Невероятно

— Ты хорошо постарался, Гуки? — Ким придвигается ближе, отчего Чонгук садится на стол, а Тэхён, раздвинув его ноги, устраивается между ними. — Я видел, что ты ничего не сделал. Хочешь выстанывать этот зачёт? — у Чонгука щеки краснеют от мыслей, что может произойти дальше.       Тэхён кладёт горячие ладони на чужие бёдра и медленно ведёт вверх, останавливаясь около паха. Одна рука накрывает уже полувставший член, выбивая из приоткрытых губ рваный выдох. — Хочу, — совсем тихо, опуская взгляд на руки, что гладят его через ткань брюк. — Я тоже, — шёпотом, улыбаясь.       Тэхён со смешком наблюдает за тем, как Чонгук тщетно пытается справиться с собственным возбуждением, стараясь держать себя в руках. Он утробно мычит, прикрывая глаза и толкаясь в руку Кима.       После всего нескольких минут ласки член, налившись кровью, изнывает, начиная пропитывать влагой трусы. Тэхён самодовольно улыбается.  Он расстёгивает ширинку на брюках Чонгука и пробирается пальцами под трусы, обхватывая горячий влажный член и вытаскивая его наружу, отчего Чонгук шумно втягивает воздух через плотно сжатые зубы и крепко хватается за стол, понурив голову. Настойчивая ладонь мягко проезжается вверх-вниз по головке, размазывая смазку по всей длине.       Его мальчик так быстро заводится.       У мальчика так жёстко стоит.       Тэхёну до безумия нравится смотреть, как собственные пальцы скользят по твёрдой плоти, доводя Чонгука до нехватки воздуха в лёгких. Нравится видеть, как тот тяжело дышит и сжимает дрожащими руками всё, что ему попадается, будь то стол или плечо Тэхёна. Нравится, когда Чон откидывает голову назад с зажмуренными глазами и открытым ртом. Нравится его шея, быстро пульсирующие венки на ней и двигающийся от тихих стонов кадык. Тэхён с ума сходит, когда Чон мечется, не находя себе места от сладкого удовольствия, и толкается в его ладонь, желая большего.       Чонгука потрясывает, когда он поднимает взгляд, встречаясь с чужим. С таким жарким, от которого хочется встать на колени. Хочется и Тэхёну.       Ким вдруг останавливает движения, прекрасно понимая, что студент был близок к оргазму, хватает его за задницу и поднимает, вынуждая вцепиться в плечи и обхватить талию ногами, шагает к своему креслу. Отпускает Чона и сам садится. — Ты понимаешь, что должен ответить за свои слова? Ты чуть не раскрыл нас своей шуткой, — произносит Тэхён строго. Благо, что никто не воспринял это всерьез. — Тебе придётся извиниться, Чонгук, — улыбается и раздвигает ноги, опуская глаза на свою топорщащуюся ширинку.       Младший мутным взглядом смотрит туда же, через пару секунд наконец соображая, что именно хочет Тэхён от него.       Чонгук тяжело присаживается на колени. Дрожащими пальцами он, не торопясь, расстёгивает ремень, а затем и молнию. Забравшись рукой под трусы, Чон вытаскивает член, в то время как Тэхён расстегивает рубашку и, оголив торс, убирает её повыше, чтобы не запачкать белоснежную ткань.       Чонгук проводит ладонью по всей длине сразу, глядя на Кима снизу вверх и облизывая сухие губы. Его грудь часто вздымается, а в тёмных радужках плещется неконтролируемое вожделение.       Происходящее в этом кабинете дико заводит, а от осознания того, что Чон сейчас на коленях перед своим преподавателем, а за дверью буквально в нескольких метрах могут ходить люди, кровь стынет в жилах. Страшно и возбуждающе.       Тэхён с замиранием сердца следит за тем, как Чонгук приближается к члену, несмело облизывает головку и медленно берёт в рот до середины, вызывая тугой стон наслаждения. Чонгук знает, что особо глубоко у него взять не получится, но он наверняка будет тренироваться со своим хёном. Студент принимается ласкать языком головку, помогая себе руками. Насаживается настолько, насколько может и перебирает яйца, чувствуя, как Тэхён вплетает пальцы в его волосы и немного сжимает.       