what's luck got to do with it

— Подожди, подожди. Хорошо. Прогони все еще раз, я хочу быть уверенным, что ко мне не привязана молниеносная версия бомбы. — Без проблем, — к счастью, Хацумэ вполне счастлива объяснить свое новое творение, возможно, более подробно, чем это необходимо. — Согласно тестам, которые мы провели, ты, Мальчик-Молния, отрицательно заряжен. Это тип энергии, которую твоё тело производит само по себе. Но сама атмосфера позитивно заряжена. Хацумэ берет записную книжку с края захламленного стола, прислоненного к стене, открывает его и радостно издает: «А!» когда находит то, что искала. — Хорошо, значит, твой отрицательный заряд притягивает положительно заряженную энергию в воздухе, так что ты в конечном итоге сохраняешь и ее. Проблема в том, что ты поглощаешь энергию быстрее, чем генерируешь, и поэтому в твоём теле больше положительной энергии, чем отрицательной. Денки уделяет этому пристальное внимание, хотя у него есть телефон, который записывает разговор, чтобы он мог позже снова выслушать объяснение, если ему понадобится. В целом, он просто хочет иметь возможность включить это для соответствующих сторон (соответствующие стороны — это его парень и чрезвычайно защищающие родители парня), вместо того, чтобы объяснять самому. Розоволосая девушка продолжает. — В конечном итоге в твоём теле больше положительного заряда, чем отрицательного, а дисбаланс зарядов создает статическое электричество. Вдобавок ко всему, твоё тело, естественно, хочет генерировать больше отрицательного заряда, чтобы уравновесить. Однако ты можешь удерживать только определенное количество энергии, и та застревает, пытаясь раздвинуть границы того, сколько электричества может удерживать твоё тело. Хацумэ отбрасывает блокнот обратно на стол и иллюстрирует свою точку зрения, сжимая кулаком плоскую ладонь и двигая вниз. — По сути, твоя собственная причуда толкает тебя за пределы собственных пределов, и удерживает, пока ты не используешь накопленную энергию, и заставляет тело сходить с ума и бонусом иметь все эти глупые побочные эффекты. — И эта штука поможет? — Денки поднимает руку и смотрит на крайне невзрачную черную полосу, обернутую вокруг его запястья. Она была немного шире обычного браслета, и в центре была тонкая серебряная линия. Выглядит не очень, но пока это работает, Денки жаловаться не собирался. — Конечно да! — улыбка Хацумэ ослепляющая. Денки чуть ли не прищуривается в ответ. — Этот малыш будет всасывать весь положительный заряд в определенном радиусе вокруг тебя и нейтрализовать его. Ты будешь заполняться отрицательным зарядом по мере того, как генерируешь свой собственный заряд. Он должен будет сам остановится естественным образом, как только ты достигнешь определённого предела, и не должен вызывать у тебя никаких проблем, поскольку это всего лишь один тип заряда. — И это никак не будет мне мешать во время драки? — он не может избавиться от легкого скептицизма в своём тоне. Поскольку он так долго боролся с множеством недостатков своей причуды, и иметь такое простое решение кажется неправильным. — Неа! Ты по-прежнему сможешь использовать столько отрицательного заряда, сколько захочешь. Кроме того, ты можешь выключить моего малыша, если тебе будет нужно, просто убедись, что использовал весь свой положительный заряд, прежде чем включить его снова. И приходи, если возникнут проблемы!

