Боги ходят по земле

– Это будет тяжелое столетие, – заявил Аластар, потирая вески. Это было Вече, знаменующее начало нового тысячелетия. Для Шанталь это было знаменательное событие, ведь ровно через год она умрет. Сидя на троне из костей она понимала, что это значит и что ее ждет. Аластар точно скажет что-нибудь в своем стиле. Поэтому Шен была сама не своя, почти не слушала, что говорят другие и не говорила сама. Она морально готовилась встречать рассуждения Аластара. – Ладно, можете идти. Как обычно, получите свои задания позже, – сказал Аластар в конце Вече, – Шанталь, останься на минуту. Леон и Мэр переглянулись между собой, потом посмотрели на Шанталь, которая старалась сохранять абсолютно невозмутимый вид, и улетели. – Шен, я думаю ты знаешь, какой разговор нам предстоит. Она откинулась на спинку стула. Думала, что была к этому готова, но ошиблась, к этому было невозможно подготовиться. – Я понимаю, как много значат для тебя братья и как ты хочешь им помочь и я не возражаю. Но моя задача предупредить, что все твои попытки будут бесполезны. Ее взгляд сочился холодом и какой-то болезненной злобой. Глаза предостерегающе сузились. – Ты обманул меня. Хоть сейчас не делай вид, что тебе не все равно, – немного успокоив нервы она продолжила спокойней, – Я прожила две тысячи лет чтобы вернуть их. Неужели ты думаешь, что я сдамся? – Поверь мне, я лучше всех знаю, что не сдашься. Но им все равно суждено умереть, как бы ты не старалась. Ведь если не умрут они, ты будешь жить. – Значит я не буду жить, – заявила она. Аластар рассмеялся. От его смеха, звенящего сталью, мурашки побежали по коже. – Инфантильная девчонка, ты в серьез думаешь, что сможешь переиграть Смерть? – Этот разговор ни к чему не приведет, – сквозь зубы прошипела она. – Как и твои попытки их спасти, – пренебрежительно фыркнул Аластар. – Мы закончили, – Шанталь встала со стула, стараясь вложить в свои движения как можно больше пренебрежительности, и уже хотела выйти из-за стола. – Есть еще кое что, – остановил ее Аластар, – на счет Коры. Шен снова осела в кресло. Осознав, что привлек ее внимание, Аластар самодовольно улыбнулся. – Я не против твоих бессмысленных попыток вернуть братьев, но предупреждаю, – его голос сделался угрожающим и предостерегающим, – ты не можешь видеться с ней. Маска спокойствия Шен дала брешь, на лице отразился испуг. – Если в каких-то мечтах ты навоображала, что вы будете жить вместе, – продолжил он, не обращая на ее реакцию какое-либо внимание, – а по выходным ты будешь убивать людей и устраивать войны, то ты ошибаешься. Я терплю твоего цепного пса только потому, что он Отмеченный. Но Кора будет тебя отвлекать, ведь смертным не позволено знать про нас, они… ненадежны. Шанталь начала злиться, как минимум, она не любила, чтобы другие указывали ей что делать. Особенно если это касалось дорогих ей людей. Она уже хотела что-то возразить, поставить Аластара на место, но он ее опередил, прочитав гнев и несогласие на ее лице. – И самое главное. Если ты меня обманешь, я узнаю и прикончу твою ненаглядную. А мы оба понимаем, что от меня ничего не скроется, – он наклонился к столу, словно пытался прошептать Шен что-то на ухо, чтобы никто не слышал. Он выглядел еще более угрожающе, – В отличает от твоих братьев, у нее есть шанс на счастливую жизнь. Не лишай ее этого. Она не знала, что сказать. Ее переполнял гнев на Алатара и на себя, на свою ничтожность. – Я понимаю, что тебе тяжело… «Врешь, ничего ты не понимаешь, я даже без чтения мыслей это вижу». – … можешь остаться здесь и подумать немного. Это прекрасное место для раздумий. Только не оставайся слишком долго. Время здесь может сыграть злую шутку. Шанталь видела, как он расправил черные крылья и исчез. Она осталась одна, окруженная костями неизвестных, служащими ей троном. «Может действительно не стоит искушать судьбу? Искушать Смерть» – думала она. Будто все прожитые до этого годы прошли зря, а последующие вообще будут лишены смысла. «Аластар прав, я должна дать ей шанс на счастливую жизнь». Она расхаживала по темноте, стараясь собрать осколки своей сломанной жизни. «Это несправедливо, он должен был сразу сказать об этом. Он обманул меня». Шанталь склонилась над столом, оперевшись на него руками, и разглядывала карту, огромную, выпуклую. Весь мир был на ее ладони, а нужно ей что-то абсолютно недосягаемое. «Я должна была иметь все, а в итоге теряю самое главное». Злость взяла верх и она попыталась выместить ее на единственное, что было под рукой. Шен попыталась разорвать, разбить карту, но она была на подобии голограммы, появлялась снова и снова, а Шен била