И мы горели в адском пламени (Мальбонте)

      «Итак…» — сказал Мальбонте, прикасаясь к зеркалу и делая из него портал.       И как бы ни был велик соблазн скрыть детали, вражду, которую они прошли перед тем, как стать друзьями, сражение на противоположных сторонах… Ангело-демон, как всегда, расценил, что нет ничего хуже лжи и равнодушия.       Особенное отторжение у брюнета вызывала необходимость рассказать, что когда-то у Вики и Люцифера были очень тесные отношения, от которого она как раз и ушла к Мальбонте. В данной ситуации этот факт был совсем некстати. И как сказала Вики перед сном: «Это прям проблема проблем».       Но шаг вперед уже сделан, осталось лишь лететь в пропасть. Сделав зеркало Библиотеки Ада порталом в прошлое, Мальбонте снова начал свой рассказ, который отрепетировал вчера ночью с Вики, а зеркало услужливо показывало все события.       Как это работает, они опять же прошли с Вики: сначала рассказ, который как ключ открывает дверь к бесконечным коридорам памяти каждому бессмертному. И вот дверь открыта, и ты идешь по коридорам, удивляясь, откуда в том здании, которое ты знал так хорошо, еще сотни этажей, уходящих вниз, о которых ты не имел никакого понятия. И вот ты идешь по коридорам этих этажей и не понимаешь, как мог забыть об их существовании. Теперь же ты можешь рассмотреть каждую деталь, даже из тех, что упустил рассказчик.       В какой-то момент, начав вспоминать, Люцифер перевел на Вики полные непонимания глаза. «Как ты могла?» — беззвучно говорили они. Снова это непонимание, которое так тяжело проходила Вики в прошлый раз.       «Прости еще раз», — одними губами проговорила она.       Было очевидно, что вместе с остальными деталями Люцифер вспомнит и это. Сейчас в нем боролась дружеская симпатия к Мальбонте и Вики с этими некстати всплывшими воспоминаниями, которые поднимали, может, и не ненависть, но все то, что уже однажды было пройдено с таким трудом.       Ости, и без того скупая на проявление теплых чувств, поджала губы, вспомнив, как долго вытаскивала Люцифера из депрессии после войны и предательства Вики. Да, они все дружно пережили это, так как все стороны приложили невероятные усилия. Но это произошло годами позднее. Сейчас же память снимала корку принятия, заново заставляя переживать самые острые моменты. И это в дополнение ко всему тому, что переживала сейчас вся компания от общей истории.       Сильнейшие ангелы и демоны, повелители Ада и морской дракон стояли, раздавленные суровой реальностью, о которой не имели ни малейшего представления еще утром. Как реагировать на такое?       Секрет небес и правда о Шепфа и Шепфамалуме, без сомнения, стали потрясением, но еще больше их потряс тот, с кем друзья столько времени существовали бок о бок и даже подружились за последнее время… Он оказался причиной войны, повлекшей столько смертей бессмертных… Он боролся за дело, которое считал правым. Но можно ли оправдать этим войну?       В прошлом друзья, конечно, приняли его взгляды и идеи. Да и будем откровенны, не принять их не было смысла: старый режим уже исчез, Шепфа нет, Шепфамалум остался заточен. Выбор был невелик: уйти в добровольное изгнание, как сделал давным-давно Фидеро, поднимать сопротивление (это было очевидно бесполезно), жить, смирившись, или же попытаться принять взгляды и найти плюсы. Они выбрали последнее. Плюсы, без сомнения, были. Но на принятие ушло много времени, а Мальбонте был чрезвычайно терпелив, поскольку хотел здорового сообщества бессмертных, в котором рассчитывал растить своих детей с Вики в любви и понимании.       Но в прошлый раз они сделали свой выбор на войне и выбрали противоположную сторону. И как же стоит поступить сейчас?       Люцифер заговорил первым: «Ты же понимаешь, что каждому из нас надо будет подумать, верно?»       Ости взяла его под руку в знак поддержки. Она также некстати вспомнила, как проводила ночи в лагере Мальбонте за попытками стать новой повелительницей Мира. И от этого неожиданного прозрения пока старалась избегать смотреть в глаза Мальбонте. В ее голове возникла мысль: «Не хотелось бы, чтобы Люци когда-то узнал об этом».       «Разумеется», — ответил Мальбонте. Он и не ждал легкого пути. Не могло все пройти так счастливо и гладко, как с Вики.       «Лучше пусть удача останется в отношениях с Вики, — твердо подумал он, — с остальным я разберусь, так или иначе».       «И тем не менее, история и память бессмертных должны быть восстановлены, чтобы каждый принял решение для себя. Надеюсь, в целесообразности этого никто не сомневается?» — спросил Мальбонте. Никто не сомневался.       «Ты знаешь, что нужно делать?» — тихо спросила Мими.       «В теории… интуитивно. Как будто книгам тоже нужно дать вспомнить», — так же тихо ответил Мальбонте.       Он подошел к столу, на котором Люцифер и Ости собрали книги с историей бессмертных, пишущие сами себя. Положил книгу, после которой начинался период неизвестности, сверху на нее положил ту, которая завершала период исторического провала. Опустил на них свою правую ладонь и закрыл глаза… По его руке в книги черным потоком потекла энергия, вместе с которой в них проникало все то, что ангело-демон вспомнил недавно через боль. Это сопровождалось гулом, отражающимся от стен библиотеки и вызывающим утробный ужас у присутствующих, и мощным потоком воздуха в виде торнадо вокруг Мальбонте с книгами.       Казалось, такая сила просто разметает всю библиотеку, но она была плотно сконцентрирована в одной точке, не выходя за ее пределы.       Вокруг лежащих на столе книг начали одна за другой быстро появляться новые. Сначала лишь их полупрозрачные образы, которые спустя несколько мгновений обретали «плоть», открывали новую и новую страницу, заполняемую текстом с невероятной скоростью.       Этот процесс продолжался достаточно долго, пока остальные бессмертные сидели в стороне, наблюдали за происходящим и каждый обдумывал свое решение. Когда книги восстановились, память начала возвращаться к друзьям еще быстрее.       «Вероятно, это же сейчас происходит и с остальными бессмертными», — произнес Дино.       «Вероятно так, — ответил Мальбонте, — надо сделать дубликаты. Если эти книги снова уничтожат, бессмертные не потеряют память снова, пока существуют копии. И их необходимо спрятать».       «Знаешь, где?» — Лой всегда принимал сторону в последний момент, так как считал себя независимым и старался избегать такого присоединения. Но сейчас он с грустью понимал, что выбор его уже определен. Он обдумывал, кого из морских драконов он мог бы еще позвать в сопротивление. Но свое решение не собирался озвучивать до последнего момента, чтобы сохранить нейтралитет.       «Да. Знаю, — ответил Мальбонте, — у меня, как я вспомнил, остался тайник в подпольном лагере со времен войны».       Похожим способом ангело-демон сделал дубликаты вновь обретенных исторических книг.       Мими и Дино переглянулись и одновременно вздохнули, второй раз сражаться на стороне, противоположной Вики, сейчас, вспомнив все, было просто абсурдом. Они и сами, как и вся школа, давно стали сопротивлением. Мальбонте…. Не вспомни они историю, пошли бы за ним, не раздумывая. За кем, как не за ним? Но память о потерях и борьбе на разных сторонах явно портила все. Они посмотрели в глаза друг другу, но тоже решили не озвучивать пока свою позицию.       «И еще. Какое бы решение вы ни приняли, нам все равно стоит держаться вместе, по крайней мере до тех пор, пока это возможно. Слишком много потерь пришлось пережить в прошлый раз. Я приложу все усилия, чтобы минимизировать их в этот. Но я уважаю ваше право на выбор и приму его достойно… как и в прошлый раз», — серьезно сказал Мальбонте.       Они расставили книги по местам в соответствии с хронологией, наложили на них защиту, забрали дубликаты и полетели в подпольный лагерь. Все в том же составе: Мальбонте и Вики, Дино и Мими, Люцифер и Ости, Ади и Сэми, Энди, Лой.       Летели они долго и порядком устали от своей тяжелой ноши. Ступив на землю лагеря, все молчали, внутри каждого поднималась волна воспоминаний.

