Клятва

      После разговора с Юнги, Намджун дождался, когда его омега закончит с работой, чтобы вместе уже отправиться домой. Долго ждать не пришлось, Джин закончил обход, дал поручения дежурящим медсестрам и они отправились в родной дом.       Прибыв, Ким (Джин) сразу же отправился на кухню, чтобы подогреть оставшуюся еду, пока Джун переодевался в домашние свободные штаны и слегка помятую футболку. Вернувшись, его уже ждал на столе ужин из риса с остатками запеченных крылышек и свеженарезанного овощного салата, а в кружке уже был налит горячий крепкий кофе. Иногда альфа удивляется тому, как Джин успевает все это приготовить, да еще и не на один день.       — Как Юнги отреагировал на такие новости? — поинтересовался Джин, набирая полную ложку салата, отправляя в рот. Разговоры за ужином стали какими-то обыденными.       — На удивление принял все нормально, даже не особо-то и удивился. Я случайно проговорился, что Чимин тоже в больнице, и по какой причине.       — Айщ, в этом весь ты! Как можно было проговориться?! — возмутился Джин.       — Я не специально, правда. Само как-то вырвалось, — начал оправдываться Джун, виновато опустив взгляд в тарелку. Джин глубоко вздохнул, делая глоток теплого чая с привкусом лесных ягод.       — С другой стороны, пусть знает всю серьезность ситуации, — омега поднялся с места, убирая опустевшие тарелки.       Он начал сразу же вымывать всю посуду, накопившуюся еще с утра, так как они оба проспали и все делали в ускоренном темпе, не было времени на мытье. Оставалось пару тарелок, как омега почувствовал крепкую хватку на своей талии, подбородок Намджуна опустился на плечо. В такие моменты не нужны никакие слова, они счастливы рядом друг с другом. Закончив с посудой, Джин развернулся в кольце рук, опуская все еще мокрые ладони на сильные плечи своего альфы, смотря прямо в глаза, наполненные любовью. Лейтенант приблизился к лицу омеги, накрывая пухлые губы своими, утягивая в сладкий поцелуй.       Пара не поняла как оказалась в спальне. Верхняя одежда затерялась где-то по дороге в комнату. Намджун аккуратно подталкивает омегу, тот падает на кровать, устраиваясь по удобнее. Джун тут же нависает сверху, снова припадая к губам, слыша довольное мычание. Он начинает медленно спускаться ниже, целуя шею, оставляя свои следы, которые с утра ничем не скроешь. Проходит по ключицам, оставляя мокрый след, спускаясь ниже. Джин сжимает руками уже давно смятую простынь, издавая стон наслаждения в тот момент, когда альфа проводил языком по набухшему от возбуждения соску. Удовлетворенный реакцией, Намджун продолжил свои махинации, переходя на второй. Нижнее белье сильно мешало, Ким тут же поторопился избавиться от дискомфорта, сняв с себя и омеги все. Он снова прильнул к губам, углубляя поцелуй. Джин запустил пальцы в волосы альфы, сжимая их. Свободной рукой лейтенант развел согнутые в коленях ноги омеги, пробираясь к желанному.       Джин слегка сморщился от неприятных ощущений после того, как Намджун ввел первый палец, но довольно быстро привык, двигаясь на встречу. Альфа тут же ввел второй, продолжая целовать губы, шею и ключицы.       — Джун-и, пожалуйста…. — произнес на выдохе Джин, ерзая на месте от желания поскорее ощутить своего альфу в себе.       Намджуна дважды просить не надо. Он вытащил пальцы, устраиваясь поудобнее между разведенных ножек. Ким осторожно вошел в податливое тело, слыша мычание. Джин закусил нижнюю губу, заведя руки над головой, сжимая подушку, стараясь не обращать внимание на дискомфорт. Джун наклонился, покрывая все лицо нежными поцелуями и шепча на ухо:       — Потерпи немного, солнышко.       После пробного толчка, альфа услышал ласкающий слух стон и продолжил в медленном темпе. Джин обхватил руками плечи Джуна, получая волну удовольствия. Лейтенант начал ускорять темп, а на его мощной спине стали появляться красные полосы от ноготков омеги. Стало очень душно от слияния двух разгоряченных тел. Помещение заполнили громкие стоны и шлепки тел друг о друга. Они кончили практически одновременно. Джун рухнул на постель, тяжело дыша. Джин повернулся на бок, устраиваясь на груди альфы, пытаясь восстановить дыхание.       — Ты же хотел какие-то записи просмотреть? — еле слышно произнес Джин, водя пальцем по груди альфы.       — Не сегодня, — Джун оставил легкий поцелуй на макушке своего любимого омеги.       Через пару минут послышалось мирное сопение Джина. Намджун нащупал над головой сложенное покрывало и осторожно накрыл тела, утыкаясь в макушку омеги, втягивая приятный запах.

