Сквозь века

***

- Старшая дочь Кристофера Уайта. - Она его ПРИЕМНАЯ дочь! Что взять с чужого ребенка? Саманта Оливия Уайт – вот на ком мы должны сосредоточится. - Александрия Трикру, не просто приемная дочь. Она гордость всей системы, которую создал и внедрил в вооруженные силы, Уайт. Она претендует на руководящие должности не только Департамента, на нее положили глаз ФБР, ЦРУ и прочие. Но главное, что она дочь Майкла Трикру. - Майкла Трикру уже давно нет в живых… - Скоро и его дочь отправиться к нему.

***

Лекса поправила небрежно накинутое на плечи пальто и толкнула ногой входную дверь, наконец-то выбираясь из здания департамента полиции. Нахождение в душном и замкнутом помещении на протяжении нескольких часов затормозило сознание, наградив тупой головной болью, которая молоточком выстукивала по вискам. Оказавшись на улице, она ненадолго прикрыла глаза, пропуская сквозь легкие долгожданную порцию свежего воздуха и устало выдохнув, посмотрела на часы, которые отбили уже далеко за полночь. - Надеюсь, это хьюстонское отребье, не причинило вам вреда?! Вы слишком ценный кадр, я бы сказал золотой актив самого Кристофера Уайта, - внезапно раздался язвительный голос Деста позади, - Доброй ночи, Александрия. - Со мной все в порядке, - ответила девушка, скрывая свое раздражение и обернувшись, приветственно кивнула, - Нет причин для беспокойства. Эдисон Дест был типичным мускулистым представителем мужского пола в бежевом пальто, ботинках-челси, джинсах и свитере. Блондинистый короткий волос, туманные серые глаза, длинный нос, немного вздернутый вверх, тонкие губы и угловатый подбородок. Взгляд сквозил присущим ему высокомерием и наглостью. - Бандаж говорит об обратном, - не унимался мужчина, указывая на прижатую к груди руку, и на его лице расцвел издевательский оскал, - Теряете хватку, Командующая? - Не дождетесь, - фальшиво улыбнулась Лекса. - Думаете? - Уверенна. - А я вот сомневаюсь, - подмигнул ей Дест, - Кстати, является ли правдивым то, о чем судачит пол департамента? Вы действительно соблазнили знаменитую художницу Хьюстона, а ее парень, узнав об этом, решил поквитаться? - У меня нет привычки, обсуждать сплетни, – просто ответила Лекса, - Особенно, когда речь заходит о моей личной жизни. - Ваша личная жизнь, на данный момент, стала достоянием общественности. А это упущение Трикру, точно такое же, как и лангет, поддерживающий вашу руку, - ехидно подметил Дест, - Но опуская все это, должен признать, что вы обладаете отменным вкусом. Я видел Кларк Гриффин пару раз в новостях. Эта блондинка очень аппетитная особа с волнующими формами. Будь я на вашем месте, то тоже не упустил возможности трахн... Ее провоцировали. Трикру в этом не сомневалась. Но все же чувствовала себя сапером посреди минного поля, потому что понятия не имела о причинах подобного поведения со стороны малознакомого мужчины. С момента их первой встречи от него сквозило неприязнью, и Лекса кожей чувствовала это. Чувствовало то, что было далеко от профессионального, скорее личное, скрытое, непонятное. - Советую не озвучивать до конца свои мысли, - процедила сквозь зубы девушка, перебив раздражающего собеседника, - В