Месть демона

Удар уничтожил вазу на спине монстра. Столп вернул клинок в ножны, быстро осматривая ребёнка на повреждения. — Беги отсюда, — сказал Токито, убедившись в его целостности. Котецу быстро опомнился и встал на ноги. Дышать было тяжело, а связать мысли в единое целое ещё тяжелее. — Простите меня! Я вас называл идиотом и ублюдком! Простите меня! — кричал мальчик, кланяясь. — И волосы ваши не похожи на водоросли! — Водоросли? — спросил Муичиро, никак не изменяясь в лице. Кузнец вскочил и приблизился к столпу, крепко сжимая рукав формы истребителя. Мальчик весь дрожал от страха, но хват его был крепким. — Прошу, помогите! Канамори-сана сейчас убьют! — кричал Котецу, пытаясь тянуть Токито в сторону опасности. — Хаганезука сейчас занят новым клинком! Насколько занят, что не обращает внимания на опасность! Муичиро пошёл следом. Сам не понял, как так получилось. Просто появился волшебный образ. Образ человека, спасшего его от гибели. Человека, который признал Токито. — «Я справлюсь, Ояката-сама». Столп ускорился, подхватывая мальчика на плечо. Они приближались всё ближе и ближе к угрозе. Токито уже чувствовал, как рядом ходят демоны. «Дыхание тумана второй стиль: Многослойный туман» Быстрые удары мгновенно уничтожили вазы на спинах существ. Демоны превратились в пепел, освобождая кузнеца. Канамори быстро встал на ноги, с опаской осматриваясь по сторонам. — Спасибо вам, Токито-доно! — поклонился кузнец. — Если бы не вы… — Ты ведь тот Канамори? — Муичиро показал клинок мужчине. — Мне нужен новый клинок и как можно скорее. Кузнец без лишних слов забежал в свой дом. Токито же чувствовал нечто ужасное. Столп чуял причудливый запах из леса, что удивительно, ведь особым нюхом Муичиро не обладал. И демон. Могущественный и очень пугающий демон, был совсем близко… — Токито-доно? — позвал его кузнец, протягивая новый меч. Столп схватил клинок, направляясь в сторону чего-то страшного и сильного. Демон определённо был из высших лун, раз аура была столь сильна. — Спрячтесь, — тихо сказал он, оглядываясь на кузнецов. Канамори послушал истребителя: схватил мальчишку за шиворот и побежал в противоположную сторону. Если сам Столп говорил им уйти — значит случится нечто ужасное. Котецу брыкался не долго. Токито уже скрылся в зарослях, а они слишком далеко отошли, чтобы ребёнок пошёл следом. Мальчишке хотелось помочь, жаль, что это не в его силах. Муичиро остановился, широко открывая глаза от замешательства и капли страха. Такого ему ещё не приходилось видеть. — По. Помогите… — Убейте… Меня… — Больно… Непонятное существо, состоящее из человеческих тел. Кровь текла на землю, окрашивая её в алый. Располовиненые кузнецы были сшиты между собой и основным телом. Ноги были снизу, туловища сверху. Основное тело сделано из мертвецов. Непонятно как, но ноги, будучи отделены от тела, двигались и, казалось, что существо могло перемещаться. — Помоги… Один из кузнецов заметил Токито, указывая на него рукой. Одна пара ног зашевелилась. За ней и другие, ведь живые кузнецы заметили столпа Тумана. У людей появилась надежда на спасение. Каждый из них стремился к столпу всеми силами. Муичиро не мог сдвинуться с места. Такая жестокость и безумие очень сильно поразили его. Даже дышать было нечем, то ли от ужасного запаха крови и рыбы, то ли от шока над происходящим. Существо всё ближе. Ноги кузнецов путались, им было непривычно передвигаться вот так. По щекам мужчин текут слёзы, в их глазах Токито видел надежду на спасение. Тварь остановилась в метре от столпа, сразу падая на колени от непривычки. — Помоги…те… Кузнецы тянут к нему свои мазолистые руки, пытаясь схватить того за одежду. Одному удалось схватить его за рукав формы. Токито поморщился от неприятного запаха и вида твари. — «Отвратительно…» Муичиро отдернул руку, хватаясь за рукоять клинка. Ему не было их жаль — все они уже мертвы. Их не спасти. Токито одним ударом отрезал кузнецам головы. Существо перестало дёргать ногами. Головы рухнули на