Мафия

Несколько дней до начала гражданской войны в Шиганшине. —Капитан, я так понимаю, вы хотите дать мне особое задание? — Арлерт, склонил голову на левую сторону так, что случайно встретив мертвый взгляд Аккермана, почувствовал наступающий ком в горле. По правде говоря, при виде своего капитана, которого уважал и признавал все его заслуги, по спине Армина проходила дрожь от страха. Казалось, малейшая ошибка, и этот садист устроит пытки, и не исключение, что это моральное давление. —Да, — оставшись наедине со своим подчинённым, о котором сероглазый знал мало чего, Аккерман в душе признавал его высокий интеллект, несмотря на отсутствие образования. Будь он студентом из богатого и известного рода, блондин бы легко оставить и прославить свое имя на весь мир, или, как минимум, родись он свободным человеком в развитой стране, Аккерман гарантировал, что Арлерт бы вырвался из любой ситуации. —Найди пленного ученого, — голубоглазому не стоило объяснять о ком идёт речь. Несколько лет назад, без вести пропал выдающийся учёный, честно трудившийся, исследовавший фиокислотную инфекцию. Если верить слухам, (доказательств не осталось, все было уничтожено, а детективы, хотевшие докопаться до правды, находили мертвыми), так что вероятность была высока, что учёный нужен кому-то живым. —Все, что я ненароком слышал в коридорах, гения похитила мафия, и собственноручно среди них был господин Кенни, и так же точное местоположение известно только ему, — простая формальность. —У тебя есть три дня, чтобы найти этого человека, — с этими словами, Ривай покинул комнату. —Да где я найду, — Арлерт с несколькими отрядами, выделенными лично капитаном, вдоль и поперек обыскали город. Результаты не оправдали призрачную надежду. —Мы обыскали буквально все города, даже вышли за пределы Шиганшины, но... — Ильза, такая же необычно умная и смелая девушка, лицо своей команды, отчитывалась перед Армином, — Мы не в силах найти без вести пропавшую, — Лангнер грустно опустила глаза на землю, при этом голос продолжал звучать, — Наши шпионы сообщили, что в тюрьме мафии она отсутствует. —Мы даже обыскали подземный город, — Армин был дьявольски зол, но сильно сдерживал бурю эмоций. — Она будто сквозь землю провалилась! — сев прямо на землю, он задумался. Длинные, и удивительно аккуратные руки застыли на висках, из-за закрытых глаз, ресницы еле вздрагивали. Бледные губы и мышцы лица расслаблены, но казалось, он прикусил внутреннюю щеку. „Мы перерыли каждый сантиметр города по несколько раз. Где мы ещё не проверили?” — Все его мысли спутал внезапный взрыв, что произошел где-то на севере города. Машинально поднявшись на стену, команда Армина осмотрела ужасающее состояние. Казалось, наступил настоящий ад. Огонь полыхал на северной части, разрушались здания и дома, под строительством оставались и гибли люди, некоторые горели в них, как звёзды в ночном небе. Ночь отступала под рыжими языками пламени. Крики были слышны повсюду, там же, разрушалась и сама стена, давая проход в другой город, но через огонь пройти невозможно. Кровь и сгоревшие трупы, вонь и пепел смешались. Никто ещё не видел зрелище похуже. Нельзя было отличить в таком беспорядке врагов и товарищей, единственное, что отличало их — форма. В этой неразберихе гибли тысячи невинных людей, что просто хотели жить. Сердце Арлерта сжалось до такой степени, что от стыда, беспомощности, он угрюмо опустил голову. Словно молния прошлась по голове, запустив поток энергии. «Мы не проверили в стенах», — отдав приказ всем своим подчинённым осмотреть внутри стен. Несколько часов, Арлерт физически не жалел своих подопечных, которые