Сквозь века

Александрия Трикру. Лучи утреннего солнца просачивались сквозь тонкую тюль, выхватывая из полумрака силуэт мирно спящей девушки. Она была похожа на греческую богиню, застывшую в шелковых простынях. Ее каштановые волосы распластались по подушке, скрывая идеальные черты лица, но открывали вид на длинную шею и изящные плечи. По обнаженной спине бесцеремонно бегали зайчики, лаская теплом осеннего солнца. А упругие бедра и стройные ноги были непростительно прикрыты легким пледом. Лекса недовольно поморщила нос и с легким стоном перевернулась на бок. Нащупав плед, она полностью скрыла свое хрупкое тело от солнечного света. Спустя несколько секунд, казалось мирного сна, шатенка резко открыла глаза и приподнялась на локтях. Ладонь скользнула по белой шелковой простыне, окрашивая ее в алый цвет. Девушка в недоумении взглянула на свою руку, поднимая ее к свету. Из тонкой, но глубокой раны медленно стекала струйка крови, окрашивая запястье алым цветом. Босые ноги мгновенно опустились на холодный пол и направились в ванную комнату. Промыв рану проточной водой, девушка перетянула ладонь чистым полотенцем. Искать аптечку в номере отеля гиблое дело. Ее, как правило, попросту там не бывает. Поэтому Лекса просто позвонила на ресепшен и попросила принести ей бинт и антисептик. Спустя пару минут, в дверь просторного номера постучали, и с разрешения постоялицы, вошел молодой человек в темно-синей униформе. Невысокого роста, но довольно плотного телосложения брюнет, последовал к небольшому стеклянному столику, на котором оставил несколько спиртовых салфеток и бинт. Уже у выхода за его спиной послышались слова благодарности и, обернувшись, мужчина мгновенно застыл на месте. Челюсть медленно поползла вниз, когда мимо него в одном нижнем кружевном белье вихрем пронеслась стройная красивая девушка. Ее длинные волосы локонами спадали с плеч, а невероятно зеленые глаза благодарно улыбнулись. - Мне больше ничего не нужно. Еще раз спасибо! – аккуратно проговорила Александрия, без тени смущения, и начала разматывать полотенце на руке.  - Простите, - ответил молодой человек и поспешно удалился, скрывая легкий румянец, окрасивший его лицо, - Хорошего дня. Бросив полотенце на кресло, девушка довольно ухмыльнулась. Она умела застать любого мужчину врасплох и частенько тешила свое самолюбие подобными выходками. В свои 29 лет Александрия Трикру командовала элитным спецподразделением. Обладая беспристрастным характером, прекрасной интуицией и изощренным умом, она стала не просто командующей, за небольшой промежуток времени, девушка превратилась в безоговорочного лидера, решения которого не ставились под сомнение. Руководство ей доверяло, сослуживцы восхищались стойкостью и уверенностью. В столь юном возрасте она не побоялась взвалить на свои плечи нелегкое бремя ответственности и прекрасно с этим справлялась. - Развлекаешься? – послышался знакомый голос у входа в номер, и Лекса подняла глаза на крупного мужчину, который подпирал дверной косяк, игриво улыбаясь. - Пожалей персонал этой гостиницы. К нашему отъезду у половины этих «малышей» случится сердечный приступ от твоего щеголянья по номеру голышом, - вновь проговорил темноволосый гость, указывая на вышедшего белл боя. Джек Адам Смит единственный друг Лексы, с которым они прошли все тяготы военной службы с самого первого дня учебы в академии. Чертовски привлекательный брюнет, остроумный, сильный, немного занудный, но с огромным добрым сердцем. Его крепкое тело, мускулистый торс и широкие плечи сводили с ума не один десяток красоток. А взгляд темно карих глаз, мгновенно достигал самых потаенных уголков души. - Оставь свои больные фантазии, Смит. И я не голая, - парировала Лекса, затем указывая на черное кружевное белье, добавила, - Или ты уже забыл, как это называется? - Это называется, утихомирь свои гормоны, Казанова! Даже они не справляются с твоим вечно голодным аппетитом, – выпалил Джек и одарил Лексу издевательской ухмылкой, за что получил удар в плечо и разразился громким смехом. - Когда за нами приедет машина? – попыталась сменить тему девушка, накидывая халат на плечи. Взяв со стола спиртовую салфетку, Лекса