a cup of tea

Ханджи буквально влетела в кабинет Смита, не сдерживая свою радость, прыгнула на стул, стоявший напротив Эрвина. Он недоуменно посмотрел на нее, ожидая объяснения ее поведения. — Эрвин, ты даже представить себе не можешь, что случилось, — улыбаясь во все 32 проговорила майор, — Наш Аккерман влюбился, — последнее слово ученая провизжала чуть ли не прыгая на стуле. — Ривай? Ты серьезно? В кого? — Эрвин не мог поверить в услышанное. — Сейчас я тебе все расскажу, — потирая ладошки приготовилась Зое к длинному рассказу. Последующие полчаса Ханджи повествовала о том, как Ривай понял, что чувствует что-то к Микасе. Рассказала о его самобичевании и отрицании этих чувств. Эрвин слушал, не понимая, как не заметил в друге столь явное изменение, очередной раз подтверждаясь в том, как мастерски Аккерман умел скрывать то, что у него на душе. —…ну вот как-то так и обстоят нынешние дела, — закончила свой монолог Зое. — Это все прекрасно, но что же с Микасой? — поднимая взгляд на подругу спросил Смит. —С Микасой? А что с Микасой?! Она, по-видимому, тоже чувствует некую симпатию к Риваю, но из-за ее привязанности к брату, я думаю, она считает, что, если признается в этом, то тем самым предаст его, поэтому отрицает их. В общем все чертовски просто и сложно одновременно, — устало вздохнула Ханджи, однако грустный настрой в мгновении ока сменился на радость, — И поэтому мне нужна твоя помощь. — Ладно, и что от меня требуется? — спросил Смит, сложив руки в замок, ожидая. — План до жути прост, но, надеюсь, эффективен. В общем, они должны, наконец, признаться друг другу в своих чувствах, а как это сделать? Правильно: нужно запереть их в одной комнате! — радостно воскликнула Зое, подпрыгивая со стула. — А ты уверена, что они не поубивают друг друга? — чисто теоретически поинтересовался командор. — Нуу…процент мал, — Пожала плечами ученая, -Зато они смогут поговорить по душам и расставить все точки над «i», что, как я считаю, гораздо важнее и заслуживает небольшого риска. — Риск как раз таки не небольшой… Но я за, давай свяжем вместе двух упрямых Аккерманов, — торжественно воскликнул Эрвин, вставая. — Вот это настрой, — подхватила его энтузиазм Ханджи. Два шиппера отправились на охоту на двух Аккерманов, чем же обернется их затея? Микаса прогуливалась по тренировочной площадке с Армином и Эреном. У них был свободный час, который друзья решили провести вместе, как в былые времена. — За стеной есть море. Оно соленое и огромное! Можете себе такое представить? Оно настолько большое, что даже всей Элдии его не выкачать! Как бы мне хотелось его увидеть,- предавался своим мечтам Армин, попутно рассказывая об этом друзьям. — Не волнуйся, совсем скоро мы его увидем. Но для начала я разгромлю всех титанов, чтобы человечество смогло жить спокойно, — поднимая кулак вверх произнес свою геройскую речь Эрен, — А дальше мы с вами поедем путешествовать по всему миру. Мы, наконец, станем свободными! Двое друзей помотали головами, но не стали противоречить планам их бойкого друга. — Для начала мы должны освободить стену Мария, — заметила азиатка, но Эрен, уже не слушая друзей, начал красочно описывать их победу и дальнейшую жизнь. Они дошли до полигона, где троицу встретила запыхавшаяся Ханджи. — Охх, устала я... Микаса, наконец, я тебя нашла. Мальчики, извините, но мне придется забрать вашу подругу ненадолго, — подхватывая Микасу за руку сказала Зое. Двое оставшихся даже не успели ответить, майор будто растворилась в воздухе прихватив с собой брюнетку. — Что это сейчас было? — спросил Эрен. — Не знаю, я толком разобрать ничего не успел. Но, похоже, Микасу мы сегодня больше не увидим, — Сказал Арлерт, разворачиваясь в сторону казармы. — Да уж, скорее всего ты прав, если Ханджи что-то от кого-то требуется, то она уводит его на весь день, попутно рассказывая истории и теории про титанов, — Эрена аж передёрнуло. Уж он, как никто другой, знал про замашки майора, — Микасе можно только посочувствовать. — Майор, так зачем я вам понадобилась? — Микаса не поспевала за тянущей ее Зое, которая не спешила дать ей конкретного ответа. — Да так, срочно помощь понадобилась. — Вы не могли попросить кого-нибудь другого? — не унималась брюнетка, так как было крайне недовольна, что ее отлучили от друзей. — Микаса, ты самая сильная из кадетского корпуса, только ты сможешь помочь мне, — остановилась ученая, поворачиваясь к Аккерман. — Хорошо, — грустно вздохнула