Лед и пламень

      На лицах студентов читался целый спектр эмоций от восхищений до ужаса. Она могла их понять - для них она призрак. Её похоронили в момент, когда она исчезла с поля боя. Элизабет даже не искали, но так даже лучше, ведь она не смогла бы им объяснить всё, даже если бы захотела.       Её встречала Макгонагалл, так приятно было видеть её снова. Эта строгая, умная, сильная женщина стала для Элизабет не просто учителем и примером, а другом. Профессор не только давала знания, но и общалась с ней по душам. Она была единственным её учителем, который не опасался её и дарил хоть немного тепла. Вспоминая их душевные беседы, девушка заулыбалась и уже летела в объятья директора. ‒ Дорогая Элизабет, наконец ты в Хогвартсе! Я так рада, что ты тут, – сказала Макгонагалл, не скрывая радости. ‒ Профессор, мы знаем при каких обстоятельствах я тут, и если бы не они… - внутри всё сжалось от досады и горечи обиды. Если бы не её задание, скорее всего, её бы не подпустили даже к воротам школы.       После этих слов улыбка профессора сползла. Она взяла девушку под руку и повела к столу, который находился чуть ниже преподавательского. Как она поняла, это был её курс. С некоторыми она была знакома, а кого-то ещё предстояло узнать. ‒ Друзья, прошу любить и жаловать, ваша новая однокурсница… ‒ Феникс! – крикнул мальчик с каштановыми волосами. ‒ Мисс Элизабет Эбигейл Грин, мистер Финниган, – уже более строго сказала Макгонагалл, и парень стыдливо опустил глаза. ‒ И за каким факультетом её закрепят? – поинтересовался один из героев войны. Элизабет надела свою ехидную улыбку, посмотрела на него и, прежде чем профессор успела что-то сказать, ответила: ‒ Мистер Уизли, кажется, – он кивнул. – Мне не одиннадцать лет, чтобы играть в эти факультетские игры. Насколько мне известно, это смешанный курс, а значит, я не должна определяться.       Послышался смешок с конца стола, лицо смягчилось, девушка перевела взгляд на директора. ‒ Всё верно, мисс Грин, – она повернулась к ней и сказала. – Присоединяйтесь к ужину, ваши вещи уже в комнате, утром вас ждут занятия.

