Любовь дороже золота

Солнечные лучи упрямо сочились в узкое витражное окно, пуская разноцветные блики по спальне. Сокджин переминался с ноги на ногу, порядком подустав стоять на одном месте с раскинутыми руками, а Юнги всё продолжал скурпулёзно облачать его в специально подготовленную одежду. — Такое ощущение, что он готовит тебя к рыцарскому турниру, не иначе, — фыркнул себе под нос слуга, затягивая потуже портупею вокруг талии принца. — Тэхён сказал, что подготовил какой-то сюрприз. Может, он задумал какой-то поход через лес в горы? Кто знает, — Сокджин вертел головой, с любопытством рассматривая своё обмундирование. Белоснежная хлопковая рубашка с длинными, от кисти до половины предплечья, манжетами плотно прилегала к телу с помощью тугих кожаных ремней, которые образовывали петлю для оружия. Из той же ткани, что и рубашка, брюки с заутюженными стрелками были заправлены в высокие чёрные ботфорты на небольшом каблуке. Сокджин догадывался о планах Тэхёна, но решил подыграть и не делать поспешных выводов. Вместе с Юнги Сокджин спустился по мрачным коридорам вниз и через ряд арок прошёл к заднему двору, что был скрыт от посторонних глаз. Тэхён уже ждал их, стоя в таком же наряде, что и Сокджин, посреди ограждённой арены, усыпанной небольшим слоем светлого песка и сена. На другом конце двора располагались мишени и стойка с оружием, однако сейчас никто не тренировался. — Доброе утро, Сокджин! Юнги, — Тэхён кивнул им, Юнги поклонился. — Надеюсь, вы хорошо выспались. — Юнги, ты можешь быть свободен, — Сокджин улыбнулся, слуга вновь поклонился и поспешил вернуться в замок. — Я чудесно спал, спасибо, — Сокджин хотел было сложить ладони за спиной, как вдруг ему в руки прилетела сверкающая шпага. — Как насчет дружеской дуэли, а? — Тэхён уже обнажил свою и занял боевую стойку. На его лице играла широкая улыбка. Сокджин осмотрел выданное ему оружие: эфес был инкрустирован камнями, искусно вписанными в витую сталь, клинок — наполированный, острейший, будто только вышедший из-под руки настоящего мастера. Шпага не была слишком лёгкой, она отлично чувствовалась, приятно тяжеля руку. — Значит, перчатки были тоже не для верховой езды, — усмехнулся Сокджин и достал из заднего кармана пару длинных кожаных перчаток, проворно надевая их. — Нет, мне было любопытно посмотреть на тебя в деле. Часто упражняешься? — Шутишь? Чимин то и дело вытаскивает меня тренироваться, никакого спасения от него, — Сокджин лукаво сощурился, смотря Тэхёну в глаза, — прямо как от тебя. Тэхён озорно хихикнул. — Защищайтесь, Ваша Светлость! Первые выпады вышли немного неуклюжими, пока принцы присматривались друг к другу, но Сокджин постарался быстро взять себя в руки и просчитать действия противника. Его левая рука была плотно прижата к пояснице, пока правая чётко следовала холодному расчёту, ведя танец длинной острой шпагой. Но только вот Тэхён никак не вписывался в его планы, он двигался быстро и будто хаотично, то и дело посмеивался, как будто мальчишка, бездумно резвящийся с деревянным мечом. Под рубашкой проступил пот, и виной тому была не столько царившая в воздухе летняя жара — Сокджин нервничал. Ногти больно впивались в сжатую за спиной ладонь, тело деревенело, а разум заполоняло раздражение. — Эй, Сокджин, расслабься, — крикнул Тэхён, обходя соперника по круговой, — что такое, уже подустал? — Ты не соблюдаешь правила, Тэхён! — стыд сжал горло, из-за того как жалко звучали эти слова, будто Сокджин никак не мог повернуть ситуацию в свою пользу, и всё, что ему оставалось, это возмущаться. — Это же просто забава! — Тэхён обрушил на Сокджина серию ударов, а затем с хохотом обхватил его руками и повалил наземь, заваливая их обоих на бок. Рука немного саднила от столкновения, однако падение явно было смягчено песком. Сокджин тяжело дышал, стараясь привести дыхание в норму, и непонимающе смотрел на Тэхёна, который продолжал его держать в своих руках и заливисто смеялся, зажмурив глаза. Тэхён чуть отстранился, вытянувшись на руках, и навис над принцем, загораживая собой солнечный свет. Его силуэт будто светился по краям, словно тот был каким-то неземным существом, а лицо лучилось беззаботностью. Сокджин лежал под ним ничком, соприкасаясь руками и бёдрами, и не мог оторвать глаз от счастливой улыбки, озарявшей чужое лицо. Его кудри разлохматились, на лице горел румянец, и Сокджин чувствовал жар чужого тела, прижимающегося к нему. — Ты слишком серьёзен, друг мой. Тебе нужно научиться расслабляться и получать обыкновенное удовольствие, — проговорил Тэхён, зарываясь пальцами в чужие волосы и нещадно путая их. — От лежания на грязном песке? — не мог не сыронизировать Сокджин, шутливо ткнув принца в бок локтем. — Ой, да брось! — Тэхён вскочил на ноги и подал руку Сокджину. — Давай-ка попробуем ещё раз. И на этот раз не будь таким чопорным! Тэхён был подобен бурной непредсказуемой реке: его движения были текучими, гладкими, но быстрыми и необузданными. Он не старался приставить клинок к горлу Сокджина, принц словно просто дразнил и кокетничал, заманивая его своими манёврами, в самый критический момент оборачивая всё в шутку. И спустя время Сокджин понял, что принял правила этой игры, и теперь уже у них обоих не сходили с лица улыбки. Его спина ещё больше выпрямилась, шпага стала продолжением руки и просто порхала в лёгкой хватке. Они вели дуэль до самого обеда, прерываясь лишь на то, чтобы сделать несколько глотков воды из подготовленных фляг. После, уже уставшие и запыхавшиеся, отправились быстро смыть с себя пыль и пот и восполнить силы в обеденный зал. Так стали проходить их дни. Утром они практиковали своё непринуждённое фехтование, обедали, гуляли по окрестностям или выезжали в лес в сопровождении Чонгука и Юнги, а с закатом солнца располагались на балконе Тэхёна, рассевшись на мягких бархатных подушках, и за бокалом вина говорили обо всём на свете. Сокджин чувствовал себя легко и беззаботно, ему действительно было приятно на время забыть о своих переживаниях и заботах, позволить простым радостям наполнять его сердце теплом. Тэхён уже казался добрым другом, и это тоже было по-детски наивным, потому что — ну как за столь короткий срок можно стать друзьями? Однако Сокджин полностью отринул свой скепсис, ведь к чему терзать себя сомнениями? С Тэхёном было хорошо и весело, Сокджин чувствовал себя свободно — этого ли не достаточно? Было лишь одно «но», которое порой заставляло Сокджина пускать шип неуверенности в разум. Из-за того ли, что он был слишком привычен к тактильности с братьями, или из-за того, что Тэхёну её как раз не хватало, но они очень много касались друг друга. Как это началось с их первых встреч, так только и набирало обороты с каждым днём. Похлопывания по спине, касания плеч во время сидения рядом и поглаживания по тыльной стороне ладони при волнующем душу разговоре — всё это быстро стало естественным и даже необходимым. Сокджин не знал, стоило ли переживать по этому поводу, но старался не думать об этом, как о чём-то неправильном, потому как им обоим такое взаимодействие было комфортным.

