После свадьбы жизнь только начинается

      Следующие два дня казались Вэй Усяню пыткой. Время ползло, словно улитка. Омега хватался за любое дело, но мыслями то и дело возвращался к свадьбе шицзе.       Супруги уже давно подготовили подарок – пару золотых шпилек, увенчанных цветами лотоса из редкого нежно-лилового нефрита. Вэй Усянь самолично зачаровывал шпильки, чтобы те уберегали от нечисти и чужого сглаза.       Торжественные одежды доставили за день до свадьбы. Вэй Ин настолько нервничал, что по нескольку раз в день проверял, в порядке ли ханьфу. Он упорно отказывался складывать одежды в сундук, боясь измять расшитую ткань. Лань Ванцзи только и оставалось, что есть огненную стряпню супруга, который пошел на кухню, лишь бы занять руки, да изматывать того в постели, чтобы спал подольше.       Наконец, настал день свадьбы. Вэй Усянь встал вместе с Лань Ванцзи. Сегодня, вопреки предыдущим дням, когда альфа помогал одеться полусонному супругу, Вэй Ин взялся за дело сам. Слой за слоем, он подавал одеяния, придирчиво разглаживая малейшие складочки на ткани. Лань Ванцзи ничего не говорил, просто отдавшись в руки омеги. Он видел, как дрожат в волнении чужие кончики пальцев. Если одевание успокоит супруга, то он потерпит.       Вэй Ин взял верхнее ханьфу. Несмотря на то, что ткань была богата украшена вышивкой, она оставалась тонкой и легкой. Лань Ванцзи послушно подставил руки и позволил надеть на себя мантию. Вэй Ин разгладил ткань. На нежном шелке серебристой нитью были вышиты облака, перетекающие с плеч на рукава, а узоры на подоле напоминали утренний туман.       Остался только широкий двойной пояс. Вэй Ин старательно обернул его вокруг талии супруга и закрепил ремни. Едва Вэй Ин закрепил на поясе нефритовую подвеску, он уткнулся в плечо супруга.       – Вэй Ин? – обеспокоенно позвал Лань Ванцзи.       – Мне страшно, – прошептал омега. – Я боюсь встречаться с Цзян Чэном и шицзе.       – Вэй Ин…       – Мы ведь с Цзян Чэном так и не разговаривали после нашей с тобой свадьбы, – Вэй Усянь снова тяжело вздохнул. – Я не знаю, как он поведет себя, когда мы встретимся…       – Вэй Ин, – с нажимом сказал Лань Ванцзи. Он приподнял голову супруга, обхватил лицо того руками. – Все будет хорошо. Я рядом.       Омега вымученно улыбнулся. Он закрыл глаза, чтобы Ванцзи не заметил выступившую влагу. Альфа только покачал головой. Он коротко поцеловал супруга в лоб и прижал к себе.       Через некоторое время Вэй Ин расслабился в объятиях мужа.       – Прости, Лань Чжань, – виновато улыбнулся он. – Я снова задержал нас.       – Вэй Ин, между нами нет нужды для слов "спасибо" и "прости", – ответил Лань Ванцзи. – Одевайся, я принесу завтрак.       Пока альфа ходил на кухню, Вэй Усянь надел свои парадные одежды. Вместо голубого и белого были серый и синий, но это только радовало омегу, потому что белые одежды в его руках обречены на гибель – никакие защитные заклинания не спасали. Вэй Ин уже завязывал пояс, когда Лань Ванцзи вернулся с подносом. В этот раз у альфы не было времени готовить, поэтому он взял общие блюда. Но также он прихватил горшочек с острым соусом, который остался с вечера.       Омега сел за стол. Оба супруга еще не заплелись, поэтому они подвязали волосы простыми лентами. Хоть Вэй Ин еще не успокоился, вид альфы, еще домашний и не завершенный для выхода, грел душу. Нежный рис с острым соусом приглушили ту пустоту, которая тянула живот, а вкус "Улыбки Императора" освежил и привел в чувства.       