***

В тот вечер Денки впервые пробует свой новый аксессуар. Хитоши остаётся с ним в качестве моральной поддержки, хотя сейчас он стоит в паре десятков метров от него. В конце концов, Денки должен высвободить всю энергию из своего тела, прежде чем активировать приспособление, и ему бы не хотелось, чтобы его парень прочувствовал силу его причуды второй раз за неделю. Денки задается вопросом, сможет ли он однажды почувствовать разницу между двумя зарядами и контролировать их по отдельности. Пока он не видит разницы, так что все должно быть высвобождено. Сброс к заводским настройкам, как назвала это Хацумэ, и это заставило Денки фыркнуть. Глубоко вздохнув, он кладет руку на землю. Как всегда, когда он использует свою причуду, все его тело вспыхивает от волнения. Запах выжженной земли наполняет его нос, и от места, где лежала его ладонь, отходят выжженные линии. Когда он встает, мир становится немного туманным, но не расфокусированным. Идеально. Ему удалось все выгнать, не поджарившись. Денки чувствует, как по его руке скользит чужая теплая рука, и, поднимая взгляд, видит Хитоши с такими же туманными глазами и ленивой улыбкой на губах. — Не думаю, что когда-либо говорил тебе об этом раньше, но ты действительно прекрасно выглядишь, когда делаешь это, — говорит Хитоши. Пока Денки отвлекается на комплименты и красивые пурпурные глаза, рука скользит к его запястью и включает браслет. До него доходит происходящее спустя несколько секунд. Денки взвизгивает и отталкивает запястье так далеко от лица, насколько это возможно, закрыв глаза, ожидая, что что-то пойдет не так. Возможно, взрыв или что-то в этом роде. В конце концов, хихиканье Хитоши выводит его из оборонительной позиции, и все, что Денки может сделать, это обидеться на своего глупого красивого парня, пока тот сгибается от смеха. — Ты использовал мою единственную слабость против меня! — Денки скулит, дергая за рубашку Хитоши, чтобы заставить его снова встать. — Не моя вина, что комплименты — твоя слабость, — хихикает фиолетоволосый парень, наконец успокаиваясь, хотя улыбка все еще оставалась на его лице. Денки фыркает. — Пфф, да, хорошо. — он поднес запястье к лицу, внимательно осмотрев устройство на нем. — Будем надеяться, что это сработает. Как только они добираются до дома (дом, конечно же Хитоши), Денки так волнуется, что не может ничего сделать, кроме как забиться в пол перед дверью спальни Хитоши. Проходит почти час, прежде чем Денки осознает, насколько уже все изменилось. Туман от сжигания всей энергии ушел, оставив после себя удивительное чувство ясной головы. Он начинает волноваться, до тех пор, пока не чувствует, как головная боль проникает в его череп. Она слабее, чем обычно, но все же есть. Его сердце замирает. — Извини, — бормочет он, наконец опускаясь на кровать рядом с Хитоши. — За что? — спрашивает другой, вопросительно приподнимая бровь. –Это не сработало, я уже чувствую, что у меня болит голова, — стонет Денки, поворачивая голову, чтобы прижаться щекой к плечу Хитоши. Уже через пару секунд это положение становится неудобным, потому что плечи начинают дрожать от тихого смеха. — Не понимаю, что тут смешного, — ворчит Денки, несколько раз стуча кулаком по груди Хитоши. Руки обхватывают лицо Денки с обеих сторон, и он приподнимается, чтобы получить мягкий поцелуй на кончик носа, от которого у него сжалось что-то в животе. — Это всё ты, горячая штучка, — говорит ему Хитоши. — Я думаю, что у тебя головная боль от того, что ты хмуришься и беспокоишься, потому что я лично ничего не чувствую. Денки по-совиному моргает, глядя на своего партнера, который фыркает. — Ты… не? — Нет, — с легкой улыбкой подтверждает Хитоши. — Я хорошо себя чувствую. Вообще-то даже лучше, чем хорошо. И это… вау. Значит, действительно работает. Денки с благодарностью принимает пару таблеток обезболивающего и бутылку воды от Хитоши, и они свертываются вместе в постели, чтобы переждать головную боль. Спустя много времени, как она угасает, они все еще лежат, удобно обернувшись друг вокруг друга. Голова Денки лежит на животе второй половинки, пока Хитоши мягко читает ему книгу. И если Денки оставит несколько неприятных мокрых пятен на толстовке второго, сделав ткань на несколько оттенков темнее слезами чистого облегчения, Хитоши ничего об этом не скажет. Он просто проводит пальцами по мягким светлым волосам, наклоняется и нежно целует макушку Денки.

