Ты - все

Вы даже представить себе не можете, как меня раздражает, когда Посейдон изображает из себя заботливого папочку. Как будто не он игнорировал меня двенадцать лет! Да, мне досталась часть его силы, но по чисто биологическим причинам! А все эти «ты – мой сын, и я должен находить для тебя время» только испытывает на прочность мои нервы. Вы спросите, с чего вдруг такие пылкие речи? Дело в том, что боги в кои-то веки вспомнили о полукровках. Ну, а там, слово за слово… Короче, было заключено пари. Все боги (ну, то есть те, у кого есть дети-полукровки) отправятся в Лагерь и проведут с нами весь день. Тот, у кого дети будут наиболее счастливы к вечеру, признается лучшим отцом или лучшей матерью. Нет, ну, не идиоты, а? Это не день с детьми, а эксперимент с уклоном на соревнования получается! Детский сад какой-то, честное слово! Но, как бы то ни было, Посейдон стоял сейчас в моем домике, пока я торопливо завязывал шнурки (отец явился в четыре утра). - И еще, - закончил он свое повествование, - по странному парадоксу, пока мы здесь, нас можно убить. - Бессмертных богов можно убить в Лагере? – опешил я. - Да, - с невеселой усмешкой отвечал Посейдон. – Думаю, все дело в том, что здесь живут наши дети, которым мы не уделяем достаточно внимания. - Понял, - кивнул я. – Ладно, любящий отец, пойдем завтракать. Когда мы вместе вышли из домика, почти все полукровки тоже были на улице в сопровождении своих бессмертных родителей. Я поймал взглядом Аннабет и улыбнулся ей. Моя девушка тоже слегка улыбнулась, но подойти не смогла, потому что стояла рядом с Афиной. А сама богиня мудрости, увидев, куда смотрит ее дочь, смерила меня взглядом, который ничего хорошего не сулил. - Не бойся, - шепнул мне в ухо отец. – Она не посмеет причинить тебе вред. Правда, сегодня я бы не советовал тебе близко контактировать с той девушкой. - Знаю, - ответил я. В целом, обстановка царила пока достаточно напряженная. Полукровки изо всех сил старались вести себя, как обычно, но все равно был заметен их подсознательный страх. Ну, впрочем, это и ясно. Вся наша длинная колонна направилась в Трапезную. Хирон и мистер Д. уже были там и поспешили указать богам на их места. К нашей радости, божественные родители не должны были сидеть с нами. Специально для них сатиры поставили большой стол, окружив его резными стульями. Мы почувствовали себя немного свободнее. После завтрака мистер Д. поднялся с кресла и провозгласил: - Доброе утро, герои. Как вы уже возможно, заметили, у нас гости. Мы приветствуем их и предлагаем чувствовать себя как дома. Олимпийцы пробудут у нас до вечера. Надеюсь, каждый из вас внесет посильный вклад в создание для них максимального комфорта. А сейчас, хорошего вам дня. Это он так намекнул, что пора расходиться. Что ж, мы уже давно привыкли, поэтому спокойно повставали с мест и направились на Арену. По пути я заметил, что Афина больше не находится рядом с Аннабет, а отстала далеко позади. Я догнал свою девушку, после чего произнес, стараясь не сильно шевелить губами и глядя перед собой: - Привет. Сначала она испугалась, украдкой оглянулась на мать, но тут же ответила в той же манере – глядя в другую сторону: - Не подходи ко мне сегодня, если не хочешь превратиться в горстку пепла. - Избавиться хочешь? – осведомился я. - Будь это так, я позволила бы тебе поцеловать себя. Лучшего способа убийства и не придумаешь. Я тебе жизнь спасаю! - Знаю, - ответил я. – А вообще, у меня возник теоретический вопрос. Посейдон сказал, что, пока боги здесь, их можно убить. Ты не в курсе, почему это происходит? - Не спрашивай, - покачала головой Аннабет. – Есть вещи, которые известны только богам. Они скрыты даже от нас. То, о чем ты сейчас спросил – одно из этих сверхсекретных понятий. Теперь, Перси, я тебя прошу, иди вперед, пока Афина ничего не заметила! - Мы что, так и будем всю жизнь прятаться?! – нахмурился я. - Нет, не будем, - успокоила меня моя девушка. - Вечером я поговорю с ней, обещаю. Но до этого… - Хорошо, хорошо, - сдался я. – Только, пожалуйста, помни: я тебя люблю! - Я тоже люблю тебя, Перси, поэтому прошу: уйди! Она повернулась ко мне, и в ее глазах отразился такой страх, что у меня все внутри потеплело. Ведь боялась-то Аннабет за мою жизнь, а это дорогого стоит. Чтобы доказать возлюбленной свою любовь, я тут же обогнал ее и пошел