего значка автоботов в центре самовращающегося руля. Он как-будто гипнотизировал меня. Рассказ Смоукскрина заставил меня на сто процентов сконцентрироваться и погрузиться с головой в историю трансформеров. Мне было интересно всё до мельчайших подробностей, и я внимал каждое произнесённое слово напарника, удобно устроившись в мягком сиденье. — Добившись права выступить перед руководящим органом Кибертрона — Высшим Советом, Мегатрон изложил его членам своё видение идеального общественного устройства планеты, предлагая насильственным путём свергнуть старые порядки и принудить к повиновению всех несогласных. — Продолжал Смоукскрин. — Однако Орион Пакс, не веривший в то, что справедливости можно достичь насилием, произнёс речь, в которой призвал всех кибертронцев избрать нового Прайма, который объединит народ планеты и сможет добиться для них лучшей жизни без энергонопролития и жертв. Члены Высшего Совета, впечатлённые этими словами, пришли к заключению, что Орион достоин звания Прайма, но по праву носить это звание сможет только тогда, когда отыщет легендарный артефакт — Матрицу Лидерства, что ознаменует начало новой эпохи в жизни кибертронцев. Униженный Мегатрон воспринял данное решение как предательство со стороны Ориона, посчитав, что тот лишь хотел получить власть, прикрываясь пацифистскими целями. Он увёл с собой верных ему трансформеров и покинул зал, предварительно простившись с Орионом, чтобы в следующий раз встретиться с ним уже в качестве врага. Так и началась война. — Автобот сымитировал горестный вздох и умолк после продолжительного разглагольствования. — Да это... неправильно со стороны Мегатрона. — Только и смог вымолвить я, опустив взгляд. Что-то ёкнуло в глубине моей души и мне стало очень жаль бедняг автоботов, лишившихся дома из-за одного, так сказать, индивидуума, жаждущего власти. В тот момент я задумался каково было бы мне, если бы Землю постигла участь Кибертрона. Меня передёрнуло от таких мыслей, а по телу пробежали мурашки.

***

Оставшийся путь до моего дома мы преодолели молча. Я не знал, что ещё можно сказать Смоукскрину. Мне хотелось как-то утешить его, сказать нечто ободряющее и мотивирующее, но слова застряли в горле по дороге ко рту. Я не представлял, какую речь нужно произнести, чтобы подтолкнуть гигантских инопланетных роботов на спасение родной планеты, ведь никогда не умел стелить красивые речи. Я же просто обычный человек, которого они могут по невнимательности случайно раздавиться ногой, словно таракана. Каким образом я мог на них повлиять? На подъезде, Смоук снизил скорость почти до десяти километров в час, чтобы не привлекать шибко много внимания окружающих рёвом мотора. Остановившись возле моего жилища, автобот распахнул дверь. — Что ж, приятно было познакомиться, Артём! Завтра после школы я заберу тебя!, — Сказал он, когда я покинул уютный салон гоночного спорткара. — Жду с нетерпением!, — В свою очередь сказал я, и уже было собрался идти через лужайку в сторону входной двери, как внезапно остановился из-за одной мысли, врезавшийся в мозг, обернулся и спросил напоследок нового друга: — Смоук, слушай, а-а-а... существует ли жизнь на других планетах? Кроме вас, разумеется. Если существуют, такие роботы как вы, то, я думаю, это вполне вероятно. — Конечно!, — Тут же радостно отозвался Смоукскрин. — Пока мы путешествовали по космосу в поисках энергона, то натыкались на кучу планет с их невероятными обитателями!, — Тут я вновь почувствовал как что-то перевернулось в моём сознании и мировоззрении. Одно время я посмотрел много передач, фильмов