сильнее и сильнее, пока не разбила кулаки в кровь. Когда она немного успокоилась, а руки начали дрожать от боли, Шанталь заметила позади себя тусклый белый свет. В кромешной темноте он выглядел крайне непривычно и очень ярко. Вертикальная полоска белого света, словно возникла из ниоткуда, ослепляя ее. Немного погодя она решила подойти к неизвестному источнику. От него исходило приятное тепло, она даже удивилась насколько здесь, в темноте, холодно. Шен попыталась коснуться его, но вместо этого ее рука наткнулась на что-то твердое, вроде стены. Шанталь слегка толкнула препятствие перед собой. «Дверь» – изумилась она. Полоска света превратилась в огромный прямоугольник и Шен шагнула туда. Она не знала, что собиралась увидеть. Это была точно такая же черная комната, как из которой она пришла. Обернувшись она увидела, что дверь на месте и все так же горит белым пламенем. Перед Шанталь раскинулись огромным стеллажи в несколько, наверное, сотен метров в высоту. Они уходили высоко в небо так, что было невозможно разглядеть их конец. В глубину также не было видно конца и края. По кругу ее окружали стеллажи с записями, а по центру стояла она и загадочная светящаяся дверь. «Адская канцелярия?» – подумала она и ухмыльнулась. Она нырнула в один проход между стеллажами. На полках стояли одинаковые выдвижные ящики, на которые были написаны разные даты. Иногда только года, иногда месяцы или даже дни. События. Она вытащила один ящик, до которого могла достать, на нем значилось «Югославская война 1991-1998» и взяла папку наугад. Папка под названием «Бомбардировка Югославии 1999г». Шанталь нахмурилась. Она помнила этот конфликт. Она его организовала. Ожидая худшего, она села по турецки на пол, если он там вообще есть, и прислонилась спиной к шкафу. Железные холодные ящики обожгли спину, вернули ее из размышлений. Она открыла папку. Вначале шло краткое описание событий. В точности то, что Шанталь рассказывала на Вече всего полчаса назад, словно кто-то старательно это записывал. По спине поползли мурашки. А дальше шли записи жертв. 2 солдата НАТО, 249 солдат Югославии, 22 полицейских, 1200 солдат, 5700 гражданских. «Количество смертей» «Откуда эти цифры?» она никогда не занималась подсчетом тех, кто умер по ее вине. Однако надо признать, число ужасало и будоражило. Внизу страницы был очерк. Суммарно: 7173. Еще ниже: +19,7 bellum. «Войне». Ее глаза нервно забегали по странице. В голове не укладывалась вся информация. Самые страшные предположения, вдруг померкли по сравнению с этим. «Все эти люди умерли, чтобы мы жили? Каждый убитый человек стоит одного дня нашей жизни?». Она нервно усмехнулась. Шанталь верила, что они делают это, спасая планету от перенаселения. «А мы спасаем свои шкуры». Следующая мысль: «Хитро». Однако она не могла отрицать, что злиться на Алатара за то, что скрыл это. «Мы же кровожадные Боги, у нас нет совести». Она достала из кармана телефон. В темноте фото выходили плохо, но она надеялась, что света от двери будет достаточно. «Мне то этого точно будет достаточно». Она вернула папку на место и уже собиралась уходить, однако у самого края стеллажа остановилась. Любопытство взяло верх. Она извлекла папку из другого ящика, на самом краю стеллажа. «Война в Афганистане 2011г». Шанталь хватило лишь сфотографировать титульную страницу. Остальное говорило само за себя. На дворе стоял лишь 2000 год. «Это ли не суть фразы, что судьба уже предрешена?» Она точно знала, что делать с этой информацией. «Нужно вернуться домой и обдумать все на свежую голову, – решила она». Шен взмахнула крыльями и очутилась в их съемной квартире в Нью-Йорке. Логан мирно спал в гостиной на диване, даже не сняв ботинки. «Мне тоже нужно поспать». Решила она, зайдя в спальню, однако сон не шел. Тысяча мыслей в голове и фото, доказывающие бесчеловечность Аластара. Тысяча идей о том, как можно использовать это, чтобы отомстить ему крутились в голове, одна, заманчивей другой, и она не знала, за какую ухватиться. Может быть он и отобрал ее смерть, что ж она отберёт у него жизнь после смерти. Аластару не повезло, что он перешел дорогу Шанталь. В тот же вечер в ее светлой голове созрел план по его уничтожению. Во- первых, она решила ничего не говорить Логану. Не потому, что она ему не доверяла. Он был слишком правильный и если все эти смерти Шанталь видела, как возможность, в глазах Логана это была бесчеловечность. «Не стоит тревожить его тонкую душевную организацию». Во-вторых, месть – игра на выжидание. Нужно как можно лучше все продумать, что уничтожить врага раз и навсегда. Ради такой цели Шанталь была готова подождать.