Мистер Смерть

Область, не имеющая постоянных координат

Зависшая вне времени

Или проще — Чертоги Смерти

Углы просторного тронного зала утопали во тьме. Звенящая тишина, царившая здесь, изредка нарушалась лишь шелестом старых страниц. Свет, проникающий через изломанные неровными фигурами витражи окна, был тусклым. И беспомощно терялся, смешиваясь с излучаемым мириадами звёзд, рассыпавшихся по ночному небу, вырванный кусок которого заменял потолок. Но хозяин этого места не обращал внимания на такие мелочи, как его великолепие, полностью отдавшись чтению. Расположившись на троне, выточенном в монументальном осколке чёрного камня, он всматривался в книгу, удерживаемую неведомой силой перед ним. Взгляд его быстро бегал по строчкам, а одна из рук, не затянутая перчаткой, бережно и почти ласково перебирала нити судеб, что ниспадали с потолка серебряным ворохом. Свободной же рукой существо лениво почесывало ворона, что с надменностью взирал на мир красным глазом, расположившегося на подлокотнике. Покой был нарушен в один миг. Встрепенувшись, оно выпрямилось, почувствовав незначительные, знакомые пространственные колебания. Подобное, но значительно слабей, происходило, когда особо удачливые, но не особо умные разумные пытались призвать да подчинить себе смерть, и у них что-то начинало получаться. Хах. Дети проводили ритуалы, ломали реальность, в попытках достучаться до высших сил. И при самых скверных стечениях обстоятельств, даже доставали из-за грани каких-нибудь чудовищ, там обитающих и с довольством лакомящихся неудавшимися господами. Но этот раз был отличным. Прислушавшись, существо, тяжело вздохнув, с громким, для этого места, хлопком закрыло книгу душ, распугав резким движением робкие тени, что так и ластились к своему повелителю. Больше для себя, симулируя внешние проявления чувств гуманоидной расы, представителя которой он по старой привычке имитировал, раздражённо потёр переносицу. Нити, как и книга, исчезли, повинуясь короткому взмаху руки. В последние временные промежутки, всё больше и больше душ попадало к нему раньше положенного. И что примечательно, большинство таких «поспешивших», было из одного единственного мира. Что нестандартно. Эту реальность в основном населяли короткоживущие виды, и для войны, какой она могла предстать с учётом среднего уровня цивилизации, прошло слишком много времени. Не то чтобы этот факт как-то влиял на него лично, ангелов и их «работу». Но существо, вопреки всей его отстранённости, не очень любило, когда невинные разумные испытывали столько страданий, и, тем более, прерывали нити судеб, что так любезно были для них сплетены, так до конца не пройдя по отведённой им тропе. Да, он ещё испытывал эмоции. Кто вообще сказал, что Смерть не может их иметь? Да, они слабые и иногда непонятные для остальных, но они есть! Когда он того хочет, конечно. Дошло до смешного. Он лично посетил вызывающий беспокойство мир, намереваясь на месте выяснить причины подобной ситуации. Стоило ему там воплотиться, как поток душ уменьшился до стандартного: плюс-минус миллиард. И он, неоправданно (как выяснилось позже) сочтя дело сделанным и не найдя ничего интересного, спокойно вернулся к рутине, не забыв, разумеется, избавиться от всяких следов своего присутствия. Представьте удивление Смерти, когда количество трупов вновь скачкообразно возросло. Даже с ещё большей интенсивностью и настойчивостью. Его ангелы и сборщики потерянных душ взвыли от количества свалившейся на них работы. Просмотрев воспоминания умерших разумных, он пришёл к выводу, что в этой реальности стихийно образовался культ, что безуспешно пытается привлечь его внимание. Это не являлось чем-то экстраординарным, потому оно не стало особенно беспокоиться. Ограничившись только созданием ещё нескольких ангелов смерти, и направив их исключительно в этот мир. Засим, его формальные обязанности и полномочия себя исчерпали, и он просто постарался больше не обращать внимания на это. Отдавшись воспоминаниям, существо перевело слегка рассеянный взгляд на ворона, что почувствовал настроение хозяина и переминался с лапы на лапу. Успокоив птицу, он хотел встать с трона, отгоняя непрошеные мысли, но остановился, почувствовав, что кто-то приближается. Этот «кто-то» ощущался странно, не мёртвый, живой, и не ангел. Интересно, редкое зрелище. Гость оказался ещё и вежливым, и не заставил себя долго ждать.

POV Стефан, колдун, на минуточку (но вообще-то пожизненно) Стрэндж.

Отправляясь в портал, он рассчитывал на попадание как минимум в Ад или другое, не менее подходящее для обитания демона, место. Но никак не думал, что очухается в коридоре странного, средневекового замка. Стены окружающие его, уходили ввысь и скрывались в белёсом тумане, что клубился над головой. На них, выделанных из больших блоков неизвестного камня, крепились факелы, полыхающие синим огнём. Большие окна на одной стороне, и одинаковые двери на другой, придавали и без того странному месту пугающий иррациональный вид, так как коридор казался бесконечным и однообразным. Сглотнув, Стрэндж выглянул в окно. Там, насколько хватало взгляда, простирался белый туман, полностью лишая возможности что-либо рассмотреть. Если было что — поправил себя Маг. Он подошёл к ближайшей двери и дёрнул за красивую резную ручку. Холодную. Та, как он и подозревал, не открылась. Не придумав ничего лучше повторяя это с каждой дверью, Маг продвигался вперёд. Неожиданно, одна из дверей поддалась. Аккуратно заглянув внутрь, Маг осмотрел помещение на предмет опасности, подсознательно готовясь к неминуемой атаке. Каково же было его удивление, когда там обнаружился точно такой же коридор. Понимая, что в его ситуации может быть что угодно, например, заклинание, воздействующие на разум, Стефан уселся прямо на каменный пол и погрузился в медитацию, стараясь очистить разум. Странно, что он не сразу додумался до подобной проверки. Дело привычки? Скорее всего. Всё было в порядке. Никаких воздействий извне. Продолжив самое результативное из своих действий: он нашёл ещё несколько открывающихся дверей, которые каждый раз, как Маг стал подозревать, вели в один и тот же коридор. Решив в этом убедиться, Стефан стал оставлять в каждом коридоре по иллюзии. Но у него ничего не получилось. По какой-то причине (он склоняется к особенности места, куда он попал) магия не работала. К счастью, у него нашёлся нож. Но попытка оставить засечку на двери не увенчалась успехом. Непонятно из чего была сделана дверь, но точно не из дерева. Забег по бесконечным коридорам продолжился. В какой-то момент он обратил внимание на шныряющие туда-сюда смутные тени. Попытавшись разглядеть и поймать одну такую, он потерпел неудачу, а по разуму ударила волна негодования, злости и какого-то отчаянья. Столь сильная негативная эмоция ошеломила его. Очень быстро ему надоело. От бесконечных коридоров и дверей уже рябило в глазах. Он попытался колдануть что-нибудь убойное, и выбить к чертям собачьим эту неоткрывающуюся дверь! Но, как и при попытке создать иллюзию, он потерпел крах. Раздражённый своим бессилием, Стрэндж попытался воспользоваться другими способностями. Ни одна не сработала. Лишь деформация материи