***

      Она села между Слизерином и Гриффиндором. Блейз Забини уже устроился напротив нее. ‒ Добро пожаловать в Хогвартс. Я могу стать твоим гидом, пока ты не освоишься, – змеи всегда видят своих за версту. Поэтому Забини решил протянуть ей руку дружбы, едва Элизабет села за стол. ‒ Спасибо, я прекрасно справляюсь, но если ты знаешь, куда можно отправить навязчивых парней, то буду благодарна, – она улыбнулась. ‒ Не разбивай мои надежды, – драматично простонал он, – я не предлагаю тебе своё сердце, всего лишь дружбу. ‒ Прости, но я одиночка, но если вдруг я решу завести друга – то ты будешь первым в списке, – их взгляды встретились, а губы расплылись в надменной улыбке. Малфой всё ещё пребывал в шоке и не знал как быть, поэтому просто наблюдал за ней и своим другом. ‒ Ты очень красиво осадила Уизли, я даже посмялся, - продолжил мулат. ‒ Так это был твой глупый смешок? ‒ Эй, не смей обижать меня, я твой единственный друг тут. ‒ Срочно, кто-нибудь, мне нужен друг, мне нужно избавиться от этого кретина, – и засмеялась, а все за столом напряглись. ‒ Не смейте с ней дружить, пусть она будет обречена на моё общество, – обратился Блейз ко всем за столом и тоже засмеялся.       Просто невероятно. Такое ощущение, будто они знали друг друга всю жизнь. Всё так просто. Малфой был абсолютно уверен, что если бы на нее надели распределяющую шляпу, то девушка точно попала на Слизерин. Её надменный взгляд, с которым она зашла в зал, уже говорил о её принадлежности к змеиному факультету. ‒ Как ты выжила? – спросил Уизли. Этот вопрос мучил всех, но задать его осмелился только Рон. ‒ Удача, не больше. ‒ Не может быть! В тебя прилетело непростительное, твоё тело всё кровоточило, ты сломала себе ребра… ‒ Ребра я ломала, чтобы спасти твоего брата, – на её лице начал проступать холод. ‒ Мы благодарны тебе, но тут что-то не чисто. Ты была в ужасном состоянии и при всём этом трансгрессировала - тебя должно было расщепить! Но ты жива, и я уверен, что ты воспользовалась чёрной магией, иначе как это объяснить? – Рон переходил на повышенные тона. ‒ Так убей меня и посмотри, как я возвращаюсь к жизни, – она усмехнулась, а в глазах загорелся огонь. На секунду она напомнила Малфою его безумную тётку. За столом повисла тишина. И тут заговорила Грейнджер: ‒ Прости, он не хотел тебя обидеть, просто нам всем интересно, мы не хотим тебя обвинять. ‒ Не хотели, но сделали. И я не знаю, как выжила, многие вещи, происходящие со мной, не поддаются объяснению. – На лице не было ни одной эмоции. ‒ Но… ‒ Я для вас как черное озеро. Оно красиво, и так манит искупнуться, но все знают, какие чудовища водятся на дне и не осмеливаются нырнуть в него. Одному богу известно, как это может быть опасно, – она улыбнулась и перевела взгляд на Блейза.       Она их пугает, чтобы они не задавали вопросов, это уже интересно, – подметил Малфой. ‒ С ним я точно дружить не буду, он агрессивный. ‒ Я правильно понял, ты без ума от меня и умоляешь стать своим другом? – театрально сказал Забини. ‒ Не дождешься, – усмехнулась она, – и да, если будешь подкатывать к моим парням ‒ я тебя сожгу. ‒ Эй, я вообще то…       Драко Малфой не сдержался и засмеялся в голос. ‒ Забини, теперь я понял, почему ты так рвался стать моим соседом, но прости, единственное, где ты меня увидишь голым, это в раздевалке для квиддича. ‒ Да пошли вы оба! – тишина повисла на несколько секунд, и они втроем засмеялись. ‒ У нас как-то не было времени познакомиться. Элизабет Грин, – девушка повернулась к блондину и с улыбкой посмотрела в его глаза. ‒ Драко Малфой, – он посмотрел в ее глаза: они горели огнем, за ними было много загадок, которые ему бы хотелось разгадать. ‒ Драко Малфой? С каких пор к тебе можно так обращаться, ты же у нас теперь Лорд Малфой, – вставил Забини и игриво повел бровями. ‒ Для тебя я Лорд Малфой, – со всей строгостью выплюнул блондин. ‒ Я могу обращаться к тебе «Лорд Малфой», а то иначе он заревнует, а я не хочу терять единственного друга в школе, – всё так же улыбалась, она повернулась к мулату и подмигнула ему, он улыбнулся в ответ.       Они продолжили беседу, а Малфой опять погрузился в свои мысли. Его интерес к этой девушке нарастал с новой силой. Сколько же демонов в глубинах её души. Он обязательно узнает всё, чего бы ему это не стоило.       Блондин вышел из своих раздумий, Блейз уже общался с Пэнси, а Элизабет сидела и ковыряла еду в тарелке. Она взяла кубок и потянула его к губам, и сразу выплюнула обратно. ‒ Фу, что это за гадость! ‒ А.. ну… Это тыквенный сок, – сказал Лонгботтом и поджал губы. ‒ Мне будет тяжелее, чем я думала, – она засмотрелась на кубок, пришла в себя, провела рукой над кубком и сок исчез.       Девушка потянулась к внутреннему карману пиджака и достала фляжку. На ней была гравировка, но парень не успел её рассмотреть. Открутив пробку, она начала вливать содержимое в кубок так, чтобы никто из преподавателей не видел. Все, кто её окружал, опешили. Малфой с Блейзом переглянулись и ухмыльнулись, их последние догадки касаемо факультета развеялись. ‒ Этого нельзя делать, а если тебя поймают? – Тихо прошипела Грейнджер. ‒ Дорогая, если вы не перестанете пялиться, то меня точно поймают, – Элизабет мило улыбнулась гриффиндорке, и та стыдливо увела взгляд.       Только она собралась убрать фляжку в карман, как ей на плечо упала рука. Глаза её закрылись, губы сжались в тонкую линию. ‒ Мисс Грин, по-моему, мы уже это обсуждали. Вашу привычку придётся оставить за пределами школы, – тяжёлый бархатистый голос Северуса Снегга. Она молчала. ‒ Фляжку, мисс Грин, – она протянула её в руки профессора. ‒ Можете избавиться от содержимого, но верните мне её, она важна для меня, – девушка, наконец, заговорила с ним. ‒ Я подумаю. Так, полагаю, это еще не всё, доставайте остальное.       И она извлекла ещё две из своего пиджака. Малфой с Забини были восхищены, и не оставалось никаких сомнений, что она впишется в их коллектив. ‒ Прекрасно. Ах, да… В четверг у нас с вами занятие, готовьтесь, – и зашагал прочь оставляя за собой подолы своей черной, как смоль, мантии. ‒ Опять он у нас будет преподавать. Я не вынесу! Он же уничтожит меня, как делал это каждый год, – простонал Лонгботтом ‒ Не переживай, он ясно дал понять, что в четверг состоится моя показательная казнь, – девушка глубоко вздохнула. ‒ Сочувствую. Но ты же умеешь сражаться, думаю, ты справишься, – приободрил ее парень. ‒ Он обучал меня девять лет, и знает все мои слабые места. Не сомневайтесь ‒ вас ждёт шоу, – она улыбнулась Лонгботтому. ‒ Снегг обучал тебя?! – впервые за вечер заговорил Поттер. Она кивнула ему и отвела глаза, давая понять, что больше она ничего не расскажет, и опять провалилась в свои мысли.       Как они её прятали столько лет? Северус всегда был скрытным, но никогда ни у кого и мысли не могло возникнуть, что он хранит такую тайну. Я должен всё узнать, и начну с крестного, – подумал про себя Малфой.