и видеороликов о разумной жизни с других планет, а потом гадал есть ли нечто подобное в нашем мире. И как оказалось - есть! Причём очень много! Для меня это была очень щепетильная тема, поэтому просто представьте мои тогдашние эмоции. Это было невероятно и неописуемо! — Ну, нифига себе!, — Я просиял. — А какие они? Добрые, злые? Как выглядят?, — Не смог сдержать поток новых вопросов я, ведь был крайне возбуждён. — Артём, давай лучше поговорим об этом завтра. Я даже не уверен стоил ли просвещать тебя в эту тему, но хотя раз уж ты уже знаешь про нас, трансформеров, то почему бы и нет? Но, в любом случае, завтра! — Что ж, договорились! Пока!, — Я сделал прощальный взмах правой рукой. Дверь машины с приглушённым хлопком закрылась, и Смоукскрин не торопясь тронулся с места, уезжая и скрываясь за поворотом, а я, чуть ли не вприпрыжку от счастья и нахлынувших эмоций вперемешку с разнообразными мыслями, направился в сторону входной двери, ведущий в мой дом. Почему-то новость о том, что в нашем мире существует огромное множество разумной жизни затронула меня гораздо сильнее, нежели моё вступление в команду трансформеров. Казалось, надо бояться и паниковать от такого известия, ведь не понятно чего от неё можно ожидать, от этих инопланетян, одни только десептиконы сколько всего ужасного сделали, а там, возможно, есть ещё похуже существа, однако меня это почему-то обрадовало. Я всегда любил помечтать на эту тему, как вдруг всё сбылось и стало явью. Наверное, я думал только о хорошем, представляя автоботов, надеялся, что другие пришельцы больше похожи на них, а не на десептиконов. Как раз именно это я и собирался обмозговать, плюхнувшись в тёплую кроватку, однако, также следовало подумать ещё и над тем, как скрыть от мамы свои тайные «похождения» на базу к автоботам. Остаток дня обещал пройти в бурной мозговой деятельности. На уроки времени точно не останется...

***

Круглое мрачное помещение освещала лишь тусклая лампа, висевшая на тонком шатком креплении над хирургическим столом, расположенном в самом центре комнаты и подсветка различных колб с мензурками, которые словно музейные экспонаты были подписаны и аккуратно выставлены на полках стальных стеллажей. Внутри стеклянных ёмкостей, в мерзкой на вид мутно-зелёной субстанции, плавали оторванные части человеческого тела и некоторые конечности разных видов животных. Вдоль стен лаборатории находилось несколько инопланетных терминалов, на красных экранах которых стремительно проносились строчки, написанные на внеземном языке. Перед одним из них неподвижно стояла массивная и устрашающая фигура десептиконского учёного - Шоквейва. Его единственный алый глаз, абсолютно не выражающий никаких эмоций, смотрел куда-то между строк, будто и вовсе не замечая их быстрый поток. Однако, несмотря на это, учёный успевал прочитать и запомнить всё, а особо ценную информацию загружал на флешку, вставленную в боковой разъём компьютера. В последние время, мех круглые сутки просиживал задний бампер в своей лаборатории и внимательно изучал анализы форм жизни с планеты Земля, где недавно примкнул к армии Мегатрона. На Кибертроне давно закончились цели для опытов Шоквейва. Проект «предакон», над которым учёный трудился на протяжении долгих лет провалился и не оправдал ожидания. Возможно, тому послужил несчастный случай, вызванный десептиконом из-за неточных расчётов, а может - это была просто провальная идея - воссоздать из ДНК останков некогда существующую древнюю летающую расу кибертронцев. В любом случае, сейчас у Шоквейва был огромный простор для «творчества», так как Земля просто кишит всевозможными живыми организмами, в том числе и разумной жизнью. Люди - вот, кто по-настоящему заинтересовали гениального учёного. Хоть и на первый взгляд они показались Шоквейву лишь примитивными несуразными белковыми существами, он таки поставил задачу изучить и узнать про них всё, а для этого нужны были лабораторные образцы и подопытные. Мегатрон наотрез отказал своему новому солдату в идее похитить нескольких человек для научных исследований и велел на время, пока десептиконы пребывали на Земле, унять свою неумолимую страсть изучать новые формы жизни. Десептиконам не нужны лишние проблемы. Такой расклад, разумеется, не устроил Шоквейва поэтому одноглазый мех решил действовать через других подчинённых Мегатрона. Единственным, кто согласился помочь учёному тайком от грозного лидера доставить на Немезиду нескольких человек - был Нокаут. Десовский врач по началу не был в восторге от такой затеи, но стоило Шоквейву надавить на его слабый и немного трусливый характер, как алый мех без промедлений согласился помочь сознаковцу и выполнить его просьбу, лишь бы самому не стать подопытным кроликом безумного учёного. Шоквейв слов на ветер никогда не бросал, поэтому Нокауту всё же пришлось отлавливать для него одиноких, свернувших не на тот поворот, человек. Одним из таких «счастливчиков» оказался шестнадцатилетний парень по имени Джон Стоун. Джон не был фанатом больших компаний и, поэтому, почти всегда гулял по городу в одиночку, сунув руки в карманы и меряя шагами извилистые улицы, напоминающие с птичьего полёта коридоры гигантского бетонного лабиринта. Десептиконскому врачу абсолютно не составило никакого труда подкараулить парня в глухом, тёмном переулке и схватить его так, чтобы этого не заметили случайные прохожие. Доставив первый образец для опытов в лабораторию Шоквейва, Нокаут решил вновь отправиться в Джаспер за следующей лёгкой добычей, подумав если с первой всё прошло идеально, то и со второй дела будут обстоять не хуже. Но мех сильно ошибался... По иронии судьбы, из огромного количества людей, проживающих в Джаспере, он наткнулся именно на нового человеческого друга автоботов. Им оказался шестнадцатилетний парнишка по имени Артём, на помощь к которому сразу подоспел спасательный отряд краснозначных. Нокаут еле успел запросить у Шоквейва земной мост и сбежать в появившейся зелёный портал обратно на корабль и теперь уже шёл по мрачным, освещённым фиолетовыми лампами, коридорам Немезиды по направлению к лаборатории учёного, чтобы доложить о прошедшей операции. Десептикон шагал очень осторожно и постоянно озирался по сторонам, прикрывая манипулятором довольно глубокую царапину на грудной пластине, оставленной после атаки Бамблби. Ему не хотелось чтобы порез кто-то заметил. Особенно Мегатрон, так как сразу же начнутся ненужные расспросы со стороны лидера, которые могут похерить все планы Нокаута и Шоквейва, и тогда - пиши пропало обоим. Поэтому медик был начеку, ступал аккуратно и тихо, скользя красной оптикой по тёмным металлическим пластинам из которых состояли стены десептиконского корабля. Миновав несколько извилистых коридоров и незаметно прошмыгнув мимо рядовых вехиконов, мирно болтающих возле топливного отсека, Нокаут оказался перед дверью, ведущей в лабораторию одноглазого учёного. Постояв какое-то время в нерешительности и заверив себя в том, что под наблюдением Мегатрона Шоквейв не позволит причинить ему вред, мех шумно провентилировал системы, выпустив горячий воздух наружу. Достав свой КПК, Нокаут прислонил его к специальной