дала пусть и какой-то не такой, но результат. В общем, бабахнуло. Да так, что Стефана откинуло назад. Очень удачно откинуло, он попал прямиком в окно. И, выбив стекло, полетел прямо в белёсый туман. Стрэндж среагировал мгновенно и попытался взлететь с помощью плаща. Но тот не подчинился. Казалось, что-то закрыло между ними связь. Предпринять что-либо ещё он не успел. Его поглотили клубы белого тумана, моментально отключая сознание. Он осознал, что снова стоит в злосчастном коридоре. Резко развернувшись, маг уставился на невредимое окно. Плавные линии витража сложились в злорадную усмешку. Протёр глаза, прогоняя наваждение. — Да что тут происходит! — громко воскликнул он. Его голос отразился от стен многоголосым эхом. Ответом магу служила лишь тишина. Обречённо вздохнув, Стефан продолжил свои похождения. Ему казалось, что прошла вечность. Он не был уверен, сколько времени тут бродит. Внутренние часы сбились из-за отсутствия каких-либо ориентиров. Очередная дверь, в очередном коридоре поддалась. Прошёл в новый, старый, коридор. И машинально оглядевшись, маг уже собрался продолжить, как замер. Неверяще перевёл взгляд, уставившись вглубь коридора. Там, бесконечно далеко от него, виднелся хорошо контрастирующий с окружением чёрный проход. Попытка открыть портал ожидаемо провалилась, и ему пришлось бежать к нему на своих двоих. М-да, казалось, он был ближе. Сколько это продолжалось, опять сказать точно он не мог. Но стоило ему пересечь какую-то незримую границу, как расстояние мгновенно сократилось. Такие игры пространства-времени начинали надоедать, он даже соскучился по демонам. От неожиданности повалившись на пол, маг выругался. Перед ним предстали огромные чёрные двери. Издалека они казались куда меньше. На них изображалось какое-то сражение. По обе стороны от них стояли рыцарские доспехи, метра под четыре точно. Странно, что он не заметил их раньше. Чёрные исполины, казалось, поглощали весь свет. А из сочленений струился белый дым. Они возвышались над ним двумя угрожающими гигантами, что не предвещали ничего хорошего тому, кто захотел бы пройти мимо них. В руках у одного покоился двуручный клеймор, навершие которого было украшено красиво огранённым белым кристаллом, что тускло светился. Второй держал огромный щит. Готовясь к не прогнозируемому, но, несомненно, опасному развитию событий, маг аккуратно дотронулся до двери. Ничего не произошло. Уже смелей он толкнул створки. Те хоть и были неимоверно тяжёлыми, но не издавали никаких звуков, и легко открылись. Чтобы тут же закрыться за его спиной, отрезая все пути отступления, стоило ему зайти. Но Стефан даже не заметил этого, так как замер, заворожённый открывшимся видом на большой зал. Рассматривая открывшееся пространство, он не сразу заметил владельца этих мест. Лишь подойдя почти к самому трону, и оторвав, наконец, взгляд от невероятного потолка, Стрэндж посмотрел на него. Не так он себе представлял грозного демона, грозящегося уничтожить мир, ой не так. С первого взгляда он подумал, что это человек, но, присмотревшись, отмёл эти мысли. Ну, не бывают люди такими… На фоне огромного трона и необъятого для взгляда пространства зала фигура казалась мелкой. С удобством развалившись на престоле, существо поглаживало ворона, что сидел тут же на подлокотнике, и смотрело на него. Было сложно понять, какие эмоции оно испытывало в данный момент. Решив, что, если его без стеснений рассматривают, он тоже может, Стрэндж уставился в ответ. Перед ним, на первый взгляд, сидел молодой юноша. Его длинные, чёрные волосы контрастировали со слишком бледной для живого существа кожей. Черты лица были тонкими, точеными, хищными. Высокие скулы, тонкий нос, узкий подбородок вместе создавали образ невероятно прекрасного, но опасного создания. Прищуренные зелёные глаза, казалось, слегка светились во тьме. Корона с тонкими зубцами, направленными вверх, украшенная небольшим чёрным камнем в центре, вполне естественно и как-то буднично покоилась на его голове. — Ты кто? — вырвалось у Стрэнджа, прежде, чем он понял всю банальность и опасность этого, казалось бы безобидного вопроса. Существо, а точнее определить Маг не взялся бы, не смутилось. Вернее, не испытало никаких чувств, что могли бы отразиться на лице. Молчание затянулось. Маг посчитал, что ему и вовсе не ответят. Но собеседник всё, же медленно произнес: — Смерть, — разомкнулись тонкие губы, тихий голос поразительно хорошо разнёсся по залу, — кто же ты, заблудшая душа? — Не Дормамму? — засомневался, по вполне понятным причинам, Маг. Но в этот раз не был удостоен и попытки ответить. Назвавшийся громким именем лишь слегка дёрнул бровью, выражая то ли сомнения в его умственных способностях, то ли удивление. — Ну да, глупый вопрос, — чуть стушевался Маг, даже отступив на шаг. Сглотнул и попытался вернуть себе достоинство: — Меня зовут Стефан Стрэндж, но называйте меня доктор Стрэндж, пожалуйста. Я Мастер Мистических Искусств. Если ты Смерть, значит, я умер? — видимо, кто-то всё-таки накосячил с ритуалом, и его просто прикончило. Печальный конец, однако. — Нет. — А что я тогда тут делаю? — Я не знаю. Простота этого ответа, когда он привык что все ходят кругами, вьют словесные кружева и сыплют тяжелой философией, понять которую и с «расширенным сознанием» сложно, обескуражила. Настолько, что Маг не успел задать ещё один вопрос, прежде чем «Смерть» продолжил. — Ты точно не мёртв. Твоя жизнь не закончена, а нить судьбы не оборвана. Но при этом ты, почему-то, в моих чертогах. Не в последнем пристанище и даже не в лимбе или ещё каком новоделе, а у меня. Ты точно не пересекал реку забвения, — озабоченность, выражаемая только голосом, сменилась неким подобием обеспокоенности, — в любом случае тебе следует уйти как можно скорее, или твоя тень останется здесь навсегда. И надеюсь, ты не пытался выпрыгнуть в окно, если да, то тебе необходимо поспешить. И так потерял много света от нахождения здесь. Почему-то, от сказанного вроде бы безобидным тоном, волосы вставали дыбом. Хоть Стрэндж и не понимал, о чём говорит Смерть, но это явно было что-то не очень хорошее. Его внутренний скептик пусть и не верил в слова странного существа, но если есть маги, то почему бы, не быть и смерти, правда? Логично. — И как же мне отсюда уйти? Обычно ему не давали чётких инструкций. Просто сообщали о проблеме и махали ручкой, на удачу. Но, ему попался нетривиальный собеседник. А значит, почему бы не поверить в чудо. — Я помогу, — с этими словами, в подставленную руку Смерти с потолка спустилась одинокая серебристая нить. Стрэндж не успел поинтересоваться, как именно ему «помогут». Почувствовал, будто его просто выталкивают из пространства, подменяя координаты места нахождения его тушки. Когда он пришёл в себя от столь странного способа перемещения, понял, что находится в родном храме, а хранители добивают Кецилия и его приспешников. Ритуальная схема, начерченная последними, медленно истлевала, прожигая деревянный пол. Заменять придётся… Всё-таки облажались, устало думает маг и откидывается на пол, прикрыв глаза. Ему надо немного отдохнуть и обдумать произошедшее. А с мировым злом там кажется, справились и без него.

