Сквозь века

***

- Теперь понятно над чем ты работала все это время, в очередной раз, обрубив связь с окружающим миром, – произнесла Рейвен, прогуливаясь мимо новеньких уже законченных картин художницы. Она подошла к рабочему столу подруги и с любопытством начала разглядывать то, над чем так кропотливо работала Кларк. Это было изображение девушки. Очень красивой девушки. Четкие контуры овального лица, идеальной длины нос, пухлые губы и большие зеленые. глаза. - Что-то в ней определенно есть, - подумала Рейвен, и как только осознание накрыло ее с головой, она громко воскликнула, - Боже, это ведь Лекса, да? - Да, - спокойно ответила художница, не отрываясь от портрета. - Ты не говорила, что она словно сошла с обложки глянцевого журнала. Теперь понятно, почему эта загадочная незнакомка тебя настолько волнует, - улыбаясь, подметила темноволосая подруга, затем немного подумав, добавила, – Я и не знала, что тебя могу привлекать девушки? Карандаш застыл в руках Кларк. И небольшая растерянность появилась во взгляде. - Нуу, я ведь права, твои мысли забиты этой красоткой, - ответила Рейвен, пожимая плечами, - Только посмотри на количество ее рисунков... Взяв со стола самый большой холст, который в отличие от набросков был написан маслом, Рейвен долго и внимательно его изучала. На нем были изображены два воина в окружении толпы ревущих от восторга людей. Они были разнополыми. Мужчина, выделялся на фоне хрупкой девушки своими немалыми габаритами. Но судя по картине, они не дали ему никаких преимуществ. - Лекса надрала задницу этому громиле? – спросила Рейвен, разворачивая рисунок к художнице. - Этого громилу звать Роан, и да, она это сделала. - Ты ему и имя дала? – удивилась девушка. - Нет, его на самом деле так звать. Это принц Азгеды. Его мать Ная – Королева Ледяного народа. Она бросила вызов Лексе, оспорив ее право на власть, и выдвинула в качестве бойца своего сына, - просто ответила Кларк, даже не задумываясь над тем, как это звучит со стороны, - А Лекса слишком уперта, чтобы выбрать себе воина, поэтому дралась лично, рискуя собственной жизнью! - Оооуу, - лишь вырвалось из уст Рейвен, - А почему ее кровь черная? - Потому что Лекса родилась Найтблидой. Она носитель королевской крови, которая устойчива к радиации, поэтому ее цвет черный. Лекса - Хэда, что означает Последняя Истинная Командующая, которая объединила в один Альянс 13 воинствующих кланов, - продолжила спокойно объяснять художница, игнорируя тот факт, что глаза подруги увеличивались в размере, а ее нижняя челюсть медленно ползла вниз. Рейвен словно очнувшись от сна, быстро отложила рисунок и направилась прямо к блондинке. Резко развернув Кларк к себе, девушка положила свою ладонь ей на лоб. - Ты не заболела? С тобой все хорошо? - взволнованно протараторила брюнетка. - Эй, остановись, - смеясь, ответила художница, стараясь, высвободится из крепкой хватки подруги, - Со мной все нормально. - Тогда объясни мне, что все это значит! – потребовала девушка, указывая на стол полный с десяток рисунков Лексы, затем ее взгляд упал на перебинтованную ладонь, - И, кстати, что с твоей рукой? - Производственная травма, ничего страшного, - отмахнулась художница, - Рисунок — это точная копия моего сна. На днях мне приснился бой Лексы и Роана, - продолжила Кларк, указывая на холст, - Остальные картины это просто изображения Лексы, ее мимика, взгляд и да, она произвела на меня сильное впечатление. - И? - И я понятия не имею откуда во мне целый вагон непонятной информации. Но она просто есть и все на этом, – закончила Кларк, пригрозив Рейвен карандашом, когда та вновь хотела наброситься на нее. - Ты спятила, Кларк! – в очередной констатировала темноволосая, отпятившись назад. - Возможно. Не знаю... - Поехали к Эбби. Она поместит тебя в одну из своих огромных штук, просканирует все внутренности, особенно голову и скажет, что с тобой не так. - Я здорова, Рей. Не нагнетай, пожалуйста, - художница отложила карандаш и, посмотрев на часы, добавила, - Поехали лучше перекусим. Уже обед, а я еще даже не завтракала.

