Мы не ангелы

***

— Ты с Жекой поедешь, — указав рукой на ауди, крикнул Пчела своим силовикам. Те сразу двинулись к машине тяжелыми широкими шагами, не обращая внимания на, мнущуюся рядом с командиром, Юлю. Сам же мужчина надел пальто бежевого цвета, которое, вероятно, обошлось ему в копеечку и, накинув на шею шарф, повернулся к девушке. Его взгляд скользнул по ней сверху вниз, и он улыбнулся уголками губ. — Ну, а ты со мной, маленькая… Юля свела брови к переносице и отвернулась. Ее руки все еще были стянуты жесткой веревкой. Пчела метнулся к ней и, взяв за предплечье потянул в сторону внедорожника. Он открыл перед ней дверь и надавил на плечи, чтобы усадить в салон автомобиля. Когда пленница была в салоне, он обогнул машину и сам уселся на заднее сидение, поправляя плащ. Юля взглянула на него с немою мольбой, прочитав в глазах Пчелкина непонимание, она пояснила. — Может быть развяжете? — А где «пожалуйста»? — Витя не сдержал улыбки, доставая из внутреннего кармана швейцарский ножик. Юля подала связанные запястья мучителю и прикрыла глаза. Витя надрезал веревки, разрывая окончательно. Как только девушка избавилась от пут, она тут же принялась потирать покрасневшие руки, потеряв интерес к Пчелкину. — Даже не поцелуешь? — с иронией спросил он, убирая холодное оружие на место. — За что? За то, что украли меня? — с ненавистью спросила школьница, обнимая себя обеими руками. — И вообще куда мы едем? Вы должны отвезти меня домой! — Да? — с поддельным удивлением и нахальной усмешкой спросил Пчелкин. — Боюсь туда ты еще не скоро отправишься, — резко посерьезнев, мужчина отвернулся, устремив взгляд в окно, — у меня дела…       Всю оставшуюся дорогу Пчела молчал, изредка указывая водителю, куда нужно свернуть. Но напряжения между ними не было, потому что Юля тоже не хотела особо о чем-то болтать. Вместо этого она вглядывалась в его черты, что-то ей казалось в нем очень знакомым. Как будто раньше она где-то видела эти золотые вьющиеся волосы и выразительные голубые глаза, которые, казалось, меняли свой цвет в зависимости от настроения хозяина. Вскоре Юля тоже погрузилась в свои мысли, уставившись в затонированное окно автомобиля. Она думала о том, как должна себя вести, ей было страшно, но в то же самое время она хотела продолжения, хотела узнать о том, что вообще происходит сейчас. Ее не волновало куда они едут, она перестала понимать дорогу еще на пол пути, ведь каменные джунгли Москвы сменились грунтовой дорогой, на которой нехило потряхивало. На одной из кочек Высоцкую даже отбросило в сторону похитителя, чем она вызывала его усмешку. После этого был застегнут ремень безопасности. В остальном же тишину в машине сглаживал шансон, который играл по радио и редкие переговоры водителя по рации. Вскоре внедорожник. Скрипя тормозами, остановился, и водитель вытащил ключи зажигания. Пчела открыл себе дверь, но не успев вылезти из машины, посмотрел на девушку, что-то обдумывая. — Сиди здесь, пока не прикажу — не высовывайся! — полушепотом наказал он, смотря на нее безразличным взглядом. — Я ненадолго. И дверь машины за ним с грохотом закрылась. Юля выдохнула. Сердце подсказывало ей. Что она ввязалась во что-то покруче, чем рыночные кражи и просто так она уже из этой машины не уйдет. По крайней мере, что-то внутри ей подсказывало, что похититель ее не отпустит. А кстати о нем. Она ведь даже не узнала, как его зовут… Она отстегнула ремень безопасности и, забыв о приказе, вылезла из машины. Прикрыв за собой дверь, она увидела перед собой странную картину. На дороге было полным-полно машин, выстроенных рядками, перегораживающими всю проезжую часть. Перед, рядом и у машин стояли крепкие мужчины, а в далеке Юля даже смогла различить фигуру того самого незнакомца в бежевом плаще. Рядом с ним были еще несколько парней, видимо они были самой настоящей бригадой, которых в последнее время развелось очень много. В нескольких метрах напротив бригады в ряд стояли другие криминальные авторитеты, с таким же набором машин. Кажется, они о чем-то беседовали. Юля прошла чуть вперед, обходя машину. По коже пошли мурашки, то ли от холодного ветра, то ли от страха перед неизвестностью. Мужчины вокруг кидали на нее голодные взгляды, когда она проходила мимо них. Складывалось ощущение, что они видели женщину в первый раз в жизни. Находясь на расстоянии полутора метров от своей цели, Юля услышала громкий выстрел, не ожидая которого упала на колени. Коленку