Конец POV Великий маг, спаситель мира и просто хороший человек.

Неординарный человек. Подумал Смерть, просматривая жизнь заглянувшего к нему Колдуна. Будучи врачом, многих он вырвал с порога его царства. На это ушли секунды. Как только пространство за неожиданным гостем окончательно схлопнулось, из ближайшей от трона тени выглянула невысокая девушка. Облачённая в белое лёгкое платье, выполненное на манер тоги, она сразу захватывала внимание, выделялась. Её белые, длинные волосы водопадом мягких кудрей падали на плечи и спину. Обуви не было, разве что, ногу украшал золотой браслет. Ясные голубые глаза смотрели пронзительно, в самую душу. В свете космоса она сильно выделялась на фоне мрачной обстановки замка. Будто ненавязчивый ореол света окружал её. Стоило ей осмотреться, убедившись, что больше никого нет, как она бросилась с объятиями к Смерти, окончательно спугнув птицу и тени. Заключив того в них, засмеялась. Смерть осторожно сомкнул свои руки на её спине. Для него Жизнь была как любимая младшая сестра. — Выражаю радость от встречи! —защебетала Жизнь, удобнее устраиваясь в объятиях. — Как ты тут? Давненько я к тебе не заглядывала, прости. Столько навалилось. Вот загрузила своих, и сразу сюда. Но смотрю, у тебя тоже дел полно и ещё столько же! А что это был за человек? Что, поклонники проходу не дают, всё ломятся и ломятся?! Кстати, как там шестьсот шестнадцатое скопление миров? Всё ещё доставляет неприятности? — Я бы не назвал это «неприятности», — покачал головой Смерть и растрепал волосы на голове у Жизни, за что получил тычок локтем в живот. — Кхе… ты разбиваешь мне сердце, дай хоть чуть-чуть тебя погладить. — Ну ладно, — с мнимой неохотой она согласилась, — что это тут было? — Человек, как ты могла заметить, маг. Ненамеренно оказался здесь. Интересная закономерность: он тоже из шестьсот шестнадцатого. Уже седьмой призыв оттуда за последние сто… лет. Никак не успокаиваются, — печально проговорил он, не переставая гладить девушку по мягким волосам. — Так вмешайся, — не поняла она его тона и ему одному видимой проблемы. — Ты же знаешь, что я стараюсь бездействовать. Да и не хочется нарушать равновесие по таким пустякам. — Ой, да ладно! Когда это было. К тому же, о каком равновесии ты говоришь? Сам же рассказывал, что высший арбитраж пал вместе с древом. Да и к тому же, — упрямо надула Жизнь губы, и с пренебрежением добавила, — они бы при всём желании нам ничего не сделали. — Ты права, но всё же… — К тому же, мне тут небесные сферы нашептали, что тебе бы не помешало смотаться в тот мир. Ну, вдруг, ещё и что-то интересное найдёшь, — и многозначительная улыбка, впрочем, оставшаяся незамеченной, так как она сидела спиной к нему. — Думаешь? — с сомнением пробормотал Смерть. Не любил он авантюры, особенно когда его сознание, погребённое под множеством второстепенных задач, не успевало спрогнозировать их исход. — Ага. Поэтому, когда в следующий раз пригласят, не отказывай в чести, — Смерть мог поклясться чем угодно, что с последними словами по лицу его сестры расползлась гаденькая ухмылка. — Ладно, возможно, — расплывчато проговорило оно, а после сменил настроение разговора, — как насчет чая? Или предпочитаешь прогулку по садам? — Гулять, — спрыгнув с насиженного места, то есть с колен Смерти, согласилась Жизнь. Существо поднялось с трона вслед и предложив локоть, повело её к выходу. Они могли бы использовать любой другой, более быстрый способ добраться до пункта назначения. Но такая неспешность и полное подражание существам живым и материальным были некой негласной традицией. Когда они покидали зал, два стража отдали им честь, на что Жизнь лишь мимолётно улыбнулась, одарив обоих приятными благословлениями. ***

Шестьсот шестнадцатое скопление миров.

Мир, являющийся неформальным центром.

Вселенная.

Галактическая нить Рыб-Кита. Сверхскопление Ланиакея. Скопление Девы. Местная группа галактик. Млечный путь. Рукав Ориона. Солнечная система. Планета земной группы с невнятным названием, то ли «Почва» то ли «Земля». Один из материков.