противном случае… - В противном случае ЧТО? – вскинув вверх гладко выбритый подбородок, выпалил Дест, и в его глазах вспыхнули огни лютого безумия, - Позовешь на помощь любимого дядюшку? Ведь он ВСЕГДА впрягается за тебя, разгребая дерьмо. Может, этот старик единолично ТРАХАЕТ твою художницу, ведь ты САМА ни на что не способна? Слова, с легкостью слетевшие с тонких губ, подобно граду тяжелых ударов обрушились на голову. Сердце пропустило болезненный стук, а зеленые глаза опасно сузились, сверкнув древним особым блеском. Лекса расправила плечи и твердым шагом двинулась к мужчине, который с нескрываемым удовольствием упивался слишком предсказуемой реакцией девушки. - Я ожидал бОльшего от дорогущей игрушки Хьюстонского S.W.A.T., - ухмыльнулся своим мыслям Дест, в предвкушении сжимая руки в кулаки, - Неужели эту девчонку можно настолько быстро вывести из себя? Мужчина рассчитывал на стычку. Унизить любимицу Уайта было слишком соблазнительной идеей, от которой не отказываются. А судя по любопытным взглядам сотрудников департамента, большинство из которых замерли в голодном ожидании, сделать это публично станет настоящим джек-потом. - Я не из тех, кто будет откликаться на бестолковый лай СОБАК. Да и ДВОРНЯШКИ меня не пугают. Так что прекращай тявкать, Дест, - холодно проговорила девушка, практически вплотную приблизившись к мужчине, - А что касается твоего нездорового интереса к моей интимой жизни, - Лекса наклонилась немного вперед и на ухо прошептала, - То, как я ТРАХАЮ женщин прямо пропорционально истерии их мужчин. Тебе такое не понять, поэтому довольствуйся лишь сплетнями, исходя слюной по тем, кто для тебя недостижим. То насколько слова Лексы возымели эффект разорвавшейся бомбы свидетельствовало мгновенно исчезнувшая улыбка в и покрасневшее от ярости лицо Деста. - Я уничтожу тебя, Трикру! – прошипел мужчина. - Мечтать не вредно, - небрежно бросила Лекса, победно улыбнувшись, и зашагала прочь, оставляя офицера утопать в собственном гневе от неудавшейся провокации.

***

- Доброй ночи, мистер Гриффин, - поздоровалась Лекса с отцом Кларк. Мужчина молча кивнул и пропустил девушку в дом. Закрыв входную дверь, он снял очки, которые надевал при чтении и, скрутив газету в руках, спросил: - Как твое плечо? - Уже лучше! Отделалась ушибом, - тепло улыбнулась Лекса, осторожно снимая верхнюю одежду, - И спасибо, что помогли Эдди с моим автомобилем. - Не за что, - ответил Гриффин, заглядывая в изумрудные глаза, за которыми скрывалась тотальная усталость. Былая аура чистейшего адреналина и смертельной опасности, канули в лету. Теперь перед мужчиной стояла высокая, темноволосая девушка, с невероятными зелеными глазами, мягким бархатным голосом и теплой улыбкой. Она робко переминалась с ноги на ногу, сжимая в руке свое пальто. Ее мягкий взгляд пробегал по всему свободному пространству дома в поисках Кларк и, не найдя желаемого, переместился на Джейка. - У вас наверняка миллион вопросов ко мне? – прямо спросила девушка. - А ты проницательна, - заметил мужчина. - После того, что произошло, было бы странно, если бы их не было. - Что ж, тогда будет лучше, если мы пройдем в гостиную и немного поговорим.