с потом и кровью перемешиваясь, чуть ли не падали в обморок. Растворяясь с шумом, живыми и мертвыми, поисковая группа продолжала оставаться на месте. —Господин Арлерт, мне кажется, ее уже убили, — раздался голос где-то снизу, но получив ответ блондина умолк. —Тогда тебе нечего делать в разведке, — Армин выдохся, но это последний шанс на поиск лекарств, не факт, что с учёным все будет в порядке, так же как и с объектами химических веществ. Что-то сдвинулось, и Арлерт упал прямо в каменную стену, показалось, маленькая, железная дверь. Из-за сломанных частиц каменных стен, верхняя часть оказалась взорванной. Здесь находилась целая лаборатория. Разные химические приборы, разбросанные в клочья бумаги, ручки, таблетки, фармалиния, но что ещё важнее — люди разных возрастов с завязанными глазами лежали на койках, покрытые фиолетовыми волдырями, идущие на поправку. Эксперименты проводились над теми, кто не смог оплатить долги, или купленные сироты, которым никому не было дела. Или те, кто остался на произвол судьбы, добровольно становившиеся жертвами жестоких, но требующих найти выход из сложных ситуаций. Раздался стук низких каблуков, и в комнату вошла высокая, стройная женщина лет сорока. Каштановые волосы собраны в хвостик, прямоугольные очки, и белый халат утверждали о том, что она и есть тот самый врач—ученый. —Ханджи Зоэ? — Арлерт подошёл к ней, попутно чуть не разбив какие-то стеклянные приборы. —Что происходит? — равнодушный, но в то же время, шокированные глаза бегали по разбитым стенам. —Нет времени для объяснений. Я не причиню вам вреда, прошу, дайте лекарства от фиокислотной инфекции, — блондин искренне и максимально придерживался вежливого, спокойного тона. —Мне уже нечего терять, забирай, — брюнетка схватив со стола содержимое, кинула прямо в руки Армину. Выйдя за руины сломанных частиц, она устремила свой взор на небо. Сколько лет прошло с тех пор, как она жила, нет, существовала в изоляции от внешнего мира, в этой чертовой лаборатории, как в коробке. Вздохнув, очкастая обратилась к Арлерту: —Гарантируешь мне свободу? — с осторожностью задав вопрос, и получив положительный ответ, ученая стала собирать свои вещи. —Эти люди - подопытные. Защите их, — насколько же нужно устать от мафии, чтобы соглашаться на любые условия незнакомцев. Но видя хаос в городе, она решила, что это отличный шанс начать жизнь заново. Армин со своими людьми привел Ханджи в бар Фарлана, объяснив это тем, что это место на данный момент максимально безопасное. —Микаса, говоришь, — женщина устало потеряла лоб, и сев на корточки, будто не могла что—то вспомнить. —Дочка Йегера? — резко встав, что блондин отошёл немного назад, она оптимистично захлопала в ладоши. —Д-да, вы знаете их? — парень не скрывал недоумение. —Ну, конечно же! Мы с ним работали когда-то. Ай, да Гриша, оставил мне загадку, — пройдя в глубину комнату, она обратилась к голубоглазому: —Приводи, я вылечу ее, — улыбнувшись, ученая легла на диван. —Спасибо, — его миссия почти завершена. *** Армин, увидев разбитые стекла возле дома, разволновался. Взрыв не должен был дойти до их базы, слишком далеко. Взяв в руки охотничье ружье, вместе со своими подчинёнными он вошёл в комнату. Увиденное повергло парня в шок. Несколько убитых членов мафии валялись на полу, кровь успела застыть на белом ковре. Криста, крепко завязанная и заплаканная, сидела на кровати, а верёвку отрезала девушка, чуть постарше. —Руки вверх, — Армин направив дуло ружья в незнакомку, приближался к ним. Хистория что-то пыталась донести, но кляп во рту не позволяло этого сделать. Армин не видел лица незнакомки, на