На улицах Нью-Йорка жизнь текла своим чередом. Всё было мирно и относительно спокойно. Чего не скажешь о Центральном парке. Вот там сейчас происходило чёрте что. А его оцепление людьми в военной форме служило лучшим этому заявлению подтверждением. — Трепещите, жалкие людишки! Ещё немного, и смерть ступит в наш мир! И тогда вы все преклоните колени пред моим величием! — вещал экстравагантно одетый мужик среднего возраста на весь парк. Его можно было бы счесть местным сумасшедшим чудиком. Если бы он не стоял у подножья рукотворного зиккурата, прикрытого магическим куполом. А вокруг не бродили сотни зомби, что были подняты после того, как их убили и пустили кровь на алтарь в центре пирамиды. Всё это действие сопровождалось сгущавшимися тучами и тяжёлым от витающих в нём запахов воздухом. ЩИТ, а это именно его бойцы окружили парк, предпринимал меры предотвращения и противодействия нарастающей угрозе. Судить об их эффективности не приходилось. Ничего не помогало, защитный купол уверенно выдерживал попадание крупнокалиберных орудий. Спецназ разводил руками, мол, мы сделали всё что смогли, но эта херня уходит даже под землю. Поднятые мистической силой мертвецы, спокойно проходившие сквозь плёнку купола, доставляли много проблем. Их ничего не брало. Они продолжали упрямо сражаться, даже если от них мало что оставалось. Оторванная рука, что уверенно ползла в сторону врага, ещё долго будет сниться особо впечатлительным людям в кошмарах. Тактика «отрубил голову и отбежал» — не работала совсем. И как ЩИТ мог упустить такое из виду, резонно спросите вы? А мы вам ответим: очень просто. Колдун, проклятый, наложил иллюзию, скрывшую половину парка от глаз. И действовал почти незаметно. Но месяц назад в Нью-Йорке, в окрестностях парка, массово стали пропадать люди. Полиция сначала пыталась найти преступника или, что более вероятно, преступников, своими силами. Не смогла и передала дело более квалифицированным специалистам. Те тоже ничего не выяснили и дело приняло оборот совсем скверный. И, как бы признавать это было не тяжело, лишь благодаря Локи, что по (сомнительному как ни посмотри) решению суда Асгарда был сослан на Землю в сопровождении Тора и под присмотр Мстителей в целях так называемого исправления, они смогли найти это место. Что он сделал? Просто проходил мимо. Чуйка у него, видите ли, на магию. По прибытии команды Мстителей, в полном составе, а также вспомогательных сил специального назначения, Бог повыступал, но обнаруженную иллюзию честно разрушил. Картина, открывшаяся неподготовленным зрителям, была, мягко скажем, колоритна. Деревья и трава выжжены, по пепелищу бродят мертвецы. Также можно было заметить несколько клеток, в которых сидели люди, но их было очень мало по сравнению со списком пропавших. Самым пугающим и настораживающим был зиккурат, сложенный из человеческих черепов, разной степени свежести. Возглавлял этот парад безумия старец, уже сам похожий на мертвеца. Пепельно-серая кожа, впалые щёки и горящие сумасшествием глаза. Одетый в чёрный балахон и с жезлом в руках он производил очень верное впечатление поехавшего маньяка. Поняв, что его обнаружили, Маг быстро отгородился ещё одним куполом и развил бурную деятельность. Чертя различные знаки, фигуры, при этом, не переставая бубнить себе под нос странные фразы на латыни, временами гнусно похихикивая. Когда он закончил с этим, то стал вещать речи о своём будущем мнимом величии. — Да твою же мать, сука, тварь такая, ну я до тебя доберусь, — сквозь зубы процедила Наташа Романофф, известная как чёрная вдова, бессильно наблюдая, как сумасшедший тащит на алтарь совсем юную девчушку лет семи. Та отчаянно сопротивлялась и звала маму. Она уже видела, что происходило с людьми, когда их отводили туда. Наташа всадила весь магазин от пистолета в этот трижды проклятый купол, но так и не добилась успеха. И сейчас вместе с Бартоном удерживала мечущегося в бессильной ярости Стива. Капитан Америка, осознав, что собирается сотворить гнусный подонок, вырвавшись из захвата своих товарищей, рванул к куполу и начал бить по нему кулаками. В попытке отвлечь Мага от того, что тот собирался сделать. Старк отвёл взгляд, он уже пытался пробить защиту всем своим не скудным арсеналом, но это, казалось, лишь позабавило его создателя. Брюс, уже давно обратившийся Халком, в исступлении молотил купол. Но тот оставался целым, что уж говорить, если даже молот Бога грома не смог его повредить. Сам Тор сейчас стоял рядом с Локи и тяжело дыша, сжимал руку на рукояти молота с такой силой, что впору было побеспокоиться, а не раскрошится ли она. Военный и агенты, наблюдавшие за этой картиной, испытывали разные чувства. В большинстве своём схожие с эмоциями Мстителей. Но были и те, кто критиковал их за то, что те ничего не делают, хотя и поклялись их защищать. Маг тем временем дотащил девочку до вершины зиккурата и, достав из складок плаща изогнутый клинок, заговорил. — О великая! Откликнись на мой зов! Прими же эту жертву! — дальше пошло непонятное словоизлияние на латыни. Дочитав молитву, он, полоснул кинжалом по горлу девчонки и пролил её кровь на алтарь. Крик ребёнка оборвался, превратившись в хрип и бульканье. Но и этот звук быстро затих. Окропив плиту, сумасшедший отбросил тело и победоносно усмехнулся. Локи, Бог, между прочим, до этого вместе со всеми наблюдавший за не очень увлекательным зрелищем, скорее скучавший, впервые по-настоящему напрягся. А потом и вовсе в неверии уставился в одну точку, где-то на вершине зиккурата, над плитой алтаря из белого камня. Но никто не обратил внимания на его поведение. А зря. Ситуация неуловимо изменилась. Природа, будто чувствовавшая, что сейчас что-то должно произойти, заволновалась. Где-то тревожно закаркали птицы, ветер усилился, заставляя ветки обгорелых деревьев жалобно скрипеть, тучи, до этого сгустившиеся над парком, разразились раскатами грома и каскадами молний. Но вот, звуки как отрезало. Словно в замедленной съёмке люди и боги наблюдали за образовывающейся дырой в пространстве над зиккуратом. Чёрная трещина медленно разрасталась. Выглядела она, будто кто-то неаккуратно резанул ножницами реальность. Когда арка полностью сформировалась, из неё повеяло могильным холодом и ужасом, пробирающим до костей и заставляющим волосы на затылке шевелиться, а сердце пропускать пару ударов. Из таинственного перехода показалась фигура «человека». Человек — это скорее образно, так как раса существа была неопределима. Вокруг тела заглянувшего на огонёк сплетались жгуты непроглядной тьмы, ткань плаща открывала взгляд на безоблачное ночное небо, а свет окружающей среды стыдливо вяз в обволакивающем фигуру мраке. На голову был накинут капюшон, что совершенно