защипало. Кажется разбила. Черт! — тихо выругалась она. Вокруг мужчины засуетились, доставая из внутренних карманов плащей огнестрельное оружие. Кое-как поднявшись с земли, придерживаясь за край машины, Юля пыталась понять, что происходит. Стоило остаться действительно остаться в машине. Между группировками началась реальная кровавая перестрелка. Некоторые бугаи уже пережимали кровоточащие раны и пулевые ранения. Незнакомец в бежевом плаще исчез из вида, и Юля испуганно озиралась в поисках поддержки. Колени горели огнем, и девушка была не в силах двинуться, ноги стали ватными. Тут ее сзади схватили за руку, настойчиво потянув назад. Она вздрогнула всем телом, зашипев от боли. — Дура! — зло проорал Пчелкин, до боли сжимая ее руку. — сказал же не рыпайся! Цела? — он оценивающе оглядел ее с ног до головы. Заметив разодранные колени, он потянул ее на себя подняв на руки. Впервые Юля не приняла попыток борьбы, схватившись до побеления костяшек в его плечи. Широкими шагами он пересек расстояние до внедорожника и аккуратно усадил ее в салон, захлопнув дверь. Сняв пальто, он сам присел назад. Машина тут же двинулась с места, торопливо набирая скорость. Пчела выдохнул, чуть умерив свой пыл. — Зачем высунулась? — Не знаю, — не отойдя от шока, промямлила девушка. Ее руки все еще были сжаты в кулаки и потрясывались, как будто она все еще держалась за спасительный бежевый плащ. — Как тебя зовут? — резко перейдя на «ты», она повернула голову, посмотрев на него глазами полными слез. Витя издал нервный смешок, провёл рукой по волосам. Приоткрыл окно и закурил сигарету из помятой пачки «самец». — Ты ради этого рискнула меня не слушать? — девушка быстро кивнула, и Пчела рассмеялся еще громче. — Ну ты реально сумасшедшая! — Он выкинул окурок в окно, предварительно затушив. — Я Витя. Витя Пчелкин. Юля округлила глаза, чуть приоткрыв рот. В ее голове все встало воедино. — Из 46ой школы? — Да, — удивленно ответил мужчина. — Вадим Высоцкий, мой брат старший, с вами учился… мы на физре виделись… с тобой… там еще вроде твой приятель был Белый или как его там… — широко улыбаясь, пролепетала девушка. — Помню такого, он у меня Светку из 9б увел… — улыбнулся парень. — Как он кстати? Чем живет? Я бы с ним побазарил насчет твоего поведения, того глядишь мозги вставит! — Он… — ее лицо моментально помрачнело, и она отвернулась к окну. Тема брата до сих пор вызывала в ней эмоциональную бурю, на глаза накатывали слезы, а в горле образовывался ком. — Убили его на рэките… в восемьдесят девятом… он вроде с Мухой связался и… — Прости, — в голосе Вити звучали искреннее соболезнования. Он сто раз успел пожалеть, что задал девчонке такой вопрос. Незаметно для Юли он обхватил ее рукой, прижимая к себе. Юля уткнулась носом в его грудь, вдыхая запах терпкого парфюма и сигарет, и тихо всхлипнула. По ее щекам покатились слезы, и Пчела крепче прижал ее к себе, поглаживая по волосам. Что-то внутри него встрепенулось в этот момент. Еще никто, ни одна девушка, не плакала при нем. — Тш, маленькая…       Через несколько минут она перестала плакать, но душевная боль, которая отдавалась резью в груди, продолжала ее душить. До самой последней минуты Витя не выпускал девчонку из рук, то ли из жалости, то ли из-за чувства вины. У самого офиса он накинул на нее плащ и вынырнул из салона. Открыв с Юлиной стороны дверь, помог ей выйти из машины и, приобнимая за плечи, повел к офису. Он пропустил девушку вперед, указав ей на диван в приемной. Юля медленно опустилась на него, кутаясь в огромный плащ Пчелкина. — Привет, Людочка, — улыбаясь во все тридцать два зуба, мужчина оперся о стойку бухгалтерши. Та лишь хмыкнула и продолжила что-то усердно строчить на компьютере. — Братва в кабинете? — люда кивнула, не отрываясь от экрана. — строга, но справедлива, — подметил Пчела, оторвавшись от стойки. — Коньячка налей нашей гостье, — скомандовал он и, уже повернувшись к Юле, добавил. — Я скоро. Сначала дела, потом решу, что с тобой делать… Не дожидаясь ответа, Витя ушел в соседнюю комнату, плотно закрывая за собой дверь. Вскоре Люда принесла рюмку коньяка, которую Юля на вдохе осушила. День был насыщенным, время тянулось медленно, девушке казалось, что она уже вечность ждет Витю. Когда же разборки закончились, и все члены бригады вышли в приемную, Пчела застал Юлю уже спящей, свернувшейся комочком и пускающей слюни на его плащ. При виде такой картины, он невольно улыбнулся.