фиолетовой сканированной панели. Просто так в обиталище Шоквейва не попасть. Необходимо было чтобы либо он впустил посетителя, либо у посетителя должен был быть специальный код, загруженный в КПК. Такой имелся только у Нокаута. Так что Шоквейв не боялся, что его тайные исследования кто-то увидит. Громадная дверь с механическим лязгом и скрипом ушла в стену, давая возможность алому медику попасть в зловещие покои Шоквейва. Нехотя он шагнул внутрь. Тут всегда было темно, даже темнее чем в коридорах Немезиды. Лишь одна маленькая лампочка, висевшая на тоненьком проводке, и экран терминала являлись единственными источниками света данного места. Фиолетовый десептикон безмятежно стоял возле своего компьютера, с головой погружённый в пучины новой информации. По всей видимости, он даже не услышал, как вошёл Нокаут, ведь никак не отреагировал на его появление или же просто сделал вид. Нервно гоняя в процессоре оправдательную речь, десовский врач сделал пару неуверенных шагов к центру помещения, где располагался медицинский стол. Встав поодаль от него, красный мех быстро мазнул оптикой по стеллажам с пробирками, в которых плавали останки когда-то живых существ планеты Земля. Сморщив фейсплейт в не самой приятной гримасе, Нокаут невольно подумал о том какой, наверное, отвратительный запах царит в лаборатории Шоквейва и мысленно поблагодарил Праймуса за то, что не ощущает всего этого «чуда». Тишина весьма затянулась. Чтобы привлечь внимание учёного Нокаут издал резкий звук вентсистемами, напоминающий человеческий кашель. В ту же секунду грозная фигура Шоквейва медленно повернулась безликим фейсплейтом к, внезапно нагрянувшему, гостю, впившись красной оптикой, кажется, в самую искру медика. Нокаут никогда не мог вынести этот безэмоциональный взгляд. Даже смотреть в оптику лидера десептиконов для него не так трудно, ведь всегда можно было прочитать настроение Мегатрона и понять чего ожидать. Похвалы или наказания. В случае же с Шоквейвом - от него можно ожидать что угодно. — А вот и ты. Как успехи?, — На одной ноте сказал учёный, вынимая флешку из терминала. Нокаут немного замялся, но быстро ответил: — По правде говоря... могло быть и лучше. — Он развёл манипуляторами в разные стороны. Шоквейв вновь обернулся к собеседнику и взгляд его единственного глаза остановился на ранении на груди врача. Алый мех заметил это и поспешил опять прикрыть царапину манипулятором, но было уже слишком поздно. — Я так понимаю, поимка нового образца здешней разумной жизни в этот раз не увенчалась успехом?, — Слегка склонив голову на бок, произнёс учёный. — Ну-у, в общем-то... если говорить до конца откровенно, то... да. — Тщательно подбирая слова сказал Нокаут, чувствуя как по всему корпусу пробежался слабый электрический заряд. — Что ж... Вероятность на успешный исход второй операции был гораздо ниже, чем в первый раз. Я не удивлён. — Спокойно отозвался Шоквейв, начав движение вдоль стеллажей направляясь в другой конец помещения. Десептиконский врач не сводил с него оптики, контролируя каждое его движение, словно ожидая нападения свирепого хищника на беззащитную добычу. Тем временем, Шоквейв подошёл к одной из полок и взял с неё колбу с какой-то вязкой, чуть светящейся жидкостью белого цвета, а затем прямой наводкой направился в сторону Нокаута. Бедному медику было некуда деваться. Прислонившись задним бампером к столу и крепко сжав когтями край его поверхности, он смирился и принялся ждать своей участи. Когда одноглазый учёный до минимума сократил расстояние между собой и сознаковцем, то произнёс