Отцы и дети: в Облачных глубинах

      Цзинь Лин уже перед самым отъездом из Юньмэна преисполнился надеждой снова пойти на ночную охоту с ребятами из Гусу, как вдруг глава ордена Юньмэн Цзян заявил, что никакой охоты в этот раз не будет. Это первая причина, по которой Цзинь Лин превратился в хмурую тучу. Вторая заключалась в том, что возле ворот Гусу Лань его встречал ворчливый Цзинъи и, одним словом, Вэй Усянь, но никак не вежливый добрый Сычжуй, которого Жулань так ожидал увидеть. Третья причина совсем уничтожила последние надежды на хорошее настроение: многочасовые занятия с Лань Цижэнем на целый день, из-за чего, собственно, охота отменялась.       На первых занятиях, утренних чтениях, не было только Сычжуя, но этого было достаточно, чтобы Цзинь Жулань впал в отчаяние окончательно. Ни одного хорошего явления в его сторону этим утром. Голос учителя Цижэня стихал в его ушах, голова тяжело опустилась на стол, паренёк начал погружаться в сон, слушая монотонные лекции старика. - Цзинь Лин!!       Громкий оклик заставил того вздрогнуть и неуклюже вскочить на ноги, зацепив чернильницу подолом верхних одежд и опрокинув её на пол. Чёрные пятна расплывались по циновке, а багровые пятна злости по лицу Цижэня. - Я вижу, заскучал?.. Марш в библиотеку! Пока не выучишь пятый том "Искусства бродячих заклинателей", на урок не возвращайся!       Парень не мог и не хотел ничего сказать против. Это был пик его недовольства, всё, день уже считался за испорченный. Он схватил меч Суйхуа и незамедлительно вышел из класса, даже не заметив давно вернувшегося на урок Сычжуя, проводившего его взглядом.

♪♥♪

      По дороге к библиотеке Цзинь Лин пинал камни, бурча себе под нос что-то неразборчивое, а уже возле здания глянул на белые цветы орхидеи, плавно качающиеся на лёгком ветерке. Только начал успокаиваться, любуясь цветами, как вдруг, в такой тишине, услышал какие-то короткие приглушённые голоса. Любопытство взяло верх и повело Цзинь Жуланя прямо в библиотеку, где голоса становились всё громче. - Гэгэ!.. Лань Чжань!.. Ах! Ах!...       Ярко алая краска залила всё лицо Цзинь Лина, с порога заставшего развернувшуюся картину. Вэй Ин, весь мокрый, истерзанный поцелуями и укусами, не стеснялся выпускать рвущиеся стоны на волю, чтобы каждый угол библиотеки заполнялся ими. Лань Ванцзи держал сильными руками Вэй Усяня, шипел от возбуждения и... Парень досмотрел всё до страстного поцелуя, а после как испарился из библиотеки. Пытаясь прогнать краску с лица, Цзинь Лин, остановившись под цветущим деревом, чтобы отдышаться, хлопал себя ладонями по щекам. Сердце не унималось то ли от увиденного, то ли от бега. - Чёртов Вэй Усянь! Это ж надо было выбрать именно это место и это время! У вас что, цзинши нет? Безбашенные обрезанные рукава! Идите в лес! - Цзинь Лин? - мягкий голос рядом мало того, что не успокоил пыл, так и ещё больше заставил сердце скакать.       Наследник ордена Ланьлин Цзинь сглотнул подступивший к горлу комок, посмотрев на Сычжуя, беспокойно его осматривавшего. - Я шёл к тебе помочь с заданием, а ты здесь. С тобой всё в порядке? Что-то случилось в библиотеке?       Цзинь Лин предпочёл не отвечать на эти вопросы, отвернулся, пряча смущение, и пошёл мимо Сычжуя, качнувшись на ослабевших ногах и немного задев его плечо. Тот его поймал за рукав, не обратив внимания на случайное столкновение. - Я видел, в каком мрачном настроении ты сегодня был. Если у тебя на душе неспокойно, то могу предложить тебе пойти в наш сад. Я знаю один тихий уголок, куда точно никто не ходит. Там ты можешь уединиться и отдохнуть. Пойдём?       Следуя за Сычжуем, Цзинь Лин заметил, что сад больше был похож на непроходимый лес, в котором узкая тропа была еле видна. А вот полянка, на которую они пришли, была очень милой и светлой: здесь были даже ручеёк, большое раскидистое дерево и скамейка-камень под ним. - Тут ты можешь расслабиться. Располагайся и отдыхай, - говорил Сычжуй, - Когда тебе станет лучше, возвращайся обратно.       Цзинь Лина уже начало захватывать здешней атмосферой, но тут спохватился и выпалил: - Спасибо, А-Юань!       Последний замер на секунду, потом улыбнулся и удалился, оставив смутившегося, но уже счастливого Цзинь Лина одного на поляне.