не мешало разглядеть слишком бледное молодое лицо. Глаза его были закрыты. Казалось, что он парит над землёй. Стоило зеву перехода сомкнутся за его спиной, из-за разницы в давлении обдав волной ветра, как на белокаменную плиту алтаря, окрашенного в кроваво красный, ступила босая нога существа. Ещё через пару секунд оно распахнуло свои глаза и рвано вдохнуло. Медленно повернув голову, оно бездумно осматривалось по сторонам, казалось, не замечая ничего вокруг. Но вот его взгляд упал на труп ребёнка, потом на старика. Охватил группы людей вокруг. — Да! Да! Теперь видите, глупые смертные?! Я вызвал смерть! Став её Хозяином, я непременно обрету величие! И вы познаете боль! — разразился старик новой тирадой. От сторонних наблюдателей не укрылось как при его словах лицо неизвестного, окрещённого самой Смертью, на миг исказилось. Всего лишь дёрнулся уголок губ, но… Мстители заметили. А ещё они заметили, что с закрытием арки исчез и барьер, то единственное, уберегающее мага от неминуемой, без сомнения мучительной, кончины. Наташа уже хотела выстрелить в психа, но этого не понадобилось. Существо, неуловимым для глаза, движением повернулось к Магу, и мазнуло по лбу старика двумя пальцами затянутой в перчатку руки. Не успевший ничего предпринять маг так и обмер. Простояв пару секунд, старик захрипел и упал на землю, корчась в судорогах от невероятной боли, пронзившей его тело. Существо обвело пепелище задумчивым взглядом и недовольно прищурилось, смотря на зомби. Тем, кажется, хватило и этого. Они опали на землю, будто марионетки, которым обрезали нити, истлевая за секунды. Старик, наконец, затих. Непонятный тип поднял руку. Пара мгновений, и из уже мёртвого тела вырвался сгусток света, впитавшийся в подставленную ладонь. Это послужило тем самым сигналом, что вывел людей из ступора. Они засуетились, кто-то побежал к пленникам в клетках. Кто-то отправился изучать местность, ранее закрытую барьером. Мстители поспешили окружить странное существо, продемонстрировавшее такие настораживающие способности. Но то не обратило на них внимания. Не спеша спустилось, прямо по костям, чудом не иначе удерживая равновесие, подошло к искалеченному падением телу ребёнка. Стив уже было хотел крикнуть, чтобы то не смело осквернять труп невинного, как был остановлен последующими действиями существа. Опустившись на корточки, оно перевернуло тело и провело рукой над страшной раной. Та, подчиняясь его воле, начала прямо на глазах зарастать, с неприятным, чавкающим звуком образовывая новые мышцы, сосуды, плоть и кожу. Одновременно с этим перед ним появилась книга, а в его руке перьевая ручка. На ней сидел маленький чёрный паук. Он, спрыгнув на лист бумаги, начал перебирать своими крохотными лапками, быстро образуя между ними нечто серебристое. Дождавшись пока паук слезет, непонятное существо принялось что-то быстро писать на пустой странице. Невольные зрители настороженно замерли, приготовившись к чему угодно и покрепче сжимая оружие. Только Локи, пока смутно осознающий, что сейчас происходит, остолбенел, восторженно следя за разворачивающимся действием, боясь пошевелиться лишний раз, дабы не спугнуть такое чудо как полноценное воскрешение. Неизвестное существо закончило писать. К этому моменту рана девочки полностью затянулась, и оно свободной рукой забрало у паучка его работу. Это была тонкая серебристая нить. Паук, освободившись, забрался обратно на ручку, чтобы тут же исчезнуть вместе с ней. Захлопнув книгу, существо подняло голову ребёнка. Обмотало вокруг неё, как оказалось, довольно длинную нить. Как только оно закончило, она буквально впиталась в кожу, не оставляя и следа. Пару секунд ничего не происходило, и существо, нахмурив брови, аккуратно наклонилось, чтобы оставить невесомый поцелуй на лбу у девочки. Казалось, именно это помогло. Мстители стали свидетелями невообразимого! Её сердце забилось с новой силой, разгоняя уже успевшую застояться кровь по венам. Девочка тяжело вздохнула и закашлялась, судорожно хватая ртом воздух. Помогая ей сесть, существо протянуло непонятно откуда взявшийся кубок. Ребёнок, хоть и был слаб, тут же выхватил его, жадно припадая к живительной влаге. Воскрешение не прошло даром для тела, явно не готового к таким ситуациям, да и при сращивании повреждённых тканей, хоть использовалась отчасти сила воли его, но основным строительным материалом всё же были ресурсы самого организма. Когда она допила, кубок просто исчез, заставив её вздрогнуть от неожиданности. — Невероятно, — прошептал Стив. — Как так? — не понимал Старк, хоть он уже и видел «богов», инопланетян. Но поверить в возвращение после смерти не мог. — О боже, — тихо сказала Наташа и рванула к парочке, чтобы тут же сесть на корточки, ощупывая девочку и засыпая множеством вопросов касательно её самочувствия. Ребенок такого порыва не оценил и, испугавшись женщины с оружием, попытался спрятаться у кажущегося самым безопасным существа. Ей это никак не удавалось, и оно великодушно помогло, укутав паникующего ребёнка в полы своего плаща. То, что произошло с ней, не могло остаться бесследным для хрупкой детской психики. Наташа, поняв свою ошибку, тут же попыталась извиниться и исправить ситуацию. Но была оттащена подальше Бартоном. К существу, что-то тихо говорившему ребёнку, подошёл Стив, моментально выбранный всеми в качестве переговорщика. Конечно, порывался пойти Старк, но благоразумно был оттащен подальше вместе с Романофф. — Здравствуйте. Стив Роджерс, — Капитан протянул руку для приветствия. Реакция была отрицательной. Конкретнее — её не последовало. Опустив ладонь и выдохнув, Роджерс продолжил, предпочитая думать что жест просто не поняли. — Состою в международной организации «Щ.И.