следующие слова, протягивая манипулятор с ёмкостью: — Вот возьми. Обработай этим раствором порез и результат не заставит себя долго ждать. Нокаут сначала не поверил своим аудиосенсорам, но точно понял, что Шоквейв, по всей видимости, не собирается разбирать его на гайки. И это значительно успокоило нервную систему меха. Он еле заметно выдохнул скопившийся внутри воздух. — Спасибо. — Только лишь вымолвил алый врач, принимая лекарство. — А из чего оно, если не секрет? — Наноботы и небольшая часть синтетического энергона. Мощная регенерирующая смесь, способная за считанные секунды устранить и залатать почти любую неполадку. Моя новейшая разработка, работу над которой я начал ещё на Кибертроне. — Быстро отрапортовал Шоквейв на вопрос товарища. Нокаут как-то с подозрением глянул на жидкость сквозь прозрачный материал пробирки. Легонько потряс ёмкость в разные стороны, наблюдая как содержимое бьётся о её стенки и сказал: — Тебе удалось довести формулу синтетического энергона до идеала? — Так и есть. — Кивнул мех. — Из-за старого и вышедшего из строя оборудования в моей прошлой лаборатории разработка шла крайне медленно, но с ресурсами на данном корабле мне удалось-таки достичь желаемого результата в ближайшие сроки. — Что ж, поздравляю. — Без особого энтузиазма в голосе произнёс Нокаут. — Надеюсь хотя бы это ты не собираешься скрывать от Мегатрона? Эта субстанция значительно поможет всем десептиконам. Благодаря ей мы сможем гораздо быстрее лечиться и станем намного выносливее автоботов. — Не беспокойся. Я проведу презентацию данного лекарства нашему лидеру в самое ближайшее время. — Заверил врача Шоквейв. — Ну, тогда... я пойду?, — Поинтересовался Нокаут, у которого совсем не осталось желания прибывать в лаборатории красноглазого учёного. Сейчас его больше привлекала мысль об избавлении от полученного ранения, которое испортило его шикарную полировку. — Да, можешь идти. — Ответил Шоквейв и неспешными шагами отправился к стеллажам с медицинскими принадлежностями. Прижимая к грудной пластине колбу с лечебной жидкостью, алый медик проводил взглядом силуэт компаньона, исчезнувший в темноте, и поскорее направился к выходу, но на полпути его вновь отвлёк монотонный голос Шоквейва: — Надеюсь, твоя следующая вылазка пройдёт более удачно. Нокаут замер, словно парализованный. Казалось, что в этом безэмоциональном голосе впервые прозвучали слабые нотки угрозы. Проглотив скопившуюся в вокодере жидкость, мех промолвил не оборачиваясь: — Можешь в этом не сомневаться. Произнеся слова выше, Нокаут пулей вылетел из кабинета Шоквейва и замер по ту сторону двери, шумно закрывшейся за его спиной. Корпус настолько сильно разогрелся, что казалось, краска сейчас просто поплывёт с него разноцветными ручьями. Приходилось очень часто пропускать прохладный воздух по вент-системам дабы сбить поднявшуюся температуру. — Фух... Кажется, пронесло. — Тихо сказал вслух Нокаут, проводя тыльной стороной ладони по белоснежному лбу, смахивая невидимые капельки пота. — Теперь надо разобраться с этим... — Он поднял манипулятор в котором сжимал лечебную смесь из наноботов вперемешку с синтетическим энергоном и поднёс её к оптике. Несколько раз ещё встряхнул пробирку и, пожав плечами, потопал по направлению в медкабинет. Пока Нокаут шёл по, уже давно выученному, маршруту, звонко стуча об пол сервоприводами, то позволил себе немного предаться размышлениям насчёт его тайной работы на Шоквейва. Хоть ему было, по большей степени, всё равно на людей, однако видеть их расчленённые трупы, плавающие в пробирках на стеллажах в