♪♥♪

      Песни птиц и звон ручья убаюкали Цзинь Лина, и тот заснул, сидя на камне под тенью дерева. Сон был таким ровным, спокойным, и тут он плавно перешёл в другое русло: вместо красивых пейзажей возник Лань Сычжуй. С оголёнными плечами, томным взглядом и тонкой ниткой слюны, стекающей по подбородку. - А-Лин, А-Лин, - звал его юноша.       Мгновение, и Сычжуй был подобающе одетым, с лёгкой улыбкой на лице. - А-Лин, - так же мягко звал его вежливый голос. - А-Юань..       Цзинь Лин слышал, что голос становился громче и настойчивее, но тем не менее он поддался вперёд и коснулся губ Сычжуя. Поцелуй был лёгким, невесомым, словно "стрекоза коснулась водной глади", однако Цзинь Лин, чувствуя, как просыпается, всё ещё ощущал тепло на губах. Ему было страшно открыть глаза, поцелуй затянулся, ощущение сна уже давно покинуло Жуланя, а другие губы до сих пор чувствовались на коже. Хотелось одновременно продолжить и оторваться. Тот, чьё тепло было на его губах, плавно отстранился, и знакомый голос заставил Цзинь Лина открыть глаза, сгорая со стыда. - А-Лин..       Жулань не мог ничего сказать, и Сычжуй это прекрасно понимал: сам с трудом говорил, но держал себя в руках как только мог. - Занятия с учителем Цижэнем закончились раньше, чем предполагалось, и мы собираемся на ночную охоту после ужина. Ты пойдёшь с нами?       Пока Цзинь Лин соображал, что ответить, адепт добавил: - Я сказал Лань Цижэню, что ты медитируешь в уединении для успокоения духа. Хих, он немного поворчал, но твоё поведение в классе простил.       Сычжуй стал отходить от Цзинь Лина и ждал его ответа. Но тот долго не отвечал, поэтому ученик Гусу Лань попытался продолжить разговор: - Цзинь Лин... Скажи хоть что-нибудь. - Сычжуй! - вскинул голову юноша. - Я хочу.. хочу ещё раз тебя поцеловать! - Поц..       Вежливый голос застрял в горле, юноша смущённо опустил голову. Цзинь Лин подошёл ближе и повторил своё желание, чувствуя, как лицо заливается краской. - Я хочу тебя поцеловать! Слышишь? Я не буду повторять, уже два раза тебе это сказал. - Так целуй, - ответил Сычжуй, щёки которого тоже начали алеть.       