И мы горели в адском пламени (Мальбонте)

      Армия сопротивления вернулась в Школу уже ночью. Все были вымотанные, обессилевшие, раненые, но на этот раз обошлось без потерь жизней, как ни странно.       Госпиталь тут же заполнился, но за ними не было погони, и это радовало.       Трехголовые псы и субантры зализывали раны в лабиринте возле Школы. На удивление они поладили.       Крылолетчики, остававшиеся в Школе во время операции по освобождению, за этот день уже заполнили провизией подвалы, планировали свои вылеты на следующий день и уже понемногу прикармливали псов и субантр. Со следующего дня этих созданий планировали выпускать охотиться на соседний остров.       Мальбонте сразу счел необходимым честно предупредить друзей, включая Геральда, о том, что с ним случилось. Бессмертные мрачно вздохнули.       После первичной медицинской помощи друзья разошлись по комнатам.       Ангело-демон начал понемногу приходить в себя, с его силой на полное восстановление организма потребуется пара дней. Но в нем стали заметны изменения, связанные с тем, что темная сторона получила больше власти.       Когда пара отмыла с себя всю грязь сражения и перелета, непризнанная облокотилась о стенку рядом с окном и начала свой допрос.       «Как это проявляется?» — спросила она.       «Что? Темная сторона?»       Девушка кивнула.       «Внутри в один момент вспыхивают ярость и ненависть, они растут рядом и параллельно с другими чувствами: симпатии, любви, уважения, радости… То есть ты все осознаешь, обе эти стороны, но принимает решения и действует темная часть. Светлая же как будто в заточении наблюдает за происходящим», — сказал Мальбонте, отведя глаза в сторону.       «Давай посмотрим, как это работает?» — Вики развела руками.       «Ты совсем спятила», — не спросил, а констатировал брюнет.       «Нам все равно придется разобраться с этим и понять, как бороться. Кажется сейчас, пока ты очень слаб, это самый безопасный момент», — девушка пожала плечами и изобразила невинный взгляд. «Что может вызвать наименьший всплеск таких отрицательных эмоций у тебя?» — продолжила Вики, блуждая взглядом по стенам.       «Известно что», — закатил глаза Мальбонте.       Непризнанная, задумавшись, прикусила нижнюю губу.       «Слушай… Только не ори, дай сначала договорить… на Земле есть разные психологические приемы, ролевые игры, которые могут в этом помочь…» — девушка пыталась подобрать слова, которые его не выбесят, но все шло насмарку, мужчина уже начал выходить из себя, что было видно невооруженным взглядом. Черные прожилки снова появились на лице.       «Ты сейчас серьезно или искрометно шутишь? Ты хоть понимаешь с кем, чем и какой силой имеешь дело?» — его голос напоминал рычание, а уголок губ нервно дернулся вниз.       Вики упорно старалась делать вид, что не замечает перемен, просто не смотрела ему в глаза, так как помнила еще с Земли, что, если смотреть в глаза дикому зверю, особенно хищнику, он расценит это как вызов или угрозу.       Девушка, продолжая что-то говорить тихим мелодичным голосом, подошла к брюнету, положила свои руки ему на торс и нежно, но настойчиво начала теснить мужчину к стене, к которой он стоял спиной. Это был очень опасный маневр в таком состоянии, но Вики решила рискнуть. На лице ангело-демона все больше проявлялась ярость, которую он пытался гасить.       Когда непризнанная прижала Мальбонте спиной к стене, начала своими нежными руками, словно мягкими лапками, аккуратно, но настойчиво «топтаться» по его прессу, груди, плечам и рукам, продолжая говорить что-то неважное, касаясь его кожи своим дыханием. Брюнет откинул голову назад и прикрыл глаза, происходящее его успокаивало и… возбуждало. У Вики было стойкое ощущение, что она гладит дикого тигра, который в любой момент может откусить ей руку в лучшем случае, но она продолжала.       Мужчина уже давно не слушал, о чем говорит его половинка, когда до сознания долетела фраза: «И мы можем попробовать поставить психологический якорь». Эта фраза ему не понравилась, он открыл глаза и нахмурил брови: «Мне не нравится».       Вики снова принялась за свой убаюкивающий тон, который тоже уже начал бесить брюнета.       «Хорошо-хорошо, давай назовем это так, как тебе понравится. Как скажешь, — проговорила она, — твоя помешанность на сексе нам сейчас пригодиться прям как никогда раньше. Кто бы мог подумать, что я такое скажу?»       Ангело-демон приподнял бровь: «Нет!»       «Попробуем изобразить цепочку «раздражитель — злость и ярость — возбуждение — секс — ощущение удовлетворения». Задача — из этой цепочки при проработке исключить одно промежуточное звено — злость и ярость», — девушка была уверена, что говорит здравые вещи своему умному понимающему мужчине, но что-то бесконтрольно шло не так.       «Вики, ты снова играешь в свою любимую игру в психолога? Не высока цена, нет?» — спросил брюнет, недовольно взъерошив волосы рукой. Ему не нравилось происходящее от слова «совсем», его сейчас раздражало все. И он действительно поймал себя на мысли, что текущее состояние слабости — огромный дар для данной ситуации.       Непризнанная вздохнула и решила не давить: «Хорошо, если хочешь, можем ничего не делать. Будем действовать по обстоятельствам и ситуации и решать проблемы по мере поступления. Или я могу оставлять тебя одного, может тебе будет так проще справиться».       Девушка спокойно смотрела в его черные глаза своими бездонными голубыми, в которых в этот момент разлилась вся вселенская грусть. И это не понравилось Мальбонте еще больше, и сработал эффект вытеснения. Он закатил глаза, и, казалось, готов был уже поддаться, но все еще сомневался.       Непризнанная вскинула руки в жесте «я сдаюсь» и сказала: «Мы можем придумать стоп-слово, услышав которое второй должен будет сразу же остановиться. Если ты почувствуешь, что теряешь контроль, или…» Она запнулась.       «Тебе станет неприятно, больно или страшно», — закончил Мальбонте.       «Да», — улыбнулась Вики.       «Как у тебя все просто. — Рыкнул брюнет, — Как остановить машину, у которой отказали тормоза, или самолет, который падает?»       «Для машины в большинстве случаев есть выбор: дерево, другие машины, кювет, обочина с травой или поле, которые рано или поздно погасят скорость. А самолет может попытаться сесть на воду. Кажется, наша задача искать поле и воду».       Девушка пожала плечами и продолжила: «Мне кажется, что важно на минимальных эмоциях понять, как это зарождается, научиться ухватывать этот момент и гасить его».       «И чем же?»       «Чем гасится, тем и гасить. — Вики развела руками, — Ты помнишь? Я так делала на Земле».       «Помню, хреново работало».       «Сначала хреново, потом не хреново».       Мальбонте устало вздохнул: «Да, потом не хреново. Слишком хорошо помню, что самый спокойный и ласковый голос у тебя был в моменты самой бушующей ярости и жажды убивать».       «Но ведь все живы».       «Да, Уголовный кодекс тебя останавливал».       «Так и это тоже способ погасить ярость».       Брюнет потер ладонями лицо: «Ладно, давай попробуем».       «Так что за стоп-слово выберем?» — оживилась Вики.       Ангело-демон закатил глаза: «Да просто скажи, чтобы я остановился».       Девушка невинно улыбнулась и пожала плечами: «Плохая идея? Так да! Да все мои идеи плохие, ты ведь знаешь».       Мальбонте покачал головой, сдаваясь: «Хорошо, давай свои ролевые игры. Готова?». Девушка закивала в предвкушении.       Брюнет резко выдохнул, игры с жестокостью казались ему очень плохой затеей. Но идея Вики выпускать свою тьму, чтобы начать учиться снова ее контролировать, пока полностью не обуздаешь, казалась логичной, хоть и ужасной.       Мальбонте прикрыл веки, размял шею руками, наклонил голову сначала к правому плечу, потом к левому. Он глубоко дышал, а когда открыл глаза, в них не было белков, только обсидиановые омуты, от которых по лицу расходились черные прожилки.       Мужчина схватил Вики за волосы и подтянул к себе. Грубо, но не больно. Одним рывком сорвал с нее одежду, упавшую на пол кучкой тряпок, положил руку ей чуть выше живота и немного грубо толкнул на кровать, упав на которую, девушка подпрыгнула на матрасе по инерции.       Брюнет быстро стянул с себя одежду и сел на девушку сверху, придавив своим горячим телом. Казалось, из его ноздрей вырывается не дыхание бессмертного, а сильное горячее дыхание самого́ Темного мира. Одной рукой он схватил ее запястья и пригвоздил к кровати над головой непризнанной. Мальбонте дышал раскаленным воздухом ей в лицо, его грудная клетка вздымалась с невероятной силой, глаза горели, а из глубин тела вырывалось звериное приглушенное рычание. Со стороны зрелище казалось крайне устрашающим.       «Ты этого хотела?» — прорычал он, сверкая огнем в глазах.       Она только приоткрыла губы, чтобы ответить, но тут предательски сработал эффект чтения мыслей, а в мозгу девушки кометой уже пронеслось: «О да-да-да, мой малыш».       «Малыш??? Блять, Вики, весь настрой сбила, — сказал Мальбонте с досадой, — в наказание будет тебе секс больше с Бонтом, чем с Малем».       Непризнанная уже и без его слов поняла, что испортила момент.       «Секс с Бонтом я обожаю не меньше, чем секс с Малем, прости, я не специально», — она виновато улыбнулась и притянула огромное сильное мужское тело к себе.       Ангело-демон привстал, аккуратно раздвинул стройные ноги девушки и погладил внутреннюю сторону бедер. Вики издала нервный возбужденный вздох. Мальбонте лег на нее сверху, опираясь на локти так, чтобы не сильно давить своим весом. Но непризнанная снова притянула его к себе сильнее, обхватив мужские бедра ногами. Больше всего на свете она любила чувствовать его вес на себе в эти моменты.       Брюнет не просто целовал ее губы, вероятно, он поставил себе цель растерзать их лаской и нежностью. Уже через минуту Вики стало казаться, что они припухли на пол-лица и словно обрели в десять тысяч раз больше чувствительных к прикосновениям рецепторов. Каждое касание его влажными настойчивыми губами ее горящих огнем губ вызывало электрический разряд по всему телу. И когда возбуждение и нетерпение Вики, сопровождавшееся обильной влажной смазкой, оставлявшей след на коже живота брюнета при каждом движении, достигло своего пика, он аккуратно погладил ее горячими пальцами, помассировал и раздвинул вход, чтобы ощущения от проникновения стали максимально приятными. Непризнанная задрожала и застонала от возбуждения.       И когда мужчина вошел в горячее лоно и начал двигаться, ее внутренние мышцы непроизвольно сократились, вызвав цунами ощущений у Мальбонте, сопровождаемых его глухим рычанием. Войдя во вкус, Вики уже сознательно сжала их еще сильнее, глядя в обсидиановые глаза. Такое сопротивление внутри просто сводило его с ума и бросало в жар, глаза все сильнее чернели.       Девушка ослабила свою «хватку» на некоторое время, глядя на ангело-демона призывным взглядом совратительницы. Он немного перевел дух, капли пота упали с его тела на Вики, а через несколько секунд, не меняя выражение лица, призывно приоткрыв губы, девушка сжала своими внутренними мышцами Мальбонте так сильно, как только могла, сказав: «Хочу жестко». И впилась ногтями в его крепкие мускулистые напряженные руки, а зубами в его плечо. Брюнет зарычал сильнее, и у него «сорвало резьбу».       Непризнанная выпустила всю тьму, как и хотела. Маль трахал ее так, как никогда до этого момента: жестко, настойчиво, казалось он не закончит, пока не вытрясет из нее всю душу. И было просто невероятно, что кровать смогла устоять. Коварная Вики была в эйфории.       Когда долгое время спустя они оба лежали на лопатках, пытаясь хоть как-то успокоить дыхание и сердцебиение (у каждого из них было стойкое ощущение, что сердце бешено колотится уже не в теле, а где-то на полу), Мальбонте прерывисто сказал: «Вики — ты сущий дьявол во плоти, очень странно, что не ты повелеваешь Темным Миром или хотя бы Адом. Это просто какое-то недоразумение».       «Цццц, — наигранно недовольно произнесла Вики, встала и швырнула в него полотенце, — пойдем в душ».       Брюнет, уставившись стеклянным взглядом в потолок, вскинул руки ладонями вверх и сказал: «Я прошу пощады, дай мне десять минут».       Девушка, уже дошедшая до двери в ванную, развернулась на сто восемьдесят градусов и прыгнула с разбегу на кровать, чуть не уронив с нее Мальбонте. Затем свернулась калачиком у него на крыле, прижавшись спиной к его боку, и сказала: «Ну и ладно».       Ангело-демон сгреб свой комок счастья в крепкие объятия сильных рук и продолжил лежать, думая о том, что надо бы запомнить, что выпущенная тьма отнимает все силы до капли, даже если ты ее вроде бы контролируешь.