Что в коробке?

Суббота. Как человек, работающий пять дней в неделю, субботу я искренне любила. А как иначе, если это единственный выходной, за которым следует другой выходной? Печально, однако, что в эту субботу предстояло тащиться в другой штат на вечеринку к Лазар. Я допила кофе и начала собираться. Из шкафа появился наряд для сегодняшней встречи: платье, которое Лия придумала и сшила специально для меня. Это случилось ещё до её эпической ссоры с Джил, до всепоглощающего увлечения стразами, во времена, когда я встречалась с Адрианом. Насыщенный зелёный цвет прекрасно оттенял мою смуглую кожу, карие глаза и тёмно-каштановые волосы. Платье нельзя быть назвать чрезмерно открытым или обтягивающим, но выглядела я в нём чертовски соблазнительно. Лия любила порой заметить, что достойна большего, чем место модельера в «Академии», и моё отражение в зеркале стало тому подтверждением. Увы, любоваться этим великолепием предстояло моим снобам-одноклассникам, а хотелось продемонстрироваться одному знакомому аудитору, и можно без платья… Накинув на плечи темно-коричневый жакет, я покинула квартиру. Ехать на встречу было решено на моей машине. По дороге к Лиссе пришлось потолкаться в пробках, но оставшаяся часть пути, к счастью, оказалась гораздо свободнее. Пара часов за рулём и мы уже изумлялись всем обновкам Эйвери: новый дом, новые машины, новые губы и грудь. — Ты видела? — шёпотом ужасалась подруга в моё левое ухо, — она курочит себя, снова и снова! Что сказать, я и сама разделяла недоумение подруги. При всей моей нелюбви, отрицать природную красоту Эйвери было нелепо. Изящная фигура, привлекательное лицо, роскошные волосы — молодая Лазар была, без дураков, хороша. Увы, увидеть собственные достоинства ей мешала не проходящая зацикленность на чужих. Она завидовала стройности Лиссы и моим пышным формам, пухлым губам Камиллы и вздернутому носику Эбби, высоким скулам учительницы биологии, длинным ногам физкультурницы, экзотическому разрезу глаз поварихи… В погоне за недостижимым и непостоянным идеалом девушка меняла себя вновь и вновь, чтобы раз за разом остаться недовольной результатом. Самовлюблённая и наглая Эйвери была на самом деле глубоко несчастна. Она остро нуждалась в психиатрической помощи, но получала только хирургическую и чеки на её оплату от своих безучастных родителей. На встречу мы приехали рановато, впрочем, веселье уже было в разгаре. Признаться, я и забыла, как умеет отрываться Лазар. Её вечеринки всегда становились событием, вот и сейчас всё было на высоте: закуски на любой вкус, алкоголь в ассортименте, кальян, бильярд, бассейн, любые мыслимые развлечения и многое, многое другое. Посмотреть, как изменились бывшие одноклассники за несколько лет, также оказалось неожиданно интересно. Пожалуй, идея приехать была не так и дурна. — Только посмотри, как растолстел Ральф! Не то чтобы он раньше был стройными, но всё же… А Донна, Донна! Окончательно исхудала, одни кости… Ну хоть Энтони, совсем не изменился, как всегда, выглядит полным придурком… — комментировала вполголоса Лисса каждого встречного. Мы перемещались с места на место, здороваясь со всеми, но в продолжительные беседы не вступая, когда Лисса резко остановилась и ощутимо ткнула меня в бок:. — Смотри, Джесси Зеклос! Я обернулась и увидела упомянутого одноклассника. Заметив меня, он широко улыбнулся и подмигнул. Ах, Джесси, Джесси… Во времена нашего обучения он был предметом влажных мечтаний практически всех школьниц. И если Лисса оказалась неподвластна его чарам, то я была околдована по полной программе. Он также не скрывал интереса ко мне, и всё же мы не встречались. Я не спешила расставаться с невинностью ради отношений с главным школьным ловеласом. Он не видел смысла ждать и убеждать в ситуации, когда к его услугам была очередь из желавших предоставить всё и сразу. И вот спустя шесть лет мы с Джесси снова смотрели друг на друга. Я вновь отмечала его голубые глаза, светлые волосы, загорелую кожу и подтянутое тело. Из симпатичного юноши Зеклос превратился в чертовски привлекательного мужчину. По