Юноша в золотых одеждах встал совсем вплотную и, закрыв глаза, осуществил желаемое. Получилось скованно, но Сычжуй перенял инициативу: оживил поцелуй движением губ и слегка заскользил по ним языком. Цзинь Лин обхватил юношу руками за шею, а тот в свою очередь обнял его за талию и углубил поцелуй. Осмелев, они сплели языки во влажном танце, не желая останавливаться ни на секунду. Но дышать становилось нечем, и им пришлось разорвать поцелуй, шумно вдохнув вечернего воздуха. Сычжуй поцеловал его шею, щёки, снова вернулся к губам, жадно впиваясь в них. Он схватил его за плечи и неожиданно повалил на землю, постепенно снимая одежду с Цзинь Лина, который витал в облаках после настойчивых поцелуев. И тут же почувствовав прохладу в нижней части тела, он резко вскинул голову и увидел Сычжуя, склонившегося над его мужским достоинством. - Сычжуй! А-Юань, не надо!.. Это чересчур, пожалуйста, не надо! Затараторил Цзинь Лин, сведя ноги вместе, но Сычжуй упрямо развёл их обратно, выдохнув: - Помолчи.       И жадно взял в рот член Жуланя, пока тот не остановил его снова. Вот так: хотел просто поцелуй, а получил вот это, но Цзинь Лин в душе был не против. Приятное ощущение захватило его с головой, он чувствовал язык Сычжуя и не мог сдержаться, чтобы двинуть бёдрами и протолкнуться дальше. Лань Юань брал глубоко и медленно, от чего А-Лин в буквальном смысле задыхался, ёрзал на земле, мял в руках одежду, гладил по голове Сычжуя. Когда тот ускорился, поступающее наслаждение чувствовалось всё отчётливее, и вот голова опустела, по спине пробежали мурашки. Сычжуй не сразу отстранился, а выплеснувшуюся жидкость неосознанно проглотил. Сев между коленей Цзинь Лина, он отдышался и облизнул губы, убирая остатки спермы. - А-Лин, не говори мне больше "не надо". Всё, что я делаю для тебя, не может быть ненужным. - Тогда, А-Юань... Ты тоже не возражай.., - отдышавшись, проговорил Цзинь Лин.       И следующую секунду поменялся местами с Сычжуем, уже развязывая его пояс. Солнце клонилось к закату, птицы стали петь громче, а дыхание Сычжуя сбилось, тихий стон сменялся шипением. Цзинь Лин очень старался сделать ему приятно: вылизывал гладкую головку, заглатывал до основания, пытался не задеть зубами. В конце концов Сычжуя накрыло приятной волной, и теперь Жулань почувствовал пряный вкус у себя во рту, однако тот закашлялся и выплюнул всё содержимое на оголённый живот Лань Юаня. Губы Жуланя теперь блестели от белесой жидкости, адепт Гусу Лань поднялся на руках и поцеловал юношу, облизывая его распухшие губы. - Скоро начнётся ночная охота.., - вспомнил Сычжуй. - Давай не пойдём? - М.. А-Лин, я им обещал привести тебя и всем вместе идти. Прости, - виновато улыбнулся Сычжуй.