начала осторожно обрабатывать рану. На секунду замерев, она вопросительно взглянула на молчаливого друга в ожидании ответа. - Через час, - оттаял Смит, отводя взгляд от ладони подруги, и расположился в удобном кресле напротив стеклянного столика, куда Лекса небрежно кинула все медицинские отходы, оставшиеся от перевязки, - Что с твоей рукой? - Скорее всего, порезалась на тренировке, - пожимая плечами, отмахнулась девушка. - Странно. Мы весь вечер занимались кэндо, тренируясь только на синаях, - задумчиво проговорил Джек, затем немного прищурив глаза, спросил, - Ты от меня ничего не скрываешь, мАлая? Опять вляпалась во что-то? - Не во что я не вляпалась, Джек. Это всего лишь царапина. Не нагнетай. - Прошлый раз такие царапины символизировали довольно плодотворную на события ночь, - подметил мужчина, не сводя своих темных, пронзительных глаз с подруги. *Кэндо – современное боевое искусство японского фехтования на бамбуковых мечах. *Синай – бамбуковый спортивный снаряд симулирующий меч - Ты прекрасно знаешь детали той ночи, Джек, - ответила Лекса, и, развернувшись, последовала в спальню, - Я просто заступилась за девушку. - Знаю я, как ты за нее заступилась. Она этого заступничества потом еще недели две искала у дверей твоего номера, - крикнул ей вслед Джек и недолго думая, закинул ноги на стол, - Ты так магнит притягиваешь к себе подобного рода девиц. Я устал каждый раз отправлять их восвояси. Ответа не последовало. Лишь недовольное бурчание Лексы, которое периодически доносилось из комнаты, вызывало очередной хохот Смита. Он всегда любил подшучивать над подругой, особенно когда дело касалось ее навязчивых ухажеров. Лекса была красива и прекрасно понимала это. Она частенько пользовалась данной привилегией, но никогда не позволяла себе переступить грань. Стереотип о том, что привлекательная девушка обязательно глупа, играл ей только на руку. Особенно когда дело касалось выполнения того или иного задания. Усыплять бдительность преступников Трикру умела лучше всех. А остальное уже дело техники, в котором Лексе не было равных. Но существовала и обратная сторона медали. Отмахиваться от назойливых влюбленных было куда сложнее, нежели обезвреживать опасного маньяка. Второму Лекса отдавала больше предпочтения, потому что с первым вариантом она становилась беспомощной словно младенец. Тут-то ее и настигал колкий юмор неподражаемого друга. - Между нами ничего не было, – немного раздраженно проговорила девушка, выходя из спальни полностью одетая, - Хотя даже если и было, то это не твое дело! Белая длинная футболка, легкие серые джоггеры и черные кампусы прекрасно сидели на идеально подтянутом теле. Шатенка подошла к стеклянному столику и начала складывать в бумажный пакет весь мусор. - Что значит не мое дело? Между прочим, я рискую собой. Учти, мАлая, я больше не буду спасать тебя от этого безумия, - пригрозил ей пальцем мужчина и недовольно фыркнул, когда Лекса скинула его ноги со стола. - Единственное чем ты рискуешь, так это здоровьем своего дружка, - парировала Лекса, указывая на пах мужчины. Показное возмущение Джека вызвало у девушки лишь самодовольную ухмылку. Закончив с мелкой уборкой, Лекса оставила пакет с мусором у входа на случай прихода уборщицы, и, повернувшись к другу, добавила: - Скажи лучше спасибо, ведь благодаря мне большинство из этих девиц оказываются в твоей постели. Так что тебе грех жаловаться. - Они оказываются в моей постели благодаря моему исключительному таланту соблазнения, - деловито проговорил Джек, поднимаясь с кресла, - Хватить корчить из себя Золушку. Пойдем, перекусим, нам скоро в аэропорт. Дома нас ждут великие дела, моя неподражаемая Хэда. - Опять эта Хэда… Я убью Оливера, - прошипела Лекса, услышав подобное обращение. - За что? - За его манию давать всем прозвища. Откуда он вообще взял его? И почему оно сразу же привязалось ко мне? – продолжала ворчать девушка, но ее губ коснулась легкая улыбка, которая символизировала о том, что странное имя пришлось ей по вкусу. - А мне по душе. Есть в этом имени что-то древнее. Что-то…магическое, - пожимая плечами, ответил Смит, медленно и протяжно повторяя, - Хэда. Хэда.