Ким не может налюбоваться. Чонгук, сидящий на коленях и отсасывающий ему, выглядит так прекрасно и горячо. Его действия, хоть и не умелые, но старательные, выбивают из лёгких весь кислород, заставляя Тэхёна задушенно мычать, еле удерживая себя от того, чтобы не начать толкаться в глотку Чона самостоятельно.       Они вновь встречаются взглядами. Глаза Чонгука невероятно светятся, когда он видит, насколько приятно делает Тэхёну. Чон улыбается — насколько позволяет ему член во рту — и старается насадиться глубже. – У тебя... хорошо... получается, — бормочет Тэхён с небольшими паузами, невпопад поддаваясь бёдрами вперёд. Он откидывает голову назад и жмурит глаза. — У тебя так хорошо получается, Гуки.       Студент втягивает горящие щеки и жадно смотрит на Тэхёна, который ещё сильнее сжимая волосы у корней, вжимает голову в спинку кресла, мыча что-то неразборчивое. Его глаза закатываются, и сам он весь подбирается, резко и отрывисто толкаясь в чужое горло.       Понимая, что оргазм Тэхёна приближается, Чонгук начинает активнее работать ртом, а сам свободной рукой тянется к своему члену и быстро надрачивает себе.       Ким последний раз грубо и остервенело толкается в рот Чонгука, и оба одновременно кончают и глухо стонут в унисон. Чон глотает всю сперму Тэхёна, что стреляет ему в горло, пачкая ладонь в своей. Преподаватель обессиленно откидывается на кресло, глядя на то, как младший аккуратно выпускает член изо рта, а между ними тянется тонкая ниточка слюны, смешанная с белёсым семенем. Член, подбородок и щёки блестят от них, и выглядит это настолько мило и красиво, что Тэхён, не удержавшись, тихо хихикает и, наклонившись, вытирает пальцами гладкую кожу. Большим проводит по подбородку, поднимая голову Чонгука, и прижимается своими губами к чужим. Студент Тэхёну сразу отвечает и, сжимая свои ладони на рубашке, тянется к нему.       Младший дрожит и шумно дышит после оргазма, поэтому Тэхён убирает член, застегивая молнию, стараясь не показывать собственную дрожь, и поднимает Чонгука на ноги, желая посадить к себе. Чонгук с трудом стоит, и Тэхён осторожно дёргает его за руку на себя. Тот седлает его бёдра и утыкается носом в горячую шею, обнимая за талию. — Спасибо, — шепчет Ким, руками обхватывая кажущееся таким хрупким тело в ответ. Тэхён целует Чонгука в макушку, прижимая к себе сильнее.       Наобнимавшись несколько минут, студент всё-таки встаёт и начинает собираться. Ким внимательно осматривает его и снова хохочет, потому что вид Чона оставляет желать лучшего. Лохматые волосы торчат во все стороны, больше походя на гнездо. Глаза блестят, щёки красные, губы распухшие. Рубашка давно смялась, а на брюках вообще пятно, которое с трудом спрячешь. А сам Чонгук шатается. Весь его вид указывает на то, что они занимались тут вовсе не учебными делами.       Тэхён, немного поправив его волосы пальцами и рубашку, приводит и себя в порядок. Ему это даётся намного легче. А потом внезапно открывает ящик, вытягивая оттуда ключи от квартиры, сделанные недавно, специально для Чона, и кладёт их в чужую руку. — Поезжай домой, сходи в душ и подготовь себя. Я приеду через час. Буду принимать зачёт, а тебя ждёт кое-что интересное, — Тэхён подмигивает и нежно чмокает удивлённого Чонгука в губы, выталкивая из кабинета.       А тому остаётся только смущаться от предвкушающих мыслей и раздумывать над тем, что же такого придумал Тэхён.