♪♥♪

      Охота выдалась на славу: Цзинъи сместил своё недовольство на мертвецов, Сычжуй отточил свои навыки фехтования, а Цзинь Лин - стрельбы. Оба юноши шли бок о бок, обсуждая свои достижения, и только собрался Цзинь Лин ему что-то сказать, как вдруг он замолчал, отвернувшись. - Детишкии! Как прошла охота? - послышался голос вездесущего Вэй Ина.       Он подошёл к ребятам и обратился к Цзинь Лину, улыбаясь. - Вижу, ты теперь в хорошем настроении. Очень, очень рад!       Он что-то ещё болтал, но Цзинь Лин, смотря на своего шишу, чувствовал, как щёки краснеют. Он ещё помнил ту сцену в библиотеке, когда Вэй Усянь задыхался под напористым Лань Ванцзи. А сейчас вот он, стоит и улыбается, как ни в чём не бывало. Хотя иногда прикусывал распухшую нижнюю губу, цвета алой крови. - Цзинь Лин, ты слышишь меня? Я говорю, твой дядя ещё пару дней останется в Облачных глубинах, представляешь? Он сам мне об этом сказал, точнее, я подслушал, хи-хи. - Учитель Вэй, уже скоро девять часов, нам нужно вернуться в свои комнаты, - мягко напомнил Сычжуй. - Ох, не умеете вы веселиться, молодёжь...       После такого предложения многие потянулись к Старейшине Илин, надеясь повеселиться по его правилам. Сычжуй однако отказался, а Цзинь Лин, немного поколебавшись, всё-таки тоже остался, ссылаясь на не выученный том "Искусства бродячих заклинателей". Вэй Усянь хитро улыбнулся: - Не перестарайся.       Это странное напутствие насторожило Жуланя, но тут заговорил Сычжуй, когда шумная компания ушла. - Цзинь Лин, хочешь ко мне в гости?       Уже в комнате Сычжуя, где было всё аккуратно и чисто, ни одной пылинки, Цзинь Лин чувствовал себя не в своей тарелке, и тут Лань Юань высказал свою идею: - Я хотел сыграть тебе одну мелодию, поэтому и пригласил тебя. - А завтра ты не мог сыграть? - неосознанно съязвил Цзинь Лин, сидя на циновке, но ученик Гусу Лань нисколько не обиделся: - Я хотел, чтобы твой день завершился на хорошей ноте.       Это был чудесный день, как отметил про себя Цзинь Лин, любуясь сказочным образом Сычжуя, созданным мягким лунным светом и тёплой темнотой, и с упоением вслушиваясь в каждую ноту, что издавал гуцинь под пальцами этого чарующего юноши в белых одеждах. Он сел прямо подле Лань Юаня и слышал, как стучит его сердце, а прислушиваясь, наклонился прямо к его лицу, тревожа дыханием пряди волос. Губы Жуланя коснулись щеки играющего, который продолжил исполнять мелодию, но после поцелуя в губы, парень с лентой, взяв обеими руками лицо Цзинь Лина, притянул его к себе, поцеловав и шепнув на ухо таким нежным голосом, что заставил юношу трепетать: - Ты знаешь, что будет дальше? Не боишься?       Картина из библиотеки всплыла в памяти, и Цзинь Лин, прижавшись к парню, кивнул. Пальцы Сычжуя медленно гладили по уже голой спине, спускаясь всё ниже, после заставив Жуланя стиснуть зубы то ли от смущения, то ли от боли. В конце концов, он не выдержал долгой пытки, воскликнув: - Всё, хватит! Разве это нужно? Вставь мне уже просто, это же легко! - Ни капли не легко. Тебя нужно подготовить, иначе будет очень больно, - спокойно отвечал Сычжуй. - Ты говоришь так, будто знаток. Вставляй уже! Я потерплю.. - Ханьгуань-цзюнь так сказал. - Хань...гуань-цзюнь?.. - удивлённо переспросил Цзинь Лин. - Это как же?.. - М.., - Сычжуй немного подумал и тихо сказал, - Я сам его спросил. - Зачем? Что ты у него спрашивал? - не унимался Цзинь Лин.       Но Сычжуй вместо ответов вздохнул, нежно посмотрел в глаза Цзинь Лину и поцеловал. Неизвестно, сколько времени прошло с тех пор, как ученик Гусу Лань нашёл флакончик с маслом и вошёл в наследника ордена Ланьлин Цзинь. Последний не знал, куда деть себя со стыда. Вот о чем говорил Вэй Усянь... Да как же он узнал?? Вездесущий, он будто и сейчас за ними наблюдает откуда-то из-за угла.       Дыхание сбилось, сначала было больно, но эта боль постепенно перешла в наслаждение. Оба новичка были вне себя от радости, когда их переполняло чувство удовольствия быть единым целым. Лань Сычжуй двигался медленно, от чего сводил с ума Цзинь Лина, который извивался под ним и пошло выгибал спину. Из его рта вырывались тихие стоны, ласкающие слух Сычжуя. Испытав пик наслаждения ещё раз, оба юноши легли, прижавшись друг другу. - Дядя останется ещё на пару дней.. значит.. давай ещё повторим это, - проговорил Цзинь Жулань. - Мгм, - ответил Сычжуй, в точности как Ханьгуань-цзюнь, и поцеловал юношу в лоб.       Впадая в сон, Цзинь Лин почувствовал, как в его руке покоится лобная лента Лань Сычжуя.