Я больше тебе не враг

Под покровом ночи Олег все же пробрался в злополучное заведение. Волков так и не продумал план до конца и решил действовать по ситуации. Он любил действовать спонтанно, но этот раз был каким-то не таким. Вечером все валилось из рук, он стал нервничать, что было ему совершенно несвойственно. В такие моменты его мужественная и жесткая натура теряла свою суть. Все, на что ему хватило фантазии, так это на то, чтобы притвориться врачом. Это было так банально, но в тот момент это был единственный выход. Санитары еще находились в больнице, поэтому кое-как сменив черную кожанку на белый медицинский халат, Олег отправился на поиски. Словно в фильмах ужасов предстали перед Волковым коридоры больницы. Темные, мрачные, холодные. Атмосфера была очень напряженная. Становилось жутко и неспокойно. Где-то слышались шаги, где-то крики больных, которые постоянно чего-то требовали. Он шел твердой и уверенной походкой, не обращая внимания на происходящее вокруг. Цель его прихода была очень важной для Олега и было уже поздно отступать и что-то менять. В кармане медицинского халата зазвонил пейджер. Это ввело Волкова в некий транс, потому что он не знал как поступить, но, сделав вдох-выдох, все же ответил на вызов. — Доктор, зайдите в палату номер 23, — сказал твердый мужской голос и звонок был прерван, оставив его в еще большем смятении. Олег долго сомневался: стоит ли идти туда, но ноги будто сами повели его в сторону указанной палаты. Как же был удивлен Волков, когда увидел в белых стенах ЕГО. Разумовский сидел в смирительной рубашке посреди комнаты, его трясло, он то и дело всхлипывал. — Серёжа? — спросил у пустоты Олег и подошел ближе, присев на корточки напротив лица Разумовского. Тот поначалу не поднимал взгляда, словно ничего вокруг не видел. Не видел Олега, не видел этих белых стен. Он будто находился в другом мире. Ему мерещились кошмары. Но вот он повернул голову и посмотрел небесно-голубыми глазами прямо в глаза Олега. Лицо тут же исказилось болезненной гримасой. Разумовский хотел было закричать, но Волков прикрыл ему рот рукой. — Я настоящий, Серёж, я здесь, — не прерывая зрительный контакт, сказал Олег и убрал руку. — Олег? — не веря своим глазам переспросил Разумовский. — Ты живой? — А похоже, что я умер? — с издевкой в голосе сострил Волков и прислонил голову Сергея к своей груди. — Олег, вытащи меня отсюда, прошу. — А стоит? — вдруг строго спросил он, отстранившись. — Как ты вообще докатился до такого? — Это не я, не я, — лепетал Разумовский, убеждая в своей непричастности то ли Олега, то ли самого себя. Олег знал про Птицу. Он знал, что он мучает Серёжу с самого детства. По его словам она приходила к нему в кошмарах, но сам Волков никогда не видел её. Ни разу.За всё то время, что они проводили вместе Сергей был счастлив. А потом Олег ушёл...и Разумовский пустился во все тяжкие. — Разберемся с этим в другом месте, — махнул рукой Волков и помог рыжему выпутаться из этой треклятой рубашки. Он кинул Сергею второй медицинский халат, чтобы тот не убегал отсюда голяком. Не хватало еще привлечь лишнее внимание. Пока Разумовский одевался, Олег взгляда не мог оторвать от худощавого, но рельефного тела. Будь возможность, он бы взял его прямо здесь. — Плевать, — фыркнул Волков и смахнул только надетый халат с плеч Сергея. — Олег, ты что делаешь? — Навёрстываю упущенное, — улыбнулся Олег и запустил руку прямо в трусы Разумовского. — Прямо здесь? — Прямо здесь. Держа одной рукой затвердевающий член, Волков жадно впился в губы Сергея. Он искусывал их до крови, наслаждаясь каждой секундой. Вторую руку Олег запустил в огненно-рыжие волосы Разумовского, резко потянул вниз, освобождая шею. Отпрянув от губ, при этом продолжая доставлять удовольствие внизу, Волков провел языком по шее Сережи, между тем целуя и покусывая нежную кожу. Сергей не был в таком экстазе уже давно. С его губ то и дело срывались протяжные стоны, но Олег не спешил заканчивать. Напротив, он замедлялся, изводя Серёжу, будто издеваясь над ним. Он приблизился к уху Разумовского и тот почувствовал теплое дыхание. Это возбудило Сергея еще больше. Из уст вырвался еще один стон. — Все то, что ты сделал, убил всех этих людей, — сладко шептал в ухо миллионера Олег, — ты очень сильно проштрафился. За это полагается наказание. Серьезное. С этими словами Волков буквально одним движением опустил Сергея вниз, намекая на действие. — Разве для меня это наказание? — поднимая глаза на Олега спросил он. Сергей ни на секунду не медля, расстегивает брюки Олега и стаскивает их вместе с бельем. Так медленно, что ноги партнера покрываются мурашками. В палате холодно, но страсть их чувств горячее самого большого пожара. Волков чувствует легкие, такие желанные прикосновения к своей коже и невольно прикрывает глаза. Олег чуть сильнее раздвигает ноги, предоставляя больше пространства и запускает руки в огненно-рыжие волосы Разумовского. Уже нет сил вдохнуть. Все мышцы сжимаются, Олег сжимает сильнее волосы Сергея и у того просто сносит крышу. Движения становятся еще быстрее, напористее. Олег уже жалеет, что затеял всё это стоя. Еще немного и...заветная кульминация. Волна эйфории заслонила разум, в ушах пульсировало. Раздался громкий скрип и Олег тут же открыл глаза. За дверью послышались голоса. — Черт, валим отсюда, — спохватился Волков, поднимая Разумовского. — Я не могу уйти, — опешил Сергей, — они найдут меня, Олег. — Не найдут, — он попытался заверить паникующего Разумовского, но тот напрочь отказывался покидать это место. Ручка двери повернулась и в комнату вошли две санитарки. Серёжа повернулся на звук. Девушки показательно отвернулись. Только сейчас он понял, что стоит совершенно голый, а его смирительная рубашка валяется на полу. — Я не знаю этого человека, — объясняет им Разумовский, — он каким-то образом сюда проник. — Кажется лечение не работает, — шепчет одна другой, — нужно сказать ему. Я вообще считаю, что ему уже не помочь. Все наши старания тут явно бессмысленны. Сергей слышит все их перешептывания и резко оборачивается, но Олега нигде нет. Неужели ему всё показалось и это Птица пришла к нему, а его Олег мертв. Неужели всё, что произошло несколько минут назад было бредом Разумовского? Нет. Сергей отказывается в это верить. Он уставшими, полными боли и обиды глазами смотрит на приближающихся к нему санитарок, продолжая вот так вот остолбенело стоять, смотря в пустоту. Серёжа никак не реагирует на попытки девушек вновь одеть на него рубашку. Он просто механически поднимает руки по их просьбе, а затем садится на прежнее место. Пустота вновь обволакивает его. Серёжа слышит звук захлопывающейся двери, а потом чьи-то шаги. Он быстро начинает моргать, предполагая кто стал его гостем. Опять.