Наследник Основателей

31 октября 1981 года

В тусклом свете лампы Тёмный Лорд выглядит, как Бугимен, из детских страшилок. Мрак покрывает его с головы до ног, лишь пугающая бледность и тонкие пальцы, сжимающие палочку попадают на свет. Около ног Самого-Тёмного-Волшебника-Столетия лежит мёртвое тело Лили Поттер, лицо её было укрыто огненным шёлком волос. Около неё стоит детская кроватка, где тихо всхлипывает, иногда завывая, маленький мальчик, глядящий на Волдеморта грустными зелёными глазками с пухом ресниц. По персиковым щекам текут ручьи, нет, уже реки, слёз, убегая за воротник кофточки. Тёмный Лорд не чувствует жалости, направляя на ребёнка палочку и произнося Убивающее. Ярко-зелёный свет озаряет комнату лишь на мгновение, а потом снова наступает тьма. Тёмный Лорд уходит, только стук его обуви эхом звучит в разрушенном доме.

***

Слизерин уже клевал носом над пергаментом с каким-то текстом, содержание которого уже плясало танго в паре с глазами. За окном шумел сильный ветер, а по стеклу барабанил дождь вместе с ветками. Дверь кабинета основателя змеиного факультета чуть приоткрылась, вместе со светом впуская другого основателя. Годрик Гриффиндор укоризненно покачал головой, заметив неестественную горбатость супруга. Мужчина тихо, едва шурша мягкой обувью, подошёл к другу, положив мозолистую ладонь на костлявое плечо Слизерина. Всё таки жрёт он много, но при этом совсем не толстеет. Какая несправедливость! — Салли, ты уже устал, иди отдыхать... — Я не могу, Годрик, мне нужно дописать... — зевнув, отказывается Слизерин, снова поднимая перо, но зевок мешает писать, а на пергамент упали густые чёрные капли. — Это не обсуждается, ты идёшь спать, а бумаги подождут! — не принимает отказа Гриффиндор, отличающий упорством (Салазар бы назвал это врождённой упрямостью, но это совсем не так! Ну может совсем чуть...). Основатель львиного факультета поворачивает стул, на котором сидит друг, не обращая внимания на душераздирающий визг ножек стула, соприкасаемых с поверхностью пола. Слизерин недовольно хмурит чёрны брови, кривит губы, слегка их приоткрыв и собирается что-то сказать, но внезапно яркий зелёный свет озаряет комнату и на колени черновласого мужика падает ребёнок. — А я уж думал звёздочка, — наигранно грустно вздыхает Слизерин, скрывая удивление упавшему...чуду. Малыш смотрит на незнакомцев испуганно и с капелькой враждебности, ожидая опасности. Гриффиндор же, выпучив глаза, взирал на мальчика со смесью удивления и какого-то несвоейственного ему восторга. — Ты что такое? — как идиот (Почему же как?), спрашивает Слизерин, получив маленькой ножкой по морде. Так ему и надо! — Кто это - понятно! — восклицает Годрик, возмущённо посмотрев на друга из-за подобного отношения к милейшему созданию и дару цветов. — И кто это? — интересуется Салазар, исторгая яд, как гадюка. Хотя гадюка не раздаёт свой яд направо и налево, а этот раздаёт. Какая-то неправильная гадюка... — Это...это...это ребёнок! — А то я тупой и не понял, — закатив глаза, огрызнулся Слизерин, получив снова по морде маленькой лапкой. Мальчик ёрзал на коленях основателя, что-то миленькое бормоча и иногда вскидывая ножки вверх, попадая ступнями по лицу мужика. — Что мы будем с ним делать? — глаза Гриффиндора загораются, словно костры на которых сжигают ведьм. — Сначала надо знать, откуда это явилось, — ворчит Слизерин, пытаясь отодрать от себя ребёнка, который крошечными пальчиками вцепился в штанину главной змейки Хогвартса (Это он ещё Снейпа не видел и не слышал, серьёзно!). — Ты ему нравишься! — как девчонка, умиляясь открывшейся взору картине, визжит Гриффиндор, тряхнув рыжей шевелюрой. — Очень за него рад, — бурчит Салазар, оставив попытки отцепить от себя неопознанный, похоже летающий, объект. — Салли, а давай его оставим? — Годрик, нет! — Годрик, да! — Он слюнями мне штаны запачкал, они же дорогие, как моя задница! — Ой, Салли, у тебя их ещё десять штук! — Эти были любимыми! — Папа? — бормочет малыш, сжимая жёсткую ткань. — Ну мать вашу... — хлопает по лицу Слизерин, услышав фразочку ребёнка и восторг Гриффиндора. Это будет сложное время...