Ты - все

Мы с моей девушкой переглянулись. Она уже успела положить на лопатки не меньше полукровок, чем я, и теперь стояла, ожидая следующего смельчака. Но сражаться нам с ней друг против друга… Это что-то! - Думаю, лучше не стоит, - вмешался Посейдон, поймав мой умоляющий взгляд. - Почему это?! – возмутилась Афина. – По-моему, с Джексона пора сбить спесь. Посмотрим, как он посмеется, когда Аннабет положит его. - При всем моем уважении, госпожа, - встрял я в диалог, - мне кажется, что это – не очень хорошая идея. - Что, не хочешь ронять авторитет? – злорадно ухмыльнулась Афина. - Мама! – воскликнула Аннабет. - Простите, - робко обратился к богине Джейк Мейсон. – Раньше эти двое часто становились друг против друга, а потом Хирон запретил. Потому что, как правило, ничего хорошего из этого не выходит. - Вот, пусть они и покажут, что выходит, - отмахнулась Афина и снова обратилась ко мне. – Становись против Аннабет, Джексон. Возражения не принимаются. Мой внутренний голос отчаянно сопротивлялся, заверяя, что это – плохая идея. Но что мне оставалось? Под грозным взглядом Афины я встал напротив своей девушки и поднял меч. Да, Джейк был прав. Ничего хорошего из этого поединка не вышло. Мы с Аннабет так хорошо знаем друг друга, что двигаемся синхронно. Я наперед знаю, что она сделает в следующее мгновение, и наоборот. К тому же, больше всего на свете мы боялись причинить друг другу даже малейший вред, поэтому поединок выглядел, наверное, не очень-то агрессивно. Короче, он закончился ничьей. - Все, довольно – минут через десять остановила нас Афина. Мы тут же убрали оружие и перевели взгляды на богиню мудрости. Никогда раньше я не видел ее такой рассерженной. - С меня хватит! – отрезала она. – Расходитесь! Меньше всего я бы хотел добровольно увеличивать расстояние между мной и Аннабет, но у меня и здесь не было выбора. Я вернулся к Посейдону, а Аннабет – к Афине. - Пойдем отсюда, Перси, - велел мне отец, явно нервничая. Я так и не понял, чего он испугался. Дошло до меня только тогда, когда мы с ним отошли за пределы видимости. До моих ушей донесся сердитый крик Аннабет. - Ах, ты хотела мне что-то запретить?! А какое ты, собственно, имеешь на это право?! Да я тебя и видела-то два-три раза в жизни! Лично я думаю, что мама – это женщина, которая всегда будет рядом со своим ребенком, которая воспитывает его, ходит на родительские собрания… А ты неизвестно, кто! - Ах ты, маленькая… - начала, было, Афина, но, похоже, захлебнулась в собственном гневе. Затем, раздался звук пощечины и вскрик Аннабет. Афина заорала что-то еще, но я уже не слушал. У меня потемнело в глазах. Она ударила ее! Она позволила себе ударить мою милую любимую девочку! Несмотря на протесты отца, я рванул туда. Афина гневно смотрела на Аннабет, занося руку для нового удара. Ее дочь в ужасе отступила на несколько шагов. Впрочем, и те, кто был на Арене, тоже не стояли без дела. Все поединки прекратились, а вокруг разгоравшейся ссоры собралась целая толпа. Никто из богов, однако, не дал своим детям вмешаться, хотя некоторые явно собирались. Нико ди Анджело, например, почти рванулся на подмогу, когда Аид схватил его за шиворот. Но меня-то никто не успел поймать. Братья Стоуллы поспешно расступились, дав мне возможность встать между Аннабет и ее матерью. Я выкрикнул: - Не смейте! - Уйди с дороги, Джексон, - небрежно приказала мне Афина. - Уйду, но только вместе с Аннабет, - отрезал я, не двинувшись с места. Тут подоспел Посейдон. - Афина, пожалуйста! – воскликнул он. – Пожалуйста, сделай глубокий вдох, досчитай до десяти и успокойся! У полукровок есть основания считать нас никуда не годными родителями, и ты это прекрасно знаешь! Афина, в кои-то веки, послушалась. Она вздохнула и отступила в сторону, пропуская нас с Аннабет. Я взял свою девушку за руку и решительно увел, игнорируя взгляд богини, который сверлил мне затылок. - Перси, - окликнула меня Аннабет, пока я, злой, как сто чертей, вел ее к озеру. Тут только до меня дошло, что я сжимаю руку возлюбленной с такой силой, словно хочу сломать, и поспешил ослабить хватку. Впрочем, Аннабет, похоже, беспокоило вовсе не это. - Перси, - заговорила она более настойчиво, - я ценю, что ты вмешался, но ведь нельзя рисковать головой из-за всякой ерун… Я остановился, отпустил руку девушки, но тут же схватил за плечи, яростно заговорив: - Из-за ерунды?! Для тебя это – ерунда, Энн?! Ты отдаешь себе отчет в том, что она тебя ударила и могла нанести куда более серьезные увечья, если бы мы с отцом не вмешались?! Ерунда… Надо же такое… - Но она могла тебя убить! – воскликнула Аннабет. – А для меня, поверь, дорога и твоя жизнь тоже! И, наверное, нам придется смириться с тем, что мы не можем рисковать друг другом. Пару раз слегка соприкоснувшись губами, мы все же вознамерились вернуться на Арену, но тут прогремел сигнал к обеду. - Ну, вот! – опечалилась Аннабет. – Еще потренироваться не получится! Прямо в Трапезную мы не пошли – все-таки правила еще никто не отменял - а присоединились сначала к остальным. Боги явно приуныли – уже обед, а атмосфера все еще царит напряженная. Да и стычка с Афиной, понятное дело, ее не разрядила. После обеда было объявлено свободное время. Увидев, что Афина смотрит на Аннабет так, словно готова растерзать, я поспешно подошел, схватил девушку за руку и увел к своему столику. - Пойдем, посидим в домике? – предложил Посейдон, когда мы все вышли из Трапезной. - Без Аннабет я никуда не пойду! - Да что ж я, не понимаю? – рассмеялся мой отец. – Вообще-то я имел в виду вас обоих. Пойдемте. Знаете, иногда Посейдон – замечательный отец. Он ведь почти не знает Аннабет, и все же позволил ей побыть с нами. Молодец, правда? Конечно, до отца года ему еще далеко, но лично мне кажется, что, если кто-то из Олимпийцев и может быть признан лучшим родителем, то только мой папа!