слухам, он сильно изменился, стал серьёзнее, перестал тратить время на интрижки и мимолётные увлечения; то же время моё отношение к плотским утехам стало несколько проще. Казалось, былые препятствия устранены и у нас появился шанс. В направленном на меня взгляде читался очевидный интерес с его стороны. А что с моей? Я глядела на Джесси и никак не могла отделаться от мысли, что рост его недостаточно двухметровый, волосы недостаточно каштановые, глаза недостаточно карие, мышечная масса просто недостаточная, а акцента и вовсе нет. Джесси был не нужен. Я сдержанно улыбнулась ему в ответ и отвернулась. Вечеринка набирала обороты. Мы с Лиссой втягиваться в общее веселье, когда ей на телефон пришло сообщение. Подруга побледнела и тихо выругалась. — В чём дело, Лисс? — забеспокоилась я. — Это от Кристиана. Он закончил дела пораньше и возвращается, — нервно объяснила он. — Я сматываю удочки, Роуз. — Хорошо, поехали. — Спасибо, ты вовсе не обязана уезжать. Оставайся, повеселись. А за мной уже едет такси, — грустно улыбнулась Лисса на прощанье. Неожиданно я осталась одна на шумной вечеринке. Чуть выпила, немного покурила кальян… Должно было стать лучше, но стало только противнее. Я решительно направилась к бару. Иногда для счастья женщине совершенно необходим бокал колотого льда, дополненный лаймом, мятой, тростниковым сахаром и ромом. Я с наслаждением смотрела на свой напиток, любуясь игрой света на маленьких льдинках. Увы, ни выпить, ни даже пригубить его мне не было суждено: пьяная Карли попыталась облокотиться на барную стойку, но промазала и навалилась на меня, выбив из рук бокал, который блистательно разбился вдребезги на сверкающем мраморном полу. — Прости, Хэзевэй, — нетрезво рассмеялась она, — тебя совсем не было видно. Ты и сейчас как-то расплываешься… Я внимательно оглядела бывшую одноклассницу. Удивительно, но в её словах и действиях не было дурного умысла, только избыток выпивки. Передо мной неожиданно обозначились перспективы на вечер: остаться трезвой и наблюдать за превращением бывших одноклассников в пьяных свиней, либо срочно влиться в общее алкогольное безумие и вместе со всеми творить вещи, которые, если повезёт, не сохранятся в памяти. Но я Розмари Хэзевэй — когда передо мной лежат два пути, я выбираю третий. Зачем тратить время на неинтересных и несимпатичных мне людей? К счастью, я была достаточно трезва, чтобы сесть за руль. Водить я любила и, спасибо Эмилю, умела. Ещё не стемнело, а моя машина уже мчала меня обратно домой. Настроение было отличным: встреча с одноклассниками прошла лучше, чем ожидалось. Однообразная дорога радовала отсутствием пробок и не мешала думать о посторонних вещах, пока один из многочисленных указателей не зацепил моё внимание. Название городка показалось знакомым, но какого чёрта? Память услужливо подбросила картинки вечера пятницы. Вот мы четверо изучаем на планшете данные «жучка»: дорогу, по которой он ехал, место, где он задержался на несколько часов, прежде чем двинуться в обратный путь. От жеж, да ведь это же здесь! Идея, возникшая в голове, показалась очень хорошей. Было ещё довольно светло, так отчего бы немного не осмотреть место? Дмитрий говорил, идти толпой слишком заметно, ну так я же одна, совсем не толпа. Если уж двухметровый мужчина уверен, что сможет остаться незамеченным, то миниатюрная женщина, вроде меня тем более справится. Так пор куа бы и не па? Действительно, пор куа? Для конспирации, машину я запарковала в стороне от места, на площадке около лесопарковой зоны с несколькими трейлами. Там уже находились немногочисленные авто каких-то туристов, но самих людей, к счастью, не было видно. Теперь оставалось пройти мили полторы пешком, не привлекая внимания. То, что в плане есть изъян, стало понятно как только я покинула машину. Вообще, даже езда за рулём в вечернем туалете была затеей не очень, а тут пеший маршрут… Конечно, на ногах у меня были нормальные удобные кроссовки — в шпильках водить себе дороже, но вот сменной одёжки я с собой не прихватила. Интересно, не завалялся ли в окрестностях открытый