***

      Как это бывает обычно, после бурной ночи утром было сложно встать. Ребята лежали до последнего, а потом бегали по квартире, ища нужные вещи и документы. Намджун подвез омегу к больнице и отправился в отдел. Первое, что он сделал, когда вошел в кабинет — это включил рабочий компьютер. Нужно все же просмотреть полученные видеозаписи.       Пока все запускалось, Ким убрал пальто на вешалку за выдвижной дверью в небольшой шкаф и приготовил крепкий кофе. Отпивая ароматный напиток, он уселся на свое место, открывая нужный файл с флешки, и стал внимательно просматривать каждый кадр.       Вот девушка выходит из автомобиля, закрывая гараж, и возвращается обратно, выезжая со двора. Запись со всех камер соединена в одном видео по пути следования. Хоть тут облегчили работу лейтенанту. Джису остановилась в квартале от назначенного места. На камере видно, как она надевает маску, скрывая половину лица. Тут все понятно, Джун слегка проматывает. Сама гонка, две машины впереди, не уступают друг другу. Регера Юнги уходит вперед, но в миг авендатор оказывается максимально близко, ударяя в левое колесо. Автомобиль альфы подлетает и падает на крышу, а соперник скрывается. На этом видео не заканчивается. Ламбо едет за город и в какой-то момент останавливается. Из салона выходит девушка, снимая маску, кидая куда-то на землю. Она обходит машину, осматривая повреждения.       Джису достает телефон и кому-то звонит, развернувшись лицом прямо к камере, видимо она не знала, что здесь они есть. Теперь нет никаких сомнений, что она причастна к этой аварии. Теперь Намджун надеется, что его план сработает. Осталось совсем немного, только бы Чимин все правильно понял.

