Чёрное сердце ангела

      Мужчины пропустили девушек вперёд, а сами прошли за ними. Но прежде Геральд остановил ангела, выставив перед ним руку.       — Если выкинешь какую-нибудь дурь или просто с ней заговоришь, после чего ей станет плохо и она снова закроется в себе, то я лично вырву тебе крылья, засуну их тебе в твой пернатый зад, подожгу и скажу, что так и было, — в глазах брюнета читалась решимость и явно блефом тут не пахло; не дожидаясь ответа ангела он добавил. — Надеюсь, ты меня услышал и понял.       Толкнув блондина плечом, Геральд прошёл за своей женщиной. А Дино остался недолго стоять в проёме дверей, но всё же собрался с духом и прошёл в зал. На вершине лестницы, от куда раньше вещал Серафим Кроули, стоял и дожидался, когда все соберутся, Адмирон Винчесто. Рядом с ним стояли Серафим Ребекка, которая решила уйти из Совета Цитадели, тем самым уступив место «свежей крови» и быть ближе к внуку, вездесущий Ангел Фенцио и…       — Ади и Сэми?! — в один голос проговорили Вики, Дино, Лилу и даже Геральд.       — Ты что-нибудь об этом знаешь? — тихо спросила Вики у демона.       — Так же, как и ты, теряюсь в догадках. Но судя по их переплетённым рукам, они до сих пор вместе, — с лёгкой улыбкой ответил он.       — Дорогие друзья, я рад сегодня приветствовать наших новых учеников, а так же их родителей, что почтили нас своим визитом… — начал свою речь Адмирон, но Дино его уже не слушал, а под впечатлением от слов своего бывшего учителя погрузился в пучину новых воспоминаний. Дино       После нашего первого поцелуя, прошло много времени. Больше я не целовал её, но желание возрастало в геометрической прогрессии. Будто во мне проснулся демон похоти и ревности. Вики, конечно, не давала повода её ревновать, я был уверен в её чувствах, но взгляды, что я ловил на ней, меня бесили и я был готов порвать каждого. Ещё и Геральд назначил ей дополнительные занятия.       «И чем же они там занимаются? Изучают Евангелие или Библию Ада?» — думал я продолжая свои тренировки под пристальным взором отца.       На балу, посвящённому Очищающему дождю, я как с цепи сорвался. Может это подействовал Глифт, может её платье, которое мне казалось через чур откровенным, хотя платье Лилу тогда можно было поставить в одну шеренгу с платьями всех демониц, а развратнее их никто не одевается. В тот вечер мы танцевали и смеялись, чуть пригубил Глифта, а она выпила целый фужер.       «Вот к чему приводит общение с демонами», — подумал я.       Мы вышли на балкон и мы снова поцеловались уже по-взрослому, а не как подростки в школе. И тогда я почувствовал, как же мне тесно в штанах и как сильно я её хочу. Она отстранилась первая.       — Всё, перестань. Вдруг кто зайдёт, — говорила она, а я уже представлял, как вхожу в неё по самое основание.       — Тогда может пройдёмся по саду. Сейчас там навряд ли кто-то гуляет.       — Давай, — ответила она и я, подхватив её на руки, перемахнул через каменные балконные перила, украшенные пузатыми балясинами, и на крыльях спустился в сад.       Всё это время она звонко смеялась, сильнее прижимаясь ко мне. Мы не долго погуляли в свете луны и прошли в беседку не далеко от статуи Немезиды. Она была прекрасна, а я всё сидел и пытался справиться со своим стояком.       «Будь я сейчас один или в своей комнате, то вздрочнул бы. И всё путём», — подумал я.       Для меня это не было ново. Когда просыпаешься с нехилым стояком и ни какие способы, кроме как рукоблудство, не помогают, то спускаешь пар только так. Доставая каменное изваяние из штанов, и начинаешь дрочить до разрядки.       «Интересно, а Вики мастурбирует или Мими ей фаллоимитатор даёт?» — и почему эта мысль для меня была сейчас так важна.       Я сидел и не слушал о чём она говорит, а просто погрузился в свои фантазии.       Встаю со скамейки, подхожу к ней, впиваюсь в её губы и не собираюсь останавливаться на этом. поворачиваю её к себе спиной и продолжаю целовать её нежную шею, сжимать её грудь, спрятанную тканью платьи и лифчиком. Она что-то шепчет, но я не слышу. Я хочу её, не взирая на запрет. продолжаю ласкать её одной рукой, а другой нервно и нетерпеливо расстёгиваю брюки и освобождаю свой член. Задираю подол платья, отодвигаю шёлковые трусики и вхожу в её узкую киску. Не встретив препятствия в виде девственной плевы, понял, что она не девственница, но по потому на сколько она узкая, я догадался, что партнёров у неё было не много (один-два от силу). Её стоны разносятся по всему саду и это возбуждает ещё сильнее. Я в буквальном смысле вдалбливаюсь в неё, с каждым движением ускоряя темп.       И тут я буквально понимаю, что это не фантазия и я в прямом смысле трахаю Вики раком. Но вместо сладких стонов, я слышу её всхлипы и подобие криков, так как голос её совсем сел. Пара толчков и я извергаю семя на подол её платья. Я не успеваю сказать ей и пары слов, как она срывается с места и, теряя туфли, убегает прочь из сада и от меня.       «Что я наделал?!» — с ужасом понимаю я и бегу в след за Вики.       Я добежал до её комнаты и стал барабанить в дверь. Я чувствовал её энергию за дверью, она скорее всего сидела на полу, подперев дверь.       — Вики, открой пожалуйста.       — Убирайся! Я не хочу тебя видеть! — услышал я.       — Нам надо поговорить, — пытался достучаться уже до неё.       — Поговорить? Поговорить?! А когда я просила остановиться, когда насиловал меня, ты слышал?! — она кричала. — Убирайся!       Последней её слово и я слышу, как она начала плакать.

***

      Из тяжёлых воспоминаний его вывели аплодисменты. Блондин перевёл взгляд на Вики: она улыбалась, её улыбка была адресована матери, Адмирону и всем, кто стоял на вершине лестницы, и даже тем, кто её сейчас окружал, но не ему. И в этом он виноват был сам.