магазин одежды? А хотя пофиг, я ж быстренько… Благодаря абсолютной топографической памяти дорогу до места я знала лучше любого навигатора. Можно было топать прямо по обочине, но это показалось слишком заметным. К счастью, в нужном направлении шла пешеходная тропа, отделённая от проезжей части довольно густыми насаждениями. По ней я и двинулись. Если кто увидит — у меня тут, типа, променад. Ну и что, что в вечернем платье, при укладке и макияже? Кроссовки на ногах видели? Тогда какие вопросы? Шла я бодро. Вечер выдался на удивление холодный, и в моей-то одежонке других вариантов согреться попросту не оставалось. Поначалу всё шло даже неплохо, но недалеко от цели моя тропа начала отклоняться не туда. Был вариант выйти на трассу и закончить по ней, но выходить на открытую дорогу означало бы пустить насмарку все предыдущие усилия по конспирации. С другой стороны можно было дойти и напрямую через кусты, благо недалеко… Кто ж знал-то, что недалеко по дороге и недалеко по сильно пересечённой местности — это два очень разных недалёка? Пятнадцать минут пыхтенья и кряхтенья по зарослям в неподходящей одежде окупились, когда я оказалась в идеальном наблюдательном пункте с видом на нужную площадь и при этом полностью скрытая густой зеленью. Старое пожарище выглядело уныло. Полагаю, и до пожара место не процветало, а уж после и вовсе загнулось. Хотя ветклиника всё ещё работала, точнее, как раз закрывалась. Последние клиенты уехали, а за ними потянулся и персонал. В здании погас свет. Пожилой мужчина добродушного вида, видимо ветеринар, вышел, запер здание на ключ и уехал. Решив, что стало возможным подойти поближе, я направилась к выходу из кустов. Но не успела сделать и шага, как меня дёрнули обратно. Мой рот был зажат чужой рукой, ещё одна посторонняя конечность захватила в стальные объятья моё тело. Что же делать, что же делать? Эх, вот зря шпильки сняла, как топнула бы по ноге схватившего меня типа, потом до конца жизни хромал бы! Паниковала я недолго. Тело, к которому меня так бесцеремонно прижимали, несомненно принадлежало сильному мужчине. Само по себе это не сулило бы ничего хорошего, если бы знакомый и очень приятный аромат лосьона после бритья. Ситуация из просто страшной превратилась в страшно сексуальную. Я покрепче прижалась к своему захватчику и слегка поёрзала. — Что, скажи на милость, ты тут делаешь, Роза? — прошептал любимый голос мне в ухо слегка коснувшись его губами. Стоп, любимый? Вот жеж! Действительно любимый… — Ммиммий! — радостно промычала я заткнутым ртом. Дмитрий тихо рассмеялся за моей спиной. Благодаря нашему плотному контакту я ощущала каждое движение его тела, а от его дыхания становилось немного щекотно за ухом. Всё вместе это оказывало на меня очень серьёзный эффект. Сильно захотелось секса. Отсмеявшись, Дмитрий ослабил хватку, развернул меня лицом к себе и вернул возможность нормально говорить. Даже жаль, предыдущее положение мне нравилось. — Так зачем ты здесь, Роза? — повторил он свой вопрос с интересной смесью осуждения и радости в голосе. — Представляешь, товарищ, просто мимо проходила, а ты какими судьбами? — ответила я и нервно прикусила нижнюю губу. От этого нехитрого действия у Дмитрия сбилось дыхание и, судя по всему, спутались мысли. Он шумно выдохнул и несколько раз мотнул головой, чтобы восстановить самообладание, после чего поведал, слегка севшим голосом: — Приехал за пару часов до тебя, чтобы осмотреться здесь. — О, — собственно, это я и так понимала, — видел что-нибудь подозрительное? Дмитрий утвердительно кивнул: — Ещё как! Красавицу в вечернем платье, продиравшуюся сквозь кусты. — Чёрт, ты меня заметил! — какое разочарование — я так старалась подойти незаметно! — Роза, Роза, — он покачал головой, но губы его улыбались, — Прости, но ты пыхтела как паровоз, пока ломала здешние кусты. Удивительно, как тебя не заметил весь штат. Я даже не обиделась на этот комментарий: бесшумный ниндзя из меня и правда не получился. Но кое-что меня напрягло: — Это, наверное, не очень хорошо. — Наверное, — согласился Дмитрий. Стало немного стыдно