***

      Пак не спал практически всю ночь, прокручивая в голове слова друга. Юнги все вспомнил, но хочет ли он вернуться? А хочет ли сам Чимин все возвращать? А вдруг это все ложь? И на самом деле ребята просто договорились с Юнги, чтобы тот притворился. Может он и вовсе больше не хочет никаких отношений и будет рядом чисто из жалости.       Омега спорил сам с собой. С одной стороны, он все еще любит альфу. Ему хочется в эту же секунду подняться и пойти к нему. С другой стороны, обида или даже ненависть, Чимин и сам не знает. Он понимает, что Юнги не виноват в том, что так случилось, ведь никто не мог предугадать исход той гонки, но он мог и вовсе не ехать на нее. Одно Пак решил для себя точно — утром он все же поговорит с альфой, но ему нужно больше времени, чтобы принять решение о дальнейших отношениях.       После завтрака Чимин себя полностью настроил на разговор. Собравшись с мыслями, он направился к палате альфы, но остановился у приоткрытой двери, так и не войдя. Из помещения доносился звонкий женский голосок, омега даже знает, кому он принадлежит.       — Я так скучаю одна без тебя, — обиженно произнесла девушка.       — Меня завтра — послезавтра выпишут. Я тоже здесь скучал без тебя, почему не приходила?       — Были кое-какие проблемы, но это не важно. А мы съездим на наш пляж?       — Конечно.       — Ура! — радостный возглас раздался чуть ли не на весь этаж. Последовал звук поцелуя.       Чимину было этого достаточно. Земля словно ушла из-под ног, как и смысл на существование. Он чувствует себя обманутым, да еще и кем…другом. И как он мог на что-то надеяться? В данный момент он ощущает самое сильное чувство — разочарование. Не обида, не ревность и даже не ненависть. После них остается хоть что-то в душе, после разочарования — лишь пустота.       Пак развернулся и на ватных ногах направился в свою палату, никого вокруг не замечая. Сейчас ему хочется кричать, рушить все, что попадется под руку, разбить костяшки на руках в кровь, чтобы одной болью заглушить другую, а с другой стороны, омега хочет тишины, чтобы его больше никто не трогал. К черту отношения, если они не взаимны! К черту друзей, если они врут!       — О, Чим…мин, — произнес Тэхен, идя по коридору в сторону палаты альфы, но замер, увидев мрачный вид друга, который никак не отреагировал на него.       Ким забеспокоился. Он провел взглядом омегу до его палаты, а потом резко обернулся, услышав женский голос из палаты Юнги. Девушка прощалась и вот через мгновение в коридоре показалась Джису с улыбкой на лице. У беты тут же округлились глаза, когда он понял в чем причина такого Чимина. Он на пятках развернулся и побежал в палату омеги, боясь, что тот может что-то натворить.       Вбежав, Тэ стал бегать глазами в поисках юноши, но комната была пуста. Из ванной доносились всхлипывания. Сердце друга билось очень быстро. Он не знает, что делать. Страх, что Чимин снова попытается что-то сделать с собой окутал со всех сторон. Глубоко вздохнув, Ким подошел ближе к двери.       — Чимин? — он надавил на ручку двери, но та не поддалась. Заперто. Тэ старался говорить как можно спокойней. — Пожалуйста, открой дверь.       — Уходи! Оставьте вы меня уже в покое! Что вам всем от меня нужно? Врете открыто, даже не стыдитесь этого! И что же вам даст это? — омега кричал, срывая голос. Он сидел на полу, обхватив руками ноги. Ванна быстро наполнялась водой. Ему хотелось шумом заглушить голоса, но это мало помогало.       — Чимин, мы никогда тебе не врали, — Тэхен быстро написал смс Джину, сообщив о происходящем. Сам он навряд ли справится.       — Перестань! Тошно слушать! — Пак резко вскочил на ноги. Наполненная ванна, вода из которой уже текла на пол.       — Ладно, хорошо. Объясни, что именно я не так сказал.       В палату вбежал запыхавшийся Джин. С перепуганным взглядом он посмотрел на Тэхена. Тот приставил указательный палец к губам, показывая, чтобы доктор не выдавал своего присутствия.       — Ты сказал, что он вспомнил, тогда почему Джису у него? Почему он ей говорит, как скучал? — послышался грохот. Чимин скидывал все на пол. — Почему целовал ее? — звук бьющегося стекла.       Джин с Тэхеном переглянулись. Тем временем Чимин снова опустился на пол, беря в руки осколок, смотря в свое отражение.       «Ну что ты на меня смотришь? Видишь, какая жизнь. Нельзя доверять никому! — Пак мысленно разговаривал со своим отражением. — Вроде бы стало все налаживаться, а в итоге я снова в ванной со стеклом в руках.»       Чимин сжал осколок так сильно, что по руке начали скатываться струйки крови. Ладонь разрезана, но какой в этом толк, это не заглушает душевную боль.       — Эй, Чимин? — позвал Тэхен, но ответа не последовало. — Пожалуйста. Не делай ничего, слышишь? Давай ты выйдешь, я все тебе объясню. Поверь, мне незачем тебе врать.        В палату вбежала медсестра с ключом в руках. Она передала его Джину. Дрожащими руками омега с третьего раза попал в замочную скважину, быстро поворачивая ключ. Тэхен открыл дверь, врываясь в комнату. Он упал на колени рядом с Паком, выхватывая стекло и откидывая куда-то в сторону. Тэ обнял омегу, слегка покачиваясь из стороны в сторону, шепча на ухо, что все будет хорошо, нужно лишь немного подождать. Чимин плакал, можно сказать рыдал, издавая дикие вопли, словно потерял частичку себя, хотя оно так и есть.       Джин, стоявший в дверном проеме, вздохнул с облегчением. Все позади, но то, что омегу нельзя теперь одного оставлять — это факт. Эмоциональное состояние подбито сильно, неизвестно что он может совершить, даже если останется на минуту один. Они не стали углубляться в причины случившегося. Тэхен аккуратно помог подняться и под руку довел Чимина до постели, укладывая. Ким (Джин) обработал ладонь и перевязал. Он вколол дозу успокоительного и омега сразу же уснул.       — Ты мне объяснишь, что конкретно произошло? — спросил Джин, чуть ли не шепотом, так как они вышли в коридор, но оставили дверь открытой, чтобы видеть, что происходит в палате.       — Я не знаю. Видимо, он шел к Юнги, но встретил там Джису, — произнес Тэхен, не отрывая взгляд от постели, на которой спал друг.       — Плохо. Это усугубляет ситуацию, так как скорей всего он все неправильно понял.