землю, обращая свои пустые взгляды в сторону и на столпа. Токито не обратил на них внимание, продолжая свой путь вперёд. Он обошёл мёртвую тушу твари и вышел на небольшую поляну, где Оно было изначально. — «Демон впереди… — столп шёл к демонической ауре, крепко держась за рукоять клинка. — Это он»? — Токито остановился, наблюдая за непонятной тварью и кузнецом, работающим над клинком. — Я должен сделать новый меч… Ещё лучше, чем прежний… — приговаривал Хаганезука, не обращая внимание на окружение. Уничтоженный до основания дом, разбросаные вещи и инструменты, раны, покрававшие его тело и демона, порящего рядом с ним. Удивительная концентрация. — Этот Камадо не сдержит слово… Я чувствую это… Новый клинок… Ещё лучше… Ещё лучше, чем до этого… Гёкко спокойно парил рядом с кузнецом, с некой завистью и восхищением наблюдая за кузнецом. Таких мастеров ему ещё не приходилось видеть, ведь даже он при создании своих шедевров может отвлечься на ерунду и сбить концентрацию. Такая сила воли ради искусства поражала Пятую луну. — Хочешь стать демоном? — задал вопрос Гёкко, улыбаясь двумя ртами. Ответа, естественно, он не получил. — Обретёшь вечную жизнь и будешь Творить. Тебе будет безразлична усталость, — продолжал демон, улыбаясь ещё шире. Кузнец ему очень понравился. «Дыхание тумана четвёртый стиль: Удар адвекции» Демон мгновенно увернулся от удара, исчезая в горшке. Посуда осталось целой. Токито быстро развернулся, взглядом пытаясь найти Высшую луну. Столп заметил демона не сразу. Гёкко наблюдал за ним с дерева, изучая своего противника. — Ты убил моё Творение? — глаза Пятой луны наполнились злостью. — Да как ты посмел, чёртов ублюдок? — грубо говорил демон, атакуя человека щупальцами из горшка. Муичиро среагировал в последнюю секунду, парой ударов рассекая щупальца и уничтожая горшок. — «Он использует горшки… Нужно быть внимательнее»… — Токито внимательнее следил за обстановкой. Демон пытался унять свою злость, глубоко вдыхая и выдыхая. Его Шедевр уничтожили, как какой-то мусор. Просто немыслимо! «Чёртов ублюдок! Как ты посмел разбить моё Творение!» Уже сотни лет прошли с того момента: Фудзин посмел разбить его вазу, «случайно» задев её рукой. Тогда ещё Гёкко был низшей луной и только-только вступил в ряды Двенадцати лун. «Прости… — извинился Убийца древних, опустившись на корточки. — Я её починю». «Починишь?! Ты что — идиот?! — спросил Гёкко, хватая того за кимоно. — Как ты смеешь портить моё Искусство своими грязными руками?! Починишь?! Да ты сделаешь ещё хуже этими чёртовыми руками»! Удивительная картина. На тот момент Гёкко был Шестой низшей луной и тряс за кимоно Первую высшую луну — сильнейшего демона, после Господина. А тот и не сопротивлялся. Никогда он не сопротивлялся ему или Хантенгу, считая их не Воинами. Всегда жалел их и помогал во всём, чем мог. «Ты не воин. Твоё дело совершенно другое, — говорил Фудзин, перевязывая отрубленную руку столпу, которого совсем недавно победил, спасая ещё неопытного Гёкко. — Сражаться моя задача, твоя – Творить искусство». До сих пор Пятая луна считает эти слова глупыми. Считает только один пункт из них верным: он — Творец, но даже не смотря на это, ему приходится сражаться. Он точно такой же воин, как и Фудзин. — Чёртов ублюдок, — перед глазами образ друга и лучшего критика. Вся эта ситуация напомнила ему первый раз, когда кто-то осквернили его Творение. Из тела демона выросли горшки, из которых вылезли две надутые рыбы Аю. Они резко уменьшились, стреляя в столпа и кузнеца иглами. — «Кузнец сможет выдержать яд? Остановиться ли он? — спросил Гёкко, перемещаясь в другой горшок. — Как завидно… Даже я не так предан Искусству». — Пятая луна оказался за спиной столпа, сразу используя Магию крови. «Бассейн ада» Муичиро не успел среагировать на выпад демона, попадая в воду. Места, в которые попали иглы, горели от боли и медленно немели. Токито сразу понял, что отравлен. Но несмотря на это тело постепенно избавлялось от этого недуга. Снова