Т». Как я могу к вам обращаться? Что вы сделали с ребёнком? Имеете ли вы какую-либо связь с этим «магом»? — смело, смотря на существо сверху вниз, продолжил Стив. Остальные держались на почтительном, «безопасном» расстоянии. С ним пошёл и Локи. Но он пока не решился на какие-либо активные действия. Хотя и хотелось. Подумал так же Бог, что неведенье — действительно благо. Вот, к примеру, люди, судя по их поведению даже не догадываются кто перед ними. И так легко и бездумно идут на контакт, не боясь смотреть в глаза самой Смерти. А он знает, и поэтому не спешит заводить приятную беседу, хотя поговорить с кем-то подобного уровня было бы занимательно, прекрасно осознавая, что если высшей сущности что-то не понравится, то можно легко прощаться с жизнью, этой планетой, а то и галактикой. В то, что Смерть не может вмешиваться в жизни и судьбы, как это говорилось в старых книгах, что он прочёл в библиотеке дворца, верилось слабо. А пример мага, что Смерть и призвал, хах, бойтесь своих желаний, и последующее воскрешение человеческого дитя служили лучшим доказательством ошибочности этого утверждения. Но в глубине души Локи, несомненно, рад, что Всеотец, чтобы ему там второй глаз случайно вилкой на пиру выбили, отправил его на Землю. Чтобы понять, что это не проявившаяся склонность к мазохизму, следует углубиться в воспоминания. Полдетства провело Божество обмана, зарывшись в старые книги и свитки. И как-то раз наткнулся тогда ещё совсем молодой ас… йотун, на записи о Смерти и Жизни. Но не о таких богах как, например, Хела, а о самых настоящих высших сущностях, что хранят равновесие в бессчетном количестве миров. Его тогда очень заинтересовала эта тема, конечно, они, Боги, не самые крутые в этой песочнице, и он решил подробнее изучить её. Понадобилось много лет, чтобы по крупицам собрать информацию в цельную картину. Он всегда думал, что существуют самостоятельные, если не личности, то хотя бы равные сущности — жизнь, смерть, магия, судьба и время. Но оказалось, что это далеко не так. Например, времени как такового нет вообще, лишь система координат, по которой линейно движется мир. Судьбу каждый получает при появлении в мире живых. Когда разумный умирает, его нить судьбы рвётся, а душа отправляется дальше. Магия. Вот тут сложнее. Маги, такие как он, используют различные энергии для создания заклинаний. Но высшие, Смерть и Жизнь, просто на одном голом внешнем намеренье способны изменять, формировать реальность. Например, если Локи на стол перед собой положит яблоко, сам сядет напротив и пожелает, чтобы оно взлетело, при этом, точно не используя свою магию, то оно, разумеется, останется лежать. Даже не пошевелится. Сколько бы бог ни тужился и не хотел обратного. Бьёт по гордости — да. Но против объективного мира не попрёшь. Но вот если на его месте будет Жизнь, в своем физическом или любом другом воплощении. И пожелает, чтобы яблоко взлетело, при этом, не используя постороннюю энергию, то оно взлетит. Да, просто потому, что вселенной легче самой исполнить что-то, даже невозможное по её законам, чем противиться воле существа, утверждая, что яблоко взлететь просто так не может. Пример, конечно, примитивный, но хорошо подходящий. Как и всё, переворачивающее привычную картинку мира, это Бог узнал совершенно случайно. Шатаясь по заселённым планетам, он решил однажды отдохнуть, скажем, по старинке. Заглянув в одно из питейных заведений, он был приятно удивлён своей удаче. Не иначе «судьба» его привела именно в то место, где, под видом среднестатистического жителя планеты сидел и самым бесцеремонным способом, в одиночку, напивался ангел. Но не тот, что машет крыльями, а тот, при взгляде на которого в истинном облике, может выжечь разум. Бог обмана просто не мог упустить такой кладезь знаний. Подсел к ангелу. И, предварительно угостив того, как бы невзначай поинтересовался, в честь чего собственно попойка, да в одно лицо. Тот, пристально посмотрев на Локи, и, видимо, решив, что тот знать в принципе может, поделился грустной историей. Поведал о том, как госпожа совсем его не ценит, и завалила работой, благополучно свинтив к брату. Но это только полбеды, на этих словах он многозначительно посмотрел на свой пустой стакан. Локи не дурак, понял, что за информацию надо платить. Как и надеялся Локи, таинственной госпожой оказалась Жизнь, а её братом, или сестрой, тут ангел сам был не до конца уверен, Смерть. И то ли не поделили что-то, то ли поссорились, но драка таки состоялась… Пострадали все, кроме зачинщиков. На непонимающий взгляд Локи, ангел лишь вздохнул и продемонстрировал тому парочку особенно сильно пострадавших крыльев. Локи посочувствовал и спросил, кто это его так. На что получил горькую усмешку и ответ, что это была третья колонна из тронного зала чертогов госпожи. От ангела Локи узнал ещё много чего касательно Жизни, но когда речь зашла о Смерти, собеседник не смог ничего рассказать, так как пришли, видимо, его друзья, и, извинившись перед Локи, забрали уже в стельку пьяного ангела. Этим и обуславливались его малые познания о Смерти. Именно поэтому сейчас он с любопытством и, разумеется, опаской старательно разглядывал существо. Да и возможность поговорить с самой Смертью дорогого стоит, очень дорогого, возможно даже жизни. Тем временем события медленно, но всё, же развивались. Посмотрев на Роджерса, и, кажется, оценив все его поступки за жизнь, Смерть всё-таки ответил: — У меня много имён и названий. Ты можешь звать любым из тех, что знаешь, — голос у существа был тихим, и несмотря на отстранённость, приятным. — Смерть, — поняв, что их пока убивать не собираются, осмелился подать голос Бог обмана. По его мнению: не стоит лишний раз раздражать существо тугодумием некоторых людишек. Судя по взглядам, ни один из Мстителей так до конца и не сообразил кто перед ними. Ответом ему послужил долгий взгляд холодных, внимательных глаз. Смерть медленно кивнул головой, и, как на мгновение показалось богу, с неохотой отвел взгляд, чтобы подняться во весь рост. Но Локи отмёл эти бредовые мысли, посчитав, что ему лишь привиделось. Оказалось, что существо было довольно невысоким, хотя это нисколько не уменьшало ощущения, что ты всего лишь соринка под его ногами. Девочка, до этого успешно прятавшаяся от всего мира, ойкнула и, выглянув из-за спины Смерти, осмотрелась. Мстители расступились, к ним подбежали врачи и несколько агентов ЩИТ. Они хотели забрать ребёнка к остальным пострадавшим. Но попытки увести девочку не увенчались успехом, она сопротивлялась. — Ну же, малышка, пойдём. Мы не причиним тебе вреда, мы хотим тебе помочь. Сейчас отведём тебя к маме, — говорила темноволосая женщина, одетая в военную форму, протягивая руки к девочке. Кажется, последние слова были лишними, так как на глаза девочки начали наворачиваться слёзы. — Тот человек тоже так говорил! — воскликнул ребёнок. Тут агенты почувствовали, будто неведомая сила оттесняет, перехватывая контроль над телом и заставляя отступить на несколько шагов. Мстители поняли — что-то происходит. Что-то ненормальное и вскинулись, но были остановлены предупреждающим прищуром. — О-она… мама была т-тут со мной, — сквозь рыдания уже не сдерживаемые, начал быстро рассказывать ребёнок. — А потом… этот страшный ч-человек увёл её ку-куда-то… И они так и не вернулись… — Эй, как там тебя, Смерть? Ты разве не можешь просто воскресить её мать? Локи шикнул на Старка, но было поздно. Осталось только с опаской вернуть взгляд к фигуре существа. Смерть, как бы парадоксально это ни было, сочувствовал этому ребёнку. Но не потому что его мать мертва, нет? Потому что они не смогут встретиться после смерти самой девочки. — Я не буду этого делать, — произнесло