Микаса. Похоже дальнейшая прогулка с друзьями сама собой перенеслась на неопределенное время, — Так что я должна делать? — О, твоя роль крайне проста: ты всего лишь должна посидеть в кладовой, — и быстро, чтобы Микаса не успела сообразить, открыла дверь кладовой и толкнула туда азиатку, предварительно закрыв дверь на ключ. — Майор, что все это значит? — крикнула сквозь дверь Аккерман. — Микаса, успокойся, это крайне необходимо для эксперимента. Ты главное сиди тихо. — Какого такого эксперимента? Майор.? Эй? Объяснитесь! Не слушая просьбы и угрозы Аккерман, Ханджи вприпрыжку направилась к кабинету Смита. —Микаса попалась, — первое, что произнесла Ханджи, открывая дверь командора. — Хорошо, теперь настала моя очередь, — поднимаясь и выходя сказал Эрвин. Долго Аккерман себя искать не заставил. Эрвин вошёл в его кабинет, смотря по сторонам. Капрал что-то усердно писал, не обратив внимания на вошедшего. « Надо будет предоставить ему пару дней выходных» — подумал Смит, когда друг все же удосужился поднять взгляд на гостя. От бессонницы, которая стала верным другом капрала, Ривай выглядел ещё бледнее, чем обычно,а синяки под глазами только дополняли общую картину. — А, Эрвин, чего пожаловал? — продолжил свое дело Аккерман. — Ривай, я освобождаю тебя от отчётов. — К чему такая щедрость? Неужто разведывательная миссия всё-таки состоится? — все же поднял свой взгляд Ривай. — Да, но сейчас я не по этому поводу, но если тебе так интересно, то полиция, наконец, признала мою невиновность, поэтому операция назначена на следующую неделю, — сказал Смит, подходя ближе к столу, где сидел Ривай. — Ясно. Ну а сейчас тебе от меня что надо? — откладывая документы спросил Аккерман. — Единственное, что я от тебя попрошу - нужно пойти в кладовую и составить список всего оставшегося продовольствия. — Почему именно я? — Ханджи сейчас занята. Пишет отчёт об успехах Эрена. — Ты мог приказать это любому кадету, — продолжал выпытывать капарл. — Нет, это работа очень ответственная, я не могу доверить это кому попало. Нужен четкий список всего, что у нас осталось. Сейчас средствами мы не особо располагаем, поэтому ошибок быть не должно. Аккерман с минуту вглядывался в лицо Смита, ища подвох, но, не найдя такового, все же произнес: — Хорошо, я тебя понял. Когда это нужно сделать? — Сейчас. Дальше я должен посчитать все растраты, а это, сам знаешь, дело не быстрое. Понимающе кивнув Аккерман встал и направился со Смитом к кладовой. Микаса, прекратив бить ногами и руками в злополучную дверь, смирилась с безнадежностью ситуации и принялась расхаживать по кладовой (она была размером с небольшую комнату). Ожидание убивало, а ожидание неизвестности, ведь Ханджи так толком и не сказала, зачем нужно было ей запирать Микасу, сводило с ума, рисуя в сознании самые страшные картины. « Вдруг они решили сделать что-то с Эреном и, чтобы я им не помешала, решили запереть здесь?» — думала брюнетка, гуляя между стендами с продовольствием. Так прошли томительных 10 минут, как Аккерман услышала приближающиеся голоса. — Проходи вперёд, — послышалось за дверью. В следующий момент Микаса услышала, как кто-то вставляет ключ в скважину и дверь открывается. — Лучше записать сначала съестное или…- не успел капрал договорить, как Эрвин пнул его во внутрь комнаты, быстро закрывая дверь на ключ. — Смит, какого хрена ты творишь? — начал Аккерман те же действия, которые проделывала Микаса, когда ее заперла Зое. — Это для твоего же блага, — послышался голос командора за дверью. — Для какого, черт возьми, блага? Тебе что, Очкастая все мозги промыла? — ответа не последовало. — С...сэр? — Микаса решила выйти из своего " укрытия» дабы убедиться, что ее теория относительно второго заключённого была верна. — Аккерман? Ты то что тут забыла? — Меня здесь заперла майор Ханджи. И тут то до Аккермана дошло, что на самом деле происходит. « Я убью ее. Нет, их. Прикончу обоих, а после отправлюсь на заслуженный отпуск» — Ясно, — ответил капрал, садясь на ближайшую коробку. — Для чего они это сделали? — спросила Микаса, присаживаясь на коробку напротив Аккермана. — Да кто их знает… Спустя примерно 5 минут, Ривай решил все же начать такой сложный для него разговор. Ну не просто же так там сидеть, в конце то концов. — Аккерман, ты что-то чувствуешь к Йегеру? — Аккерман выпучила глаза, совершенно не ожидая такого вопроса. — Сэр, к чему подобный вопрос? — решила попытаться выкрутиться азиатка. — Не уходи от вопроса,- Ривай был настойчив. — Я люблю его. — Как сестра или нет? — Не знаю… Я дорожу им. Он — самый важный человек для меня. Он спас меня от работорговцев и приютил...