и захотелось сменить тему: — Интересный у тебя костюм для шпионской миссии, — заметила я, осмотрев Дмитрия как следует. На нём были тёмные джинсы, свитер насыщенного зелёного цвета и его ненаглядный коричневый пыльник. Если задуматься, наши цветовые гаммы совпадали… — А должен быть затянут в чёрную кожу и лыжную маску? Я медленно провела указательным пальцем по горловине его свитера: — Необязательно, но что-то не столь броское. Он отвёл глаза: — Ну… Сейчас холодно. Да и пыльник неприметный… Прозвучало как отмазка, мы оба это понимали. Я хмыкнула, и Дмитрий сдался. — Просто этот свитер фартовый, долгая история, — он пригладил волосы рукой. — Сначала бабе Ронде, подруге моей бабушки, на картах вышло, что меня ждёт трагическое путешествие, потом у мамы в гостиной слетело с полки моё фото, и наконец бабушке приснилось, как я «исчезаю в абсолютной пустоте». Так что сегодня утром все мои родственницы и примкнувшая к ним баба Ронда организовали живой пикет в моей квартире. Единственная возможность выйти наружу заключалась в надевании этого свитера. Я невольно улыбнулась: такой двухметровый и такой послушный: — Вижу, твои женщины из тебя верёвки вьют. Он тоже улыбнулся: — Особенность нашей семьи: мы обожаем совать нос в дела друг друга. Впрочем, никогда не пересекаем определённых границ. — Ммм… Знаешь, после стольких дурных предзнаменований и пикета в квартире… Не жалеешь, что из дома вышел? Ответил Дмитрий не сразу. Сначала он смотрел на меня, смотрел, и смотрел, а глаза его темнели, темнели и темнели. — Мне всё очень нравится. — услышала я спустя какое-то время. Мне тоже всё нравилось. Очень. Разве что шпильки снимать не стоило: кроссовки, чёрт бы их побрал, весь образ рушили! Вероятно, обувь не была основной проблемой. Когда Дмитрий протянул руку к моим волосам, он первым делом убрал оттуда изрядное количество колючек. Что ж, спасибо ему за это. Я тоже решила помочь ему с причёской, аккуратно освободила его волосы от резинки.и не удержалась — пригладила несколько прядей ладонью. Умом я понимала, что сейчас для такой деятельности не место и не время. А вот телом считала, что и пофигу. Я уже два года хотела этого, и раз уж есть шанс дойти наконец до какого-то экшена, то и плевать на неоптимальный сеттинг. Да и согреться можно куда лучше, чем от быстрой ходьбы. На это разуму возразить было нечего. Голова пошла кругом, ноги стали ватными, ещё чуть-чуть, и не удержат Мозг немедленно сгенерировал несколько вариантов развития сюжета после моего падения. Эх, надо, надо было падать… На дороге раздался шум моторов, громкая музыка и хохот. Несколько машин с рёвом промчались мимо нашего укрытия. Они быстро исчезли за поворотом, но успели испортить чертовски романтичный момент. Мы с Дмитрием нехотя отстранились друг от друга. — Надо закончить с осмотром местности… Поскорее, — хрипло произнёс он. Покинув уже родные дебри, мы вышли на площадь. Из всех зданий интерес представляла только ветклиника, остальные были слишком разрушены, туда явно давно никто не ходил. Мы обошли ветеринарку кругом и остановились у запертого входа. Внутри было темно и тихо. Сигнализация в здании не работала. Дмитрий посмотрел на дверь, потом на меня, и, заколебавшись, замер. Но в итоге решился, повозился с замком, и вскоре дверь была вскрыта. — С ума сойти, ты вскрыл замок! — восхитилась я. — Тише Роза, не время шуметь, — ответил он шёпотом, и мы вошли. В пустых, неуютных коридорах и комнатах клиники не находилось ничего примечательного. Столы, шкафчики с лекарствами, аппаратура и всё, что полагается в таких местах. Последним помещением оказался крематорий. Тоже пусто. Или почти пусто: в свете фонаря в углу около печи что-то блеснуло. Подойдя ближе, я подняла с полу парочку страз и повертела их в руке. Собственно, большего и не требовалось. Мы уже собрались уходить, когда дверь в крематорий распахнулась, и комнату залил свет. Немолодой мужчина плотного телосложения прошёл внутрь. В его недобром взгляде играла усмешка.  — Так-так-так, — протянул он, — прям как чувствовал, что вечер будет интересным!