***

Оказавшись в гостиной, Джейк Гриффин пригласил Лексу сесть поближе к камину. Газета и очки, которые он до сих пор сжимал в руках, переместились на одну из полок стеллажа, переполненного огромным количеством книг и журналов. - Последние пару месяцев меня толком не было дома, чтобы быть в курсе тех изменений, которые коснулись моей семьи. И я, конечно, был немного в ступоре от столь масштабных перемен, - проговорил мужчина, присаживаясь на кресло напротив гостьи. Он был спокоен и расслаблен. Тон его голоса был мягким и неспешным, без доли раздражительности или осуждения. - Слышал, ты начальница Линкольна, друга Кларк, - продолжил глава семейства Гриффин. Лекса утвердительно кивнула. - Это впечатляет, учитывая твой довольно юный возраст. Но увидев тебя в действии, многие вопросы отпадают моментально. Ты отлично владеешь боевыми искусствами. Что это? Карате? Джиу джитсу? - Карате, тхэквондо и немного армейского рукопашного боя, если быть точнее. - Похвально, - утвердительно кивнул Джейк, не скрывая своего восхищения, затем прямо посмотрев на Лексу, добавил, - Некоторое время назад, я разговаривал с Эбби. Она сказала, что за всем случившимся стоит Финн Коллинз. Так же рассказала о твоем решении НЕ ПРИВЛЕКАТЬ его к ответственности. Пойми меня правильно, Александрия, Кларк мой единственный ребенок и для меня нет ничего важнее ЕЕ счастья и безопасности. И то и другое, как выяснилось, теперь тесно переплетено с тобой. Поэтому я хочу услышать причины подобного решения по отношению к человеку, который посягнулся на вашу безопасность. Девушка на мгновенье прикрыла глаза и медленно выдохнула, собираясь с мыслями. - Причина кроется в нежелании становиться неким мостом в неизбежное, мистер Гриффин, - в итоге вслух проговорила она, решив быть предельно честной с Джейком, - Тюрьма ломает в человеке все самое хорошее, концентрируя внимание на агрессии и мести. Из Коллинза слепят настоящее отребье, которое будет идентично с тем, что пыталось сегодня покалечить меня. Поэтому когда есть шанс предотвратить кучу проблем в будущем, я им непременно воспользуюсь.  - А тебе не кажется что сейчас не время для благородства? – подметил мужчина. - Дело не в благородстве, а здравом смысле, - твердо проговорила Лекса, - Порой ревность застилает туманом разум, и мы готовы наломать дров, не задумываясь о последствиях, - продолжала девушка, бросая беглый взгляд на притихшего мужчину, - Возможно, в ваших глазах это его не оправдывает, но Финн Коллинз не негодяй. Вы и сами это прекрасно знаете. Таким как он, не место за решеткой. Решение принято. И я не отступлю от него, мистер Гриффин. - Джейк, можно просто Джейк, - поправил ее отец Кларк. Его взгляд задержался на ярком пламене в камине, пока разум пытался переварить услышанное. - Знаешь, по-отцовски я осуждаю твое решение, ибо считаю, что каждый должен отвечать за свои деяния, но по-человечески искренне понимаю его причины, - наконец-то проговорил мужчина, разрушая образовавшуюся тишину, - Но в любом случае спасибо за честность. - Вам спасибо, - кивнула Лекса. - А кто твои родители? Чем они занимаются? – внезапно спросил Гриффин, - Твоя фамилия кажется мне знакомой. - Ох, - резко выдохнула девушка, немного застигнутая врасплох личным вопросом, - Их звали Майкл и Оливия. Отец был военным, а мама работала клиническим психологом, помогала солдатам справиться с посттравматическими расстройствами. - Почему ты говоришь о них в прошедшем времени? - Потому что они оба погибли в автомобильной аварии, когда мне было пять. - Мне жаль… - еле слышно произнес Джейк, потрясенный суровой реальностью. - Все заваливаешь бедного ребенка вопросами, дорогой? – послышался мягкий голос Эбби, и Лекса перевела взгляд на светловолосую женщину, которая скрестив руки на груди, подпирала дверной косяк. - Можно и так сказать, - не стал спорить Джейк, - Давно наблюдаешь? - Нет, - покачала головой Эбигейл и сразу же обратилась к Лексе, - Милая, Кларк ждет тебя в своей комнате. Девушка