***

Спустя некоторое время обе девушки расположились в привычном уютном кафе с довольно простым и запоминающимся названием «У Энтони». Кафе располагалось в паре кварталов от студии Кларк. Это было одно из любимых мест художницы. Тут родились наброски самых успешных ее картин. Мало того хозяйка этого кафе, Оливия Спенсер, пекла потрясающие круассаны, а ее блинчики с кусочками свежих ягод и домашним медом ну просто вскружили голову всей дружной компании Кларк. Поэтому девушки вот уже пару лет частые клиенты семейства Спенсер. - Привет! А я уже думал, ты совсем забыла о нас, - обратился владелец заведения Энтони Спенсер к Кларк, и протянул ей, а затем и Рейвен меню. - Привет. Было много работы. Сутками безвылазно торчу в студии, - Кларк улыбнулась невысокому седовласому мужчине и вернула ему меню, - Пусть Оливия приготовит свой фирменный картофельный суп. И как обычно порцию ее замечательных блинчиков с медом и зеленый чай. - А Вам милая леди? - обратился он к Рейвен. - Милая леди выпьет черный кофе и съест пару круассанов со знаменитой малиновой начинкой, - деловито улыбнулась Рейвен, затем немного приподнялась и оставила легкий поцелуй на щеке добродушного мужчины, вызвав у него румянец, - Это за милую леди! И большой привет Оливии от нас. Кивнув, Энтони удалился. Кафе было небольших размеров, с минимальным количеством столиков. Хозяева не преследовали цель набить себе карманы, а отдавали предпочтение больше уюту, нежели толпе и нескончаемому шуму. Но, не смотря на это, у заведения всегда были посетители. Запах свежей выпечки манил каждого кто проходил мимо. Теплые пастельные тона, светлая мебель, максимум осеннего солнца благодаря большому количеству окон, а музыкальное сопровождение в лице неповторимой Dido или магической Sade создавали невероятную атмосферу спокойствия и легкости. Откинувшись на удобный диван, в ожидании заказа, Рейвен не сводила своих пытливых и любопытных глаз с подруги. - Ну что еще? – не вытерпев, спросила Кларк. - Расскажи мне о ней. Ты вот уже несколько недель прибываешь в полном одиночестве, вернее с мыслями о ней. Огромное количество изображений явно это доказывают.  - Что ты хочешь услышать? - Все! - подмигнула ей Рейвен и слегка улыбнулась, - Я уже знаю, что она невероятно красива и захватывает дух. - Она невероятно уперта! – парировала художница, - Ее невозможно переубедить. Лекса забывает о себе, ставя благополучие других превыше своего… - А разве не так поступают лидеры?! – прервала ее триаду Рейвен, - Ты сама говорила, что она типа большого босса и объединила целые кланы. - Да, так! Но ее жизнь не меньше ценна и важна для ме…- выпалила Кларк, затем внезапно замолчала на полуслове. - Для тебя! Она важна для тебя! – закончила за нее Рейвен, - И ты походу злишься на то, что Лекса частенько рисковала своей жизнью. - Похоже на то…- не стала спорить художница. - Это абсурд какой-то, не находишь? – проговорила вновь Рейвен, потирая виски, - Я не пойму одного, с чего такая заинтересованность в человеке, который и не человек вовсе? - Хороший вопрос. Знать бы мне на него ответ. - Кларк, я серьезно! - Поверь мне и я тоже. Думаешь, я не осознаю всю эту абсурдность, как ты выразилась? Мы говорим сейчас о персонаже моего сна ТАК, словно она живой человек, - ответила Кларк, барабаня пальцами по столу, - Меня это пугает до чертиков. И я не знаю, как с этим бороться, потому что понятие не имею, что это вообще такое, - девушка развернула левую руку ладонью вверх и сняла бинт, - К моим сновидениям с недавнего времени, добавилось еще вот это… - Что ты имеешь в виду? – недоверчиво произнесла Рейвен, разглядывая огромный порез. - Ты сегодня рассматривала картину, на которой Лекса возвышается над поверженным мужчиной, - сказала Кларк, - И как я уже тебе говорила, это сцена из моего сна. Мне снился бой во всех его мельчайших подробностях. Честно говоря, зрелище так себе…, - Кларк сжалась от нахлынувших неприятных воспоминаний, - Там был момент, когда Роан практически достал Лексу. И она схватилась левой рукой за лезвие мяча, останавливая его в сантиметре от своей шеи. Помню, как ее лицо исказилось от боли, как меч глубоко пронзал нежную плоть, а черная кровь окропила землю, - художница осторожно коснулась шрама на собственной ладони, - Когда я проснулась, то обнаружила вот этот порез. И он идентичен с порезом Лексы. - Нееет, - отрицательно покачала головой Рейвен, отказываясь принимать услышанное, - Ты просто сама нечаянно поранила себя, работая в студии, готовя ужин и прочее. Не обратила внимания, а во сне просто задела и… - Рей, я левша, если ты не забыла, - подметила Кларк, - Как я могу, работая в студии или на кухне поранить левую рабочую руку и тем более не обратить на это внимания. Рана глубокая и боль она причинила бы соответствующую. К тому же я обыскала каждый миллиметр собственной комнаты, в надежде найти хоть какой-то острый