сидевшей на корточках незнакомке, была кожаная куртка и черные джинсы, высокий хвостик, и закрытое лицо капюшоном. Медленно встав с места, она машинально ухватилась за свой пистолет, что находился в области пояса. Армин и брюнетка стояли напротив друг друга, направив огненные оружие. Один лишний шаг, и кто-то из них умрет. —Кто ты? — Армин грозно посмотрел на нее. —Тот же вопрос, — она закрыла собой Кристу, которая продолжала суетиться. Толкая языком тряпку, блондинка смогла избавиться от кляпа. Набрав побольше воздуха, она крикнула что есть силы: —Армин, она не враг. Она помогла мне, — наследница трона чуть ли упала с кровати. —Ты знаешь его? — девушка не опуская оружия, и не поварачивая голову, решила на всякий случай переспросить. —Да, — раз уж Рейсс заявила, что все под контролем, значит, действительно так. Оба опустив оружия, помогли Кристе развязать верёвку. —С тобой все хорошо? Они ничего с тобой не сделали? — Армин сильно беспокоился за нее. —Со мной все хорошо благодаря Имир, — кивнув в сторону брюнетки, она широко улыбнулась. —Знакомьтесь, это моя подруга — Имир, а это мой парень —Армин. Блондину льстило, что она так открыто говорит об их отношении, что он немного покраснел. Имир, сняв капюшон, ухмыльнувшись обратилась к подруге. —Вот уж не думала, что ты способна построить отношения, — Имир была достаточно красивой девушкой. Высокое и худощавое, стройное телосложение, милые веснушки, тонкие губы. Армин мог точно сказать — ее дерзости никому не уступить. Цокнув языком, она шутливо скосила взгляд. [Имир — давняя подруга Хистории. В те времена, когда блондинка, будучи маленькой, неделю прожила по городу, Имир помогла ей выжить в городе, с помощью кражи и воровства. С тех пор, они не виделись]. —Надо найти Микасу, — Армин продолжал исследовать комнату. —Ее похитил Райнер, — Имир встала посреди комнаты, очищая свой окровавленный меч платком. —Ты мафиози? — Армин прямо задал вопрос. —Да, — ее нисколечко не смутил вопрос, а наоборот, будто она гордилась своим занятием, и это заставило ещё больше начать спор с Арлертом. —И где ты предлагаешь нам ее искать? — он уклончиво проигнорировал случай, объяснив себе тем, что если бы не Имир, то возможно, Криста была бы мертва. —Ну, я даже не знаю, — игриво-саркастический тон. —Имир, прошу тебя в последний раз. Помоги, — Хистория вмешалась в разговор. Блондинка понимала, что черноглазая — последняя ниточка надежды на спасение подруги. —Эх, уговорила, — опустив голову, она тихо пробормотала, — Это за пределы стен. *** Микаса осознала, насколько далека от Ривая. Казалось бы, что вот — она смогла пробраться через острые ножи до нежного сердца, но она приблизилась к нему лишь на шаг. Азиатку укутала чувство обиды, разочарования, горечи, но прежде всего — беспокойство за мужа. Как, столько лет, он хранил и вынашивал эту боль? Эта мысль терзала все внутренности, заставляя чувствовать себя бесполезной и жалкой. Было обидно за то, что тайну душевной идиллии она услышала не от уст самого Аккермана, а от совершенно чужого ей человека. —Вот только, — он, испытывая презрительным взглядом, добавил соли в ее рану. —Что будет с ним, если ты умрёшь? — полусмех сорвался с его сухих губ. Открытая насмешка, пощёчина по гордости, унижение, погружение в пессимистичные мысли, отправлять заживо в ад, как морально, так и физически, — вот без чего не представлял свою жизнь жесточайший мафиози Эльдии. —Закрой рот, — Микаса гордо подняв голову, одарила старшего Аккермана грозным взглядом. Взгляд, наполненный ненавистью. Круглые, устрашающие глаза напоминали орла, пытающегося напасть на охотника, который