***

      Тэхён выходит из душа и, хватая пакет, купленный по дороге домой, шагает в спальню, где Чонгук уже давным давно заждался, растянутый и готовый ко всему. В кончиках пальцев приятно покалывает. Ким захотел реализовать эту идею ещё в те выходные, когда они разговаривали друг с другом, кто может быть сверху, а кто снизу. Чонгук в тот день так загорелся идеей побыть снизу и желанием почувствовать в себе член Тэхёна, что у старшего в голове моментально появились яркие красочные картинки их приятного времяпровождения.       Ким заходит в комнату, скидывая полотенце в сторону и оставаясь голым, и улыбается, видя, как Чонгук, услышав приближающиеся шаги, успел принять сексуальную позу, раскинув ноги в разные стороны, открывая вид на все свои достоинства. Однако увидев пакет, он сразу подрывается и тянется к нему, но Тэхён с хитрой усмешкой ударяет ему по ладошке, закрывая доступ к содержимому внутри. — Тэхён? Что там? — с нетерпением спрашивает Чон. — Сюрприз. Я же говорил, что тебя ждёт кое-что интересное.       Старший подходит ближе к кровати, тянет руку в пакет и достаёт широкую ленту. — Ты ведь мне доверяешь? — Чонгук коротко кивает, рассматривая ткань, — тогда закрой глаза.       Тот чуть помедлив, закрывает веки и ждёт пару секунд, прежде чем его лица касается прохладная мягкая лента, резко контрастируя с горячими руками Тэхёна, что касаются его аккуратно и ласково. Ким не туго завязывает узелок на затылке, а затем вновь тянется к пакету, доставая ещё одну такую же ленту, которой привязывает запястья над головой к изголовью кровати.       Перед глазами Чонгука темно, лишь немного виден силуэт Тэхёна. Он на пробу шевелит руками, чувствуя, что они привязаны к холодному металлу довольно крепко и при желании так просто не выбраться. Один Тэхён сможет его освободить. Теперь-то Чон понимает, что за интересная идея у Кима. И осознание, как он будет сдавать зачёт и то, что Тэхён сейчас имеет полный доступ к его телу, бьёт не только по голове, но и по члену. Внизу живота стремительно тяжелеет. А присутствие Тэхёна, от которого после душа исходит жар, разжигает пламя в груди.       Тэхён, убедившись, что ленты не натирают кожу Чонгуку, отстраняется и глядит на получившуюся картину. Горло пересыхает. Обездвиженный, распластавшийся на простынях, сжимающий тонкие прутья пальцами до побелевших костяшек, Чонгук с наливающимся кровью членом прекрасен.       Невероятен.       Тэхён медленно забирается на кровать и, располагаясь меж раздвинутых ног Чона, приближается к его лицу, облокачиваясь по обе стороны от головы. Чонгук замирает и, кажется, задерживает дыхание, пытаясь понять, где именно находится Ким. Тэхён улыбается, думая, что у него сейчас, скорее всего, мелко дрожат ресницы.       Он смотрит на приоткрытые губы, мечтая скорее почувствовать их вкус, глядит на шею, что так пленительно открыта. Хочется целовать и целовать Чонгука, доводя и его, и себя до предела. Хочется мучительно медленно изводить его, гладить, кусать. У них впереди вся ночь, и Тэхён хочет взять от неё всё, хочет лично довести Чонгука до безумия. Так, чтобы он стонал так громко, срывая себе голос, будто за стенами никого нет, и извивался на кровати, моля о большем.       У Тэхёна от мысли, что он может делать, что захочет, ведь Чонгуку это определённо понравится, внутри всё не просто горит, а печёт. Дыхание учащается.       Он прикасается носом к мягкой щеке и ведёт до уха, вдыхая приятный терпкий аромат чужой кожи, ощущая, как Чонгук подставляется под ласки. Мягко целует мочку, широко проходясь языком по ушной раковине. Знает, насколько чувствительные уши у Чонгука и как сильно нравится это ему, и в следующую секунду слышится глубокий рваный вздох сбоку. Тэхён ведёт мокрую дорожку поцелуев к шее, нежно прикусывая и сразу зализывая кожу. Чонгук запрокидывает голову назад для большего доступа, и Тэхён активно этим пользуется, покрывая поцелуями каждый свободный сантиметр его кожи, ощущая губами чужое быстрое сердцебиение. Кусает до жути красивые острые ключицы и оставляет пару наливающихся засосов рядом с блеклыми старыми. Потому что Чонгук любит подолгу рассматривать их на своём теле.       