Кодекс киллера

Москва, 2006 год

Спецшкола СВР*

Анна Павлова (Эмма)

      — Еще раз, никто не покинет эту комнату, пока я не разрешу.             Десятый круг монотонной беготни, отжимания и боевая подготовка. Я ненавидела бег, в голову залезали мысли, воспоминания о моем прошлом, о детстве, котором я хочу забыть. Мне было 10, когда убили моих родителей, у меня же на глазах. Не было ни слез, ничего. Теракт произошел на базаре, когда мы покупали продукты к моему дню рождения. Я затерялась среди толпы, пока меня не забрал офицер Генри Форс.             — Анна, живей, плетешься как улитка.             Девочки меня недолюбливали, считали меня изгоем, потому что я ни с кем не дружила, не говорила. Я не знаю к чему нас готовят, к войне? К мести? Это лучше, чем жить в приюте или на улице.             После десяти часов занятий, я наконец ложусь на холодный пол.             — Встать, — командует Форс.             Я вскочила, от резких движений у меня закружилась голова.             — Сядь, — я села на скамейку. — Послушай меня, Анна, от того что ты молчишь, ты ничего не добьешься.             — Я знаю.             — Твое время придет, но не сейчас, ты недостаточно готова.             — К чему? — спрашиваю его я.             — К будущему.             Форс встает и оставляет меня в этом пропитанном потом комнатушке. Спустя какое-то время я возвращаюсь в общую комнату, где меня ждала неприятная картина. Моя одежда и форма были порезаны на мелкие кусочки. Фотография, которая стояла на тумбе, была порвана, это была единственная частичка, которая осталась от моих родителей.             — Кто это сделал? — я старалась сдерживать свои слезы, нас учили терпеть боль.             — Тупица, — кричит на меня Лена и со всеми остальными начинает смеяться надо мной. — Грязная свинья.             Я сажусь на пол и начинаю собирать пазлы из кусков фотографии.             — Свинья, свинья, — кричат мне со спины.             Лена подходит и ногой пинает меня, отчего я падаю. Все смотрели и смеялись, кричали и обзывали меня свиньей. Я смотрела им в глаза, как они смеялись, как тыкали в меня пальцами.             На полу лежал осколок стекла, твердой рукой я хватаю самый большой и сжимаю, до самой крови.             — Свинья, — кричит Лена.             Я встаю и моя рука оказывается на уровне ее живота. Улыбка исчезает с ее лица.             — Кто теперь свинья? — спрашиваю ее я.             Раздаются крики девочек. Они все выбегают, оставляя меня один на один с окровавленной Леной. Ее тело падает, я стояла над ней, держа в руке осколок, с которого капала кровь.             — Что ты наделала? — в комнате оказывается Форс.             Он подходит ко мне, смотрит сначала на меня, потом на Лену.             — Черт, — ругается Форс.             Он выходит из комнаты. Я сажусь на свою кровать и продолжаю собирать пазлы. Спустя пол часа возвращается офицер и подходит ко мне.             — Возьми это.             Он отдает мне пакет. Я смотрю и вижу вещи с документами.             — Что это? — спрашиваю его я.             — Уходи, слышишь, уходи, и больше не возвращайся сюда, никогда. Тебя зовут не Анна, теперь ты Эмма. Ты должна пойти по этому адресу, — он протягивает записку. — Беги.             Он открывает окно, я залезаю на стол, потом на подоконник. Спустившись вниз со второго этажа, я бегу по дороге в неизвестность, по имени Эмма.      

Саудовская Аравия, 2001 год

Школа ЦРУ

Джек

      Возвратившись в казарму после учений, я сажусь за письмо, которое пишу каждый день, своей матери. Никто из ребят не любит заниматься подобными вещами. По их словам «Это пустая трата времени». Закончив с письмом, я подхожу к столовой, где сидели остальные мои сослуживцы.             — Какого черта, Уилсон, снова писал письмо своей матушке? — подшучивает Мэт.             — Не твое дело.             Я принимаюсь к еде, как слышим звуки учебной сирены.             — Тревога, тревога, это не учение, повторяю, это не учение.             Мы быстро покидаем столовую и бежим одеваться в боевую форму. Слышу звуки взрывающихся снарядов. Капитан подразделения дает команды, мы хватает автоматы и бежим к окопам.             — Уилсон, Хадсон, вы со мной.             Мы с Мэтом идем за капитаном. Садимся в грузовик.             — Куда мы, капитан? — спрашиваю его я.             Он молчал, не говорил ни слова. Мы с Мэтом переглянулись. Грузовик останавливается посреди пустыни. Что-то тут было не чисто. Мы выходим и оказываемся окруженными нашими людьми. Я начинаю оглядываться, замечаю яму, в ней лежали наши сослуживцы. На глазах у Мэта замечаю слезы. Я медленно подхожу к нему и шепчу:             — Беги.             — Что? — его голос дрожал.             — Беги, Мэт, — крикнул я и забегаю за грузовик. Мэт падает на землю и закрывает голову рукой.              Пули летят на него, окруженный десятью офицерами я выглядывал из грузовика.              — Тебе не спастись, Джек, — слышу голос капитана.             — Черт, — крепко держу автомат. — Черт, черт, черт.             Выхожу из грузовика и начинаю стрелять в пустоту. На земле лежали офицеры, они были в крови. Я оглядываюсь и никого не вижу, кто это сделал?             — Уилсон, — раздается голос за спиной.             Я оборачиваюсь и вижу перед собой человека в форме, но не в нашей форме.             — Кто вы такой? — спрашиваю его я.             — Меня зовут Генри Форс, и мне нужны ваши способности.             Я опускаю оружие и следую за человеком.