***

Приближался день расставания, что не могло не огорчать обоих, но они старались не поднимать данной темы, дабы не тратить драгоценное время на тяготящие мысли и разговоры. После ужина Сокджин собирался, как обычно, пойти к Тэхёну в комнату, однако на выходе с уборной его перехватил Чонгук. — Ваша Светлость, прошу прощения за беспокойство, но Вас желает видеть Его Величество. По позвоночнику пробежал мерзкий холодок. Сокджин так увлёкся развлечениями с Тэхёном, что за всю неделю так ни разу и не поприветствовал короля. Не то чтобы это было целью его поездки, но это же элементарные правила этикета. О небо, что же король Джусон теперь подумает о нём и его семье? Какой же стыд, право слово! За столько времени — и не найти хоть пары минут на самую простую вежливость? Неслыханная невежественность. — Да, конечно, Чонгук. Отведи меня к нему. Вопреки ожиданиям оказаться в приемной, переговорной или даже в покоях отца Тэхёна, Сокджин понял, что Чонгук вёл его в тронный зал. Колени предательски подгибались, в голове роились сотни вариантов, как этичнее будет принести извинения за столь невежливое поведение, однако казалось, что все силы Сокджина уходили на то, чтобы заставить хотя бы звучать ровно собственный голос. Массивные двери, ведущие в зал, со скрипучим эхом отворились стражниками, и Сокджин предстал перед длинным проходом, устланным ковром глубокого синего цвета, и торопливо зашагал вперёд, к трону, высоко держа подбородок. Его спина была безупречно пряма, а руки лежали вдоль тела, слегка лишь покачиваясь в такт движениям. Одет он был довольно просто, не под стать королю, который, вероятно, каждый день соблюдал свои обязанности безукоризненно и выглядел согласно статусу. Король Джусон сидел прямо в своём троне, лишь слегка опираясь локтём на подлокотник. На нём был плотно застёгнутый до самого подбородка камзол, очень богато расшитый королевскими лилиями, парчовые брюки, начищенные туфли, а пальцы сверкали тяжёлыми перстнями. Его борода и усы были искусно уложены, придавая владельцу вид холёный и аккуратный. Массивная корона из красного золота так была ему к лицу, что Сокджин затруднялся представить себе короля без неё. Вид его был очень серьёзен и не расположен к шуткам, так что Сокджин уже заранее прикинул в уме линию своего зваимодействия с королём. Самое главное — дать понять, что Сокджин не смеет сомневаться в статусности и высоте значения короля. А также продемонстрировать своё чувство собственного достоинства, ибо мямлей такой правитель явно даже слушать не будет. Нужно было сделать всё, чтобы этот человек его уважал.