***

После той ночи все изменилось. Конечно, у Денки все еще есть проблемы с вниманием время от времени, но это уже не потому, что он настолько переполнен энергией, что его разум не может работать. Даже с некоторыми сохраняющимися проблемами с внимательностью школа превращается из болезненной и трудной задачи в просто… нормальную. И да, Денки все же проваливает свой практический экзамен, когда финал подходит к концу, но он готов принять этот удар, учитывая, что ему с Миной пришлось соревноваться с чертовым директором. Однако письменные экзамены проходят значительно лучше. В промежуточных соревнованиях он финишировал последним, но в финале скатился на шестнадцатое место, оставив Мину и Ханту позади себя в рейтинге, и лишь несколько очков отделяют его от Киришимы. Денки не может не быть немного самодовольным по этому поводу, тем более что его оценки улучшатся только тогда, когда он сможет начать новый семестр, без своих плохих прошлогодних оценок. Однако нормальный режим длиться не так долго, поскольку такие вещи с классом 1-A не могут считаться нормальными даже в хороший день. Похищение Бакуго определенно не было чем-то нормальным, но, по крайней мере, самый взрывной друг Денки вернулся домой в целости и сохранности. Хотя Денки не хотел бы повторения тех событий и через миллион лет, но он не мог не быть благодарным за те две хорошие вещи, которые случайно вышли из этого. Сначала было построено общежитие. Денки был просто вне себя от радости. Жить в одном доме со своим парнем и всеми его друзьями? Не жить с родителями? Да, от него не будет никаких жалоб. Во-вторых, это каким-то образом позволило Хитоши легко вписаться в круг друзей Денки. Раньше были… проблемы. Ханта небрежно упомянул, что он думал, что Хитоши может его ненавидеть, и Денки пришлось объяснять, что нет, это просто его спокойное лицо, и он так смотрит почти на всех. Киришима и Мина просто казались неловкими рядом с ним, как будто они не совсем понимали, что делать с парнем, кроме того, что чувствовали себя смутно напуганными. Бакуго просто вообще не признавал его. Но когда они в первый раз собрались вместе, чтобы увидеть Бакуго после возвращения, вся группа почувствовала, что они идут по яичной скорлупе, пытаясь не сказать ничего, что могло бы вызвать плохие воспоминания. Хитоши, как обычно, прибыл на несколько минут позже, все еще протирая глаза. Он бросил один взгляд на комнату и увидел разочарованное лицо Бакуго, нервные и осторожные выражения всех остальных и закатил глаза так сильно, что Денки поморщился от сочувствия. — Если вы, ребята, собираетесь обращаться с Взрывником как с малышом, то вам следует прийти позже, когда сможете, я не знаю там, не делать этого, например. И даже Денки, который далеко не входил в состав группы Бакуго, мог видеть облегчение в его глазах, когда твердый взгляд Хитоши выводил их всех из комнаты. В конце концов, единственным человеком, который остался, был сам Хитоши. Никто больше не хотел неуклюже ходить вокруг да около. Денки не был уверен, что произошло в тот день, когда дверь закрылась, оставив Бакуго и Хитоши наедине, но что-то явно произошло. Бакуго больше не игнорировал существование Хитоши, и Хитоши больше не жаловался на характер Бакуго Денки за закрытыми дверями. Теперь они сидели друг напротив друга за обедом и вяло оскорбляли друг друга. Хитоши помог Бакуго выучить язык жестов, которым эти двое злоупотребляли, чтобы подписывать друг другу красочные ругательства через весь класс, и им не раз попадало от учителя Айзавы. В свою очередь, Бакуго помог Хитоши улучшить навыки рукопашного боя, прыжки и, как только Хитоши уставал, то ему давали по заднице. Наличие Хитоши вместе с Бакуго просто заставило остальных встать на свои места. Хитоши и Ханту связала общая любовь к манге. Киришима и Хитоши имели одинаковый ужасный вкус к кино и регулярно уходили вместе, чтобы посмотреть то, что никто из группы не мог вынести. История о том, как Хитоши и Мина стали друзьями, никогда не перестанет быть забавной для Денки. Хитоши постучал в дверь комнаты общежития Мины в какой-то ужасный час ночи с бутылкой черного лака для ногтей в руках и объявил: — Пожалуйста, помоги. У меня в крови достаточно кофеина, чтобы убить маленькую лошадь, и мои руки продолжают трястись. Как только его ногти были сделаны, он просто свернулся клубочком и заснул на полу, а Мина перестала его шугаться. Денки никогда не был счастливее. Конечно, все не идеально, но это лучшее, что когда-либо было.