лаборатории учёного, ему было крайне неприятно, и совесть помаленьку начинала грызть его искру. — Они ведь разумные существа! Пускай хоть и не такие совершенные, как трансформеры, но они всё же продолжают развиваться и становиться умнее. Чем люди заслужили к себе такое отношение? Зачем их мучать? Даже Мегатрон это понимает, но не Шоквейв... Ему лишь бы поизучать что-то, да эксперименты провести. Никакого сострадания! Бездушное ведро с болтами! Как бы мне от него отвязаться... Глубоко задумавшись, Нокаут не заметил, вышедшей из-за угла Эйрахниды и благополучно врезался в неё, чуть не выронив целебное вещество и не сбив фемку с сервоприводов. — Эй! Смотри куда идёшь, остолоп!, — Оскалилась паучиха, обнажив острые дентопластины. Её многочисленные паучьи лапки опасно приподнялись за спиной, готовясь в любой момент пронзить корпус медика. — Вот зараза! Ещё и Эйрахниды мне не хватало!, — Мысленно выругался Нокаут, смахивая с себя манипулятором невидимую пыль. Злить фем сейчас явно не входило в его планы, поэтому врач поспешил извиниться за случившийся казус: — Прости меня. Я немного задумался. Фиолетовая оптика паучихи подозрительно сузилась, будто она хотела уличить товарища в обмане, и в ней промелькнуло несколько шальных искорок. Эйрахнида была очень любопытной десептиконшей, любивший посплетничать и попускать слухи, поэтому в силу своей природы просто не могла не поинтересоваться о чём конкретно задумался врач. — И о чём же?, — Сложив манипуляторы на груди спросила она. — Да так ничего особенного. — Отмахнулся Нокаут, пряча за спиной колбу и порез на груди. — Об уличных гонках, полировке, новых заданиях от Мегатрона... — Перечислял он, стараясь перевести тему. — А мне кажется тут дело кое-в чём другом... — Протянула Эйрахнида, подавшись вперёд и стараясь заглянуть за спину алого врача, но тот, благодаря в основном своему росту, не позволял ей этого сделать. — Что там у тебя? — Ничего. Просто куб энергона, который я собираюсь выпить у себя в медкабинете. — Ляпнул первое, что пришло в процессор Нокаут, делая пару шагов назад стараясь обойти фемку вдоль стены. — Тогда почему бы тебе не поделиться частью энергона с такой милой фем, как я?, — Хитро улыбнулась Эйрахнида, не сводя оптики с цели. — Милой? Бр-р! Кому она вообще может показаться милой?, — Подумал про себя Нокаут, продолжая обходить собеседницу и радоваться, что она не умеет читать мысли, ибо в противном случае он бы уже давно ржавел на свалке, разорванный на кусочки. — Прости, Эйрахнида, но, боюсь, порции хватит только на меня одного. Надо восполнить силы. Вдруг Мегатрон внезапно пошлёт меня на очередную вылазку, а я буду не в форме? Фейсплейт паучихи сменил хитрую гримасу на самое обычное выражение. Кажется Эйрахниде уже самой порядком поднадоел этот пустой разговор с врачом, и ей захотелось отправиться по своим обыденным делам: шататься целый день по кораблю или тупо стоять где-нибудь, подпирая его стены, и ждать пока Мегатрон вызовет к себе для нового поручения. Опустив свои многочисленные конечности вдоль тела, Эйрахнида проговорила слега уставшим и скучным голосом: — Ну, ладно. Как хочешь. Делать мне что ли больше нечего, кроме как с тобой болтать? — Вот это правильные мысли. — Заметил Нокаут. — Ещё увидимся, Эйрахнида. — А как же!, — Усмехнулась фемка и, грациозно развернувшись на каблуках, неспешно пошла вдоль коридора в противоположную сторону от Нокаута, звонка цокая сервоприводами. Алый медик же, в свою очередь, в который раз шумно провентилировал системы, а затем поспешил быстрее добраться до медкабинета.