Тэхён, спускаясь всё ниже, ощущает, как шумно дышит Чонгук, и то, как тяжело ему сдерживать себя в данный момент. Его член, с уже начавшей капать на живот смазкой, требует к себе внимания, но Тэхён не спешит оказывать его.       Пальцами он цепляет сосок, оттягивает и нежно пощипывает, слушая сладостные тихие стоны, ласкающие слух. Другую бусинку широко мажет горячим языком, втягивая в рот и посасывая, обильно смачивая слюной. Чонгук вздрагивает, когда Тэхен прикусывает её, и мечется на кровати, забывая о лентах, что держат руки. Глаза под тёмной тканью от непрекращающихся поцелуев закатываются. Жар от дыхания Тэхёна ощущается так невообразимо. Чонгук действительно скоро сойдёт с ума от удовольствия.       Царапая короткими ногтями нежную кожу слегка выступающих рёбер, Тэхён ведёт влажным языком до самого пупка, затем слизывая с губ солоноватый вкус. Сжимает горячие бока до белых пятен. Мышцы под пальцами напряжённо перекатываются.       Чонгук, ожидая, что Тэхён дальше приступит к его стоящему колом члену, разочарованно мычит, когда Ким поднимается обратно, но грустить ему долго не приходится. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — внезапно произносит Тэхён хриплым низким голосом, от которого по телу пробегают мурашки. — Только скажи, и я выполню любое твоё желание.       У Чона сердце, кажется, сейчас вырвется из груди. Он, громко глотая, поворачивается в сторону Тэхёна и, хоть его и не видит, слегка смущённо, но смело говорит: — Хочу, чтобы ты взял мой член себе в рот, — так же хрипло, наконец озвучив это. Собственные слова отзываются новой волной возбуждения. — Как скажешь, Гуки — сладко, собираясь сразу приступить к делу.       Ким опускает голову и, подняв мокрый член пальцами, проводит языком по красной головке, надавливая и слыша томный выдох сверху. — Хочу, чтобы ты сосал его так, будто это самый вкусный леденец в твоей жизни, — продолжает с перерывами, не в силах поверить, что говорит такое. Его щёки пылают, а внизу болезненно ноет.       Тэхён обязательно будет сосать так, словно это и вправду лучший леденец. — Хочу, — первый глухой стон, когда Тэхён погружает головку в рот, — чтобы ты взял его полностью, — второй долгий, когда доходит до середины, окольцовывая пальцами у основания, — так, чтобы у тебя саднило горло от меня, — третий громкий, когда Чон чувствует долгожданную узость и мягкость чужой глотки.       Чонгук, вжимая голову в кровать, извивается, мечтая крепко вцепиться в тэхёновы волосы и насаживать его рот на свой член до самых яиц. Однако выбраться у него не получится, оба это знают.       Тэхён, помогая себе рукой и постанывая, берёт глубоко и грязно. По его подбородку стекает слюна, перемешанная со смазкой. Другой рукой он сжимает бедро Чонгука до следов от ногтей. Чон, хныча и сжимая прутья, стонет так низко, так тягуче красиво, виляя задом и толкаясь в горячий рот, что Тэхёну крышу рвёт. Он согласен на то, чтобы у него болели челюсть и горло, если Чонгук и дальше будет так наслаждаться, одаривая его прекрасными стонами. Зачёт он, можно считать, уже сдал.        Студент от активной работы ртом начинает толкаться сильнее, желая кончить, но Тэхён, последний раз глубоко приняв член, выпускает его изо рта, отчего тот падает обратно на живот с тихим шлепком. Чонгук поднимает растрёпанную голову, слепо глядя на Кима, и вновь недовольно мычит. Внизу горит, жаждет прежней ласки. — Ты такой очаровательный, Чонгук, когда нуждаешься во мне, — с тяжёлой улыбкой говорит Тэхён.       Воздух в комнате накалён до предела. Тэхёна трясёт от желания, он еле сдерживается, чтобы не взять Чонгука прямо сейчас. —  Я так хочу тебя. Я так сильно хочу тебя, Гуки.       Возбуждение, копящееся внутри, больно давит на член, который неконтролируемо истекает предъэякулятом. Тэхён тянется к брошенному недалеко пакету и достаёт смазку и презервативы.       Выдавив небольшое количество смазки себе на пальцы, Тэхён произносит: — Раздвинь ноги.       Чонгук, чувствуя облегчение от того, что скоро наконец-то почувствует нужное ему удовольствие, широко раздвигает их в разные стороны, сгибая в коленях, и для большего доступа приподнимает задницу.       