Пятна

      Каким-то колдовством, счастливым или не очень, Серёжа и Олег поселились в одной комнате. Хорошо это было, или, напротив, не очень, Олег пока не знал, потому что его сосед по комнате оказался… странным. Не таким, как остальные дети. Даже спустя пару-тройку лет. Вроде и торчал тут не первый день, но… приспособиться никак не мог. Другим был Серёжа. С одной стороны, отстранённым и необщительным, но рядом с Олегом он превращался в подобие пружинки или — вот уж странное сравнение, — маленькой бомбы. Чуть дотронешься — рванет. В хорошем смысле. Разговорится, так сказать.       Вот как пару дней назад, когда Серый снова не мог заснуть, а только рисовал что-то в своем потертом блокноте на кольцах с обложкой невнятного цвета, поджав губы и изредка бросая на Олега какой-то нечитаемый взгляд. Его бледно-голубые глаза всякий раз задерживались на костяшках пальцев Олега. На «пятнистых», а не на тех, которые обычно попадали под удар из-за драк и стычек. Тогда Серёжа всякий раз отворачивался, скрывая свое пятнышко на щеке то рукой, то ярко-рыжими волосами. Стеснялся… и Олег, похоже, понимал, по какой причине. В какой-то момент он решил сам заговорить об этом, потому что, ну… Негоже… Серый опередил его, решившись заговорить первым.       — Я почему-то думал, что мне врежут… — глухо произнёс он, потирая щеку. Олег пожал плечами. Немудрено… Если бы у них с Сережей жизнь сложилась как-то иначе, может, мыслить позитивно и получится. Но рыжего жизнь счастьем обделила, это уж факт. Всех детдомовских жизни счастьем обделила, откуда тут позитивные мысли взять…       Им по тринадцать, и вся жизнь у них впереди. Не то, чтобы их дружба, если это вообще можно было назвать дружбой, протекала без сучка-без задоринки, вовсе нет, даже напротив. Олег просто защищал Серого, всякий раз отгоняя от него каких-то бугаев на года два или три старше, даже если силы были неравны. И с каждой дракой, с каждым синяком на лице Волкова, с каждым робким прикосновением смоченной сворованной из медпункта перекисью ваткой к свежим ссадинам, с каждым неловким и тихим «спасибо» они становились все ближе друг к другу. Их общение потихоньку обрастало уютным и разлапистым доверием, так что Олег был не против выговориться. И был не против того, что это сделает Серёжа.       — Я вот тоже… думал… — Волков потёр «пятнистые» костяшки пальцев, — Ну правда, вот о чем ещё можно подумать? Я, может, не хочу при первой встрече дать своему соулмейту в рожу…       — Некрасиво получится… — хмыкнул рыжий, согласно кивнув и поёжившись.       — Вот представь себе, Серый… у кого-то пятно на ноге, например… У Борьки, помнишь, на лодыжке? — Борьку Денисова, который, похоже, впервые за четырнадцать лет своей жизни решил принять душ, помнили многие. С громогласным воплем «меня схватят за ногу, прикиньте?!» он промчался голым по коридору, распугав половину воспитателей и продемонстрировав всему детскому дому свой голый зад, что потом стало причиной подколок в его сторону. Тогда Олег ещё легонько ткнул Серёжу в бок, мол, посмотри, смешно же, и тот смущённо и сдавленно рассмеялся, вот как сейчас. Рыжие пряди разметались по его худым плечам, и Волков поймал себя на мысли, что не пойти бы нахуй тем, кто обзывал Серёжу девчонкой из-за длины его волос. Идёт ему. Мило смотрится. — Кому-то вон проще…       — Завидую я Борьке… Он придурок, но все равно… Будет обидно, если мой соулмейт мне — и при первой же встрече… — подхватил Серый, но запнулся, снова почесав щеку с пятном.       — Не позволю я твоему соулмейту тебя ударить… — буркнул Олег, сжимая кулаки, — Если так, на кой они вообще нам нужны? Ну правда… если тебя могут ударить, да и я могу кулаком…       — Давай просто… вдвоём будем? — Серёжа говорит это тихо, почти шепчет, словно стесняется, — Вместе через это…       Волков не против был. Он только за. Быть вдвоём с этим странным рыжиком, плевать на компании, которые, видя его энтузиазм в махании кулаками и, пытались заграбастать его в свои круги, — только за. Всеми руками и ногами. Всеми руками и ногами за Серёжу, неловко прижимающего свой изрисованный блокнот к груди и смущённо улыбающегося. В конце концов, Олег сам не особо верил в судьбу и в то, что со своим соулмейтом он будет счастлив. Вот с Серым счастлив он будет…