***

Дверь ушла в стену, открывая проход в помещение, где располагалось больничное крыло Немезиды. Нокаут с банкой, в которой весело бултыхалась белая светящаяся жидкость, вошёл внутрь, направившись через весь зал к столу, где были навалены груды гаек, шестерёнок, болтов и другой мелочи. Место обитания Нокаута не шибко то и отличалось от логова Шоквейва, но в отличии от лаборатории одноглазого учёного в кабинете алого медика было гораздо уютнее. Хоть и не прибрано. В основном за счёт хорошего освещения и отсутствия пробирок с биофрагментами различных живых существ. Нокаут одним движением смахнул со столешницы разбросанные гайки, часть из которых со звонким лязгом упала и покатилась по полу, и на освободившееся место поставил банку с целебным веществом. Затем метнулся к стеллажу, взяв с полки металлический продолговатый предмет, чтобы с помощью него наносить раствор на рану. Марать пальцы в неизвестной разработке Шоквейва медику не очень хотелось. Вернувшись наконец к пробирке, Нокаут открыл её и медленно стал погружать прибор внутрь, макая его в липкую субстанцию. — Надеюсь он не решил меня отравить таким способом?, — Высказал он вслух назойливую мысль, вертевшуюся в процессоре всю дорогу до мед-кабинета. Вынув инструмент из пробирки, Нокаут, не без страха, поднёс его смоченным концом к месту ранения. Пару секунд поколебавшись, он всё-таки решился провести процедуру, ибо другого выбора у врача не было. Рану надо было вылечить немедленно, чтобы она не привлекала внимание десептиконов, и разработка Шоквейва была единственным вариантом, способным решить данную проблему. Лёгким и медленным движением, едва прикасаясь к корпусу, Нокаут осторожно провёл инструментом вдоль глубокого пореза. Как сказал красноглазый учёный: результат не заставит себя долго ждать. Так и произошло. Не успел мех довести стержнем до конца раны, как она уже начала прямо у него на оптике стремительно затягиваться с другой стороны! От такого зрелища вокодер алого врача невольно открылся, а ярко-красная оптика сильно расширилась. Такого скорого эффекта он явно не ожидал. Уже через считанные секунды от недавнего пореза ни осталось и следа! Грудная пластина была абсолютно чистая и ровная, даже полировка сохранилась! Прибывавший в нехилом шоке врач, отложил медицинский прибор в сторону и дотронулся кончиками пальцев до вылеченного места, не веря в произошедшее. — Вот так фокус... — Присвистнул Нокаут. — Не ожила от тебя такого прорыва, Шоквейв. Не ожидал... Входная дверь за спиной десовского врача открылась, и в помещение вошёл разрушитель Брейкдаун - лучший друг и ассистент Нокаута. Обнаружив товарища в другом конце кабинета, он направился к нему, гремя массивными стопами и попутно проговорив: — Привет, Нокаут. Чем занят? — Тестирую новую разработку Шоквейва. — Ответил алый мех, продолжая восхищаться результатом. — Что он там ещё придумал?, — Усмехнулся громила, подходя ближе и заглядывая за плечо друга. — Полюбуйся!, — Нокаут немного посторонился, давая Брейкдауну возможность взглянуть на колбу с регенерирующим веществом. Рэкер своим единственным здоровым глазом внимательно уставился на белую переливающуюся жидкость, изучая её внешний вид. — Ну, это мало мне что даёт. Можно подробней?, — Переведя взгляд на Нокаута спросил он. — Говоря кратко: кажется наши медицинские услуги десептиконам больше не понадобятся, ведь эта субстанция мгновенно может вылечить почти любую травму! Просто надо нанести её на больное место и наноботы вместе с синтетическим энергоном мгновенно справятся с задачей, устраня неисправность!, — Объяснил врач. — Ну хоть какая-то польза от этого болвана. — Рыкнул разрушитель сжав кулак. — А то сидит постоянно в своей лаборатории часами напролёт и какой-то мутью страдает! — И не говори. — Поддакнул Нокаут, вспомнив чем там в тайне от всех занимается Шоквейв. — Кстати, новых поручений от Мегатрона пока не поступало? Я просто только вышел из оффлайна. — Поинтересовался Брейкдаун. — Пока нет, но ты можешь, раз уж тебе сейчас нечего делать, отполировать меня. Заодно как раз делом займёшься. — Хитро улыбнул Нокаут. — Как скажешь! Ты же знаешь, я мастер своего дела!, — В ответ улыбнулся мех, направившись за полировочным инструментом, а Нокаут, уставший от последней вылазки, приготовился расслабиться и в скором времени стать ярче на пару тонов.