предмет, который мог бы объяснить появление этого пореза. И ничего, - художница пожала плечами, - А еще что самое странное - порез очень быстро затягивается. - Черт, Кларк, я не знаю. Такого не может быть. - Но оно есть, - твердо произнесла девушка и отвлеклась на телефонный звонок, который доносился из ее сумки. Обреченно вздохнув, художница показала Рейвен экран своего мобильного, на котором высветилось имя Финна и, извинившись, ответила на звонок. - Привет! Да, все в силе. В 5 часов жду тебя в студии, как и договаривались, – спокойно ответила художница, затем прислушавшись к голосу, добавила, - Ты что пьян? Кларк не хотелось, чтобы у этого разговора появились свидетели, поэтому художница встала из-за стола и ускорила шаг в надежде как можно быстрее оказаться на улице. Недовольная триада, доносившаяся с другого конца провода, продолжала литься водопадам, повышая градус раздражения. Подойдя к выходу, Кларк со всей силы толкнула дверь плечом и покинула кафе. Оказавшись на улице, ее мгновенно ослепил солнечный свет, но девушка упорно продолжила движение вперед. Как вдруг потеряла равновесие и рухнула на землю. - Чеееерт, - прошипела она, потирая ушибленное место. Ее телефон слетел с рук прямо на проезжую часть, и его размазало всмятку мимо проезжающая машина. - Определенно, черт! - послышался голос, от которого внезапно сбилось дыханье. Кларк резко подняла свой взгляд на источник и оцепенела. Шум улиц стих. Казалось, даже птицы замерли в полете. Только бешеный стук собственного сердца гремел в ушах. Перед ней была Хэда, собственной персоной. Простым видением или реальным человеком, Кларк пока не могла разобрать. Она тонула в изумрудном взгляде и, брала все до самой последней капли из того, что он ей предлагал. А предлагал он жизнь, которая диафильмом проносилась перед глазами художницы. Где она была несмышленой девчонкой, изучала основы медицины, рисовала на полу в тюремной комнате Ковчега, который не один год бороздил просторы космоса. Превратилась в лидера Небесных людей и, взвалив на свои хрупкие плечи безумный груз ответственности, делала все возможное, чтобы просто выжить. А потом случилась Лекса. Она вошла в жизнь Кларк недостающим кусочком пазла, в котором девушка нуждалась больше всего. С трудом справляясь с потоком неконтролируемых эмоций, чувствуя каждой клеточкой своего тела то, что доселе никогда не испытывала, Кларк прикрыла глаза и медленно выдохнула. Поток картинок прошлой жизни прекратился, оставив после себя довольно неопределенное послевкусие. - Вы сильно ушиблись? – голос незнакомки заставил художницу распахнуть свои глаза. Кларк отрицательно покачала головой, утопая в беспокойном взгляде напротив. - Сможете встать? Девушка вновь молча кивнула и осторожно поднялась на ноги. - С вами, правда, все хорошо? – заглядывая в бездонные голубые глаза, продолжала спрашивать незнакомка. Очередной безмолвный кивок. - Вы уверенны? - Кхм…даа, - наконец-то произнесла Кларк немного охрипшим голосом, - Да, я в порядке. Полном. - Ох, вы все же умеете говорить, - наиграно удивилась девушка, пряча в уголках губ веселую усмешку. - Конечно я… Художница не успела договорить, как перед ней словно из ниоткуда возникла высокая девушка с длинным белокурым волосом, облаченная в узкие джинсы и батильоны на высоком каблуке. В ней Кларк узнала Кастию Робинсон, ту самую эффектную блондинку с янтарными глазами, которой она доверила ремонт собственной квартиры. - Детка, с тобой все хорошо? Как ты себя чувствуешь? – протараторила девушка. - Я в порядке, не волнуйся! – произнесла незнакомка, мягко останавливая хаотичное движение рук Кастии на своем лице, и указала в сторону Кларк. - Ох, это вы, Кларк! – наконец-то заметив художницу, выпалила блондинка, - Привет! Надеюсь, и вы не сильно ушиблись? Хотя эта шишка говорит об обратном, - добавила Кастия, вынуждая Кларк коснуться собственного лба. - Ничего страшного и спасибо за беспокойство, – кивнула Кларк, с трудом игнорируя на себе внимательный взгляд зеленых глаз напротив. Точная копия Хэды в темно-зеленых джоггерах, светлой футболке с надписью AC/DC во всю грудь, косухе и белых кроссовках смотрела так, что невольно мурашки пробегали по спине. Кларк было сложно. Сложно не обращать внимания на столь притягательный взгляд, который с легкостью оголял ее собственное сердце. - Кстати, это МОЯ девушка - Александрия Трикру! – продолжила Кастия, недвусмысленно заявляя свои права, - А это - Кларк Гриффин, мой новый заказчик, о котором я тебе говорила. - Приятно познакомится, - девушка тепло улыбнулась и протянула руку, - Можно просто Лекса. Теплая ладонь накрыла пальцы Кларк. Имя – Лекса – вспыхнуло в воздухе как искра. Художница не смогла ничего ответить – горло будто сдавило изнутри. А в голове стучала единственная мысль: - Ее голос, ее запах, ее руки. Это не может быть игрой воображения. Она здесь. Настоящая. И она – с другой.