оставил его без надежды на свободу. —Я доберусь до тебя. Ты только подожди, — полушепот отразится эхом в глухом и пустом подвале. Уверенный голос умирающего, в котором не было отчаяния, как обычно происходят с теми, кто потерял искру жизни. По телу Кенни пробежали мурашки. Давненько никто не бросал вызов ему лично, не считая племянника. Широкая ухмылка озарила его лицо. «А они одинаковы» — Кенни подметил, что вкус Ривая определенно хорош. Такая же смелая вольная и безграничная личность. —Господин, нас нашли! — ворвались без стука в пыточную, молодой паренёк упал замертво. На спине застрял острый лук, впитанный смертельным ядом рода Рейсс. В подвал вошёл Леви. *** Ривай бродил по широким пустым коридорам дворца. Портреты предыдущих королей оставались висеть на стенах, украшенные серебром, но лица были до неузнаваемости зачеркнуты чернилой, некоторые — вырваны вплоть на рамок, другие — вырезанные клинком, где ножи так и торчали в картинах. Ривай остановился. Несколько трупов валялись на полу, с распахнутыми животами, и открытыми глазами. На стенах отпечатались ярким клеймом алая кровь, которая уже успела высохнуть. Перешагнув их, брюнет завернул за угол, и отворив дверь, вошёл в темное пространство. В огромной комнате не было ничего, кроме круглой спальни и стола, где находились лучшего сорта, сильнейшие «лекарства от боли», пакеты, белый порошок, шприцы, и другие вещи для получения мимолётной эйфории, после чего наступала невероятная физическая ломка, заставляя болеть вены. —Заходи, — смотря в закрытое плотными шторами стеклянную стену, он будто находился в трансе. Перед Риваем никто иной, как Эрвин Смит. Фальшивый король, сидел оперевшись об мягкий стул, спиной к главному революционеру. Взяв со стола шприц, он продолжал вкалывать наркотики. Ему было мало, совершенно недостаточно. Организм требовал все больше и больше с каждым днём. И плевать было на здоровье, пока транс уводил его разум в страну чудес, где во время галлюцинаций, он убивал своих подданных. Темные круги доказывали его страсть к наркотическим средствам, фиолетово-синие вены от большого количества дозы и иглы, успели давно опухнуть, что смотрелось жутко. —Пришел за моей головой, так попробуй, — затянув сигарету, он встал, и медленно, не оборачиваясь, отодвинул шторы. Кровавый свет солнца прильнул в комнату. Не успел брюнет ответить, как из ниоткуда появились около тридцати личных королевских солдат через стеклянную стену, напрочь сломав ее. Некоторые осколки попадали прямо в лицо героя, царапая его чистую кожу. Эрвин сбежал. —Ублюдок, — схватив клинки, Аккерман приступил к бою... *** Кровь от головы до пят испачкала Ривая. Он озверел. Радужки настолько сузились, что их почти не было видно. Открытый, сухой рот хотел воды, тело — отдыха, но воля требовала мести. Всех лучших воинов Смита, Леви обезглавил. Комната наполнилась запахом крови. Изуродованные трупы могли испортить здоровую психику мирного жителя, но для тех, кто вырос с насилием, и решающий этим методом многие проблемы, считалось мелкой мелочью. Одежда и тело героя впитала запах смерти. И сейчас — самое время для мести. Спрингер, убив несколько мафиози своим охотничьим ружьём, которую подарила его невеста, сильно волновался за нее, ведь взрыв про дошел на ее территории. Ему безумно хотелось бросить свою часть миссии, и примчиться к Блаус, но спасение он ставил куда выше личных чувств. Команда Конни состояла из двухсот человек, которых он даже не знал, и не успел познакомиться. Все больше и больше нелюдей пытались покинуть стены, за что и были отправлены на тот свет. Через минуту, сердце Конни