Для Вэй Усяня это вино невольно ассоциировалось с Лань Ванцзи. Он впервые попробовал "Улыбку Императора", когда встретил будущего супруга на стене Облачных Глубин. И потом, каждый раз, сбегая за вином в Цайи, он непременно оказывался пойманным Вторым Нефритом.       И вот, спустя годы, он снова попробовал это вино, когда вышел замуж. Но теперь Лань Ванцзи сам его приносил, нарушая правила ордена. И часто лунными вечерами Вэй Усянь пил вино, сидя на веранде, пока Ванцзи просматривал ученические отчеты. Но, стоит признать, без супруга, сидящего рядом, "Улыбка Императора" не была столь сладка.       Вэй Усянь улыбнулся. Привычным движением опрокинул в себя чашу. Как он и думал – сладко. И очень тепло.       – Вэй Ин? – позвал Лань Ванцзи.       – Мн, – неопределенно покачал головой омега, и мягко улыбнулся: – Просто задумался.       Альфа кивнул и подцепил новый комочек риса.       – Лань Чжань, – позвал Усянь.       Стоило мужчине поднять голову, как Вэй Усянь переклонился через стол и поцеловал его – омега просто мягко коснулся губами губ супруга.       Поцелуй был теплым и невинным, и совсем недолгим. Оторвавшись от губ альфы, Вэй Ин улыбнулся.       – Спасибо, что ты есть у меня.       – Вэй Ин, я уже говорил, – тихо ответил Ванцзи, – между нами нет нужды для слов "спасибо" и "прости".       – Тогда я благодарю Небеса за то, что позволили тебя встретить.       – И я тоже им за это благодарен, – ответил альфа, и взгляд его стал мягким, словно свежий мед.       Улыбка Вэй Усяня стала еще шире. Он коснулся лбом обнаженного лба супруга, и так они замерли, наслаждаясь присутствием друг друга.       Спустя несколько фэнь мужчины отстранились.       – Нужно собираться, – тихо сказал Вэй Ин.       – Мгм.       – Давай я тебя заплету.       Супруги быстро сложили тарелки и вернулись за ширму. Здесь у стены стоял столик с большим медным зеркалом. Рядом со столиком располагались несколько полок с коробками, в которых хранились украшения и все необходимое для ухода за телом и внешностью.       Лань Ванцзи первым сел на подушку. Вэй Ин достал из ящиков гребень из черепашьего панциря, серебряный гуань, шпильку, флакон с маслом и налобную ленту. Разложив все это на столике, он присел позади Лань Ванцзи. Вэй Ин провел руками по шелковистым полосам, разделяя пальцами пряди. Затем взял гребень. Зубчики легко скользили по волосам, их не нужно было распутывать. Вэй Усянь улыбнулся. С первой встречи он мечтал прикоснуться к этим волосам. Густые, но мягкие и послушные, они рассыпались по плечам, словно шелковые нити.       Вэй Ин открыл флакон. Запах сандала тут же заструился в воздухе. Этот аромат почти полностью повторял естественный запах альфы, потому так нравился Вэй Усяню. Смочив маслом зубчики гребня, Вэй Ин продолжил расчесывать волосы супруга. От самых корней, нежно проводя по коже головы – вниз, до самых кончиков. И снова. Лань Ванцзи с полуприкрытыми глазами наслаждался лаской. Кроме матери, никто столь нежно не расчесывал его волосы. Даже Лань Сичэнь. Пока Вэй Ин заплетал его, собирая причудливый пучок, в груди альфы все трепетало и щекотало.       Тихое довольное урчание не сдержалось в горле. На миг руки Вэй Усяня остановились, а потом Лань Ванцзи ощутил легкий поцелуй в макушку. Улыбка сама собой расцвела на устах Второго Нефрита. Не передать словами, насколько он был счастлив, вот так проводя время с тем, кому отдал сердце и душу.       Вэй Ин взял налобную ленту. Через плечо супруга заглядывая в зеркало, он аккуратно приложил ленту ко лбу альфы. Разглаживая ткань пальцами, он завел ленту на затылок и завязал узел. После подобрал несколько прядей и спрятал узел в пучке. Осторожно закрепил шпилькой гуань, а свободные концы ленты перекинул через шпильку, чтобы те колыхались от малейшего движения.       – Ты очень красивый, – прошептал Вэй Ин.       – Это твоя заслуга, – ответил Ванцзи и коротко поцеловал супруга.       После на подушку сел Усянь, а альфа расположился позади.       Вэй Ин откинул голову назад, поддаваясь мягким движениям музыкальных пальцев. Ванцзи перебирал волосы, аккуратно распутывая небольшие узелки, а после взялся за гребень. Признаться, так бережно его причесывала только шицзе. Когда Вэй Ин только попал на Пристань Лотоса, Яньли каждое утро приходила помочь ему одеться и причесаться. Конечно, когда он стал старше, Усянь причесывался сам, потому что не стоило попадаться под горячую руку госпожи Юй.       Конечно, Лань Ванцзи достаточно быстро нашел эту слабину супруга. Первые дни совместной жизни были несколько неловкими, но стоило, однажды альфе помочь Вэй Ину с прической, как тут же нашел к нему подход. Маленькие знаки внимания, легкая ласка, забота – все это вызывало мягкую улыбку на устах омеги. Как оказалось, нужно было лишь показать, что руки распахнуты для объятий, и Вэй Ин потянулся к нему. Ванцзи чуть улыбнулся. Как же он счастлив вот так касаться Усяня, без всяких условностей и недопонимания.       Налобная лента Гусу Лань была Вэй Ину к лицу. Она ничуть не умаляла искры живости в серых глазах, наоборот, только подчеркивала их сияние. Гуань, более изящный, чем его собственный, прекрасно смотрелся на сложном пучке.       Закрепив прическу шпилькой и свесив с нее концы налобной ленты, Ванцзи положил руки на плечи супруга.       – Все готово.       Вэй Ин обернулся, и альфа не сдержал короткого вздоха.       – Как я выгляжу? – спросил Усянь       – Прекрасно, – ответил Ванцзи, блуждая взглядом по лицу супруга. – Настолько прекрасно, что я не хочу тебя отсюда выпускать.       – Лань Чжань, – коротко рассмеялся Усянь, – то же самое могу сказать и о тебе.       Лань Ванцзи склонился и поцеловал супруга. Вэй Ин с готовностью ответил на поцелуй. Возможно, он стал бы горячее, но их прервал стук в дверь.       – Ванцзи, Усянь, вы готовы? Ждем только вас.       – Похоже, твой брат почувствовал момент, когда еще может нас прервать, – со смешком сказал Вэй Ин.       – Ночью продолжим, – со всей серьезностью ответил Ванцзи.       Коротко чмокнув супруга в губы, Вэй Ин поднялся. Лань Ванцзи последовал за ним. Наконец, супруги вышли из цзинши. Там их ждали Лань Сичэнь и Лань Цижэнь.       – Ох, Ванцзи, Усянь, – улыбнулся им Лань Сичэнь, – мы уже обеспокоились, что придется отправляться без вас.       – Ну, – пожал плечами Вэй Ин, – если бы не свадьба шицзе, то, скорее всего, было бы именно так.       – Вэй Усянь! – воскликнул Лань Цижэнь. – Сколько можно бесстыдничать?       – Ах, дядюшка, – Вэй Ин положил руку на сердце, но в глазах сверкала лукавая искорка, – мы ведь вам подарили заглушающие талисманы и травяной чай для улучшения сна. Так вам ли жаловаться, что мы с Лань Чжанем постигаем все тонкости супружеской жизни?       Лань Цижэнь побагровел от потока слов, которые почтенному заклинателю не следует говорить. Сичэнь натянуто улыбнулся, и похлопал дядю по плечу.       – Думаю, нам лучше отправляться, – сказал глава Лань, – иначе мы можем опоздать.       Лань Цижэнь еще раз открыл рот, но так ничего и не сказав, только возмущенно взмахнул рукавами и отошел в сторону, чтобы призвать меч.       Лань Ванцзи обнажил Бичэнь, стал на его лезвие и протянул руку Вэй Ину.       – Готов? – спросил он.       – Готов, – улыбнулся омега и принял руку.       Что ж, этот день наконец-то начался.