кивнула и последовала на второй этаж к комнате художницы, оставляя супругов наедине. Картина, которая открылась ее взору, когда входная дверь была распахнута, заставила сердце болезненно сжаться. Кларк сидела на полу у кровати. Обхватив свои ноги руками, девушка прятала лицо. Дрожь сковала тело, а рваное дыханье сквозь всхлипы, заставило Лексу моментально рухнуть перед художницей на колени. - Кларк, - мягко протянула она, стягивая со своего плеча лангет, и осторожно коснулась колена блондинки, - Кларк, что случилось? - Лекса!? – послышалось в ответ, и заплаканные голубые глаза сосредоточились на зеленых. И снова нахлынули образы наполненные страхом, слезами и полным одиночеством. Кларк сильно зажмурилась в надежде прогнать призрачный вид собственных рук по локоть испачканных в черной крови. Еще никогда она не была настолько разбита и эмоционально опустошена. Увиденный сон продолжал выжимать ее до самого предела, лишая остатков сил. Его тень густой черной тучей нависла над головой, разрываясь громом и молниями невиданной силы. Казалось, этому нет ни конца, ни края. - Обними меня, пожалуйста, - выдохнула художница, и сквозь град слез еле уловимым шепотом добавила, - Не уходи. Не оставляй меня. - Я с тобой, - ответила Лекса, притягивая к себе блондинку, - Я рядом. Кларк прикрыла глаза, растворяясь в предложенной теплоте. Она уткнулась носом в шею Лексы, вдыхая запах любимого тела, губами ощущая пульс, бьющейся под кожей. Спокойствие медленно просачивалось под кожу, вытесняя холод страха. Мирно бьющееся сердце в груди Лексы, все больше и больше втягивало художницу в настоящее. В ту ее личную реальность, в которой она не была одна. - Кларк, поговори со мной. Расскажи, что тебя тревожит? – спустя некоторое время, послышался голос Лексы. - Это сложно объяснить, - немного отодвигаясь от Лексы, ответила Кларк, затем поднялась на ноги и начала мерять шагами свою комнату, - Во мне борются две составляющие собственной сущности. Та, что потеряла тебя и вторая, которая близка к сумасшествию от потока адской боли первой. Это безжалостно рвет сердце и душу на куски. - Две составляющие? – растеряно переспросила Трикру, не понимая смысла слов, и поднялась следом за художницей. - Мне приснился одни из тех странных снов…. В нем ты умерла у меня на руках от потери крови, - признание Кларк, словно удар под дых, который в одно мгновенье выбил весь воздух из легких, - От пулевого ранения. У меня не получилось тебе помочь, и ты…ТЫ УШЛА, оставив меня одну, - продолжила блондинка, периодически съеживаясь от собственных слов, - Я чувствую все, что чувствовала она в тот момент. Это невыносимо, - по щеке покатилась одинокая слеза, - Картинки твоего окровавленного тела, последнего вздоха, прощального поцелуя все мелькают и мелькают перед глазами. Слова Ai gonplei ste odon эхом проносятся в голове. И я не могу собраться. Меня будто раскололи на две части, Лекс. - Мне жаль, - искренне прошептала Трикру, наблюдая за тем, как ее возлюбленная, смахнув слезы, тяжело выдохнула. - И мне жаль, - произнесла Кларк еле слышно. - Ai gonplei ste odon, – Лексу внезапно осенило, когда она без запинки повторила сказанное ранее Кларк - Тригедасленг - язык древесного клана земных людей. Мы частенько использовали его в беседе, - кивнула художница и перевела взгляд на приоткрытую дверь. Из коридора доносились голоса Джейка и Эбигейл, которые громко спорили о чем-то. Недолго думая, Кларк проследовала к двери и закрыла ее, надавив на фиксатор ручки. Ей не хотелось, чтобы родители стали свидетелями того, в чем ни она, ни Лекса еще сами не разобрались. Кларк вернулась к своей темноволосой возлюбленной и обвила руки вокруг ее талии, мягко притягивая к себе. Соприкоснувшись лбами, обе одновременно выдохнули. Они нуждались друг в друге. Настолько сильно, что порой сами не могли до конца поверить в реальность подобного притяжения. - Эти сны…они выбивают почву из-под ног. Они так реалистичны и этим пугают меня. Порой я