не выдержало таких мучений, и оставив пост Черчу, ведь он считается одним из главных и влиятельных союзников капитана, и доверив ему будущее страны, зеленоглазый кинулся прямо на место взрыва, отчаянно пытаясь найти лучницу. С начала революции прошло несколько часов. Уже полночь. Крики и вспышки огня, выстрелы из оружий, разрушенный город. Все больше и больше людей присоединялись к революционерам. Число восставших увеличивалось. Тем самым было и больше жертв. Во имя свободы, люди не то чтобы готовы были отдать жизни, они уже делали этот безумный, отчаянный шаг. Где—то в глубине души, каждый из нас мечтает о праве выбора, и осознавать, что сейчас или никогда, выпадание такого идеального шанса раз в сто лет — равно нулю. Дабы не упустить эту призрачную надежду, шанс на будущее, они не боялись смерти. Они шли к ней. —Тоннель заблокирован, идиот! Все закрыто, единственный выход — через стены, — Эрвин орал на всю катушку, не жалея ни собственных, ни чужих сил. Поданные Смита до смерти боялись этого сумасшедшего, что предпочли бы повеситься, нежели служить этому непредсказуемому безумцу. —Ваше Высочество, но и там... — не успел дрожащий охранник договорить, как блондин врезал ему в челюсть. Кинув бедолагу прямо в руки Фарлана, который машинально отпрянул от пса короля, выстрелив того в голову. Белобрысый сразу понял, кто из них так называемый «король», очищивший род Рейсс. Один на один. Перед лицом Фарлана стоял тот самый полицейский, застреливший Бодта. Парень не мог контролировать нахлынувших эмоций с головы до пят. Бурлила ярость, проснулся вулкан, который так долго спал. —Ты!—Черч, схватив самый острый клинок, напрямую напал на Смита. Он не видел мелких псов, пляшущих под дудку своего хозяина. Вот, уже пал первый, второй. Разрезанные животы, и конечности, кровь вновь впитывает мать-земля. Фарлан, подобно монстру, не видел ничего, кроме бледного лица Смита. Кто—то оставил мелкий разрез на лбу, но и это не могло остановить союзника капитана, ведь противник уже лежал, корчась от боли из—за отрезанной ноги. Один шаг до мести. Как только он поднял меч, герой остановился. Тело лихорадочно отказывалась так просто избавляться от мусора, погубивший тысячи невинных душ. Хотелось замучить до смерти, заставить встать на колени; замучить так, чтобы он, взрослый и жестокий король умолял остановить пытки, хотелось услышать душераздирающий крик о мольбе. Перед глазами плыл образ друга. Добрые, блестящие черные глаза и веснушки, что ассоциировались у Фарлана с мягкой булочкой с корицей, которые он очень хотел купить в тот день, но так и не успел попробовать. Боль, что засела в душе проснулась с новой кровоточащей силой. Слеза медленно скатилась по бледной щеке, создавая горячую, влажную дорожку. Воспользовавшись моментом, хитрый блондин перехватил тяжёлый и толстый меч, затем, без колебаний лишил его ног. Резкая боль вернула полуживого в реальность. —Из—за тебя я потерял свое время, — он был взбешен. Из—за этого мелкого революционера, король может погибнуть в любой момент. Взяв меч в другую руку, он вонзил его прямо в сердце Черча. Изо рта хлынула кровь, которую он никак не мог выплюнуть. Теперь, ему показалось лицо Изабель. Такое же юное и прелестное. Она звала его, маня своим ласковым голосом, таким родным и заждавшимся. И последнее, что бы хотел сделать Фарлан перед смертью — попросить попрощения у Леви за то, что обвинил его в смерти любимой, за недоверие и за то, что оторвал корни детской дружбы. —Прости, Леви... — шепот унес холодный ветер в ночные просторы. Лишь луна освещала уже не дышащего молодого мужчину. Перешагнув труп, Эрвин