существо. — Почему? — возмутился Стив, который не совсем понимал причину. Ему казалось, что существо переживает за судьбу этой девочки. Смерть, что не должна испытывать никаких особенно ярких эмоций, глубоко вздохнула. — Её мать была слаба. У неё слишком мало света. Она не смогла пересечь реку. Закономерно потерялась в великом ничто, — короткими, рубленными фразами существо принялось пояснять. — Я могу её оттуда вытащить. Но это уже будет нечто совсем другое. Её душа не протянула там и пары… секунд, распалась на энергию для тварей бездны. Вы уверены, что вам всем, вашей планете, надо чтобы я достал «это»? — Откуда тебе это известно?! Ты даже не попробовал! Псих. Подумал Локи, отступая на несколько шагов от Стива. Тор и Бартон, отметившие этот манёвр, наоборот приблизились. Но существо, к удивлению Бога лжи, на такое поведение отреагировал спокойно, вернее просто не придало значения возмущению Капитана. Смерть положил руку на голову ребёнка, и та окуталась лёгким фиолетовым свечением. Существо слегка скривило тонкие губы. — Что ты сделал? — спросила Наташа, не зная, следует ли ей хвататься за пистолет или за голову. — Облегчил её страдания. И правда, через несколько долгих минут, чего в этой ситуации явно было маловато, девочка успокоилась, но всё ещё не отходила от Смерти. Локи воспользовался тем, что сейчас всё внимание и сосредоточенность прикованы к Смерти, и с особой осторожностью настроился на волну мыслей своего дорогого братца. Если есть возможность осуществить одну из идей, зачем терять шанс? Пробившись сквозь поверхностные мысли, углубился в воспоминания. Было много информационного мусора. От этого шума начинала болеть голова. Но Локи, стиснув зубы и сохраняя нейтральное выражение лица, продолжал копаться, ища то самое, короткое и наверняка давно Тором забытое воспоминание. — Как ты смог её воскресить, забрав из Хельхейма? — Бог грома встрепенулся, потёр лоб. Локи тихо выдохнул. Поток мыслей сбился, меняя направление, но он был почти у цели. — Что такое Хельхейм? Не было похоже, что Смерть шутит. — Ну… — завис Тор, поморщился, не зная как объяснить. Локи был слишком доволен, так как теперь он знал несколько секретов Одина, в которые тот его посвящать не спешил, пришёл на выручку невольно помогшему ему брату. — Хельхейм — это одна из ветвей Иггдрасиля. Туда попадают души после смерти. Царство мёртвых, там правит богиня смерти Хела, — на последних словах он осёкся, пристально отслеживая любую реакцию. Но её не последовало. Лишь легкое удивление и нечитаемый взгляд. Локи не понимал ни его значения, ни причин. Вроде бы он не сделал ничего такого, чтобы привлечь внимание самой Смерти. Может, заметила что он успел покопаться в мыслях Тора? — Ах, вот оно что, — кивнул Смерть. — Я просто излечил оболочку и вернул в неё душу, что даже не успела толком осознать свою кончину. А мой маленький помощник соткал для неё судьбу, — слегка пожал он плечами, будто это было очевидно. — Простите, — вмешался объект обсуждения, — а как вас зовут? Детская непосредственность, особенно после ослабления негативных эмоций, не могла себя не проявить. — Для начала, юное существо, по правилам вашего вида, нужно представиться самому, а потом уже спрашивать, — мягко усмехнулся Смерть. — Ой, — смутилась она, — простите, м-меня зовут Джессика. — Смерть, — представилось в ответ существо, не замечая, как напряглись окружающие, ожидая реакции девочки. Но та в очередной раз доказала, насколько детская психика пластична. — Смерть? Интересно. Это имя или фамилия? — невинно поинтересовалась Джессика, заставив всех задуматься, даже саму Смерть. — Я не знаю, — после недолгих размышлений призналось существо. — Скорее как обозначение существующего феномена, — после этих слов он, казалось, что-то вспомнив, посмотрел на вздрогнувшую от его взгляда агента, — вы сможете сами определить, где её дом? Это был довольно неожиданный вопрос. Девушка задумалась лишь на секунду, после чего уверенно кивнула. — Джессика, воспринимай информацию внимательно, — с этими словами Смерть присел и доверительно заглянул в глаза, — твой отец наверняка сейчас не находит себе места от беспокойства за тебя. Не стоит его вынуждать мучиться ещё больше. Пойдёшь с этими людьми, и они отведут тебя к нему. Я присмотрю за тобой, не надо волноваться, и узнаю, если они не сделают этого как можно скорее, — последнее было скорее предупреждением для агентов, чем словами поддержки и успокоения. — Хорошо, Смерть, но ты обещал, — согласилась девочка и позволила, наконец, агентам увести её. — Так ты, типа, действительно Смерть? — спросил Старк, скептически оглядев с ног до головы существо, — и если да, то где твоя коса? — усмехнулся мужчина, избавляясь от стресса и напряжения своим любимым способом. Бесить окружающих ведь так расслабляет. На что получил предупреждающее шипение от Локи. Смерть лишь в непонимании склонила голову к плечу и посмотрела на Старка с самым удивлённым видом. — Коса? Я конечно могу заплести волосы подобным образом, но… — его перебила Наташа. — Он имеет в виду косу как холодное оружие, — Локи совершенно не понимал, как они могут так себя вести, и Смерть, кажется, заметил его метания. — Можешь так не дёргаться, маленький Бог, я уже не настолько дружен с хаосом, чтобы обращать внимание на подобное, особенно на тех, чей срок короток, а силы ограничены, — Смерть посмотрел прямо на Локи, заставив того почувствовать себя не в своей тарелке. Действительно, Локи совсем забыл, с кем он имеет дело, здесь на Земле лишь люди, что он вообще ожидал от них? — Вижу, что понял, о чём я, — существо коротко улыбнулось, — отвечая на заданный вопрос, оружие? Зачем оно мне? Я не воинствующий дух или нечто подобное, мне нет нужды в сражениях, а лишь там оно на что-то сгодится, — Наташа смутилась, в то время как Старк, Брюс и Тор обдумывали предыдущие слова существа. Тор решил озвучить свои мысли первым. — Мы не малые дети, мне полторы тысячи лет. Мой брат младше, но не настолько чтобы называть его маленьким. И ты не прав насчёт людей. Они не глупы и не невежливы. А вот ты. Проник на мою территорию, Мидгард находится под моей защитой, так что и тебе придётся иметь дело со мной. — Так защищай, кто тебе мешает, иди, спасай людей. Я тебя не держу. Если до этого Клинт думал, что существо не способно шутить и издеваться по определению, то сейчас признал свою ошибку. Оно могло. А ещё оно, кажется, обиделось. — А вот с этого момента поподробнее, с чего это вдруг Земля стала твоей. Она принадлежит людям! — не выдержал Старк. — Тем более мне одной показалось, что он сюда попал, как минимум, не по своей воле? — спросила Наташа у Тора. — Он не должен находиться тут. К тому же он считает вас, чуть