теряюсь в пространстве, не понимая, где вымысел, а где правда. - Я тоже теряю настоящее из виду, когда картинки прошлого накатывают волнами, поэтому понимаю насколько сложно заставить себя абстрагироваться от эмоций и чувств, - мягко проговорила Лекса, начиная водить руками по напряженной спине художницы, - Но подобное состояние со временем проходит. Просто дыши глубже и сосредоточься на том, что ты можешь почувствовать – мои прикосновения, мой голос, запах. Зеленые глаза были полны жизни, искря особым глубоким блеском. Они смотрели в самую глубь, обнажая душу, заставляя сердце стучать быстрее обычного. Мягкая кожа сводила с ума, а легкий шепот бархатного голоса вызывал мурашки по телу. Кларк медленно, но верно поддавалась этим магическим чарам, погружаясь в их омут. Она уже привычно провела кончиками пальцев по щекам и задержалась на полных губах. - Почувствуй, - прошептала Лекса и застонала в жар рта Кларк, которая с жадностью впилась в ее губы. Поцелуй был далек от нежного. Никакой прежней осторожности и ласки. Художница разомкнула губы и жадно углубила поцелуй. Она прижимала Лексу к себе, желая буквально залезть под кожу, слиться воедино, забыться в ее теплоте. - Кларк…- сорвалось с уст Лексы. - Лекса…- выдохнула Кларк. Дыханье стало сбивчивым и прерывистым. Оставив в покое губы, Кларк переместилась на шею, втягивая и покусывая нежную кожу. Утром будут багровые отметины. Но Лекса особо не возражала. Наоборот потакала подобным действиям, откидывая голову назад, предоставляя больший доступ и отдавая полный контроль в трепетные руки художницы. Она тонула. Тонула добровольно. И не было больше пути назад. Движения художницы были требовательными и жесткими. Это дико заводило Лексу, которая практически лишилась дыхания, когда некогда милая и нежная Кларк Гриффин, грубо прижала ее к стене, наваливаясь всем своим телом. А затем задрала футболку и нетерпеливо рванула бюстгальтер в сторону. Губы бесцеремонно сомкнулись вокруг твердого соска, а пальцы накрыли второй. Возбуждение росло с неимоверной силой. Лекса чувствовала, как низ живота скрутило пружиной, а между ног все горело, требуя немедленной разрядки. Ее тело дрожало и покрывалось мурашками. С губ срывались стоны, которые переходили в нетерпеливые всхлипы.  - Постарайся не шуметь, - сквозь затуманенный разум просочился голос Кларк. Художница потянула за пуговицу на джинсах, расстегнула молнию и поспешно стянула эту ненавистную ей вещь. Следом последовало нижнее белье, которое так же поползло по стройным ногам вниз. Как только запах возбуждения Лексы проник в сознание Кларк, девушка тихо застонала, и накрыла горячую плоть своей ладонью. Пальцы мягко заскользили у входа, погружаясь в обилие влажности. Лекса с тихим стоном опустила голову на плечо светловолосой девушки. И спустя секунду впилась в него зубами, почувствовав всю длину пальцев Кларк, проникающих внутрь. - Ты такая мокрая, Лекса, - сорвалось с губ блондинки. Кларк сохраняла спокойный темп, сводя с ума своей медлительностью обеих. Она наслаждалась тем, какой влажной и горячей была Лекса. Ее желание стекало по запястью блондинки, вызывая пошлое и дико возбуждающее хлюпанье между ног. Художница прикусила нижнюю губу, подавляя свой стон. Затем свободной рукой провела по упругой ягодице и, скользнув по бедру, немного приподняла ногу Лексы, опустив ее на боковую перекладину кровати, намеренно открывая бОльший доступ к жаждущей плоти. - Кларк, - выдохнула Лекса, не выдержав сладкой пытки, ее ноги дрожали, - Пожалуйста… - Пожалуйста, что? – переспросила блондинка, ухмыляясь недовольному шипению возлюбленной. - Кларк, … - практически взмолилась Лекса. Слова уже давались с трудом, так как мысли разбегались в разные стороны. Состояние полной эйфории пронзало каждую клеточку ее тела, лишая возможности толково формулировать свои мысли. - Это не ответ, милая, - настаивала Кларк, продолжая медленно погружаться глубоко внутрь, - Скажи, что ты хочешь? - О, Боже, - вырвалось с