приближался к стене. Он не любил эти стены, ограничивающие вид для его дворца — самого высокого здания в Шиганшине. Но, в политике нет места личным чувствам. Хочешь выиграть в шахматы — играй по полной. Что только не сделал эта личность, чтобы достичь желаемого, завоевать Эльдию тихо, без лишних интриг. Кровавый плащ скатился со стен, на которой была эмблема крыльев. Плащ предстал прямо перед ногами наркомана. Подняв голову, он так и застыл, не веря своим глазам. Аккерман спускался со стен без УПМ. Леви невероятно был похож на саму смерть. Казалось, сама гибель сторонится его, боясь навлечь беду на себя. А он продолжал приближаться к своей жертве. В глазах не было буквально ничего. Радужки так и скатились вверх, очевидно, он выдохся, потерял много сил, но с другой стороны — приобрел новую версию себя, открыл стороны, о которых не знал и сам. И источником этой силы являлась Микаса Аккерман. Ради кого он начал несвоевременную революцию, рискнув всеми и всем? Ради одной жизни, он погубил тысячи невинных душ. По чьим приказам, действовала Саша, дав сигнал о ядерной бомбе? Из любви к Микасе, он разрушил весь город, стены, людей. Аккерман не хотел ничего, кроме одного—жить с Микасой. Плевать, если она не поймет мотив такого эгоистичного поступка. Плевать, если она уедет, оставив его в одиночестве. Плевать на все, лишь бы она продолжала дышать, улыбаться, жить. Жизнь сделала из него такого же монстра, такого же Кенни, которого младший Акерман ненавидел всем сердцем. —Скажи... — из—за пересохшего горла, голос звучал так хрипло, будто по льду прошлись сталью, — зачем ты убил Марко? Послышался глухой нервозный смешок со стороны павшего короля, постепенно переходивший на дикий, сумасшедший, не свойственному человеку смех. — Думаешь, я помню всех кого убил? — снова сумасшедший хохот, режущий слух. Ривай не собирался слышать самый надоедливый звук, а на создание тем более. Но он молчал. Почувствовав неловкость, он остановился, увидев пугающее до мурашек бледное лицо Аккермана. —Тебя подослал Кенни? — блондин достал из кармана пакетик, в котором находился порошок. Посыпав на ладонь, он нюхал, как собака новую еду, и засунул в рот. Зависимость — первый шаг к обрыву. Снова молчание. Понимая, что сейчас некуда бежать от того, кто расправился с тридцатью лучшими воинами, он мог позволить себе расслабиться, к тому же, Леви не убьет его, пока не получит удовлетворительный ответ. —Создаешь мафию, находишь друга, а в итоге ничего. — Эрвин продолжал лихорадочно глотать кое-какие «таблетки», тело судорожно дрожало от такого большого количества дозы, но он хотел ещё, а попробов, не желал останавливаться на достигнутом. —Кенни, знал бы я, что он подсадит меня на наркоту, отодвинет короля на задний план, сделав из него пешку, займет мое место в мафии, то убил бы его сразу, — закурив табак, Смит выдох. Дым, попав прямо в глаза Леви, странно подействовал на него. Он будто пришел в себя. И до него дошло — в табак он добавил успокоительное. Понимая, что этот безумец не ответит на вопрос, Леви стремительно укорачивал расстояние, крепко держа клинки в обеих руках. —Ты получишь ответ, это требует времени, — фраза успешно остановила Ривая. Смит сел на землю, расположив свои ноги на голове Фарлана. Ривай, не сдержав себя, схватил за воротник бедолагу, и бросил прямо у каменных стен. —Эй, успокойся. Это всего лишь труп, — Смит явно действовал на нервы Аккермана. —Ответишь — умрёшь быстро. — Ривай не собирался церемониться с бывшим полицейским. —Да, жить мне осталось совсем недолго, — его взгляд, направленный куда—то вдаль, за горизонт ярких звёзд, устремился