Иди сюда, мой Зайчик

— Эй, очкарик, пойдем уже спать, — сказал Рома, положив голову на стол. — Одно задание осталось… — Антон буквально засыпал на ходу, но останавливаться не собирался. Такое поведение вызвало лишь цоканье у Пятифана, который просто встал, взял Петрова на руки и отнес на кровать, сняв с него очки; их, хоть и небольшая, разница в росте, весе, да и в телосложении в общем, легко позволяла делать что-то такое. Тоша не стал даже сопротивляться. Ну, оно и ясно. На улице уже глубокая ночь. Рома подошел к окну и начал смотреть в никуда. На улице тишь да гладь, только слышно тихое пение сверчков. Разве не прекрасно? Пятифан сначала смотрел на большую луну — единственный источник света за окном, а затем перевел взгляд на синее небо, что было усыпано звездами. Взгляд был переведен на часы, на которых было уже два часа ночи. Ромка потянулся, но затем осознал, что не разузнал о том, где же ему спать. — «Ну, думаю, поместимся», — Подумал тот, рассматривая кровать, на которой уже спал его друг, как мёртвый. Ну не идти же ему в комнату Оли, верно? Парень аккуратно подвинул Антона ближе к стене и лег рядом. Правда, удалось ему это с большим трудом. Часы будто бы специально тикали громче обычного, отчего Петров проснулся и попытался встать, что ему благополучно не удалось, ведь тот был заключен в объятия Пятифана. — Эй, Рома, — Попытался его окликнуть светловолосый. — А ну вставай, кому говорю! Но, увы и ах, результата это не дало. Шатен лишь еще ближе приблизился своим лицом к лицу Антона. Петров окрасился в красный цвет — то ли от смущения, то ли от духоты, вызванной тем, что его друг дышал на него. Честно, тот не был рад этому. После ещё нескольких попыток выбраться из схватки, Тоша погрузился обратно в сон. На утро первым, кто проснулся, оказался Пятифан. Он сам удивлялся, видимо, уже по привычке делает это: примерно в такое время за ним заходил Петров, на «летние занятия». Он лениво поднялся, и не заметив, как прижимал к себе своего друга. Шатен достал сигареты и зажигалку в своей одежде, что валялась на полу, которая была сменена на ту, что на нем сейчас, спустя пару минут после прихода в дом. Рома подошёл к открытому окну, только что взятая из пачки сигарета была зажата между средним и указательным пальцами, а после обхвачена губами. Свободной рукой он прикурил её, а затем сделал первую затяжку, поглощая никотиновый яд. — М-м-м… — Промычал только проснувшийся Антон. — Чего не спишь? — Он встал с кровати, подходя к другу. Петров потянулся, посмотрел в окно и вспомнил, как видел там танцующих зверей. Но стоило ему отвлечься, уйдя в свои мысли, как Пятифан выдохнул свою гадость прямо ему в лицо, вызвав кашель. — Еще не привык к пассивному курению, Зайчик? — Рома хохотал с нынешней картины: Антон скорчил смешную рожу, махая руками перед своим лицом, покашливая. — Я же просил меня так не назы… В него опять выдохнули никотиновый дым, не дав договорить. Поняв, что шатен не станет слушать возражения по этому поводу, он обратно плюхнулся на кровать и стал наблюдать со стороны. Вспомнились недавно услышанные слова о том, что курение сравнивают с половым актом: темп, удовольствие, техника, а в книгах это иногда сравнивают с отдельным видом искусства, забавно, правда?.. Конечно, ему не понять, но все равно было интересно. Если так подумать, то… Это и вправду выглядит красиво: длинные, изящные пальцы Ромы обхватывают никотиновую палочку, он подносит её к губам и… Что-то слишком далеко зашли его размышления. — Не хочешь пойти прогуляться? — Антон встал, убирая с пола разбросанные вещи, аккуратно складывая их и кладя на уже заправленную кровать. — На голодный желудок? — Поинтересовался тот. — Можешь что-нибудь в холодильнике поискать, если уж совсем невтерпеж… В холодильнике они нашли лишь банку сгущенки, а на столе уже порезанный хлеб. «Оля бы оценила», — Подумал про себя Тоша, что вызвало улыбку на его лице. — Чего лыбишься? — Во рту у Ромы был кусок хлеба, из-за чего Петров еле разобрал его слова. — Шевели булками, — Запихнув в рот такой же кусок, он начал выходить из дома. На улице была жара, что было одним из самый больших минусов лета, хотя, конечно, кому-то это нравилось, но не этим двум точно. Парни направились в глубь леса. Но даже тут воздух пах тянущей жарой. — У-у-ух, — Протянул Пятифан, приземляясь на землю возле какого-то дерева. — Ну и жара! — Иди в речку залезь, — Второй искоса посмотрел на друга. — Тебе полезно будет, да и хорошо одновременно. — Тоха, а знаешь что? — Ромка встал. — Чего тебе? — Кто последний добежит до речки — тот педик! — Он рванул так, будто за ним бежит стая волков или кого-то еще, так, что Антон простоял пару секунд не двигаясь, пытаясь понять, что это сейчас произошло. — Эй, а ну стой! — А, оказывается, зайчики медленные, да? — Он кричал, даже не собираясь оглянуться, как в его голову прилетело что-то. — Рома-Рома! Смотри! Там сзади что-то бежит! — В голове прозвучало торжественное «ура», ведь это заставило того остановиться, но кто же мог знать, что это был «коварный план»! Тотчас Антону удалось мигом вырваться вперед и прыгнуть прямиком в речку.