ли не мусором, мне кажется это неправильно, — стоял на своём Бог грома. — Да? — удивился Старк, снявший шлем костюма. — А почему я ничего такого не слышал? Локи не выдержал абсурдности ситуации и сдавленно захихикал, в кулак, маскируя кашлем, стараясь не отвлекать людей от спора. От недоумённых взглядов ему стало ещё смешнее, и он, отвернувшись, откровенно рассмеялся. — Это действительно забавно, — прервал их Смерть, скидывая капюшон, давая волосам свободно упасть на спину. — Вы любите эскалировать секундное недопонимание до конфликта, даже не имея на то какой-либо причины. Когда все успокоились, Старк задал волнующий, казалось бы только его, вопрос. — Так ты у нас проездом или на ПМЖ? Существо задумалось и хотело что-то ответить, как за их спинами раздались звуки множества бегущих ног. Люди, Боги и Смерть обернулись. Уставились на группу спецназа во главе с самим Ником, директором суперсекретной организации, Фьюри. Бойцы обступили их полукругом и направили дула автоматов на существо. Их пальцы опасно покоились на спусковых крючках. — Я отправил вас на задание по устранению угрозы. И что я вижу по прибытии на место? Вас мило беседующих с ней, — директор был раздражён и не слушал возражений. Но для всех оказались неожиданными его следующие действия. — Мстители, отойдите от объекта. — Нет, — твёрдо сказала Наташа, удивив всех, её глубоко тронуло то, что это пусть и непонятное пока существо помогло ребёнку. — Ваш выбор. Огонь. Локи так и не понял, что в тот момент заставило его броситься наперерез пулям. Скорее всего, здоровый эгоизм и тонкий расчёт, позже он именно к таким выводам и придёт. Но тогда он совершенно не думал о причинно-следственной связи. Хоть умом и понимал, что вряд ли Смерть может пострадать от человеческих пуль. Но не успел: слишком неудачно стоял, слишком быстры пули. Фигура существа вздрогнула от попаданий. Крови не было. Пули, попавшие в тело, пропали в тьме одеяния. Но там, где местом попадания оказалась открытая кожа, образовывались трещины. Из них просачивался чёрный дым. Локи, как и Мстители, замер. Не зная, что ему делать. И со, всё нарастающей паникой, почему-то возникшей при мысли, что Смерть может пострадать, как бы бредово это ни звучало, вгляделся в удивлённо расширяющиеся глаза. Что с полным непониманием смотрели на агентов, неуверенно переглядывающихся и косившихся на начальство. Фьюри, поняв, что стрельба отнюдь не принесла желаемого эффекта, приказал повторить залп. В этот раз Локи не шевелился. Не потому что не хотел, очень хотел. Но не мог, ему показалось, что незримая рука удерживала его за плечо, успокаивающе поглаживая большим пальцем, парализовывая, и не давая делать глупостей. В этот раз существо не позволило пулям достичь его, они бессильно бились о невидимый барьер, увязая в нём и оставаясь висеть в воздухе. — Оу, — только и смог сказать Старк, наблюдая, как у агентов кончились патроны, и они нерешительно отступили на шаг назад. Трещины тем временем медленно начали зарастать. Смерть вытянул руку вперёд, сжимая кулак. Когда он его разжал, на землю посыпались смятые и искорёженные кусочки металла, показалось, что некоторые из них были подвержены ускоренной коррозии. Висевшие в воздухе тоже опали. Смерть заговорил тихим, до дрожи пугающим голосом. — Знаете, я ведь не люблю напрасные жертвы, боль. Не приемлю насилие. Хотя так было не всегда, далеко не всегда, — его глаза полыхнули зелёным огнём, чтобы так же быстро потухнуть и стать спокойно равнодушными, — я даже не собираюсь вас наказывать за необдуманные поступки. Нет, — оно коротко усмехнулось, — просто покажу, что могло бы с вами произойти, будь на моём месте кто-то менее, — он покрутил рукой в воздухе в неопределённом жесте, — менее терпеливый. Для тебя, Ник, это будет полезным уроком, учитывая всё, что вам предстоит, надеюсь, пережить в будущем. Никто не понял, что произошло, просто мир вокруг резко посерел, теряя краски и заглушая звуки. А Фьюри упал на землю. Ближайшие агенты попытались помочь своему начальнику, но не смогли сдвинуться с места. Смерть медленно подошёл к замершему телу. Коротким ударом ноги перевернул. Фьюри, казалось, просто отключился, глаза закатились, а кончики пальцев подрагивали в болезненных конвульсиях. Люди и боги отшатнулись, кроме Локи, что сейчас был занят совершенно другим. Бог обмана поймал на себе обеспокоенный взгляд чуть потемневших глаз. Его это насторожило, и он обдумывал данный факт. Опять же совершенно не понимая, чем мог вызвать такое беспокойство за себя и свою реакцию. Ну не за детскую же психику беспокоится Смерть, правда? Что он пыток и смертей не видел? Тем временем всё прекратилось. Так же внезапно, как и началось. Они стояли на своих местах, будто ничего не произошло. Только директора ЩИТа пробирала дрожь. Он побледнел. Смерть стоял на своём месте и рассматривал результат своих действий. — Ч-что это только что было? — севшим голосом спросил Клинт. — Лёгкое воздействие на разум, только и всего, — легко объяснил Смерть и уже тише добавил, — кто же знал, что вы такие хрупкие, — Тор хотел было возразить, но остановился, смотря на бледные лица людей. — И что, в реальности тоже так можешь? — скорее для поддержки странного и неуместного разговора спросил Старк, не особо желая знать ответ. — Ну если надо… — Смерть не продолжил, а потом, помедлив немного, обернулся к Богу лжи. Тот встрепенулся и приготовился внимать, но для него оказалось неожиданным то, что сказал Смерть. — Ты в пределах нормы? Не имею уверенности в том, как подобные тебе переносят искажения в работе разума. Давно… не практиковался. Локи смутился, но старался не показывать этого. Было очень странно ощущать чью-то заботу, даже в такой искажённой форме, кроме Фригги, и ещё более странно то, что эту заботу проявляет существо, которое ты видишь впервые в жизни. Про то, что это существо Смерть, он и не заикается. — Да, не стоит беспокоиться, всё хорошо, — взял себя в руки Бог и чуть тише добавил, — спасибо. Ласково улыбнувшись, Смерть отвернулся. Подойдя сбоку к пытающемуся отдышаться Фьюри, существо участливо наклонило голову, поинтересовалось: — Может вам воды? Говорят, после пребывания в бездне, помогает, — на это директор лишь злобно покосился на него. И что-то явно матерное процедил сквозь зубы. — В любом случае, берегите свой мир, он у вас один, — наставительно закончил Смерть. Когда мужчина пришёл в себя, приказал завершать операцию. Перед уходом бросив, что ждёт Романофф на доклад, и хочет, чтобы Мстители держали этого непонятного монстра под присмотром и сами с ним разбирались. И что он уже слишком стар для всего этого дерьма. Мстители на это лишь неуверенно переглянулись и единодушно пожали плечами.