та мощь в теле, снова те необычные ощущения движения на лице… — «Как тогда»… Гёкко осмотрел кузнеца, не обнаруживая игл в теле человека. Только одна пролетела мимо его лица, не задевая кожи. Демон улыбнулся, приблизившись к мастеру. — Стань демоном, — шептал он кузнецу на ухо, пытаясь обратить на себя внимание. — Забудешь про усталость и слабость. Мы будем Творить искусство вечно. Наши имена будут легендарнее самих Микеланджело и Донателло. — Продолжал демон, вытягивая одну из детских рук. «Дыхание тумана первый стиль: Возвышающееся небо, далекий туман» Водная тюрьма лопнула, освобождая столпа. Клинок сразу полетел к шее демона, сразу исчезнувшего из поля зрения Токито. — Ты всё ещё жив, — раздражённо говорил Гёкко, морщась от отвращения. — Сделай одолжение — умри и поскорее. Я ведь только нашёл родственную душу! — Закрой рот и не двигайся, — Муичиро мгновенно оказался рядом с демоном, делая замах. Гёкко без проблем уклонился, переместившись к кузнецу. Лицо его было хмурое и очень злое. — Закрыть свой рот? — в теле демона выросло несколько горшков. — Да кому ты приказываешь, щенок?! «Десять тысяч скользящих Аю» В столпа направился быстрый поток рыб. Их было так много, что те пожирали друг друга на пути. Токито встал в стойку, крепче сжимая клинок. Вся эта мощь просила выпустить её. «Дыхание тумана третий стиль: Ветер, рассеивающий туман» Всё демоны-рыбы были уничтожены парой ударов. После этого его атакавали щупальца из горшка рядом. Удар пришёлся по рёбрам и столп отлетел. Тупая боль никак не сказалась на Токито. Сломанные рёбра почти не мешали ему. — «Безумная сила, — Муичиро перевёл дыхание. — Про это нам пыталась сказать Амане-сан, брат? Эта та сила, о которой она говорила»? Воспоминания, давно уже потерянные, начали возвращаться. Все те страдания его семьи, тяжелая жизнь лесоруба, убийство брата демоном… Старые воспоминания заставляют злиться. Злость даёт силы Ненависти. Ненависть питает тело, не позволяя ему отпустить клинок или потерять сознание. Ярость и Ненависть переполняют Муичиро. Хочется уничтожать и сжигать демонов на солнце, заставляя их мучаться. — «Так просто его не убить, — Гёкко внимательно следил за столпом. — Даже со сломанным ребром и ядом стоит, словно ничего не произошло. Скорость и сила поражают воображение, — резко Токито изчез, оказываясь за спиной демона. — Придётся взяться за него всерьёз»… Пятая луна вновь ускользнул, спрятавшись в деревьях. Токито напрягся, ощущая, как аура демона стала ещё сильнее. В тени деревьев ему удалось рассмотреть существо, похожее на человека с хвостом змей. Тварь резко исчезла, оказавшись перед столпом. Быстрый удар, от которого Муичиро едва успел уклониться. Истребитель прыгнул на ветку дерева, ощущая холод на своей груди. — «Часть моей формы, — столп посмотрел вниз, замечая рыб-демонов, — превратилась в рыбу… Он и клинок превратит в неё? Нужно действовать осторожнее»… Гёкко поднял горящий взгляд на Токито, предвкушая, как убьёт сопляка мучительной смертью. Пока в голове демона только одна мысль: превратить человека частично в рыбу и выставлять публике людей на потеху. — Я сделаю тебя питомцем людей, — сказал Пятая луна, сжимая кулак. — Будешь выставлен публике на потеху. Тебя, возможно, забросают камнями или будут морить голодом. Но ты найдёшь своё пристанище, — демон улыбнулся парой ртов. — Будешь выступать в первом цирке Уродов в Японии. Демон изчез с глаз столпа, резко оказываясь перед ним. Токито успел уклониться от удара и спрыгнул с ветки. Дерево сломалась от одного удара, сразу превращаясь в гору рыбы. — Трепещи перед моей красотой и силой, сопляк! — Гёкко сорвался с места, атакуя столпа. «Смертоносная чешуя войны» Токито едва успевал уклоняться. Удыры были слишком сильны, демон настолько быстр, что оставляет остаточные изображения. Большая часть его формы уже превращена в рыбу, из-за чего приходилось сильно напрячь ноги. Клинок использовать Муичиро не рискнул. Гёкко резко оказался перед