так глубоко, что на пару секунд капитану показалось, что если бы они встретились при других обстоятельствах, они могли бы отлично поладить. —Кенни был моим единственным другом, пока я не совершил ужасную ошибку. Я не знаю, какого это — терять близких, но, мне жаль, что так вышло. Аккерман подсадил меня на литий, и после пяти месяцев, начались психические расстройства. —Зачем мне эта информация? — уже готовясь убить его, Леви не отпускал меч, но выронил на землю. Руки снова задрожали. —Куда ты так спешишь? — он молчал около минуты, и резко, почти полукриком неестественно рассмеялся. —Ты такой же, как он. Даже руки трясутся. Знаешь почему? Вы все, Аккерманы — прирожденные убийцы. Род Рейсс использовал ваш клан в качестве своей защиты. Аккерманы убивали так много, что в конце концов, сдавались. Их руки перестают поднимать меч, они теряют силу. Вот ваша сущность, — Эрвин сверлил того взглядом. Брюнет выдохнув, достал пистолет, и приставив к виску врага, процедил: —Говори. —Кенни подослал тебя, не так ли? — брюнет молчал с каменным лицом, а королек догадывался, ведь столько знал он своего так называемого друга. — Знаешь, почему он не сделал этого сам? Он не может. У него тоже, руки дрожат, — ухмыльнувшись, кровавыми пальцами убрал пистолет. —Кенни хочет мне отомстить, и я мечтаю о том же, убить его. Нажав на курок, Леви попытался спустить курок, как Эрвин прошептал тому в ухо, схватив за затылок: —Марко услышал, что я —ненастоящий король. Пришлось убрать лишних свидетелей. Ах, да, и ещё, Марко — сын Кенни, — отпустив его, Смит выпил ещё таблетки лития. «Марко—сын Кенни», слова так и эхом звучали в голове сероглазого. Немой шок. Этот самый яркий и добрый юноша оказался сыном антагониста, а убийцей оказался друг отца. Какая ирония. —Отдай свою мечту и умри, — пальцы готовы были спустить курок, но было поздно. Перед Риваем уже застыл силуэт Смита. Пустые глаза искажали бесконечную боль от утраты чего-то. Здоровый организм не вынес столько количества дозы разных наркотиков. „Лучше умереть самому, нежели от руки другого” — позиция Эрвина, которому он остался верен. Ривай чувствовал огромную волну горечи и печали. Это съедало изнутри. Пройдя мимо павшего повелителя, он сел на колени перед погибшим другом. Глаза Фарлана так и остались открыты, как и губы. На белых волосах прилипла кровь. Как ни странно, Леви в глазах Фарлана увидел радость и то, что не мог увидеть Ривай. Нечто большее, чем просто ощущение свободы. —Спасибо. Покойся с миром,— закрыв ему глаза, одним движением вынул меч из груди, проткнув холодное оружие в землю, рядом с головой. В знак благодарности и чести великого солдата. Подняв голову, он увидел результат преждевременной революции во имя свободы. Разрушенный город из—за многичесленных последних моделей марлийских оружий портовой мафии, с которым он сумел договориться. Только вчера, здесь был целый город, с высокими зданиями, и домами, наполненными людьми. Кровь. Запах и цвет разливался везде. Люди изо всех сил старались держаться подальше от огня и руин, в горячих точках военных действий. Везде валялись трупы, среди которых были и дети, оставшиеся под руинами зданий или сломанной стены. Во многих переулках происходили перестрелки между 'своими' и черной мафией, конечно же, используя устройство пространственного маневрирования, что казалось в темноте, словно тысячи пауков создают паутины, из которых невозможно вырваться даже человеку. Внимание привлек зеленый дым. Некогда было Риваю думать о смертях близких. Отключив эмоции, он помчался к источнику зелёного цвета. Как оказалось позже, это был Армин Арлерт.