***

— Ты уверен? — спрашивает Денки, просовывая пальцы между ладонями Хитоши и поднимая их переплетённые руки, чтобы он мог нежно поцеловать запястье парня. — Это не обязательно должно быть сегодня, если ты не готов. — Я готов, как никогда, — говорит Хитоши хриплым голосом. Денки рад, что они приняли решение, что папы будут ждать в гостиной на всякий случай. Денки кивает, а затем сдвигается так, что он и Хитоши сидят бок о бок, наклоняясь к спинке кровати. Их руки разошлись, чтобы Хитоши мог перетащить ноутбук на ноги, а Денки зацепился подбородком за плечо своей второй половинки, чтобы читать. Хитоши колеблется всего несколько минут, делая глубокий вдох, прежде чем начать печатать. Хитоши рассказывает свою историю. Она не особо забавная, и Денки не хочет ее знать, но ему это необходимо. Она полна дыр и пятен, о которых Хитоши признается, что мало что помнит. Он не может еще говорить об этом вслух, отсюда и необходимость в ноутбуке, но Денки не возражает. Он думает, что в любом случае было бы труднее услышать это изо рта Хитоши, его голос ломался бы, так что это действительно лучше. Правда — горькая пилюля, которую стоит проглотить, но они оба согласились, что лучше раскрыть друг другу все карты. Денки хотел полностью понять Хитоши, а Хитоши хотел знать, что не был на острие ножа, и что не отпугнёт Денки в любую секунду. Так что они выбрали день, чтобы сорвать пластырь, день, когда у них обоих было достаточно времени для подготовки, когда им больше не о чем было бы беспокоиться. К тому времени, как Хитоши рассказал, всё, что знает, его руки тряслись, а дыхание стало прерывистым. Денки протягивает руку, закрывает окно, в которое Хитоши писал, не сохраняя (как они договорились заранее), и складывает ноутбук, чтобы отложить в сторону. Затем он становится на колени рядом со своим парнем, ловя его взгляд, прежде чем спросить мягким голосом: — Тебе что-то нужно? — к этому времени Денки освоил язык жестов достаточно хорошо, чтобы распознавать простые ответы. Он ожидает, что Хитоши попросит позвать кого-нибудь из его родителей или, возможно, попросит оставить его, но вместо этого получает указание пальца прямо на собственную грудь. — Хорошо, — соглашается он легко, хотя его глаза горят, а живот переворачивается от того, что ему доверяют эту очень уязвимую часть парня. — Это нормально, если я прикоснусь к тебе? Ответ — твердое «да», основанное на неуверенном, но восторженном кивке Хитоши, так что Денки не теряет времени зря. Он натягивает одеяла на них обоих и притягивает второго поближе. Хитоши тут же зарывается в него, прижимается мокрым лицом к шее Денки и обвивает длинными руками его талию крепко держась. Блондин оставляет мягкий поцелуй на макушке Хитоши и начинает чертить узоры на его спине легким прикосновениями кончиками пальцев. Денки думает, ожидая, пока Хитоши успокоится. Он действительно поражается тому, как далеко они продвинулись с момента своего первого разговора. Несколько месяцев назад он даже не мечтал бы о том, чтобы узнать парня в руках так, как он знает сейчас. Шинсо, которого он видел издалека, не был похож на Хитоши, которого он знал, и… ну. Он просто счастлив, что Хитоши все понял до того, как им пришлось закончить учебу и разойтись. Однако удача никогда не имела к этому никакого отношения. Конечно, это довольно классное совпадение, что их связывает некий феномен родственных душ, бросающий вызов науке. Но Денки в глубине души знает, что он в любом случае выбрал бы Хитоши, выбрал бы его сто раз за сто жизней, чем кого-либо другого, независимо от того, с кем они были связаны. И он уверен, что Хитоши чувствует также, тот сам ему это говорил. Денки снова целует беспорядочные пурпурные волосы, щекочущие его подбородок. — Я люблю тебя. Хитоши ничего не отвечает, по-прежнему не может говорить, если Денки прав, но ему и не нужно. Шинсо просто сильнее прижимается лицом к груди Денки, сгибает длинные пальцы в толстовку и прижимаясь к телу еще сильнее. Хитоши не говорит, но Денки все равно слышит слова. Я тоже тебя люблю.