я обязана ему до конца жизни. Аккерман смотрел Микасе в глаза, не понимая, как она может быть настолько слепа. — Аккерман, это не любовь, это благодарность. Ты благодарна ему за то, что он спас тебя, поэтому всячески пытаешься отплатить. Вот только ему это не надо. Этот дурень вечно бесится от твоей опеки, — Недовольный взгляд Микасы устремился на капрла, — И тем самым ты не даёшь ему расправить крылья и взлететь в небо самостоятельно. Это не любовь, а некая привязанность. — Нет, замолчите. Вы ничего не знаете ни обо мне, ни об Эрене, — встала Микаса направляясь в сторону Ривая. — Да что ты! Я знаю достаточно. И подтвердить, что ты носишья с Эреном, как собака за своим хозяином, — также встал Аккерман. — Для чего? Для чего вы мне это говорите? — срываясь на крик произнесла Микаса. — Да для того, чтобы ты наконец поняла, что ты ему не нужна, чтобы начала жить своей жизнью, — не остался в долгу Ривай, подходя ещё ближе. — Кому тогда я вообще нужна? Для чего мне жить? Я обязана защищать…- во весь голос кричала Аккерман. Смотря на то, как часто поднимаются ее плечи то ли от гнева, то ли от предстоящих рыданий, Ривай решил больше не тянуть: с силой притянул ее к себе и заткнул поцелуем. Микаса пыталась высвободиться, но Аккерман не дал ей такой возможности, сильнее захватив ее хрупкое тело в кольцо своих сильных рук. Он целовал ее страстно, словно в последний раз, а когда прошёлся языком по нижний губе брюнетки, та, не выдержав такого напора, сдалась, отвечая на поцелуй. Мужчина повел ее в направлении стены, не разрывая поцелуя, который начал сводить с ума обоих Аккерманов. Микаса, уперевшись спиной к холодной стене, непроизвольно ахнула в губы Ривая. Почувствовав, что Микаса больше не сопротивляется, а сама идёт на контакт, Ривай начал вести себя более уверенно, начиная водить руками по столь соблазнительным формам Аккерман, попутно начав спускаться к шее азиатки. Запах ее шампуня преследовал его с того самого дня, когда он впервые его почувствовал и сейчас, проведя носом по ее шее, вдыхая столь дурманящий его аромат он понял, как начали отказывать тормоза. Микаса почувствовала, как Аккерман подхватил ее за ноги сильнее прижимая к себе, целуя настырнее, оставляя на бархатной коже азиатки багровые засосы. -Чшш, Эрвин, тише. Я не могу понять, что там происходит- шыкнула на Смита Ханджи, опираясь ухом к двери. — Зое, это переходит все границы, тихо открой дверь и оставь этих двоих в покое, — сказал Смит, уходя. — Ну блиин, ладно, — сделав то, что сказал Эрвин, Ханджи последовала за ним. Акерман начал спускаться поцелуями ниже, расстегивая пуговицы, сжимая через ткань упругую грудь брюнетки, и слыша приглушённый стон, который только подстёгивал к дальнейшим действиям. — П..подожди, а как же Эрен? — вдруг полушепотом спросила Микаса, — Так нельзя… Аккерман, поняв, что ее одержимость братом куда серьезнее, чем он думал, прекратил свои действия, посадив Микасу на ящик. Он понимал, что своими действиями буквально рушит ее привычный мир, всё, чем она жила раньше, поэтому решил,как бы ему не хотелось, не торопить события. Сев перед ней на одно колено и опуская ее голову за подбородок, чтобы она смотрела ему в глаза, начал: -Микаса, — произнес он ее имя с нежностью, -Ты пойми, что Эрен в тебе не нуждается. Он может и любит тебя. Но это только сейчас. Ты знаешь его всю жизнь и все равно не понимаешь, что вас никогда не хватит на большее. Он вырастет и уйдет, оставив тебя позади, — гладя ее по щеке продолжал Ривай, — Ты можешь ненавидеть меня за мои слова, хотя мы оба знаем, что в тебе уже этого нет. Только я смогу защитить тебя от всего, что творится в этом гребаном мире. Я буду любить тебя. Ты ворвалась в мою жизнь, переворачивая все мои устои с ног на голову и, когда я понял, что чувствую к тебе, захотел заполучить всю тебя. Твоё сердце, душу...Всю тебя. Подумай над этим, а когда поймёшь — моя дверь всегда открыта, — закончив свой монолог Ривай встал и, поцеловав обескураженную девушку в лоб, вышел из кладовой. Микаса пребывала в расстеренном состоянии. Внутри нее все разрывалось от чувств, которые, словно лавина, обрушились на нее. Дойдя до своей комнаты, она, не обращая внимание на Сашу, которая болтала с Кристой, легла на кровать и отрубилась. Этот день ее утомил.