рядом с Уиллом Соласом. - Ты чего? – удивленно спросил он, увидев меня. - А что, твой отец тоже будет против? – съязвил я. - Вы с Аннабет поссорились? – полюбопытствовал Уил. - Типун тебе на язык! – отрезал я. – И сто под язык! С чего ты взял-то? - А почему тогда ты не с ней? – опешил Уил. Я, молча, кивком указал на Афину. - О, - осекся сын Аполлона. – Понял, осознал, заткнулся. Больше мы ничего не говорили. Дойдя до Арены, полукровки начали разминку. Богам это было, конечно, не нужно, да и я сильно сомневался, что они станут участвовать в тренировках. Не царское это дело, правда? И я оказался прав. Наши божественные родители тупо уселись и стали словесно подначивать своих детей во время тренировочных поединков. Против меня встал Крис Родригес. Пожалуй, Лагерь Полукровок отличается от Олимпа очень многим. В первую очередь, отсутствием конкуренции между домиками. Поэтому, сражаясь, мы с Крисом весело смеялись и ни в коем случае не желали причинить друг другу вред. Я даже не слушал, как мой отец орал нечто вроде «положи его на лопатки», а просто делал свое дело. Минут через пять Крис уже сидел на земле, а я держал Анаклузмос у его груди. Впрочем, уже долю секунды спустя, мы оба заулыбались. Я убрал меч и подал Крису руку, помогая встать. Краем глаза я видел выражение лица Посейдона, временно лишившегося дара речи. Но какое мне дело? Здесь, в Лагере, дружат все полукровки без исключения. Во второй раз я вступил в поединок с самой Клариссой, дочерью Ареса. Это сражение было сложнее первого и гораздо жестче. Но, опять же, ни я, ни Кларисса не хотели причинять друг другу вред. Просто ни она, ни я не привыкли уступать, вот и сражались как самураи на тропе войны. - Ты покойник, Джексон! – орала Кларисса, яростно размахивая своим электрическим копьем. - Не спеши! – парировал я, защищаясь. Наконец, мне удалось крутануть мечом и выбить копье из рук дочери Ареса. Мы оба тяжело дышали, но острие моего меча упиралось Клариссе в грудь. Впрочем, я почти сразу его убрал, и мы вместе весело рассмеялись. - Что ты творишь? – веселилась Кларисса, поднимая копье. - Тренируюсь, - не остался в долгу я. - Заметно, - фыркнула та. – Спасибо, хоть в этот раз копье не сломал! А то сила есть – ума не надо! Мы оба поймали взгляды отцов. Посейдон смотрел на меня так, словно не верил своим глазам. Арес же был в ярости. Взглянув на бога войны, который, похоже, готов был меня растерзать, мы с Клариссой еще громче рассмеялись. Да уж, если раньше нам было важно, что подумают боги, то после финальной битвы стало глубоко наплевать. Я смело отошел к отцу, убирая меч. Тот все еще пытался прийти в себя. Сами понимаете, то, что его сын вот так легко смеется вместе с дочерью бога войны – явление неожиданное. - Ну, и что это было? – сердито спросил Посейдон. - Что? – нарочито непонятливо спросил я. - Что это за смех после сражения? – продолжал отец. - Во-первых, это была просто тренировка, - пожал я плечами. – А во-вторых, с каких это пор мне запрещено смеяться со своими друзьями. - С друзьями?! – опешил Посейдон. – Ты дружишь с дочерью Ареса?! - Да, дружу, - спокойно ответил я. – И ни разу об этом еще не пожалел. Знаю, для тебя это странно, но, поверь, Кларисса очень отдаленно напоминает своего отца. Да и я не во всем на тебя похож. К тому же, выбор друзей – это мое личное дело. Последнее предложение я высказал на свой страх и риск. Все-таки Посейдон мог и разозлиться. Но вместо этого он вздохнул. - Ладно, только, пожалуйста, будь начеку. Детям бога войны доверять нельзя. - Я доверяю всем полукровкам, как себе, - отрезал я. – Больше, чем себе. Впрочем, тебе этого все равно не понять. - Да, ты прав, - согласился Посейдон. – Чего-чего, а этого я не понимаю. - Тогда закрыли тему, - подытожил я. – Тебе показать наши поля клубники? Однако мой отец предпочел остаться на Арене, дав мне возможность снова приступить к тренировкам. Я с легкостью уложил на лопатки троих сыновей Гермеса, Поллукса – сына мистера Д., двух дочерей Деметры и еще одного сына Ареса. В глазах Посейдона читалась явная гордость. Он все-таки привык к тому, что после поединков мы смеемся, подаем друг другу руки, а иногда и обнимаемся. В общем, моя тренировка проходила отлично. До тех пор, пока Афина не заявила: - Интересно, а как Джексон справится с Аннабет? Ну, час от часу не легче!