уст Лексы, когда художница внезапно согнула пальцы и потерла особую точку внутри, - Я хочу… боже…Кларк. ТРАХНИ МЕНЯ. Заветные слова, послужили спусковым крючком, и где-то глубоко родилось практически животное рычание, которое заставило художницу ускорить свои движения, начиная глубже и жестче проникать в Лексу. - Сильнее, - выдохнула Трикру, прикрывая глаза от волн удовольствия, которые накатывали на ее тело, доводя по полной истерии. Лекса неистово задвигала бедрами в такт толчкам Кларк. Жаркое дыханье блондинки на ее шее опаляло кожу. Девушка уже готова была взорваться в мощном оргазме, но почувствовала полнейшую пустоту, когда волшебные пальцы, творившие с ней невероятное, внезапно покинули ее. Лекса распахнула свои глаза, намереваясь спалить все вокруг, но спустя буквально доли секунд с пошлым, глубоким стоном запрокинула голову назад. Ее ноги подогнулись и задрожали от нового витка наслаждения пронзившего плоть. Ища опору, она в одно мгновенье погрузила свои руки в белокурые волосы, практически насаживаясь на горячий рот Кларк, губы, которой сомкнулись вокруг ее клитора, начиная поспешно его посасывать. Пальцы вновь продолжили толкаться внутрь, лишая Лексу остатков самоконтроля. И спустя минуту интенсивных ласк, она бурно кончила, рухнув в раскрытые объятья художницы. - Ты в порядке? – сквозь тягучую негу блаженства, прорвался обеспокоенный голос Кларк. - Мммм, – смогла лишь выдавить Лекса, сворачиваясь клубочком в руках художницы. - Исчерпывающий ответ, - ухмыльнулась блондинка.

***

Яркие лучи солнца, пробивались сквозь тюль, кружась в медленном танце на лице Кларк. Их теплота постепенно вытягивала девушку из крепкого сна, заставляя пожалеть о своем решении, не задергивать шторы ночью. Отчаянно борясь с пробуждением и преследуя цель спрятаться от назойливого солнца, Кларк перевернулась на живот. Губ коснулась нежная улыбка, когда знакомый аромат парфюма достиг обонятельных рецепторов, и художница моментально прижалась к теплому телу рядом, зарываясь носом в основание длиной шеи. - Доброе утро, - послышался хрипловатый от сна голос Лексы. - Утро еще не наступило. Солнце нас обманывает. Еще глубокая ночь. Спи, - недовольно пробурчала Кларк, натягивая на голову одеяло. - Я бы с удовольствием. Но мне нужно быть в больнице к десяти, - ответила девушка как можно мягче и улыбнулась обреченному вздоху художницы, - Как ты себя чувствуешь? - Лучше, - ответила Кларк, лениво выныривая из-под одеяла, - Разум прекратил трансляцию фильмов ужасов в голове, и дышать стало свободней. Надеюсь, так будет и впредь. - И я на это надеюсь, - ответила Лекса, оставляя легкий поцелуй на макушке художницы. Мысли девушки вернулись ко сну Кларк, и Лекса задалась логичным вопросом, о том могут ли события прошлого вновь переплестись с настоящим. Порез ладони, татуировки, набитые без единого прокола иголкой спины, доказывают вполне обоснованное чувство беспокойства, которое осело где-то глубоко внутри. Поежившись от довольно неутешительных фактов, возникших в голове, Лекса насильно переключила свое внимание на расслабленное, манящее тело рядом. Она нежно провела по руке художницы, легко, едва касаясь кожи. Затем пробралась под футболку и начала осторожно царапать спину, вызывая довольное мурлыканье Кларк. - На счет вчера…, - послышалось неуверенное и смущающее, - Прости, если я была немного груба. Не знаю, что на меня нашло. Обычно, я так не веду себя. -Тебе не за что извиняться, Кларк, - мягко произнесла Лекса, продолжая касаться возлюбленной, - Поверь мне, ты не сделала ничего такого, чего бы мне самой ни хотелось. - Просто…это было… - Это было потрясающе! - улыбнулась девушка, замечая легкий румянец на щеках художницы, - Но я сгорю от стыда, если твои родители стали свидетелями моих вчерашних вокальных навыков… - Не стоит переживать по этому поводу. В доме отличная звукоизоляция и спальня родителей на другом конце дома, - ответила Кларк, - К тому же, мы не были настолько громкими …наверное.