***

      На следующий день уже с утра были готовы документы на выписку Юнги. Джин, конечно, хотел еще пару дней подержать пациента, но закатившая скандал Джису вынудила отпустить «прямо сегодня и ни минутой позже». Оказалось, что пока Мин был в больнице, девушка разъезжала на его машине с подружками. Вот и сейчас она приехала его забирать на корвете. Альфа даже не стал спорить, попросту бесполезно. Машина цела — уже хорошо. Но все же перестраховался и сам сел за руль.       «Через пару недель Новый год. Нужно поскорее осуществить все и объяснить Чимину, пока я его окончательно не потерял» — думал Юнги, пока Джису эмоционально рассказывала о походах по магазинам и понравившемся колечке, которое она очень хотела бы купить.       Корвет въехал во двор особняка, ворота тут же закрылись. Девушка продолжала что-то рассказывать, но Мин ее не особо слушал. Он забрал сумку с вещами и направился вслед за Джису в дом.       — Братик, мы дома, — крикнула Джису. Кажется, ее даже на втором этаже услышали.       Из кухни показался Чонгук в одних трениках и с полотенцем на шее. Видимо недавно проснулся и взбодрился душем. В руке была кружка с кофе, которым он сразу же подавился, как только увидел Юнги. Чон явно не ожидал его здесь увидеть. Он принципе надеялся пересекаться с ним только по работе, и только в крайних случаях. Альфа провел взглядом парочку, пока те не скрылись на втором этаже. Что-то и кофе уже перехотелось.       То ли ему это привиделось, то ли его нагло обманули. Первый вариант отпадает буквально через час, когда парочка спустилась и оповестила о том, что вернуться не скоро, возможно, даже утром. Чон взял телефон и набрал другу.       — Нужно встретиться кое-что обсудить, — тут же произнес альфа.       — Хорошо, — Хосок даже не стал спорить, надо — значит, надо.       — Вечером в клубе. До скорого.

***

      Каждую пятницу количество довольных жизнью людей увеличивается, как и количество посетителей ночных клубов. В «Black Swan» нет свободных мест, но люди все равно пытаются пройти, чтобы хорошо отдохнуть. С недавнего времени этот клуб принадлежит Чонгуку. Он поменял охрану и почти весь персонал, обновил меню, добавил зону для стриптиза. Девушки, прознавшие о молодом директоре, все пытаются его охмурить, но удача не на их стороне. Как и планировал Чон, охрана на входе тщательно поверяет людей, поэтому здесь больше не увидишь несовершеннолетних личностей.       Буквально за пару дней клуб принес довольно большой доход. Девушки, уже подвыпившие, танцуют под энергичную музыку. Где-то у бара сидят парни, которые взглядом выбирают себе особу на одну ночь. Выпивая залпом горячительные напитки, они поднимаются с мест и двигаются к своим жертвам, чтобы наговорить много приятных слов и увезти в отель.       Попадаются такие особы, которые готовы тут же, прямо при всех спустить штаны и войти. И им совершенно не важно, как тебя зовут и сколько тебе лет, они даже не спросят, хочешь ли ты этого. Девушка пьяна и раскрепощена, значит, все можно.       Чонгук с другом и девушкой расположились на втором этаже в дальнем углу, подальше от навязчивых дам, пытающихся познакомиться.       — Так и в чем собственно проблема? Он же вспомнил все, — произнес Хосок, ставя на столик стакан с алкоголем, скорей всего это виски. Он откинулся на спинку диванчика, внимательно посмотрев на друга.       Ребята обсуждали состояние Мин Юнги, и Чон (Хосок) искренне не понимал беспокойство друга. План вроде бы сработал как надо, осталось дело замять и все, но что-то все же младшего беспокоит.       — Вспомнить-то вспомнил, но какого-то фига сегодня приехал домой с Джису. Я подавился, когда они вошли в обнимку. Милая, ты точно ничего не перепутала? — Чонгук обратился теперь уже к девушке, которая уютно устроилась под боком альфы, попивая какой-то коктейль.       — Ошибки быть не может. Я даже в больницу ездила, по связям достала заключение. Там черным по белому написано, что память восстановилась.       — Тогда я ничего не понимаю, — выдохнул Хосок, покачав головой. — А как дело продвигается?       — Лейтенант Ким просмотрел записи и был доволен увиденным. Сейчас он лично всем занялся, все разрешения получает лично, даже меня не подпускает, — девушка надула губки, делая вид, что обиделась. — Мне кажется, он что-то задумал.       — Это нам не на руку, — произнес Чонгук, выпивая залпом алкоголь. — Если он нароет доказательства, которые даже я не смогу оспорить, сестру посадят, как минимум за умышленное причинение вреда здоровью человека.       — Не делай поспешных выводов, может все обойдется. Может их из страны вывести? — предложил Хосок.       — Нет, лейтенант Ким тогда объявит в федеральный розыск. Таким образом, только усугубите ситуацию, — подала голос девушка, ставя на столик уже пустой стакан. Она подозвала официанта, чтобы повторить заказ.       — Лиен права. Нам не стоит рисковать, — согласился с девушкой Чонгук, та тут же расплылась в довольной улыбке.       К Хосоку вальяжно виляя бедрами, подошла довольно симпатичная девушка. На ней было откровенное платье, которое прикрывало самую малость упругую попку. Она уверенно села на колени к альфе и наклонилась, что-то шепча на ухо. Чон улыбнулся, а когда девушка закончила говорить, он чмокнул ее в щечку.       — Вынужден оставить вас, но, думаю, вы не обидитесь, — обратился Хосок к парочке, сидящей напротив.       — Вали уже, — Чонгук махнул рукой в сторону лестницы, подмигнув. — Удачной ночи, повеселись.       Ребята попрощались. Чонгук с Лиен тоже решили не засиживаться в клубе. У них вся ночь впереди. Засыпающий город, по которому можно прокатиться и найти уютный уголок, чтобы уединиться.