***

      …Вот избитый Люцифер стоит, прикованный цепями, в камере, к нему приводят Вики, он просит не трогать ее…       Вот Дино заперт в комнате, к нему приходит отец и убеждает встать на сторону врага…       Вот Мими и Лой, запертые в камерах, терзаемые мыслями, жива ли Вики, которую они прилетели спасать….       Вечер… Костер… Они выбрали сторону… Против… столько воспоминаний: отторжение, неприязнь, готовность к смерти, но не к предательству… Все ожило, как будто было вчера… побег из лагеря…

***

      Мальбонте стоял, опустив голову, давая им время снова пережить произошедшее.       «Нам надо идти», — сказал он через некоторое время.       Бессмертные прошли в помещение, которое раньше было его покоями. За камином, что уже давно не разжигали, оказалась просторная ниша, куда и сложили все книги. Там же лежал амулет, до сих пор скрывающий энергию бессмертных и самого места.       «Так вот почему лагерь так и не нашли», — сказал Сэми, который тут так ни разу и не был.       «Да, — ответил Мальбонте, — это место будет скрыто всегда и от всех, даже от Создателя».       Он мрачно посмотрел на бессмертных и продолжил: «И мы сможем вернуться сюда… в крайнем случае». Мужчина пока решил умолчать об отводящей защите на лагере, и не уточнять, что вернуться сюда смогут лишь те, кого приведет он — кто будет на ЕГО стороне. Принявшие же другую сторону, как и раньше, не смогут найти это место.       Ангело-демон уже обдумал, кто сейчас на его стороне: субантры и все чудовища бессмертного мира, Вики… и пока все. Хоть ему подчинялись и все существа Ада, формально он все же хотел иметь согласие Люцифера из уважения к нему.       Что больше двигало брюнетом: хотел ли он привлечь друзей на свою сторону для укрепления силы или же это было нечто другое, он не мог точно ответить себе сейчас. Мальбонте никогда нельзя было упрекнуть в сентиментальности, но вероятность отказа печалила его больше не по причине дисбаланса сил. Прошлая война научила его, что верные надежные союзники и друзья — это не только орудие победы, но намного больше, часть тебя самого, то, за что стоит бороться.       Перед уходом Вики подошла к огромной кровати, провела рукой, и ее пальцы осталась в пыли… Девушка вспомнила, как они с ангело-демоном были вместе на ней, как перед этим немного вздорили, как еще перед этим она билась здесь в лихорадке, а Мальбонте вытирал ее лицо мокрым полотенцем, чтобы сбить жар, как спал в кресле, как смотрел на огонь в камине, а языки пламени отражались в его черных глазах. Глядя на этого мужчину, непризнанная (снова непризнанная, снова тяготеющая к балансу ангело-демона, хоть и с крыльями, характерными для демонов — все как у него) всегда думала: «Нет ничего красивее твоего лица и твоего тела во всем мире». Вики улыбнулась своим мыслям и закатила глаза.       «Что?» — с усмешкой спросил брюнет.       «Что?» — передразнила его девушка, улыбаясь.       Ости зло передернула плечами, проходя мимо этого ложа, а Мальбонте и Вики сделали вид, что не заметили.       За решение Люцифера и его жены они переживали больше всего. Личная обида могла все испортить. Своим поступком по отношению к Люциферу Вики не гордилась, а Мальбонте был не слишком-то обходителен в отношении поклонниц, включая Ости, в то время. Объективно пара понимала, что повелителям Ада есть за что точить на них зуб, но надежда на всеобщее благоразумие прорастала даже на фоне общего безумия, творящегося в мире бессмертных.       Так или иначе, завершив дело, ради которого они прилетели, и закрыв тайник, друзья так же молча пошли вдоль разрушенных зданий, чтобы вернуться в школу.       Мальбонте сказал: «Идите, я догоню». И свернул в сторону здания, где раньше располагался его кабинет. Вики последовала за ним. Войдя в помещение, брюнет подошел к столу, на котором все так же лежали карты и фигурки ангело-демонов, провел по столу руками, оперся о его край и опустил голову.       «Я знаю, что все сделал правильно. И сейчас делаю правильно», — он сказал уверенно и утвердительно, но во взгляде, переведенном на Вики, прослеживался вопрос.       «Ага», — ответила девушка, улыбнувшись, подошла и обняла его за крыло, как делал он сам, когда хотел сделать ей приятно или поддержать.       Брюнет повернулся и обнял Вики: «Скажи, почему ты выбрала меня? И сторону мою, и меня как пару. Я, конечно, сделал для этого все, что мог и что не мог. Но все же».       «Нуу… у тебя красивое тело», — задумчиво протянула Вики.       Мужчина с усмешкой закатил глаза: «Да я серьезно».       «Маль, ну что за вопросы, мне тебя стукнуть хочется иногда. Ты много пережил, слишком долго переживал это «много». Кажется, никто не пережил столько. Но ты как-то умудрился не сломаться, не стать психом, стремящимся всех и все уничтожить. Думаю, твое фатальное стремление к справедливости и равновесию сделало тебя только лучше и сильнее. Ты мудр, умен и невероятно силен. У тебя стальные нервы, и не только нервы… Ты ведь умудряешься терпеть меня, хоть я вижу, что порой тебя дается это непросто. Ты стал прекрасным правителем Мира, добился уважения бессмертных, а не банального страха перед тобой. Ой, а как ты звал на свою сторону (Вики закатила глаза)… Разве возможно было устоять перед этим? Так же мало кто знает, но ты очень нежен, заботлив, терпелив и внимателен. Твоя суровая невероятная сила и мощь соседствует со стремлением защитить и позаботиться. И да, нет никого лучше тебя в постели, но ты это и сам знаешь».       От последней фразы Мальбонте немного передернуло, он снова вспомнил прошлое Вики с Люцифером, а уравновешенность в момент ревности точно никогда не была его сильной стороной.       Девушка заметила это и несколько сменила тему: «Но это все предыстория. А вообще я влюбилась».       Брюнет слегка улыбнулся.       «А почему ты выбрал меня?»       «Кажется, я был обречен это сделать, — он улыбнулся сильнее, — возможно, еще до твоего появления на свет в первый раз. Я как будто всегда знал, что жду именно тебя, много веков. Странно, да?»       «Ничуть», — Вики неопределенно пожала плечами.       «А когда я… Бонт впервые столкнулся с тобой на лестнице башни, то понял, что это — ты. Не понимал, как наладить с тобой контакт, боялся, что пропадешь. И поскольку не понимал, как правильно себя вести в данной ситуации, просто был собой».       Вики обвила руками сильные плечи и заглянула в черные глаза, прошептав: «Люблю тебя, всегда любила и всегда буду любить».       «Пойдем, нас заждались», — сказал Мальбонте через минуту поцелуев. И каждый день они словно открывали друг друга заново.       «Ой, ну наконец-то, — закатил глаза Ади, — что, опробовали кровать?»       «Почти», — мило улыбнулась Вики.       Остальные уставились на Ади с укоризной. Злить Мальбонте было в целом плохой идеей всегда и, казалось, это дозволено только Вики.       И друзья отправились обратно в школу.       Пока каждый обдумывал свое решение, какую сторону принять, сошлись на том, что Вики будет тренироваться с Люцифером в защите и нападении. Лучше Мальбонте никто не мог бы обучить ее всему, но он каждый раз пасовал, когда надо было сделать то, что могло причинить непризнанной боль, а та опасалась сделать больно ему. Это делало тренировки на данном уровне бессмысленными.       Зато эмоции Люцифера от воспоминаний прошлого сделали тренировки идеальными. Убить Вики повелитель Ада не хотел, но и пощады не знал. Девушке приходилось выкладываться на сто процентов в ответ.       Нельзя сказать, что Мальбонте эта идея нравилась, но она была принята всеми как объективно рабочая и эффективная. Вики должна была овладеть своей силой и максимально развить ее в самые кратчайшие сроки.