Младший уверен, что Тэхён смотрит. Глядит, пожирая взглядом красную вспухшую дырочку, заставляя смущаться Чонгука и заводиться ещё больше. Он уже растянутый, поэтому палец скользит внутрь легко. Колечко мышц сжимается, но сразу расслабляется, впуская и второй палец.       Тэхён оглаживает его изнутри, двигая пальцами вперёд-назад с характерными хлюпающими звуками. Чонгук, подмахивая задом, в перемешку со стонами измученно шепчет: — Блять, Тэхён, трахни меня уже. Я в жизни ничего не хотел больше, чем твоего члена в своей заднице сейчас, — и Киму хочется застонать от этой фразы.       Тэхён с бешено колотящимся сердцем и дрожащими пальцами разрывает пакетик с презервативом, раскатывает его по члену и смазывает лубрикантом. Приставляет головку к пульсирующему входу и, негромко простонав, одним движением заполняет собой до основания, чувствуя, как младший скрещивает ноги на его талии, прижимаясь ближе. Стенки, обхватывающие член, нежные и податливые. А дырка, поглощающая его, тугая и горячая настолько, что Ким жмурится, задыхаясь, когда начинает двигаться.       Перед глазами летают звезды от того, как ему невероятно.       Тэхён ложится сверху на Чонгука, накрывая его своим разгоряченным влажным телом, и тянется к сухим губам. Чон отвечает на поцелуй моментально, грязно и мокро, кусая губы и сплетаясь языками.       Тэхён набирает темп, попадая точно по простате. Член Чона скользит в собственной смазке, зажатый меж животов, отчего Чонгук бессвязно стонет прямо в чужой рот и слепо мажет губами по чужому лицу. — Тэхён... — с рваными паузами шепчет Чонгук, — сними с меня повязку... Я хочу видеть тебя.       Ким, тяжело дыша, тянется рукой к лицу Чонгука, сбрасывая ленту куда-то на пол. Затем к изголовью кровати. Развязать узлы дрожащими пальцами сложно, но Тэхён справляется. Нежно берёт чужие руки и кладёт на свою шею, отчего Чонгук прижимается ближе, обнимая и цепляясь за плечи.       И Тэхён, смотря прямо в его покрытые мутной поволокой глаза, окончательно отпускает себя. Срывается на бешеный темп, втрахивая податливое тело в матрас так, что кровать жалобно скрипит. Комната наполняется хлюпающими звуками и шлепками кожи о кожу.       Соседи точно будут жаловаться.       Каждый нерв в теле Тэхёна напряжён. Чонгук божественен. Стонет развязно, хрипло, толкается бёдрами навстречу, помогая насаживаться на всю длину по самые яйца. Почти выкрикивает чужое имя. Тэхён его до краёв собой заполняет, ловя волны наслаждения. — Стони с каждым толчком, – шёпотом просит Тэхён, – стони моё имя. Срывай голос для меня.       И Чонгук стонет. Срывает, пока его самого рвёт. Пока он мечется, изгибаясь в спине, не оставляя между горячими потными телами и сантиметра, а Тэхён, уткнувшись в его шею, сипло дышит. А когда сил уже не остаётся — Чон откровенно скулит и цепляется за Тэхёна, пока тот тонет в нём.       Студента выгибает, когда он кончает. Он словно не дышит, чувствуя лишь громадное удовольствие, разливающееся по телу. Чонгука трясёт, когда сперма, стреляющая из члена, марает их животы.       А Тэхёну крышу сносит напрочь, ведь Чонгук так охуительно приятно сжимает его член в себе, умножая наслаждение десятикратно. Тэхён последний раз глубоко толкается с громким шлепком и изливается внутрь младшего, сотрясаясь в сладкой судороге. Оргазм проходит током через всё тело, и, кажется, Тэхён забывает, как его зовут.       Выйдя из Чонгука, Ким падает сверху на него, не сумев удержаться на ослабших руках, и ложится рядом. Вмиг оказавшись близко, он утыкается носом в чужие влажные волосы и расслабленно прикрывает глаза. Чон в ответ прижимается к Тэхёну сбоку и принимается медленно чертить на его коже узоры. — Ну что, профессор Ким? Я сдал зачёт? — спустя пару минут спрашивает Чонгук, с усмешкой глядя на довольное лицо Тэхёна, который, видимо, ещё не отошёл от сильного оргазма. — Сдал, — с нежной улыбкой, обхватывая чужое лицо и мягко целуя опухшие губы. — Ещё как сдал.       Кажется, Чонгук будет часто заваливать тесты. Тэхён совсем не против. Всегда поможет своему студенту.       А сейчас их ночь ещё не закончилась.