***

      Чимин пришел в себя буквально через день. Он ни с кем не разговаривал, Тэхена постоянно выгонял. Как только бета пытался объясниться, тут же у омеги начиналась истерика. Он не хочет ничего слышать. Поэтому Ким просто находиться рядом. Он сидит на диванчике, читая книгу или листая соц.сети, иногда поглядывая на друга. Тот просто сидит и смотрит в одну точку, а в душе пустота.       Тэхен не хотел, но ему пришлось отлучиться на работу, чтобы объяснить начальству, почему он так часто берет отгул. Его не было от силы час, но войдя в палату он никого не обнаружил. Сразу же проверил ванную комнату, но и та оказалась пустой.       — Извините, вы не знаете, где находиться пациент из 37 палаты? — спросил Ким у медсестры, которая дежурит на этом этаже.       — Так, секунду… — девушка начала что-то проверять, скорей всего она просматривала камеры, которые везде установлены. — Пациент не покидал палату.       — Как он не покидал палату, если его там нет, — Тэ стукнул кулаком по столу так, что медсестра от испуга вздрогнула. — Как оттуда можно выйти незамеченным?       — Т-там…около окна..пожарная лестница, — заикаясь, произнесла девушка.       Тэхен достал телефон из кармана и начал звонить другу, но все без толку. Телефон выключен. Он вернулся в палату и все внимательно осмотрел. На прикроватной тумбочке виднелся исписанный альбомный лист. Ким подбежал и, схватив лист, стал бегло читать.       «Я знаю, что глупо бежать от проблем, ведь так их не решить, но другого выхода я пока что не вижу. Не знаю, какую игру затеял Юнги, но у меня больше нет сил… Я не железный человек, у меня тоже есть чувства, хотя сейчас какая-то пустота.       Я осознал, что и смерть это не выход. Простите, что таким образом доставил вам хлопот. Тэ, я знаю, что ты не умеешь врать. Поэтому я верю, что Юнги снова вроде как меня любит, но то, что он делает — меня убивает. Может это часть какого-то там плана, я не знаю.       Я уеду на какое-то время. Мне нужно собрать все мысли и решить, что делать дальше. Я отключу телефон, поэтому, пожалуйста, не нужно меня искать!       Когда придет время — я вернусь!       Спасибо, что помогали и вытаскивали из передряг, но теперь я сам должен со всем справиться».       В палату вбежал Джин, видимо ему сообщили о пропаже.       — Он ушел, — только и смог произнести Тэхен.       Сил говорить совсем не было. Чимин принял решение, правильное или нет судить явно не Тэхену или еще кому-то. Зная омегу, пока он сам не захочет, чтобы его нашли — ни у кого не получиться отыскать. Остается только ждать.       Это удивительно, непостижимо, как может опустеть большой город с отъездом одного человека.