столпом. Быстрый удар уже летел в лицо человека, но тот успел заметить и уклониться. Только часть волос упали на землю вместе с рыбой. Второй удар, в этот раз по руке. Токито бы не успел увернуться, а если бы отразил — потерял бы клинок. — «Всё закончилось»… Раздался мощный рёв. Гёкко и Муичиро отбросило в разные стороны. Рык зверя был настолько мощным, что даже на таком расстоянии заставил деревья дрожать и ломаться. — «Что это было? — спрашивал демон, вставая на ноги. — Какая мощная аура… Как я не заметил её раньше»? Токито встал на ноги, также ощущая эту ауру. Пугающую и до ужаса сильную. Оно было уже в деревне. Он уже слышал крики детей и их родителей, которые совсем недавно жили спокойной жизнью. — «Я должен убить его прямо сейчас, — Токито крепче сжал клинок. — Те деревья, в которые он попал своим телом, не превратились в рыбу, — столп набрал огромное количество воздуха. — Это значит, что я могу отрубить ему шею без потери клинка. Использую Седьмой стиль. Нужно испытать его». «Дыхание тумана седьмой стиль: Дымка» Токито испарился в тумане. Гёкко прислушался, пытаясь найти его. — «Что за чёрт? — демон заметил истребителя, атакуя его. Тот исчез. — Почему он такой медленный? И куда он исчез»? Гёкко внимательно осматривался вокруг, пытаясь найти столпа. Тот, когда попадался на глаза, резко исчезал в тумане. Демон не мог обнаружить его по запаху или услышать. «Ты не воин». Почему-то демону вспомнились эти слова. Он не воин, а вот почему, никогда не получал ответа. «Когда мы умрём, произойдёт страшное»... — «Умрём? — Гёкко заметил столпа, быстро приближаясь к нему. — Точно не сейчас. Не сегод...» Быстрый удар со спины. Голова Пятой луны упала на землю, тело рухнуло рядом. Глаза демона расширились. — «Что я?.. Умру... — спрашивал он, разглядывая медленно сгорающее тело. — Сейчас... Три месяца с предсказания прошло... Неужели и Хантенгу умрёт?.. — в голове всплыл Фудзин. Демон опустил голову в пол, слёзы медленно капали вниз. — Фудзин... Что значит быть воином для тебя? Сражаться и побеждать? Нет, не в этом. Нечто другое». Из глаза на лбу пошли слёзы. Гёкко плакал, вспоминая всю свою жизнь. Ужас, только так можно описать эту жизнь. Каждый день приходилось сражаться или убегать от истребителей и столпов. Единственной отдушиной было искусство. Каждый день демон лепил скульптуру из глины или человеческих тел, создавал вазы из керамики. Изучал работы легендарных мастеров, пытаясь превзойти их. И как он, с такими-то интересами, стал демоном Лун? Гёкко не помнит. Сейчас ему не до этого. «Интересные вазы, — услышал он грубый голос за спиной. Шестая низшая обернулась, замечая на пороге комнаты Первую луну. — Ты делаешь их сам»? Убийца древних приблизился к одной из них, внимательно разглядывая причудливые узоры на вазе. Гёкко быстро потерял к нему интерес. Сейчас ему нужно закончить работать со скульптурой его нового тела. Это совершенно его не устраивает. «Сложно быть творцом», — говорил Бог ветра, наблюдая за мастерской работой мастера. Первая их встреча была ужасной. Демон был занят и не обращал внимание на Бога ветра, полностью игнорируя его. И с тех пор Фудзин всегда приходил к нему в комнату, наблюдая за его работой. Непонятно, что тому было надо, но Гёкко не спрашивал. Ему было неинтересно, главное, чтобы ему никто не мешал. — «Всё изменилось, когда этот ублюдок разбил вазу, — если бы Пятая луна мог, он бы улыбнулся. Тот случай теперь вызывал лишь усмешку. — Надеюсь... Надеюсь, Фудзин, что у тебя всё будет хорошо. Ты слишком добр для этого мира и слаб, какие-бы цифры в твоих глазах не были бы написаны. Да будь у тебя хоть вся сила Мудзана, ты был бы таким же добряком и слабаком, — голова уже почти обратилась в прах. — Быть воином... Непонятно. Творец и воин... Никогда не пойму... Живи счастливым. Не думай обо мне». Прах развеелся по ветру. Демон мёртв. Все вазы, раставленные вокруг, лопнули, подтверждая смерть Гёкко. Токито рухнул на землю, захлёбываясь пеной из рта.