Небо, сотканное из наших мечт.

Сидя на могиле того, кто заснул навсегда, невольно вспоминаешь всё, связанное с этим человеком. Ну а что можно сказать об Эйсе? Много чего. Сабо любил его веснушки, до сих пор любит. Любит его голос, волосы, смех, который настолько заразительный, что даже в самый плохой день, если услышать его, то настроение автоматически поднимется. Сабо сжимает кулаки так, что ногти впиваются в нежную кожу на ладонях, оставляя на ней красные следы. Стискивает зубы до противного скрежета. От него остались лишь воспоминания. Самые дорогие, наполненные яркими эмоциями… единственные. Больше он не забудет. Никогда. Ветер поднялся, срывая листья с близ растущих деревьев, кружа их в воздухе. Парень устремил взгляд вверх: солнце беспощадно било в глаза, заставляя Сабо жмуриться, но глаза он не отвел, напротив, старательно вглядывался. На фоне голубого неба, сквозь разбросанные по ветру листья проходили солнечные лучи. — Красиво, — тихо произнёс Сабо, будто боясь, что его услышат, — Вот бы Эйс это увидел… Парень сначала не понял, что именно сказал, холодок пробежал по его спине, но потом отбросив все сомнения, продолжил:  — Эйс, как ты там? — шепотом спросил Сабо, глядя в небо. Эйс любил смотреть на небосвод, ведь он такой бескрайний, такой свободный. Блондин горько усмехнулся, — Теперь ты тоже свободен. Наконец, твоя мечта сбылась. Небо, сотканное из общих мечт до сих пор маячит перед глазами, постоянно напоминая о себе. Напоминая о нём. Парень чувствует, как дрожит его и так почти севший голос. Ещё немного и по его травмированной щеке потечёт одинокая слеза. — Я ненавижу нытиков и плакс! В голове звучит голос, такой родной, Сабо цепляется за остатки памяти, только бы не забыть, только бы не забыть… Парень схватился за голову, опускаясь на колени перед надгробием, с написанной на нём эпитафией. — Прости… прости меня! Эйс! — голос дрожал и совсем не слушался хозяина. — Я… я не спас тебя. Я не был рядом. Не защитил. Не уберёг… Сабо словно в бреду всё повторял эти бессмысленные фразы раз за разом, пока чей-то знакомый голос не вывел его из этого состояния. — Ой, Сабо! Давно не виделись! Куда ты пропал? — с неким упрёком прозвучал вопрос, заставший Сабо врасплох. Парень вздрогнул, поворачиваясь корпусом по направлению туда, откуда по его мнению исходил звук. Сердце начало биться быстрее. Перед ним стоял его глупый и несмышленый братец. — Луффи, это правда ты? — неверяще произнёс блондин, улыбаясь, смотря на Луффи глазами, полными нескончаемой радости. Маленький мальчик стоял неподвижно, отвечая старшему брату широченной улыбкой. Но в один миг улыбка исчезла с его лица. — Почему ты не пришёл на войну? Почему тебя не было с нами? Почему ты оставил Эйса умирать у меня на руках? Почему? Почему? Почему? Почему? Это был кто-то отдаленно напоминающий Луффи. Это не его брат. Точно не он. Вдруг сбоку послышался голос, заглушающий бормотания «Луффи». Голос, принадлежавший только ему: — Эй! Сабо! Как ты? Выглядишь так, будто увидел мертвеца! — говорящий начал смеяться. У блондина сжалось сердце. Этого не может быть. Невозможно… Он аккуратно повернул голову вбок, но при этом закрыв глаза. Он боится. Боится не увидеть никого. Но теперь он не один. — Эйс… Эйс! Это ты? Это правда ты?! — парень готов был поклясться, что перед ним стоит его умерший брат. Его Эйс. Этот смех, такой родной, словно сейчас перед Сабо действительно смеётся этот невыносимый черноволосый парень. Эти веснушки, принадлежащие только ему. Растрепанные чернявые волосы, красиво развивающиеся на ветру, эта улыбка, заставляющая сердце сжиматься… Это точно он. Сабо уставился вперёд взглядом, полным отчаяния, радости, слёз. Парень неверяще вытянул руку перед собой, желая убедиться, что мальчики, окружавшие его действительно реальны. Но… — Почему ты не спас меня? Я был расстроен, когда не увидел тебя перед смертью. Почему же ты не пришёл? Не посчитал нужным? Забыл обо мне? Протянутая рука дрогнула, так и не достигнув цели. Забыл. Забыл. У Сабо кружится голова. Он потерял разницу между реальностью и галлюцинациями. Сабо кажется, что он потихоньку сходит с ума. Медленно, но верно идёт к точке невозврата. — Черт возьми! Да что вы вообще знаете?! — блондин перешёл на крик, — В том то и дело, вы ничегошеньки не знаете! Не представляете какого мне было вспомнить! Именно вспомнить о вас! — голос потихоньку начал стихать, — Но…память вернулась слишком поздно… Слишком поздно. — парень зажмурил глаза, в надежде, что открыв их, он не увидит пустоту. — Пожалуйста. Пожалуйста, не уходите… не уходите, прошу вас! Сабо резко открыл глаза. И его взору открылось… ничего. Никаких, даже малейших следов пребывания других людей не было. Он был тут один с самого начала.